АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-34544/2018

Дело № А55-2399/2016

г. Казань

04 февраля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Герасимовой Е.П., Ивановой А.Г.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Грифт»

на определение Арбитражного суда Самарской области от 05.08.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020

по делу № А55-2399/2016

по заявлениям общества с ограниченной ответственностью  «Мособлалкоторг», конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ОАЗИС»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 09.02.2016 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Оазис» (далее – ООО «Оазис», должник). 

Решением Арбитражного суда Самарской области от 06.09.2016 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ООО «Оазис» ФИО1 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО7 Дениса-Николаевича, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности. Взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в пользу ООО «Оазис» денежные средства в размере 59 385 983,87 руб.

Общество с ограниченной ответственностью «Мособлалкоторг» (далее – ООО «Мособлалкоторг») также обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о привлечении их к субсидиарной ответственности в размере требований кредиторов, не погашенных по причине отсутствия имущества. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 01.08.2019 заявления конкурсного управляющего ФИО8 и ООО «Мособлалкоторг» объединены в одно производство для совместного рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05.08.2020 отказано в удовлетворении заявления ООО «Мособлалкоторг» и заявления конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности в размере 59 385 983,87 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020 определение суда первой инстанции от 05.08.2020 по настоящему делу оставлено без изменения.

Общества с ограниченной ответственностью  «Гифт» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить судебные акты, вынесенные судами первой и апелляционной инстанции, и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Кассационная жалоба мотивирована тем, что выводы судов первой и апелляционной инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, судами неправильно применены нормы материального и процессуального права, нарушены требования к оценке доказательств, что в совокупности, привело к принятию незаконных и необоснованных судебных актов. 

Заявитель жалобы указывает, что: 1) вывод судов об отсутствии после 08.05.2015 признаков возникновения дополнительных обязательств должника противоречит материалам дела, в частности вступившим в законную силу решениям судов о взыскании с должника задолженности; 2) вывод судов о неприменении к ФИО5 презумпций, установленных подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), противоречит фактическим обстоятельствам дела и сложившейся судебной практике; 3) установив по данным бухгалтерской отчетности наличие у должника активов на сумму 139 843 тыс. руб., суды уклонились от оценки судьбы этих активов с учетом того, что конкурсная масса сформирована только из дебиторской задолженности на сумму 37 980 159,22 руб.; 4) отказав в привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, суды не разрешили вопрос о привлечении бывшего руководителя к ответственности в виде возмещения убытков по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

От ФИО2 в суд кассационной инстанции поступил отзыв, в котором ответчик возражает против удовлетворения кассационной жалобы. 

Конкурсный управляющий ООО «Оазис» ФИО1 также представил мотивированный отзыв на кассационную жалобу ООО «Гифт», в которой поддержал доводы кассатора в полном объеме.

Заявитель кассационной жалобы и иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Как предусмотрено частью 1 статьи 286 АПК РФ, при проверке судом округа законности решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливается правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ФИО1 в качестве обоснований своих требований ссылался на причинение вышеуказанными лицами существенного вреда имущественным правам кредиторов, выразившееся в перечислении в условиях наличия признаков неплатежеспособности ООО «Оазис» в период с 10.08.2015 по 18.01.2016 различным организациям денежных средств в сумме 52 463 013,51 руб., уступке в период с 11.01.2016 по 20.02.2016 права требования долга в размере 4 416 178,92 руб. (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); в непередаче документации должника арбитражному управляющему (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве); в неисполнении обязанности руководителя по подаче заявления должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве). 

ООО «Мособлалкоторг», обращаясь с аналогичными требованиями, ссылалось на невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих должника лиц: ФИО2 и ФИО3 (с 11.01.2016 по настоящее время владельцы должника с долями по 50%); ФИО4 – директора должника с 16.09.2011 по 15.02.2016; ФИО5 – директора с 15.02.2016 по 03.11.2016; ФИО6 (владелец с 19.01.2012 по 11.01.2016 с долей владения 50%); неисполнение обязанности руководителя по подаче заявления должника в арбитражный суд с заявлением о банкротстве при наличии признаков неплатежеспособности ООО «Оазис» по состоянию на 08.05.2015.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным подпунктом 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (за непередачу документации должника арбитражному управляющему), суды первой и апелляционной инстанций отметили, что по требованиям о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям четвертого абзаца пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве надлежащим ответчиком может быть только последний руководитель должника ФИО5

При этом судами установлено, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 15.05.2017 на ФИО5 возложена обязанность по передаче документов должника конкурсному управляющему. 07.06.2020 Арбитражным судом Самарской области выдан соответствующий исполнительный лист. 

Из акта судебного пристава-исполнителя Безенчукского района Управления Федеральной службы судебных приставов по Самарской области ФИО9 от 23.02.2018 следует невозможность исполнить обязывающий должника совершить определенные действия исполнительный документ. На этом основании постановлением судебного пристава-исполнителя Безенчукского района Управления Федеральной службы судебных приставов по Самарской области ФИО9 от 23.02.2018 № 63005/18/14425 исполнительное производство № 13061/17/63005-ИП окончено. 

Установив, что документы должника в большей части переданы ФИО5 конкурсному управляющему, суды одновременно пришли к выводу об отсутствии доказательств того, что ФИО5 располагает документацией должника и уклоняется от ее передачи.

Приняв во внимание выводы временного управляющего ООО «Оазис» о невозможности взыскания дебиторской задолженности в связи с истечением срока исковой давности и необходимости её включения в связи с этим в состав внереализационных расходов, содержащиеся в заключении о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства должника, составленное в апреле 2016 года, суды не усмотрели совокупность условий для привлечения к субсидиарной ответственности по данным основаниям ФИО5

При этом судами сделан вывод об отсутствии оснований для применение к ФИО5 презумпций ответственности, закрепленных в абзаце 11 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53) в связи с отсутствием в материалах дела доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии противоправного характера поведения ФИО5, его вины, наличия вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом.

Согласно суждению судов первой и апелляционной инстанций, сам по себе факт непередачи руководителем должника бухгалтерской документации арбитражному управляющему не свидетельствует об отсутствии и (или) искажении документации должника; отсутствуют доказательства, подтверждающие факт сокрытия руководителем должника имущества, а также невозможности определения основных активов и их идентификации, невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и условий, позволивших их проанализировать и рассмотреть вопрос о необходимости оспаривания в целях формирования конкурсной массы в процедуре конкурсного производства, в материалы дела не представлены; не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи между отсутствием документов бухгалтерской отчетности и невозможностью формирования конкурсной массы, и, как следствие, неудовлетворения требований кредиторов.

На основании изложенного суды пришли к выводу о том, что заявителями не представлены доказательства наличия совокупности условий, необходимых для возложения на ответчиков ответственности.

Между тем, судами не учтено следующего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 24 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, при этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника.

Конкурсный управляющий должника и ООО «Мособлалкторг» в своих заявлениях указывали на то, что ФИО5 и иными ответчиками обязанность по передаче документов исполнена ненадлежащим образом, документация должника передана не в полном объеме, что не может свидетельствовать о добросовестном характере бездействия ФИО5

При этом заявители обращали внимание суда на то, что по данным бухгалтерского баланса ООО «Оазис» по состоянию на 31.12.2015 у должника имелись активы на сумму 139 843 000 руб., в том числе дебиторская задолженность в размере 54 942 000 руб. 

Вместе с тем, ФИО5 передал конкурсному управляющему документацию должника, подтверждающую наличие дебиторской задолженности только на сумму 32 973 153,81 руб., при этом документов, подтверждающих наличие и судьбу иных активов должника на сумму 106 869 846,19 руб., ФИО5 или иными ответчиками конкурсному управляющему передано не было.

В отсутствие такой документации конкурсному управляющему удалось сформировать конкурсную массу только в размере 32 973 153,81 руб., состоящей только из дебиторской задолженности.

В результате конкурсный управляющий не имел возможности полностью сформировать конкурсную массу, в том числе выявить всех дебиторов должника, принять необходимые меры ко взысканию этой задолженности.

Между тем, указанным доводам заявителей судами первой и апелляционной инстанций оценки не дано, суды ограничились констатацией недоказанности того, что отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства, при этом обстоятельств наличия (отсутствия) объективных обстоятельств, препятствующих контролирующему должника лицу передать документацию должника в полном объеме, судами также не исследовались и не оценивались.

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов (пункт 6 указанной статьи).

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче временному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию ведения бухгалтерского учета и хранения учетных документов и обязанностью руководителя должника предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пунктом 3.2 статьи 64, пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга.

Таким образом, наличие у руководителя организации ее бухгалтерских документов предполагается, обязанность по ее передаче арбитражному управляющему установлена пунктом 3.2 статьи 64, пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Следовательно, на заявителя не может быть возложена обязанность доказывания наличия у бывшего руководителя должника его документации.

При установленном факте не передачи временному управляющему бухгалтерских документов должника и доводах конкурсного кредитора о невозможности в результате этого сформировать конкурсную массу, именно привлекаемое к ответственности лицо должно доказать отсутствие совокупности условий для привлечения его к субсидиарной ответственности по пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве.

Отклоняя требования заявителей о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за невыполнение руководителем требований статьи 9 Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве, суды отметили, что конкурсный управляющий должника и ООО «Мособлалкоторг» не указали ни точную дату возникновения обязанности руководителя обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Оазис» несостоятельным (банкротом), ни неисполненные обязательства, возникшие после этой даты в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве, в том числе, с появлением признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, в частности, с возникновением ситуации, при которой удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения обязательств перед другими кредиторами (абзацы второй, шестой пункта 1 статьи 9 Закона).

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника, и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, при рассмотрении заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом подлежит определению конкретный момент перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Руководителю должника предоставляется право доказывания того, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план.

При доказанности указанных обстоятельств такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Суд первой инстанции, перечислив требования кредиторов, возникших после 08.05.2015, пришел к выводу о том, что эти обязательства возникли в процессе обычной хозяйственной деятельности должника и ранее наступления тех обстоятельств, с которыми заявители связывают возникновение у ООО «Оазис» признаков неплатежеспособности.

Проанализировав бухгалтерскую отчетность должника за 2014 и 2015 годы, суды пришли к выводу о превышении в 2014 и в 2015 годах размера активов ООО «Оазис» над размером его обязательств, и наличии возможности погашения задолженности перед кредиторами.

Тем не менее, обращаясь в суд с данным требованием, ООО «Мособлалкоторг» указывало на то, что по состоянию на 08.05.2015 ООО «Оазис» имело признаки неплатежеспособности, при которых контролирующее должника лицо обязано было обратиться в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве).

Заявители также обращали внимание суда на возникновение после 08.06.2015 обязательств должника перед кредиторами ООО «Мособлалкоторг», ООО «Ишимский винно-водочный завод», ООО «Винзавод Юровский», ООО «Гифт», подтвержденных вступившими в законную силу решениями арбитражных судов, в частности, Арбитражного суда Московской области от 09.06.2019 по делу № А41-12678/2016, Арбитражного суда Тюменской области от 11.05.2016 по делу № А70-2050/2016, Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2016 по делу № А32-3348/2016, Арбитражного суда Пензенской области от 06.04.2019 по делу № А49-917/2016.

Указанные обстоятельства судами также не исследовались и не оценивались.

Таким образом, отказ судов в удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности судебная коллегия считает преждевременным, сделанным без исследования всех обстоятельств, имеющих непосредственное отношение для правильного разрешения данного спора; сделанные судами выводы нельзя признать основанными на установленных обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Поскольку судами не исследованы в полной мере обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, в судебных актах не получили отражения результаты оценки доводов сторон, а совершение таких процессуальных действий выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции, определение Арбитражного суда Самарской области от 05.08.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020 на основании частей 1, 3 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе установить все обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения данного спора, надлежащим образом исследовать и оценить весь комплекс имеющихся в деле доказательств, и принять мотивированный судебный акт в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями действующего законодательства.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 05.08.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2020 по делу № А55-2399/2016 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Самарской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            В.А.  Самсонов 

 

Судьи                                                                                    Е.П. Герасимова 

 

                                                                                              А.Г. Иванова