АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

улица Пушкина, дом 45, Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3951/2018

12 октября 2018 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 октября 2018 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи: Кушнаревой И.Ф.

судей: Кондратьевой Я.В., Никитина Е.О.

при участии:

от финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности от 25.12.2017, 

от ФИО1 - ФИО4, представитель по доверенности от 15.01.2018, ФИО5, представитель по доверенности от 11.09.2018

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО6, ФИО1

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 27.03.2018, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2018

по делу № А73-7425/2017

по заявлению финансового управляющего ФИО2

к Латуновой Наталье Евгеньевне

о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности 

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом)

заинтересованное лицо: Управление опеки и попечительства, защиты прав и интересов детей Министерства образования и науки Хабаровского края 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 06.06.2017 принято к производству заявление ФИО7 о признании ФИО1 (далее – ФИО1, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 16.08.2017 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

Решением арбитражного суда от 29.01.2018 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора дарения от 24.10.2014 жилого помещения – квартиры №226 общей площадью 66,4 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (кадастровый №25:28:040010:9373), заключенного между ФИО1 и ФИО6, а также о применении последствий недействительности сделки в виде возврата указанного жилого помещения в конкурсную массу должника.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено Управление опеки и попечительства, защиты прав и интересов детей Министерства образования и науки Хабаровского края.

Определением арбитражного суда от 27.03.2018, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2018, заявленные требования удовлетворены.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит определение арбитражного суда от 27.03.2018 и постановление апелляционного суда от 05.07.2018 отменить как принятые с неправильным применением норм материального права при несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, дело направить на новое рассмотрение.

В обоснование своей позиции заявитель указывает на отсутствие правовых оснований для применения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в целях квалификации спорной сделки как совершенной со злоупотреблением права. Отмечает, что в отношении ФИО6 суды не указали, в чем именно выразилось ее злоупотребление правом при заключении сделки. Приводит доводы о том, что наличие родственных отношений между сторонами сделки, которое участвующими в деле лицами не оспаривалось, не является достаточным доказательством недобросовестности должника и ФИО6, а также доказательством совершения спорной сделки со злоупотреблением права. Ссылается на отсутствие доказательств того, что, производя дарение квартиры, должник действовал со злым умыслом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Утверждает, что на момент заключения договора дарения от 24.10.2014 у должника отсутствовала кредиторская задолженность, поскольку решение о взыскании неосновательного обогащения в размере 5 000 000 руб. вынесено позже – 18.12.2014. Указывают на то, что безвозмездная передачи спорного имущества осуществлялась не с целью сокрытия ликвидного имущества от обращения взыскания и причинению вреда кредиторам, а в связи с возвращением имущества в собственность фактическому ее приобретателю – ФИО6, которая приобретала жилье за счет собственных средств. Отмечает, что в результате совершения сделки не мог быть причинен вред имущественным правам кредиторов, так как указанное имущество не подлежало включению в состав конкурсной массы должника в связи с тем, что спорная квартира являлась для должника единственным жилым помещением, пригодным для постоянного проживания (пункт 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее – ГПК РФ). Считает, что производство по настоящему обособленному спору подлежит прекращению в силу пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, поскольку по спору между сторонами имеется вступивший в законную силу судебный акт по тому же предмету и основанию.

ФИО6, также не согласившись с определением арбитражного суда от 27.03.2018 и постановлением апелляционного суда от 05.07.2018, обратилась в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит указанные судебные акты отменить как вынесенные с неправильным применением норм материального права при несоответствии выводов судов имеющимся в деле доказательствам и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование своих доводов ФИО6 ссылается на ошибочность вывода судов о недоказанности продажи спорной квартиры и приобретения ее в пользу ответчика. Отмечает, что, признавая сделку недействительной, суд не сделал вывод и не разъяснил последствия передачи мной денежных средств (1 950 000 руб.) в приобретении спорной квартиры – приобретаю ли я права кредитора. Указывает на то, что судами оставлено без внимания то обстоятельство, как истребуемая в конкурсную массу квартира, стоимостью более 5 000 000 руб., приобретена ФИО1 в личную собственность за 3 000 000 руб., и досрочно погашен кредит при доходе, не позволяющем это сделать без денежных средств семьи. Считает как несоответствующий действительности вывод суда об отсутствии доказательств передачи мной денежных средств брату – ФИО8

В отзыве на кассационные жалобы финансовый управляющий ФИО2 с доводами, изложенными в кассационных жалобах, не согласилась, считает обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, а кассационные жалобы – не подлежащими удовлетворению. При этом поддерживает вывод судов о том, что оспариваемая сделка совершена с намерением причинить вред кредиторам и как следствие является ничтожной. Отмечает, что не имеет правового значения довод ФИО1 о том, что решение о взыскании с него неосновательного обогащения в размере 5 000 000 руб. вынесено позже совершения спорного договора, поскольку обязательства из неосновательного обогащения возникают не с момента вынесения решения суда, а с момента приобретения или сбережения имущества за счет потерпевшего; кроме того, поясняет, что спорная сделка была совершена должником именно тогда, когда ФИО7 потребовал от него возвращения денежных средств в судебном порядке. Указывает на осведомленность второй стороны сделки – ФИО6 о наличии у должника противоправной цели, поскольку последняя по отношению к должнику является родной сестрой, что в силу пункта 3 статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) позволяет считать ее по отношению к ФИО1 заинтересованным лицом. Отклоняя довод ответчиков о том, что квартира изначально приобреталась фактически не для самого должника, а для его сестры (за счет ее собственных денежных средств был погашен как первоначальный взнос, так и ипотечный кредит), считает, что единственной целью ФИО1 при совершении сделки было сокрытие своего имущества. Обращает внимание на несостоятельность довода ФИО6, озвученный только в суде кассационной инстанции в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об отсутствии возможности у должника погашать ипотечный кредит, поскольку, как указано финансовым управляющим, кредитным учреждением при выдаче ипотеки был установлен факт его финансовой состоятельности. Полагает, что производство по настоящему обособленному спору не подлежит прекращению в силу пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, поскольку по делу, которое рассматривал суд общей юрисдикции и по настоящему обособленному спору разный субъектный состав спора; финансовый управляющий не участвовал в рассмотрении дела Первореченским районным судом г. Владивостока. Отмечает, тот факт, что квартира является единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением, не означает, что такое имущество допускается в качестве предмета сделки, совершенной со злоупотреблением, заведомо в отсутствие риска несения неблагоприятных последствий в виде применения последствий недействительности сделки; напротив, добровольное отчуждение жилого помещения означает, что собственник (даритель) не рассматривает квартиру в качестве единственного пригодного для своего и членов своей семьи проживания.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ФИО1 и финансового управляющего имуществом должника ФИО2 поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах и в отзыве на них соответственно, дав по ним пояснения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание окружного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ в их отсутствие.

Проверив в порядке статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа не находит оснований для их отмены в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между Латуновым М.Е. (даритель) и Латуновой Н.Е. (одаряемой) 24.10.2014 заключен договор дарения, согласно которому даритель обязался безвозмездно передать в собственность одаряемой, а одаряемая обязалась принять в собственность квартиру, находящуюся по адресу: Приморский край, г.Владивосток, ул.Жигура, д.26, кв.226 общей площадью 66,4 кв.м (пункт 1.1 договора).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 10.10.2017 №27/074/902/2017-4124, зарегистрирован переход права собственности оспариваемой квартиры на ФИО6 на основании договора дарения от 24.10.2014.

Финансовый управляющий имуществом должника, полагая, что договор дарения спорной квартиры совершен при злоупотреблении правом в отношении заинтересованного лица с целью вывода имущества из конкурсной массы, что причинило вред имущественным правам кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании статей 10, 168 ГК РФ.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе (пункт 1 статья 61.1 Закона о банкротстве).

Исходя из пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или статьей 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №154-ФЗ) предусмотрено, что пунктом 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктом 3-5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Поскольку договор дарения подписан 24.10.2014, то есть до 01.10.2015, с учетом пункта 13 статьи 14 Закона №154-ФЗ, признание его недействительным возможно лишь на основании статьи 10 ГК РФ.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьей 10 и пунктом 2 статьи 168 ГК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 №5-КГ16-28).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно разъяснениям пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных выше положений подлежащего применению законодательства и разъяснений, правовых позиций высших судебных инстанций, при этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов (о намерении причинения которого необходимо доказать в соответствии со статьей 10 ГК РФ), понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку спорный договор оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 №6526/10).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супругов.

Суды, установив, что оспариваемый договор заключен между родными братом (ФИО1) и сестрой (ФИО6), правильно оценили его, как заключенный между заинтересованными лицами, что позволяет презюмировать осведомленность второй стороны сделки о цели совершения должником оспоренной сделки.

Указанная презумпция, также как и презумпция совершения сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, являются опровержимыми. 

Однако, как установили суды, при рассмотрении настоящего обособленного спора ответчиком и должником не представлены в дело надлежащие и достаточные доказательства, исключающие как отсутствие у должника цели совершения оспоренной сделки – причинение вреда имущественным правам кредиторов, так и осведомленность второй стороны сделки (ответчика) о заключении договора с такой целью. 

Утверждения должника и ответчика о том, что квартира приобретена на денежные средства ответчика, в связи с чем, по договоренности между сторонами сделки, впоследствии была передана должником ответчику безвозмездно, то есть целью сделки являлось закрепление прав реального собственника квартиры (ответчика), не подтверждены в порядке статьи 65 АПК РФ.

При этом суды отметили, что в деле отсутствуют доказательства погашения кредитных обязательств должника по кредитному договору от 06.04.2012 №163315 за счет ответчика. Так, в деле отсутствуют документы, свидетельствующие о внесении платежей ФИО6, о наличии у нее финансовой возможности погашения кредита в соответствии с датами и суммами, указанными в банковской справке и др.

Кроме того, суды верно указали на то, что реализация спорной квартиры должником на основании договора дарения привела к тому, что из состава имущества ФИО1 безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, за счет которого кредиторы могли удовлетворить свои требования.

Помимо изложенного, суды, ссылаясь на вступившее в законную силу заочное решение Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 18.12.2014 по делу №А2-6777/14, пришли к обоснованному выводу о том, что на момент совершения спорной сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед ФИО7 в сумме 5 000 000 руб.

При этом судами обоснованно учтены обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда Приморского края от 21.03.2016 по делу №А51-28382/2015 и решением суда общей юрисдикции от 25.04.2016 по делу №2-263/16, согласно которым должник знал о неправомерности удержания им денежных средств, полученных от ФИО7 по соглашению от 12.12.2012 на момент подписания договора дарения от 24.10.2014.

Кроме того, суд принимает во внимание то, что договор заключен должником после предъявления кредитором требования в суд о возврате неосновательного обогащения в сумме 5 000 000 руб.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, суды верно отметили, что совершение должником и ответчиком спорной сделки привело к безвозмездному выбытию из состава имущества ФИО1 ликвидного имущества, которое могло быть включено в конкурсную массу, за счет которого кредиторы могли получить удовлетворение своих требований. Доказательства наличия у должника иного ликвидного имущества, на которое может быть обращено взыскание в объеме кредиторской задолженности, в материалах дела отсутствуют.

Доводы должника о наличии оснований для прекращения производства по данному обособленному спору в связи с тем, что спорная сделка уже была предметом оценки в рамках судебного разбирательства в суде общей юрисдикции, суды отклонили на основании следующего.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

В соответствии с пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 №13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» тождественность заявленных требований определяется при совпадении сторон, предмета и основания искового заявления. Предмет иска означает материально-правовое требование истца к ответчику. Основание иска означает обстоятельства, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Суды, сопоставив предметы и основания требований по настоящему обособленному спору и по спору, рассмотренному в рамках дела №2-4222/2015, пришли к выводу о том, что вопрос о признании договора ничтожным, как заключенным со злоупотреблением правом не был предметом рассмотрения в деле №2-4222/2015, где рассматривались требования ФИО7 о признании договора ничтожным как мнимой сделки на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

С учетом изложенного, суды пришли к обоснованному выводу о том, что договор дарения от 24.10.2014 заключен между заинтересованными лицами при злоупотреблении правом сторонами сделки. Указанные действия сторон сделки судебные инстанции правомерно оценили, как свидетельствующие о совершении данной сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов (из состава имущества ФИО1 безвозмездно выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу), что свидетельствует об умышленном поведение должника и ответчика по осуществлению принадлежащих им гражданских прав, сопряженное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, и, как следствие, о наличии совокупности всех обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ.

Применив последствия недействительности сделки, суд обязал ФИО6 возвратить в конкурсную массу ФИО1 полученное по недействительной сделке спорное имущество.

Выводы судов основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения, соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Довод должника о том, что спорная квартира являлась для него единственным жилым помещением, пригодным для постоянного проживания, на которое не может быть обращено взыскание, следовательно, оно не подлежит включению в конкурсную массу, не принимается вл внимание судом округа.

В силу положений пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В части 1 статьи 446 ГПК РФ установлено, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Таким образом, законодатель, предусматривая удовлетворение имущественных интересов кредиторов за счет конкурсной массы должника, определил пределы обращения взыскания по требованиям кредиторов с целью обеспечения соблюдения конституционных прав гражданина на достойную жизнь и жилище.

Вместе с тем само по себе данное обстоятельство не должно расцениваться судом в качестве основания, исключающего возможность признания сделки по отчуждению жилого помещения (доли в нем) недействительной и применения последствий недействительности в виде возврата спорного имущества в конкурсную массу должника. 

Тот факт, что квартира является единственным пригодным для постоянного проживания жилым, помещением не означает, что такое имущество допускается в качестве объекта сделки, совершенной со злоупотреблением правом, заведомо в отсутствие риска несения неблагоприятных последствий в виде применения последствий недействительности сделки. 

Первостепенной задачей при проведении процедуры банкротства является формирование конкурсной массы должника, в том числе путем оспаривания сделок. Только после завершения мероприятий по формированию конкурсной массы будет возможным определить наличие условий для признания конкретного помещения единственно пригодным для проживания должника и членов его семьи.

С учетом особенностей рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве) суд вправе по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, исключить из конкурсной массы имущество гражданина (пункты 2, 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Иные доводы ФИО1 и ФИО6, изложенные в кассационных жалобах, отклоняются судом округа, поскольку основаны на неправильном толковании закона, не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств и представленных доказательств. Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, все доводы и представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями АПК РФ. Оснований для их переоценки у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 АПК РФ не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб ФИО1 и ФИО6 отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 27.03.2018, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 05.07.2018 по делу № А73-7425/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           И.Ф. Кушнарева                   

Судьи                                                                                    Я.В. Кондратьева         

 

Е.О. Никитин