Арбитражный суд 

Пензенской области

44000, г. Пенза,  ул. Кирова, д. 35/39, тел.: (8412) 52-99-09, факс: 55-36-96, http://penza.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А49-7472/2019

г. Пенза

10 июня 2020 года

резолютивная часть решения объявлена 10 июня 2020 года

 

           Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Аверьянова С.В., при ведении секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по искам открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (ОГРН 

<

***>) к:

           1) индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 310583635400015) о взыскании 10 000 руб.;  

           2) индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 317583500054688) о взыскании 10 000 руб.;

           3) индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРНИП 310580930200029) о взыскании 10 000 руб.; 

          4) индивидуальному предпринимателю ФИО5 (ОГРНИП 304580235800036) о взыскании 10 000 руб.,

          с участием в судебном заседании:

          ответчика ФИО3 (по паспорту);

          истец, ответчики ФИО6, ФИО4, ФИО5, третьи лица ООО «Техносфера», ООО «МДН», ООО «Хёффер Групп» - не явились, извещены,          

установил:

ОАО «Рикор Электроникс» обратилось в Арбитражный суд Пензенской области с исками  к индивидуальным предпринимателям Светличной М.А., ФИО3, ФИО4 и ФИО5 о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №289416 – по 50 000 руб.   

           Иски были приняты к рассмотрению в порядке упрощенного производства с присвоением делам №№А49-7472/2019, А49-7465/2019, А49-7462/2019, А49-7461/2019. 

           В связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств суд перешел к рассмотрению названных дел по общим правилам искового производства.

           В ходе рассмотрения названных дел арбитражным судом на основании ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были приняты увеличения истцом размера исковых требований до 180 000 руб. по каждому иску.

           На основании ч.2.1 ст.130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела №№А49-7472/2019, А49-7465/2019, А49-7462/2019, А49-7461/2019 были объединены в одно производство №А49-7472/2019, после чего рассмотрение дела было начато с самого начала.

         В судебном заседании арбитражным судом на основании ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняты уточнения истцом исковых требований, согласно которым истец настаивает на взыскании с каждого ответчика по 10 000 руб. компенсации, исчисленной на основании п.п.1 п.4 ст.1515 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

          В судебном заседании ответчик ФИО3 исковые требования не признал.

           От третьего лица – ООО «Техносфера» поступил отзыв на иск, в котором исковые требования поддерживаются. Третье лицо просит о рассмотрении дела в его отсутствие.

           Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

           ОАО «Рикор Электроникс» является правообладателем товарного знака «», зарегистрированного по свидетельству №289416 в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 23.05.2005; приоритет товарного знака с 22.07.2004; срок действия регистрации истекает 22.07.2024.

           Товарный знак по свидетельству №289416 зарегистрирован в отношении товаров/услуг: 07 класса МКТУ – краны (части машин); муфты сцепления; части ременных и цепных передач (натяжные ролики, механизмы натяжения, успокоители), включенные в 7 класс; 09 класса МКТУ – жгуты проводов; колодки для электрических соединений; выключатели закрытые; резистивные датчики; 12 класса МКТУ – колеса зубчатые для наземных транспортных средств; 20 класса МКТУ – пробки (заглушки) пластмассовые.

           15.03.2018 ИП Светличной М.А. был реализован товар – датчик положения дроссельной заслонки стоимостью 190 руб., на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству №289416.

          13.02.2018 ИП ФИО3 был реализован товар – датчик положения дроссельной заслонки стоимостью 270 руб., на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству №289416.  

          17.03.2018 ИП ФИО4 был реализован товар – датчик положения дроссельной заслонки стоимостью 200 руб., на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству №289416.  

          19.03.2018 ИП ФИО5 был реализован товар – датчик положения дроссельной заслонки стоимостью 170 руб., на котором имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком по свидетельству №289416.

           Реализация ответчиками указанных товаров подтверждается чеками, а также видеозаписями.   

          Товары и диски DVD с видеозаписями приобщены судом к материалам дела. 

           Данные чеков о продавце товаров (наименование, ИНН) совпадают с данными ответчиков. 

           Проведение видеосъемки, в том числе скрытой камерой, в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения (ст.152.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), является допустимым средством самозащиты гражданских прав (ст.ст.12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации).

           Довод ИП ФИО5 о том, что видеозапись, на которой зафиксирован момент продажи в его торговой точке товара, не может быть использована судом, поскольку содержит факты возможной подмены товара, арбитражным судом проверялся и был признан необоснованным. Возможность подмены товара из просмотренной судом видеозаписи не следует.    

           Заявление ИП ФИО5 о фальсификации доказательства (видеозаписи) арбитражным судом было проверено в порядке ст.161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

          Уголовно-правовые последствия такого заявления сторонам были разъяснены (истцу – определением от 11.11.2019, ответчику в судебном заседании 11.11.2019 под расписку).

          Согласно поступившим 14.11.2019 от истца возражениям он против исключения представленного им доказательства (видеозаписи) возражает.

          По смыслу законодательства и на практике под фальсификацией доказательств понимается подделка доказательств, внесение в доказательства недостоверных сведений, изменение содержания документа или в целом фабрикация документа. Иными словами, фальсификация – это подделка, подчистка, фабрикация, искусственное создание любого доказательства по делу. 

           В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 22.03.2012 №560-О-О указано, что закрепление в процессуальном законе правил, регламентирующих рассмотрение заявления о фальсификации доказательства, направлено на исключение оспариваемого доказательства из числа доказательств по делу. Сами эти процессуальные правила представляют собой механизм проверки подлинности формы доказательства, а не его достоверности. 

         Рассмотрев заявление ИП ФИО5 о фальсификации доказательства, арбитражный суд его отклонил ввиду отсутствия достаточных оснований для того, чтобы полагать, что ответчик сфальсифицировал оспариваемое истцом доказательство. В результате просмотренной судом видеозаписи, арбитражный суд установил, что проданный ответчиком товар находился у ответчика на прилавке и был передан покупателю непосредственно продавцом ответчика. При этом сам ИП ФИО5 в момент купли-продажи находился в своей торговой точке и видел, как совершается сделка, однако никаких возражений по этому поводу не заявил.       

          Факты продажи имеющихся в деле товаров ответчиками не опровергнуты.  

           В соответствии с п.1 ст.1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

           Согласно ст.1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

           Как указано в п.1 ст.1229 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

           Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

           Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в т.ч. их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами, иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

           В соответствии со ст.1477 Гражданского кодекса Российской Федерации, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. 

           Как следует из положений ст.1482 Гражданского кодекса Российской Федерации, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании. 

           Согласно ст.1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст.1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). 

           Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (п. 2 ст.1484 Кодекса).

           Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. 

           Свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) и информацией Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам подтверждается, что ОАО «Рикор Электроникс» является обладателем исключительных прав на товарный знак «», дата регистрации – 23.05.2005, срок действия – до 22.07.2024. Товарный знак зарегистрирован за истцом, в том числе в отношении товаров/услуг 09 класса МКТУ – резистивные датчики.

           Факт принадлежности истцу исключительных прав на вышеуказанный товарный знак ответчиками не оспорен. 

           Согласно п.13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений на товарах истца и ответчика является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

           Кроме того могут приниматься во внимание Методические рекомендации по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 №197 (далее - Методические рекомендации), действовавшие на момент осуществления закупки спорного товара, которые не являются нормативным актом, но представляют собой сложившиеся в правоприменительной практике методологические подходы. 

           В соответствии с положениями параграфа 3 Методических рекомендаций, обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах.

           Следовательно, сравниваемые обозначения признаются тождественными, если они полностью совпадают, т.е. являются одинаковыми. 

           Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

           Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого в том числе с учетом неохраняемых элементов. 

           Сходство обозначений связано с однородностью товаров (услуг), в отношении которых обозначения заявлены (зарегистрированы). При идентичности товаров (услуг), а также при их однородности, близкой к идентичности, больше вероятность смешения обозначений, используемых для индивидуализации товаров (услуг). 

           При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. 

           Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. 

           Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь. Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений (пункт 5.2.2 Методических рекомендаций)

           Проведенным сравнением изображений (оригинальное сочетание букв А и Р), нанесенных на приобретенные у ответчиков товары (датчики дроссельной заслонки), с товарным знаком по свидетельству №289416 «» судом установлено их визуальное сходство.

           Сходство охраняемого товарного знака и изображения (оригинальное сочетание букв А и Р), нанесенного на спорный товар, позволяет ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения. 

           В качестве подтверждения доводов о контрафактности реализованных ответчиками товаров, истцом представлена сравнительная таблица, содержащая признаки, отличающие оригинальный товар от контрафактного товара.

          Сопоставив имеющиеся в деле товары с изображением оригинала товара, содержащегося в сравнительной таблице, арбитражный суд установил между ними следующие различия: 

          1) по товару, приобретенному у ИП Светличной М.А.: различие количества следов (точек) от толкателя (у легального датчика 3 следа (точки) от толкателя в определенных местах, на контрафактом – 4); по нанесению товарного знака на датчик (у легального датчика товарный знак – в углублении, на контрафактом – нет); по цвету металла контактов штекера (у легального датчика – белый металл, у контрафактного – желтый металл); различный материал крестообразного посадочного места для крепления (на легальном датчике – полупрозрачный белый пластик, на контрафактном – белый, непрозрачный); ошибка в указании напряжения (у легального датчика напряжение указано «5В», а на контрафактном – «58»); несоответствие даты изготовления датчика и срока действия декларации о соответствии на упаковке (у легального датчика дата изготовления находится в пределах срока действия декларации, у контрафактного – нет (дата изготовления – 2016 года, а срок действия декларации о соответствии – до 17.05.2013); 

          2) по товару, приобретенному у ИП ФИО3: различие количества следов (точек) от толкателя на лицевой части датчика (у легального датчика 3 следа от толкателя в определенных местах, на контрафактном - 2); по нанесению товарного знака на датчик (у легального датчика товарный знак – в углублении, на контрафактом – нет); различный материал крестообразного посадочного места для крепления (на легальном датчике – полупрозрачный белый пластик, на контрафактном – бежевый, непрозрачный); ошибка в указании напряжения (у легального датчика напряжение указано «5В», а на контрафактном – «58»);

          3) по товару, приобретенному у ИП ФИО4: различие количества следов (точек) от толкателя на лицевой части датчика (у легального датчика 3 следа от толкателя в определенных местах, на контрафактном - 4); по нанесению товарного знака на датчик (у легального датчика товарный знак – в углублении, на контрафактом – нет); различный материал крестообразного посадочного места для крепления (на легальном датчике – полупрозрачный белый пластик, на контрафактном – черный, непрозрачный); а также отличия в оформлении  лицевой части датчика;

          4) по товару, приобретенному у ИП ФИО5: различие количества следов (точек) от толкателя на лицевой части датчика (у легального датчика 3 следа от толкателя в определенных местах, на контрафактном - 4); по нанесению товарного знака на датчик (у легального датчика товарный знак – в углублении, на контрафактом – нет); по цвету металла контактов штекера (у легального датчика – белый металл, у контрафактного – желтый металл); различный материал крестообразного посадочного места для крепления (на легальном датчике – полупрозрачный белый пластик, на контрафактном – белый, непрозрачный); а также отличия в оформлении  лицевой части датчика.

          Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о контрафактности всех имеющихся в деле реализованных ответчиками датчиков положения дроссельной заслонки. Довод ИП ФИО7 о легальном происхождении реализованного им товара подлежат отклонению как не соответствующие фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.      

           Факт реализации ответчиками товаров (датчиков положения дроссельной заслонки), на которых имеются изображения, сходные до степени смешения с вышеназванным товарным знаком истца, подтвержден материалами дела. 

          Доказательств наличия у ответчиков права на использование товарного знака, зарегистрированного под №289416, суду не представлено. 

          Установив использование ответчиками на проданных ими товарах товарного знака, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в отсутствие прав на его использование, а также наличие признаков контрафактности данных товаров, суд считает, что каждым ответчиком было допущено нарушение принадлежащего ОАО «Рикор Электроникс» исключительного права на товарный знак по свидетельству №289416.

          Обстоятельств, являющихся основанием для освобождения ответчиков от ответственности в соответствии со ст.401 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда не имеется.

          Приобретение ответчиками реализованных ими контрафактных товаров (датчиков дроссельной заслонки) у третьих лиц таким обстоятельством служить не может.

          В абз.2 п.59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление №10) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

           Истцом к взысканию с каждого ответчика предъявлена компенсация за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 289416 в размере 10 000 руб., что соответствует минимально возможному размеру компенсации, исчисленному на основании п.п.1 п.4 ст.1515 Гражданского кодекса Российской Федерации на случай незаконного использования товарного знака.

          Законных оснований, в том числе исключительных обстоятельств, для снижения такого размера компенсации у суда не имеется.   

         Заявленные истцом судебные расходы подлежат отнесению на ответчиков в соответствии с ч.1 ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

           Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить, судебные расходы отнести на ответчиков.

          Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» компенсацию в размере 10 000 руб., а также судебные издержки в сумме 2 390 руб. 

          Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу  открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» компенсацию в размере 10 000 руб., а также судебные издержки в сумме 2 470 руб.

          Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» компенсацию в размере 10 000 руб., а также судебные издержки в сумме 2 400 руб.

          Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 в пользу открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» компенсацию в размере 10 000 руб., а также судебные издержки в сумме 2 370 руб.

           Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пензенской области в месячный срок с момента его принятия.

      Судья                                                                                                       Аверьянов С.В.