ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-1015/2020

город Ростов-на-Дону

12 декабря 2023 года

15АП-13100/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 06 декабря 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 12 декабря 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии посредством системы веб-конференции:

индивидуального предпринимателя ФИО2, лично, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.07.2023 по делу № А32-1015/2020 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "ТИЛ",

ответчик: общество с ограниченной ответственностью "Водогрев"

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "ТИЛ" (далее также – должник, ООО "ТИЛ") в Арбитражный суд Краснодарского края обратился индивидуальный предприниматель ФИО2 с заявлением о признании недействительным договора поставки от 11.02.2020, заключенного между ООО "Водогрев" и ООО "ТИЛ", применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО "Водогрев" в пользу ООО "ТИЛ" 2000000 рублей. 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.07.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, индивидуальный предприниматель ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции от 21.07.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции не исследованы доводы конкурсного кредитора о мнимости и притворности договора поставки. Суд первой инстанции также неверно применил нормы статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так как решение о взыскании долга с должника по договору поставки не имеет преюдициального значения в обособленном споре в рамках настоящего дела, поскольку в рамках дела № А41-60300/2020 не исследовалась реальность правоотношений, возникших между должником и ответчиком. Как указывает податель апелляционной жалобы, ООО "Водогрев" фактически не имело возможности поставить в адрес ОО "ТИЛ" товара на общую сумму 8139796,01 руб., договор поставки направлен на создание искусственной текущей кредиторской задолженности с целью вывода из конкурсной массы ООО "ТИЛ" денежных средств и причинения ущерба кредиторам. Судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права и не рассмотрено заявленное конкурсным кредитором ходатайство об истребовании доказательств из инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по г. Москве за 1 квартал 2020 года.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий должника просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу ООО "Водогрев" просило определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции огласил, что во исполнение определения суда от 08.11.2023 об истребовании доказательств от АО "Альфа-Банк" поступили дополнительные доказательства, которые суд в порядке части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщил к материалам настоящего обособленного спора, как относимые и допустимые доказательства, непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

В судебном заседании индивидуальный предприниматель ФИО2 просил обжалованное определение суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе и дополнительных пояснениях.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

05 декабря 2023 года в суд апелляционной инстанции посредством информационно-телекоммуникационной системы "Мой Арбитр" поступило ходатайство ФИО2 о переходе к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции и привлечению к участию в споре соответчика ФИО3

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что оно не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

Как следует из материалов дела, назначение платежа в оспариваемой сделке непосредственно свидетельствует о том, что оплата была произведена в пользу третьего лицо.

Согласно части 1 статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если при подготовке дела к судебному разбирательству или во время судебного разбирательства в суде первой инстанции будет установлено, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, арбитражный суд может по ходатайству или с согласия истца допустить замену ненадлежащего ответчика надлежащим.

Если истец не согласен на замену ответчика другим лицом, суд может с согласия истца привлечь это лицо в качестве второго ответчика (пункт 2 статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ходатайство ФИО2 мотивировано тем, что согласно полученным судом банковским выпискам денежные средства по поручению ответчика во исполнение спорного договора были перечислены на счет некого гражданина ФИО3

Между тем, из материалов дела следует, что кредитор в суде первой инстанции не заявлял требования к ФИО3, не оспаривал как цепочку единой сделки, также как и ходатайства о привлечении его в качестве соответчика по делу. 

В свою очередь суд апелляционной инстанции не установил существенных нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта и перехода к рассмотрению спора по правилам суда первой инстанции.

Согласно разъяснениям пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" при применении части 3 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судам следует иметь в виду, что правило о недопустимости соединения и разъединения нескольких требований, изменения предмета или основания иска, размера исковых требований, предъявления встречного иска, замены ненадлежащего ответчика и иные правила, установленные названным Кодексом только для рассмотрения дела в суде первой инстанции, не распространяются на случаи, когда арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело по правилам, установленным названным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Вместе с тем, если арбитражным судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы в порядке апелляционного производства будет установлено, что при рассмотрении дела в суде первой инстанции лицо заявляло ходатайство в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Кодекса об изменении предмета или основания иска, увеличении или уменьшении исковых требований и суд неправомерно отказал в удовлетворении такого ходатайства или рассмотрел заявление без учета заявленных изменений либо по какому-то другому требованию лица, участвующего в деле, не принял решения и утрачена возможность принятия дополнительного решения, то арбитражный суд апелляционной инстанции, исходя из положений части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о повторном рассмотрении дела, в силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переходит к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в рамках которого рассматривает требования, не рассмотренные ранее, принимает измененные предмет или основание иска, увеличенные (уменьшенные) требования.

В этом случае арбитражный суд апелляционной инстанции решает вопрос об отмене судебного акта не в определении о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, а в постановлении, принимаемом арбитражным судом апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы (часть 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Уточнения кредитором в суде первой инстанции заявлены не были, обжалованный судебный акт не принят непосредственно о правах и обязанностях ФИО3, оснований для перехода к рассмотрению заявления по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется, в связи с чем, ходатайство подлежит отклонению.

При этом кредитор не лишен права на предъявление самостоятельных требований об оспаривании сделки с иными ответчиками, в том числе с ФИО3, при наличии на то соответствующих оснований.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО "Строймонтажсервис" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО "ТИЛ" по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.01.2020 заявление ООО "Строймонтажсервис" о признании несостоятельным (банкротом) ООО "ТИЛ" по упрощенной процедуре ликвидируемого должника принято, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.08.2020 ООО "ТИЛ" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим ООО "ТИЛ" утвержден ФИО4, из числа членов НП ААУ "ЦФОП Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано на сайте газеты "Коммерсантъ" от 29.08.2020 № 156 (6877).

14 октября 2022 года в арбитражный суд посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований кредитор указал на наличие оснований, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции рассмотрел заявленные требования и пришел к выводу о том, что оспариваемый договор не имеет признаков мнимости, так как возникшая задолженность должника перед ООО "Водогрев" является реальной, что подтверждается вступившим в законную силу судебным актом.

Признавая выводы суда первой инстанции ошибочными, судебная коллегия руководствуется следующим.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с частью 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 статьи 61.9, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

Таким образом, правом на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок должника в рамках дела о банкротстве обладают конкурсные кредиторы, размер кредиторской задолженности перед которыми, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, индивидуальный предприниматель ФИО2 является конкурсным кредитором, включенным в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Краснодарского края от 17.03.2021 и определения Арбитражного суда Краснодарского края от 11.10.2022 по делу № А32-1015/2020 о процессуальном правопреемстве кредитора с размером требований 129 000 000 руб. основного долга и 10 819 875 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Совокупный объем требований ИП ФИО2 составляет более 10% от размера требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем, кредитор в силу пункта 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, определения Верховного Суда Российской Федерации от 10.05.2016 по делу №304-ЭС15- 17156 вправе обжаловать сделку должника.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2) N А40-140251/2013).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как следует из материалов дела, настоящее дело о банкротстве возбуждено 14.01.2020, оспариваемый договор заключены 11.02.2020, то есть, после возбуждения производства по делу банкротстве.

Учитывая вышеприведенные разъяснения, действительность оспариваемых в рамках настоящего спора договоров подлежит оценке судом применительно как к правилам пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

В пункте 6 постановления N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В обоснование заявленных требований, кредитором указано на наличие оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, в преддверии его банкротства при неравноценном встречном предоставлении, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемых сделок) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Статьей пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Аналогичная позиция отражена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 N 52-КГ16-4.

В пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" выражена правовая позиция, согласно которой отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика.

Правовая позиция о возможности применения указанной нормы как позволяющей оценивать совершенные при злоупотреблении правом сделки в качестве ничтожных на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации выражена, в частности, в пункте 9 приведенного информационного письма.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 32).

О злоупотреблении сторонами правом при совершении оспариваемых сделок может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно пункту 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" с целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявленных требований ИП Матиняном указано, что в реестр требований кредиторов должника по текущим обязательствам ООО "ТИЛ" включена задолженность перед ООО "Водогрев" в размере 8203495,01 руб. по договору поставки от 11.02.2020, на основании решения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020 по делу № А41-60300/2020 (с учетом определения об исправлении опечатки от 25.02.2021).

Из указанного решения следует, что 11 февраля 2020 года между обществом с ограниченной ответственностью "Водогрев" (далее также – поставщик) и обществом с ограниченной ответственностью "ТИЛ" (далее также – покупатель)  заключен договор поставки.

В соответствии с пунктом 1.1 договора, поставщик обязуется поставлять, а покупатель – принимать и оплачивать в порядке и на условиях, определенных настоящим договором биметаллические радиаторы в ассортименте (далее также - "товар"). 

В соответствии с пунктом 3.1 договора, цена определяется совокупной ценой, установленной в товарных накладных, которая не должна превышать 10 000 000 руб. с учетом НДС. 

В силу пункта 3.3 договора, оплата покупателем производится путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика или в кассу поставщика, покупатель оплачивает 100% стоимости товара, указанной в товарной накладной в течение 5 дней с даты получения товара.

В соответствии с пунктом 4.1 договора, покупатель (грузополучатель) обязан обеспечить принятие продукции, осмотреть ее, проверить качество, количество и комплектность.

Из решения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020 по делу № А41-60300/2020 следует, что в соответствии с условиями договора ООО "Водогрев" в период с 12.02.2020 по 18.02.2020 произвело поставку товара покупателю на общую сумму 8139796,01 руб., что подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными, которые подписаны истцом и ответчиком без замечаний, их подписи скреплены печатями организаций. Ответчик товар принял, претензий по количеству, качеству не предъявил. Истец направлял в адрес ответчика претензию с требованием произвести выплату задолженности по договору, которая была получена ответчиком 10.06.2020, однако обязанность по оплате принятого товара ответчиком в полном объеме не выполнена, в связи с чем, образовалась задолженность в сумме 8 139 796,01 руб. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 N 305-ЭС17-14948 по делу N А40-148669/2016, само по себе наличие судебного акта, которым удовлетворено денежное требование, основанное на сделке, не препятствует кредитору в деле о банкротстве обратиться в арбитражный суд с заявлением об оспаривании этой сделки, поскольку к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования судебным актом о взыскании задолженности могут нарушаться права кредиторов.

При оценке доводов о пороках сделки суд не ограничивается проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям, принимаются во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления N 25).

В силу статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации к отдельным видам договора купли-продажи (в том числе поставка товаров) положения, предусмотренные параграфом о договоре купли-продажи, применяются, если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса об этих видах договоров.

На основании пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Применительно к рассматриваемому спору это означает, что ответчик (поставщик) должен представить документы, подтверждающие фактическое наличие у него товара к моменту их передачи должнику, возможность его хранения, доказательства транспортировки товара.

Суд апелляционной инстанции неоднократно определениями от 06.09.2023, от 04.10.2023 предлагал ответчику представить подробные письменные пояснения об обстоятельствах заключения сделки с должником, о взаимоотношениях с должником; доказательства возможности такой поставки, наличие товара на складе, складские учетные документы, платежные документы, подтверждающие приобретение товара; ранее или после спорной сделки заключались ли иные сделки с должником или с иными контрагентами, является ли такой вид деятельности для ответчика обычной хозяйственной деятельностью; представить договор поставки от 11.02.2020, товарные, товарно-транспортные накладные; представить доказательства наличия собственных транспортных средств либо договоры с транспортными организациями, осуществляющие перевозку, а также доказательства оплаты, а если самовывоз, то соответственно помимо прочих документов также представить доверенности на получение товара на складе; представить доказательства выгрузки и погрузки товара, доказательства такой возможности; представить бухгалтерскую и отчетную документацию, были ли учтены ТМЦ на балансе предприятия (продавца), выручка от поступления денежных средств за поставленный товар; доказательства начисления и уплаты налогов от реализации; представить книгу покупок и книгу продаж за 1 квартал 2020 года, подтверждающий факт поставки; осуществлял ли ответчик аналогичные поставки в адрес иных контрагентов, если да, то представить соответствующие доказательства поставки и оплаты; представить иные, нормативно обоснованные и документально подтвержденные пояснения в обоснование своей позиции.

В нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такие доказательства, пояснения в обоснование своей позиции ответчиком представлены не были.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что соответствующие операции не отражены в бухгалтерском учете ООО "ТИЛ", доказательства о наличии у должника оборудования, поставленного по спорному договору от 11.02.2020 от ООО "Водогрев" на сумму 8139796,01 руб. в материалах дела отсутствуют. Указанное имущество конкурсным управляющим не было инвентаризировано. 

Кроме того, из материалов электронного дела, а именно из отзыва ФИО5, следует, что с 06.11.2019 он не является руководителем должника, при этом оспариваемый договор подписан от его имени, с этой же даты в отношении ликвидатора ООО "ТИЛ" ФИО5 в ЕГРЮЛ присутствует запись о недостоверности сведений в отношении руководителя по его собственному заявлению. ФИО5 также указал, что ООО "ТИЛ" не вело предпринимательскую деятельность, доходов не извлекало, активов не имело.

Аналогичные обстоятельства отражены в отзыве единственного участника ФИО6, в своем отзыве ФИО6 указывает, что ООО "ТИЛ" не вело финансово-хозяйственную деятельность, не заключало никаких сделок, кроме договоров присоединения к себе ряда юридических лиц, от которых и перешли обязательства.

Также с целью установления обстоятельств, имеющих значение для дела, суд апелляционной инстанции определением от 04.10.2023 истребовал у инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по г. Москве сведения в отношении общества с ограниченной ответственностью "Водогрев".

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции от Инспекции Федеральной налоговой службы № 15 по г. Москве поступил ответ, согласно которого расчетный счет № 

<

***>, открытый в ПАО "Сбербанк России", был закрыт 21.09.2018; расчетный счет № 

<

***>, открытый в АО "Альфа-Банк", закрыт 30.03.2016; расчетный счет № 

<

***> закрыт 30.03.2016. Иные счета отсутствуют у ответчика.

Кроме того, в базе данных инспекции отсутствуют сведения о проведенных в отношении ООО "Водогрев" выездных налоговых проверках, возмещение НДС не заявлялось, камеральных налоговых проверок обоснованности возмещения НДС не проводилось. Кроме того, сведения по форме 2-НДФЛ, 3-НДФЛ в отношении сотрудников ООО "Водогрев" не предоставлялось, налоговая и бухгалтерская отчетность в базе данных инспекции отсутствует.

Из общедоступной информации, размещенной в информационном ресурсе "Картотека арбитражных дел" в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", следует, что в рамках дела № А40-339278/2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ИФНС № 15 по г.Москве о признании ООО "Водогрев" несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.01.2020 по делу № А40-339278/2019 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2020 производство по делу № А40-339278/19 по заявлению ИФНС № 15 по г. Москве о признании ООО "Водогрев" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) прекращено на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Суд указал, что у ООО "Водогрев" отсутствует имущество, достаточное для покрытия расходов в связи с делом о банкротстве; не представлены доказательства, обосновывающие вероятность обнаружения в достаточном объеме имущества, за счет которого могут быть покрыты расходы по делу о банкротстве, таким образом, производство по делу о банкротстве должника подлежит прекращению на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

В настоящее время по заявлению ФНС России в лице ИФНС России № 15 по г.Москве возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) № А40-274381/2023 в отношении ООО "Водогрев"

Таким образом, с учетом вступившего в законную силу определения суда о прекращении производства по делу, установлено, что по состоянию на 11.02.2020 у ООО "Водогрев" в указанный период отсутствовало какое-либо движимое или недвижимое имущество, ООО "Водогрев" не могло иметь в наличии оборудования на общую сумму более 8 млн. руб., которое было предметом оспариваемого договора поставки, кроме того, не имело транспортных средств для его перевозки, складов или помещений для хранения указанного имущества.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что реальность договора поставки и взаимоотношений по поставке между ООО "Водогрев" и ООО "ТИЛ" отсутствует, и доказательства, подтверждающие поставку по данному договору не представлены.

Также из информационного ресурса "Картотека арбитражных дел" следует, что ООО "Водогрев" обращалось с аналогичным заявлением в Арбитражный суд Московской области к ЗАО "Гарус" о взыскании задолженности по договору поставки в размере 9 554 701,40 руб.

Решением Арбитражного суда Московской области от 16.12.2021 по делу № А41-46094/2021 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Из решения следует, что 23.11.2020 между истцом (поставщик) и ответчиком (покупатель) заключен договор поставки, в соответствии с которым поставщик обязался поставить, а покупатель обязался принять и оплатить в порядке и на условиях определенных настоящим договором биметаллические радиаторы в ассортименте. 

В качестве выполнения своих обязательств по договору поставки истец представил в материалы дела копии товарных накладных № 11/12-00061 от 24.11.2020 и № 11/13-00031 от 27.11.2020 на общую сумму 9 554 701,40 руб. Ввиду того, что ответчик не оплатил поставленный товар, истец обратился к нему с претензией.

Ответчиком и третьим лицом заявлено, что договор поставки от 23.11.2020 не подписывался, товары не принимались, подписи на договоре и товарных накладных сделаны не ФИО7 

В материалы дела представлено нотариальное заявление ФИО7, согласно которому ФИО7 никаких договоров с ООО "Водогрев" ни от своего имени как ФИО7, ни от имени ЗАО "Гарус", действуя как генеральный директора общества, не заключал. Подпись, которая сделана на договоре поставки от 23.11.2020, товарных накладных от 23.11.2020, товарных накладных № 11/12-00061 от 24.11.2020 и № 11/13-00031 от 27.11.2020, а также печать ЗАО "Гарус" сделана не ФИО7, без его согласия третьими лицами. 

Судом в рамках дела № А41-46094/2021 были запрошены сведения в ИФНС России № 15 по г. Москве, а именно книга учета покупок и продаж ООО "Водогрев", ИНН 

<

***>, за четвертый квартал 2020 года, в ИФНС России № 31 по г. Москве, книга учета покупок и продаж ЗАО "Гарус", ИНН 

<

***>, за четвертый квартал 2020 года. 

Согласно ответам налоговых органов в отношении "ЗАО "Гарус" - книги учета покупок и продаж за 4 квартал 2020 года отсутствуют, в отношении ООО "Водогрев" также запрашиваемых сведений в информационном ресурсе налогового органа не имеется.

В определениях суда в рамках дела № А41-46094/2021 от 06.09.2021, а также от 26.10.2021 истцу было предложено представить оригиналы товарных накладных; доказательства поставки товара (транспортные накладные, сертификаты к поставленному товару, договоры купли-продажи между ООО "Водогрев" и третьими лицами); книгу учёта покупок и продаж за 4-ый квартал 2020 года. 

Кроме того, определением от 26.10.20221 явка истца в связи с заявлением о фальсификации доказательств была признана судом обязательной. Однако истец в судебные заседания не являлся, оригиналы документов не представил, доказательства поставки не приобщил. Поскольку истцом доказательств заключения договора, поставки товара, оплату которого требует истец, не представлено, отказал в удовлетворении заявленных требований.

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом договора поставки в рамках дела № А41-46094/2021 являлось такое же оборудование, а именно биметаллические радиаторы в ассортименте, как и в оспариваемом договоре поставки.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также что договор поставки заключен должником и ООО "Водогрев" уже после возбуждения дела о банкротстве ООО "ТИЛ", при условии нахождения должника в процедуре ликвидации, в заключении договора отсутствовала экономическая целесообразность.

Кроме того, стоит отметить, что ликвидатор ООО "ТИЛ" ФИО5 не мог заключить договор поставки от 11.02.2020, поскольку 06.11.2019 в отношении ликвидатора ООО "ТИЛ" ФИО5 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в отношении руководителя должника по собственному заявлению, что также подтверждается пояснениями самого ФИО5

Как указано выше, судом были приняты исчерпывающие меры по сбору доказательств в целях установления реальности сделки, однако, какие-либо сведения о возможности ответчиком поставки не представлено, наоборот, все имеющиеся в деле доказательства свидетельствуют об отсутствии у должника осуществить поставку товара, о мнимости спорной сделки в целях вывода имущества должников во вред имущественным интересам кредиторов. По аналогичной "схеме" ответчик также заключал аналогичные мнимые сделки с иными должниками в период неплатежеспособности. При этом, 

Также суд апелляционной инстанции признает обоснованными доводы кредитора о фактической аффилированности конкурсного управляющего и ответчика, исходя из следующего.

Аффилированность лиц может носить фактический характер без наличия формально юридических связей между лицами, что соответствует сложившейся практике по данному вопросу: определение Верховного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2019 г. N 305-3018-17063, определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 по делу N А12-45751/2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308- ЭС16-1475).

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации  от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4,5,7) по делу N A33-1677/2013).

Поэтому формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности между должником и ответчиком не препятствует оценить обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности.

В материалах регистрационного дела содержится договор об оказании юридических услуг от 09.12.2020, заключенный между ФИО8 и ООО "Водогрев", акт от 09.02.2021, заявление ФИО8 в ИФНС № 46 по форме Р38001 (возражения заинтересованного лица относительно исключения из ЕГРЮЛ). Данные документы предоставлены ФИО8 в ИФНС России № 46, вместе со своими возражениями по не исключению ООО "Водогрев" из ЕГРЮЛ ввиду наличия обязательств по договору об оказании юридических услуг от 09.12.2020.

Кроме того, согласно материалам регистрационного дела ООО "Водогрев", ранее, 20 октября 2020 года, ФИО8 также заявлял свои возражения в уполномоченный орган по не исключению ООО "Водогрев" из ЕГРЮЛ ввиду наличия обязательств по договору купли-продажи векселя от 17.08.2019.

Согласно материалам регистрационного дела представитель и помощник ФИО8 ФИО9, (доверенности на ведение дела о банкротстве ООО "ТИЛ" от 04.05.2021 и от 04.04.2022) (т.д. 2, л.д. 90-91)  обращался с заявлением по форме Р38001 (возражения заинтересованного лица относительно исключения из ЕГРЮЛ ООО "Водогрев"), в связи с наличием обязательства у ООО "Водогрев" перед ФИО9 по договору купли-продажи векселя от 17.08.2019 (аналогичный договор, заявленный в возражениях ФИО8 от 20.10.2020). 

Кроме того, ФИО8 заключил с ООО "Водогрев" договор об оказании юридических услуг от 09.12.2020, сразу же после вынесения решения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020  по делу № А41-60300/2020 (т.д. 2, л.д. 59).

Так из договора от 09.12.2020 следует, что между ООО "Водогрев" (далее также – заказчик) и ФИО8 (далее также – исполнитель) заключен договора оказания юридических услуг.

В соответствии с пунктом 1.1 договора, исполнитель обязуется по заданию заказчика оказывать юридические услуги в течение 2 месяцев с момента заключения договора, а заказчик обязуется оплатить оказанные услуги в сроки и порядке, предусмотренные договором. 

Кроме того, ФИО8 также был утвержден арбитражным управляющим ликвидируемого должника ООО "Резервснаб" по делу № А63-9967/2019, в рамках которого ООО "Водогрев" также являлось кредитором.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что между ООО "Водогрев" и конкурсным управляющим ФИО8 имеются устойчивые связи, что позволяет утверждать об их фактической аффилированности.

Применительно к настоящему спору фактическая аффилированность сторон договора упраздняет презумпцию добросовестности ООО "Водогрев" и возлагает на него бремя ее доказывания при совершении им сделки договора поставки.

Апелляционный суд отмечает и тот факт, что в материалах дела отсутствует разумное обоснование причин заключения договора поставки продукции на значительную сумму с организацией, которая находилась в процедуре банкротства на момент заключения договора. Кроме того, нет доказательств того, что указанный товар был необходим должнику.

Отсутствие экономической целесообразности совершения оспариваемой сделки может свидетельствовать с позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.08.2020 N 308-ЭС19-9133 (17) по делу N А25-2825/2017, о заключении договора с целью создания искусственной задолженности, т.е. о злоупотреблении правом и недействительности совершенной сделки.

Учитывая отсутствие экономической целесообразности совершения спорных сделок по поставке (договор поставки N 26/16-АВ от 13.12.2016 с соглашением о новации N 1/26/16-АВ от 27.12.2016), а также позицию Верховного Суда РФ, изложенную в определении от 31.08.2020 N 308-ЭС19-9133 (17) по делу N А25-2825/2017, заключение указанного договора имело целью создание искусственной задолженности, что говорит о злоупотреблении правом со стороны ООО "Водогрев" и недействительности (ничтожности) совершенной сделки в порядке статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оценив спорный договор поставки от 11.02.2020 на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив заинтересованность ООО "Водогрев" по отношению к должнику, наличие у должника на момент совершения спорной сделки неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами, отсутствие доказательств исполнения спорного договора, недоказанность экономической целесообразности заключения договора поставки от 11.02.2020, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что подлинная воля сторон договора не была направлена на установление правоотношений по поставке товара, подписанный между должником и ООО "Водогрев" договор поставки имеет признаки мнимой сделки, совершенной заинтересованными лицами лишь для вида, без намерения сторон указанных сделок создать соответствующие им правовые последствия, при злоупотреблении правом. В результате совершения оспоренной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в увеличении размера кредиторской задолженности общества.

Судебная коллегия расценивает действия сторон договора поставки в качестве недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) и приходит выводу о наличии оснований для признания данного договора недействительной сделкой в соответствии со статьями 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Договор поставки от 11.02.2020 и действия по передаче товара, оформленных товарными накладными, является мнимой сделкой, прикрывающей иную волю ее участников, в частности, создания искусственной технической текущей задолженности перед должником и с целью последующего вывода денежных средств из конкурсной массы должника преимущественно перед требованиями реестровых кредиторов. Фальсификация документов с целью построения притворной сделки и возложения на должника дополнительных текущих обязательств при условии нетипичного (недобросовестного) поведения арбитражного управляющего, который своим бездействием лишь только поспособствовал реализации противоправной цели заключения мнимой и притворной сделки в любом случае указывает на наличие обстоятельств выхода за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, свидетельствует о мнимости, наличия признаков злоупотребления правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности отклоняются судом апелляционной инстанции ввиду следующего.

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда лицо, оспаривающее сделку, узнало или должно было узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Аналогично, в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу второму части 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если внешний или конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, в результате осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности само по себе, однако необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие оснований для оспаривания сделки. В частности, разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе ту, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под специальные основания оспаривания. Например, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника, открытых в кредитных организациях счетах и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Аналогичная правовая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 N 309-ЭС15-1959.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Краснодарского края от 10.08.2020 ООО "ТИЛ" признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника. Конкурсным управляющим ООО "ТИЛ" утвержден ФИО4, из числа членов НП ААУ "ЦФОП Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации".

Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано на сайте газеты "Коммерсантъ" от 29.08.2020 № 156 (6877).

Таким образом, годичный срок исковой давности оспаривания сделок по банкротным основаниям истек 10.08.2021.

В то же время, в рассматриваемом случае заявление подано кредитором.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)", статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и соответствующие права (в частности, на ознакомление с материалами дела в части предъявленных всеми кредиторами требований и возражений, на участие в судебных заседаниях по рассмотрению требований всех кредиторов, на обжалование судебных актов, принятых по результатам рассмотрения указанных требований), необходимые для реализации права на заявление возражений, возникают у кредитора с момента принятия его требования к рассмотрению судом.

В связи с этим, как указывает Верховный Суд Российской Федерации, кредитор мог бы получить документацию и узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2016 N 304-ЭС14-5681(7)). При рассмотрении вопроса о том, должен ли был конкурсный кредитор знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько кредитор мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный кредитор, включенный в реестр кредиторов и ознакомившийся с отчетом конкурсного управляющего, имеет возможность оперативно запросить всю необходимую ему для реализации своих прав информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Индивидуальный предприниматель ФИО2 является конкурсным кредитором, включенным в реестр требований кредиторов на основании определения Арбитражного суда Краснодарского края от 17.03.2021 и определения Арбитражного суда Краснодарского края от 11.10.2022 по делу № А32-1015/2020 о процессуальном правопреемстве кредитора с размером требований 129 000 000 руб. основного долга и 10 819 875 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В ходе конкурсного производства ООО "ТИЛ" конкурсным управляющим ФИО8 представлялись следующие отчеты о своей деятельности: 

1) отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 27.11.2020, не содержащий в себе каких-либо сведений о наличии у должника текущих обязательств перед ООО "Водогрев"; 

2) отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 06.05.2021, не содержащий в себе каких-либо сведений о наличии у должника текущих обязательств перед ООО "Водогрев"; 

3) отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 15.06.2021, не содержащий в себе каких-либо сведений о наличии у должника текущих обязательств перед ООО "Водогрев"; 

4) отчет конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 10.01.2022, не содержащий в себе каких-либо сведений о наличии у должника текущих обязательств перед ООО "Водогрев".

Впервые, информация о наличии у должника текущих обязательств перед ООО "Водогрев" отразилась в отчете конкурсного управляющего от 8 апреля 2022 года, который приобщен в материалы дела 12 мая 2022 года совместно с ходатайством о продлении процедуры конкурсного производства.

Принимая во внимание, что задолженность ООО "Водогрев" является текущей, в отчетах конкурсного управляющего информация о наличии текущих обязательств перед ООО "Водогрев" впервые отражена в отчете только 08.04.2022, судебная коллегия приходит к выводу, что именно с  08.04.2022 кредитор узнал о наличии задолженности перед ООО "Водогрев".

Из материалов дела следует, что кредитор обратился в арбитражный суд 14.10.2022.

Учитывая изложенное, годичный срок кредитором не пропущен.

Кроме того, поскольку суд апелляционной инстанции признает спорную сделку совершенную лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), она является ничтожной, срок исковой давности по таким сделкам составляет три года, следовательно, заявление конкурсного кредитора поступило в суд в пределах установленного срока и оснований для вывода об истечении срока исковой давности не имеется.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 постановления N 63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно выписке по расчетному счету № 

<

***>, открытому в АО "Альфа Банк", 20.10.2021 конкурсным управляющим ООО "ТИЛ" ФИО8 произведено списание с расчетного счета должника в пользу ФИО3, ИНН 

<

***>, в размере 2 000 000 руб. с назначением платежа "Погашение текущей задолженности на основании решения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020 по делу № А41-60300/2020, в соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации согласно письму кредитора. НДС не облагается".

Согласно статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

Как следует из материалов дела, назначение платежа в оспариваемой сделке непосредственно свидетельствует о том, что оплата была произведена в пользу третьего лица на основании письма кредитора на основании .

Кроме того, согласно пояснениям конкурсного управляющего, 10.02.2021 от ООО "Водогрев" в адрес конкурсного управляющего ООО "ТИЛ" поступило требование, в котором общество указало, что ООО "ТИЛ" является должником ООО "Водогрев" на основании договора поставки от 11.02.2020, задолженность подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 08.12.2020 по делу № А41-60300/2020. В указанном требовании ООО "Водогрев" указало о погашении  данного требования на основании статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации в пользу третьего лица – ФИО3

В связи с изложенным, как указал конкурсный управляющий погашение текущей задолженности является обязанностью конкурсного управляющего и производилось конкурсным управляющим ООО "ТИЛ" на счет ФИО3, как это обязывает статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В материалы дела конкурсным управляющим представлено платежное поручение № 3 от 20.10.2020, в соответствии с которым в адрес ФИО3 перечислено 2000000 руб., а также письмо за подписью директора ООО "Водогрев" ФИО10 на имя конкурсного управляющего ООО "ТИЛ" ФИО8 без даты и номера о перечислении денежных средств на счет ФИО3 

Принимая во внимание вышеизложенное, последствием признания сделки недействительной в данном случае будет отсутствие у должника обязательств перед ООО "Водогрев" и взыскание с ответчика полученных денежных средств в размере 2000000 руб., произведенных в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Совершение оплаты должником в пользу третьего лица (ФИО3) по поручению взыскателя (ООО "Водогрев") на основании вступившего в силу судебного акта соответствует положениям гражданского законодательства и не лишает сторону сделки (должника) права требовать возврата денежных средств у ООО "Водогрев", так как третье лицо не является самостоятельным участником спорной сделки.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2020 N 305-ЭС19-2386(11).

Таким образом, суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, и принял незаконный судебный акт, что в силу положений пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными государственная пошлина составляет 6 000 рублей.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы на решения арбитражного суда, а также на определения суда о прекращении производства по делу, об оставлении искового заявления без рассмотрения, о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда, об отказе в выдаче исполнительных листов - 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.

С учетом изложенного, с должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 9000 рублей, из них: за подачу заявления в Арбитражный суд Краснодарского края в сумме 6000 рублей; за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства индивидуального предпринимателя ФИО2 о привлечении к участию в деле в качестве соответчика ФИО3 отказать.

Определение Арбитражного суда Краснодарского края от 21.07.2023 по делу№ А32-1015/2020 отменить.

Признать недействительным договор поставки от 11.02.2020, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью "Водогрев" и обществом с ограниченной ответственностью "ТИЛ".

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Водогрев", ИНН 

<

***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью "ТИЛ", ИНН 

<

***>, 2000000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Водогрев", ИНН 

<

***>, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 государственную пошлину в сумме 9000 рублей, из них: за подачу заявления в Арбитражный суд Краснодарского края в сумме 6000 рублей; за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

СудьиМ.Ю. Долгова

Н.В. Шимбарева