ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-11208/2024 № 09АП-11213/2024

 

Москва                                                                                Дело № А40-318894/19 

 04 апреля 2024 года 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей Ж.В. Поташовой и Ю.Н. Федоровой

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ООО «ТРАНСМИЛ» в лице конкурсного управляющего, ПАО «Тяжпрессмаш» на определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 по делу № А40318894/19, вынесенное судьей Е.С. Игнатовой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АЙ ДИ ЭС ДРИЛЛИНГ»,

о признании недействительным зачет встречных требований между ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» и ООО «Сервисный Центр СБМ» на сумму 41 684 633,40 руб., оформленный заявлением об одностороннем зачете от 17.03.2020;

при участии в судебном заседании:

от ПАО «Тяжпрессмаш» - ФИО1 по дов. от 01.09.2021

от к/у ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» - ФИО2 по дов. от 23.10.2023

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.01.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительным сделки по зачету встречных требований между ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» и ПАО «Тяжпрессмаш» на сумму 41 684 633,40 руб., оформленной заявлением об одностороннем зачете от 17.03.2020, и применении последствий недействительности этой сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2022 признан недействительным зачет встречных требований между ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» и ООО «Сервисный Центр СБМ» на сумму 41 684 633,40 руб., оформленный заявлением об одностороннем зачете от 17.03.2020. 

Применены последствия недействительности в виде восстановления обязательства ПАО «Тяжпрессмаш» перед ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» по договору №445 от 01.02.2018 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин на сумму 41 684 633,40 руб.

Восстановлены обязательства ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» перед ПАО «Тяжпрессмаш» по договору поставки №259 от 17.07.2015 и договору №453 от 03.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин на общую сумму 41 684 633,40 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2022 было оставлено без изменения

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.03.2023 определение Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2022 по настоящему делу отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 признан недействительным зачет встречных требований между ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» и ООО «Сервисный Центр СБМ» на сумму 41.684.633,40 руб., оформленный заявлением об одностороннем зачете от 17.03.2020.

Восстановлены обязательства ПАО «Тяжпрессмаш» перед ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» по договору №445 от 01.02.2018 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин на сумму 41.684.633,40 руб.

Восстановлены обязательства ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» перед ПАО «Тяжпрессмаш» по договору поставки №259 от 17.07.2015 и договору №453 от 03.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин на общую сумму 41 684 633,40 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 18.01.2024, ООО «ТРАНСМИЛ» в лице конкурсного управляющего, ПАО «Тяжпрессмаш» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят названное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представитель ПАО «Тяжпрессмаш» доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель конкурсного управляющего должника против удовлетворения апелляционных жалоб возражал.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, апелляционный суд не находит оснований к удовлетворению апелляционных жалоб и отмене или изменению определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Из материалов обособленного спора следует, в ходе проведения инвентаризации конкурсным управляющим должника была выявлена задолженность ПАО «Тяжпрессмаш» перед ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» в размере 41 684 633,40 руб., которая возникла на основании договора №445 от 01.02.2018 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании с ПАО «Тяжпрессмаш» указанной задолженности и неустойки.

В судебном заседании 24.03.2022 представитель ПАО «Тяжпрессмаш» приобщил к материалам дела и передал представителю конкурсного управляющего отзыв на исковое заявление с приложением заявления об одностороннем зачёте от 17.03.2020, которым были прекращены взаимные обязательства ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» и ПАО «Тяжпрессмаш» на сумму 41 684 633,40 руб.

Указанным заявлением о зачёте зачтена задолженность ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» перед ПАО «Тяжпрессмаш» по договору поставки №259 от 17.07.2015, по договору №453 от 03.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин. Также указанным заявлением об одностороннем зачёте зачтена задолженность ПАО «Тяжпрессмаш» перед ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» по договору №445 от 01.02.2018 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин.

Полагая, что указанное заявление о зачёте является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований, предусмотренных статьей 61.3  Закона о банкротстве, для признания оспариваемого зачета встречных требований недействительной сделкой.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 1 статьи 611 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: 

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; 

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; 

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; 

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). 

При этом, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором – пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь ввиду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Кроме того, поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне.

Как разъяснено в пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются также действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

При этом по основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, могут быть признаны недействительными также действия сторон по исполнению гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии со статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации зачет представляет собой способ прекращения встречных однородных требований, обязательным условием для его проведения является наличие встречного однородного требования; в противном случае соглашение о зачете представляет собой недействительную сделку. Для осуществления зачета необходимо, чтобы кредитор по одному обязательству являлся должником по другому, а должник по первому выступал кредитором по второму обязательству. Кроме того, зачет как способ прекращения встречного однородного требования в обязательствах предполагает бесспорность предъявленных к зачету требований.

В соответствии с пунктом 11 Постановления Пленума ВАС РФ 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер.

Оспариваемый зачет совершен 17.03.2020, то есть после 12.12.2019 - даты возбуждения дела о банкротстве. Следовательно, к спорным правоотношениям применимы положения пункта 1 и пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Из содержания оспариваемого зачета следует, что ПАО «Тяжпрессмаш» необоснованно получило удовлетворение своих требований за счет должника на сумму 41 684 633,40 руб.

При этом на момент заключения спорной сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами, в частности:

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 21.05.2019 по делу №А76-4837/2019 с должника в пользу ООО «Барит Урала» было взыскано 1 579 045,00 руб. неустойки и 188 800,00 руб. судебных расходов.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 10.10.2019 по делу №А50-4619/2019 между Должником и ООО «Химпром» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 19 689 729,69 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2019 по делу № А4051740/19-51-472 с должника в пользу ООО «СЕРВИСТЭК-БУРЕНИЕ» было взыскано 149 254,00 руб. неустойки, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 699 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.07.2019 по делу № А4095519/19-84-867 с должника в пользу ООО «Кемпартнерс» было взыскано 8 108 520,45 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.06.2019 по делу № А40111619/19-57-718 с должника в пользу ООО «НПО Нефтегазовый Сервис» было взыскано 6 375 435,59 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.10.2019 по делу № А40114482/19-19-1004 с должника в пользу ООО «Аврора» было взыскано 6 725 444,16 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.10.2019 по делу № А40116223/19-77-982 с должника в пользу ООО «Баулюкс» было взыскано 1 525 456,80 руб.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.08.2019 по делу № А76-17715/2019 с должника в пользу ООО «Барит Урала» было взыскано 4 288 493,18 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2019 по делу № А40151546/19-171-1364 между Должником и ООО «Маштех-Интернэшнл» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 37 036 283,25 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2019 по делу № А40153020/19- 159-1289 с должника в пользу ООО «Атолл Буровые Растворы» было взыскано 6 025 275,62 руб.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 19.08.2019 по делу №А75-11986/2019 с должника в пользу автономной некоммерческой организации дополнительного профессионального образования Учебный центр «Стандарт» было взыскано 268 500,00 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2019 по делу № А40161703/19-54-941 с должника в пользу «Югсон-Сервис» было взыскано 146 483,96 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2019 по делу № А40163775/19-172-1189 с должника в пользу ООО «ПК «ДЖИ ФОРС СЕПАРЕЙШН» было взыскано 6 025 504,80 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 27.08.2019 по делу № А5022168/2019 между Должником и ООО «Пермская компания нефтяного машиностроения» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 6 448 251,00 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 06.09.2019 по делу № А5022169/2019 между Должником и ООО «Пермская компания нефтяного машиностроения» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 709 010,55 руб.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 06.08.2019 по делу № А5022885/2019 между Должником и ООО «Актум» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 49 000 569,00 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.11.2019 по делу № А40178846/19- 120-1381 между Должником и ООО «ЕТС-Химические Материалы» было утверждено мировое соглашение согласно которому Должник признал задолженность в размере 22 650 000,00 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2019 по делу № А40190096/19-22-1634 с должника в пользу ООО НЛП «Буринтех» было взыскано 4 967 176,55 руб.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.10.2019 по делу № А60-47721/2019 между должником и ООО «Урало-Сибирская химическая компания» было заключено мировое соглашение согласно которому Должник признаёт задолженность в размере 5 285 469,00 руб.

В связи с неоплатой долга многие из указанных лиц впоследствии установили свои требования к должнику в деле о банкротстве в ходе процедур наблюдения и конкурсного производства, что подтверждается реестром требований кредиторов. В соответствии с реестром требований кредиторов должника в реестр включены требования кредиторов, возникшие до 12.12.2019, на общую сумму 7 652 000 242,31 руб., в том числе требования второй очереди в размере 62 810,12 руб.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 14 Информационного письма от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», зачет встречного однородного требования не допускается с даты возбуждения в отношении одной из его сторон дела о банкротстве.

В определении от 19.08.2019 № 304-ЭС19-12780 Верховного Суда Российской Федерации также поддержана позиция судов о недопустимости зачета с даты возбуждения в отношении одной из его сторон дела о банкротстве.

Зачет встречных требований после возбуждения в отношении одной из сторон правоотношения дела о банкротстве противоречит законодательству о банкротстве, которое разрешает предъявление требований кредиторов только в ходе соответствующих процедур банкротства, устанавливает очередность удовлетворения требований кредиторов, не допуская предпочтительного удовлетворения требований одних кредиторов одной очереди перед другими (статья 61.3, пункт 1 статьи 126, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, вопреки требованиям Закона о банкротстве, в результате спорной сделки имело место предпочтение ответчику в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании п. 1 ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В абзаце четвертом пункта 14 Постановления № 63 разъяснено, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).

В рассматриваемом случае оспариваемым заявлением об одностороннем зачёте прекращаются взаимные обязательства сторон на сумму 41 684 633,40 руб., что превышает 1% от стоимости активов заявителя за предшествующий отчётный период - 7 877 980,00 руб. 

Кроме того, обязательства, которые прекращаются оспариваемым заявлением об одностороннем зачёте, имеют существенную просрочку исполнения. Так, оспариваемым зачётом, который совершён 17.03.2020, прекращаются обязательства ответчика перед должником, возникшие в период с октябрь 2018 по июль 2019.

Таким образом, имеет место существенная просрочка исполнения засчитываемых обязательств, что наряду с тем обстоятельством, что оспариваемый зачёт совершён после возбуждения дела о банкротстве, свидетельствует об экстраординарном характере такого способа прекращения обязательств, в связи с чем, оспариваемое заявление об одностороннем зачёте от 17.03.2020 не может быть квалифицировано как совершённое в ходе обычной хозяйственной деятельности.

При таких обстоятельствах, суд пришел к правомерному выводу о недействительности спорной сделки в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

При этом оспариваемое заявление об одностороннем зачёте, вопреки доводам ответчика, не может быть квалифицировано как сальдо взаимных предоставлений по следующим основаниям.

Так, в обоснование своей позиции в данной части ответчик ссылается на правовые позиции, изложенные в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 02.09.2019 № 304-3C19-11744.

Действительно, в соответствии со сложившейся судебной арбитражной практикой, действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве в рамках дела о несостоятельности должника (в рамках договора поставки, лизинга, подряда), так как в случае сальдирования отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение покупателем какого-либо предпочтения.

При помощи метода сальдо рассчитывается итоговое обязательство одной из сторон в тот момент, который был согласован ими в договоре. Если этот момент не выражен в договоре буквально, он может быть установлен посредством толкования воли сторон, их предшествующего или последующего поведения (статья 431 ГК РФ).

Аналогичная правовая позиция содержится в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 № 304-ЭС17-14946, от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075 и от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744

Как следует из материалов обособленного спора, прекращённые в соответствии с оспариваемым заявлением об одностороннем зачёте обязательства вытекают из трёх договоров: договор поставки №259 от 17.07.2015, в рамках которого ответчиком в пользу должника поставлялось буровое оборудование; договор №453 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин от 02.09.2019, в рамках которого ответчик оказывал должнику услуги, а именно сервисное сопровождение работ по спуску подвесок хвостовиков при закачивании скважин и работы по сервисному сопровождению установки и срыва герметизирующих устройств при проведении ГРП (по указанным договорам должником является ответчик); договор №445 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин от 01.02.2018, в рамках которого должник оказывал ответчику услуги, а именно сервисное сопровождение работ по спуску подвесок хвостовиков при закачивании скважин и работы по сервисному сопровождению установки и срыва герметизирующих устройств при проведении ГРП (по данному договору должником является ответчик).

С целью квалификации оспариваемого зачёта как сальдо взаимных предоставлений, необходимо наличие единого обязательственного отношения, которым объединены договоры, обязательства по которым подлежат зачёту.

Между тем, в рассматриваемом случае судом установлено, что до возбуждения дела о банкротстве в отношении должника расчёты по спорным договорам производились сторонами в том виде, который обусловлен этими договорами, то есть посредством произведения оплат.

Так, платёжным поручением №1790 от 26.06.2019 ответчиком была произведена оплата актов №373 от 12.09.2018., №№448, 449, 450, 451, 452, 453, 454, 455, 457, 458, 459, 460, 461 от 30.10.2018 по договору №445 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин от 01.02.2018, в подтверждение чего в материалы обособленного спора представлены копии соответствующих актов.

С расчётного счёта должника №40702810302800001478, открытого в АО «Альфа-Банк» произведены следующие оплаты по договору поставки №259 от 17.07.2015:

01.03.2018 на сумму 7 669 150,40 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре 112 от 24.01.2018 по дог. 259 от 17.07.2015 за 1 Сумма 7669150-40руб. В т.ч. НДС (18%) 1169870-40 руб.

 16.03.2018 на сумму 10 643 038,32 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре 579 от 16.02.2018 по дог. 259 от 17.07.2015 за Оборудование закачивания скважин Сумма 10643038-32руб. В т.ч. НДС (18%) 1623514-32 руб.

19.07.2018 на сумму  669 060,00 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре 1584А от 20.04.2018 по дог. 259 от 17.07.2015 за Центраторы. КОМ и якорь Сумма 669060-00 руб. В т.ч. НДС (18%) 102060-00 руб. 

19.07.2018 на сумму 343 380,00 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре 1840А от 17.06.2018 по дог. 259 от 17.07.2015 за Подземное оборудование Сумма 343380-00 руб. В т.ч. НДС (18%) 52380-00 руб. 

19.07.2018 на сумму  4 545 070,00 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре 920 от 06.03.2018 по дог. 259 от 17.07.2015 за Оборудование для закачивания скважин Сумма 4545070-00 руб. В т.ч. НДС (18%) 693315-76 руб.

С расчётного счёта должника №40702810900000002487, открытого в Банке «ВБРР» (АО) произведена следующая оплата по договору поставки №259 от 17.07.2015:

24.08.2017 на сумму 7 983 272,89 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре N2398 от 16.06.2017 за оборудование для закачивания скважин. Сумма 7983272-89В т.ч. НДС (18%) 1217787-39

С расчётного счёта должника №40702810400190001003, открытого в Банке ВТБ (ПАО) произведены следующие оплаты по договору поставки №259 от 17.07.2015:

01.09.2017 на сумму 2 111 196,41 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре №2398 от 16.06.2017 за оборудование для закачивания скважин. Сумма 2111196-41В т.ч. НДС (18%) 322046-91 

17.10.2017 на сумму 2 882 403,70 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре №3870 от 15.09.2017 за оборудование для закачивания скважин. Сумма 2882403-70В т.ч. НДС (18%) 439688-70 

20.04.2017 на сумму 6 443 390,00 руб., назначение: Оплата по счет-фактуре №4438 от 28.10.2016 за оборудование для закачивания скважин. Сумма 6443390-00В т.ч. НДС (18%) 982890-00

Поскольку при оплате указывался номер счета-фактуры и не всегда указывался номер договора, конкурсный управляющий должника представил копии соответствующих счетов-фактур и товарных накладных, в которых есть ссылка на договор поставки №259.

Таким образом, завершение взаимных обязательств посредством зачёта не являлось для должника и ответчика обычным способом завершения обязательств.

В данном случае прекращение взаимных обязательств сторон происходит не в силу акта о зачете, а в силу соглашения сторон, выраженного в первоначальном договоре и следует из направленности воли сторон с учетом цели договора, принимая во внимание все соответствующие обстоятельства, включая их предшествующее и последующее поведение (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание, что заявление об одностороннем зачёте было составлено 17.03.2020, то есть после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, в рассматриваемом случае поведение ответчика не направлено на исполнение цели договора.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, ответчик указывал, что по условиям договоров как должником, так и ответчиком выполнялись взаимные работы и услуги, а условия договоров подряда идентичны, за исключением адресов объектов, на которых производятся работы.

Ответчик обращал внимание, что по договору № 445 оказания услуг ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» выступало исполнителем, а ОАО «Тяжпрессмаш» заказчиком по выполнению спуска в скважину подвесок у генерального заказчика — ООО «РНЮганскнефтегаз», по договору № 453 оказания услуг уже ОАО «Тяжпрессмаш» выступало в качестве исполнителя, а ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» в качестве заказчика по выполнению спуска в скважину подвесок хвостовика у генерального подрядчика - ООО «РН-Юганскнефтегаз», а в соответствии с договором поставки № 259 в адрес ООО «Ай Ди Эс Дриллинг» было постановлено нефтегазовое оборудование для спуска в скважину. Таким образом, все указанные договоры связаны с осуществлением спуска нефтегазового оборудования в скважину одного и того же конечного заказчика.

Оценивая указанные доводы ответчика, а также материалы обособленного спора, суд пришел к обоснованному выводу о том, что в рассматриваемом случае единое договорное отношение отсутствует, каждый из трёх спорных договоров является самостоятельным и не зависит от исполнения другого.

Так, договоры №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин являются различными и не связанными между собой, поскольку обязанность сторон по исполнению одного из них не зависит от исполнения другого. Данные договоры предусматривают выполнение самостоятельных видов работ по разным адресам.

Кроме того, ответчиком не доказано, что при исполнении обязательств по указанным договорам, в скважины спускалось именно оборудование, поставленное по договору №259 от 17.07.2015, при этом договоры №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019 в принципе не содержат таких условий.

В ходе рассмотрения спора представителем ответчика к материалам обособленного спора были приобщены дополнительные документы (письма и приложения к договорам), подтверждающие, по мнению ответчика, использование оборудования в рамках договоров №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019, поставляемого по договору поставки №259 от 17.07.2015.

Вместе с тем, в представленных документах нет ни единого упоминания договора поставки №259 от 17.07.2015, из данных документов также не усматривается, чьё оборудование будет использоваться при оказании услуг, в связи с чем, представленные документы не позволяют установить единое договорное отношение.

Напротив, конкурсным управляющим должника представлены соответствующие доказательства, свидетельствующие о том, что буровое оборудование поставлялось должнику не только от ответчика.

Так, нефтегазовое оборудование поставлялось в пользу должника и иными лицами - ОАО «Завод «Легмаш» по договору поставки №ДРЛ-17-27 от 30.03.2017, ООО «Меттойл» по договору поставки №2506 от 24.05.2018, ООО «Консолидейтед Сервисиз» по договору поставки №262/2018 от 26.02.2018, что подтверждается договорами и спецификациями к ним, представленными в материалы обособленного спора.

Следовательно, при выполнении работ, использовалось оборудование различных поставщиков.

При этом судом обоснованно отмечено, что договоры №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин, заключённые с ответчиком, не являются единственными в своём роде.

Как следует из материалов дела, должником заключались договоры и с другими контррагентами. договор №ДРЛ-18-8 от 23.01.2018 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин заключён с ООО «НУБР».

В соответствии с п. 1.1. указанного договора заказчик (ООО «НУБР») поручает, а подрядчик (ООО «Ай Ди Эс Дриллинг») обязуется по заданию заказчика оказывать сервисное сопровождение работ по спуску подвесок хвостовиков при закачивании скважин и работы по сервисному сопровождению установки и срыва герметизирующих устройств при проведении ГРП. 

Таким образом, предмет указанного договора полностью совпадает с предметами договоров №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019, следовательно, для надлежащего исполнения его условий требовалось такое же оборудование. 

При отсутствии в договоре поставки №259 от 17.07.2015 с ответчиком условия о целевом использовании бурового оборудования, невозможно отследить для нужд исполнения условий какого из договоров было использовано такое буровое оборудование.

Из изложенного следует вывод, что буровое оборудование поставлялось должнику не только от ответчика, как и услуги по сервисному сопровождению работ по спуску подвесок хвостовиков при закачивании скважин и работы по сервисному сопровождению установки и срыва герметизирующих устройств при проведении ГРП, оказывались не только ответчику.

Частичное совпадение конечного заказчика, частичное совпадение стиля изложения условий договоров, а также отсутствие оплаты по договорам, очевидно, не могут свидетельствовать о взаимосвязанности их условий и зависимости друг от друга. 

Завершение обязательств, вытекающих из данных договоров, посредством совершения зачёта взаимных требований также не может быть причиной появления признаков взаимосвязанности договоров, в противном случае любой взаимозачёт можно было бы квалифицировать как сальдирование.

 В данном случае каждый из трёх договоров является самодостаточным и независимым от исполнения либо неисполнения условий другого договора. 

Договоры №445 от 01.02.2018 и №453 от 02.09.2019 на оказание сервисных услуг при закачивании скважин являются различными и не связанными между собой, поскольку обязанность сторон по исполнению одного из них не зависит от исполнения другого. Данные договоры предусматривают выполнение самостоятельных видов работ. 

Выполнение в рамках указанных договоров работ по спуску в скважины оборудования, которое по наименованию похоже на оборудование ответчика, поставленного по Договору №259 от 17.07.2015, не может являться фактором, объединяющим данные договоры в обязательственном смысле.

При отсутствии зависимости спорных договоров друг от друга и оказания по ним услуг на разных объектах, невозможно установить такой критерий, как единое договорное отношение, который необходим для квалификации зачёта как сальдирование.

Сложившаяся судебно-арбитражная практика по схожим обстоятельствам исходит из того, что для установления факта взаимосвязанности нескольких договоров необходимо установить факт их взаимной зависимости, либо осуществления работ на одном объекте (постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.08.2021 по делу №А40- 145437/19, постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.03.2022 № Ф01-8126/2021 по делу №A11-10417/2019, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 19.06.2023 № Ф09-2722/23 по делу № А76-24726/2020, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.09.2023 N Ф07-8584/2023 по делу № А26-9901/2016).

Признание наличия единого договорного отношения только на основании схожего изложения предмета договоров недопустимо, поскольку это создаёт возможности для злоупотребления правом и удовлетворения требований инициатора зачёта в преимущественном порядке. Изложенный подход, по сути, ведёт к полной отмене такого юридического действия как зачёт и замене его сальдированием, стирая отличительную грань между этими двумя понятиями, делая невозможным взыскание дебиторской задолженности с целью пополнения конкурсной массы.

Ссылка ответчика на постановление Арбитражного суда Московского округа от 07.07.2023 №Ф05-13186/2020 по делу №А40-225223/2018 обоснованно отклонена судом, поскольку указанный судебный акт вынесен при фактических обстоятельствах, отличных от обстоятельств настоящего обособленного опора.

Согласно положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые, согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В силу частей 1 - 3 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая предшествующее и последующее поведение должника и ответчика, завершение взаимных обязательств посредством зачёта не являлось для должника и ответчика обычным способом завершения обязательств, заявление об одностороннем зачёте от 17.03.2020 было совершено после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, принимая во внимание то обстоятельство, что работы по договорам №453 и №445 выполнялись в разные не пересекающиеся периоды времени, договор №445 был заключён существенно раньше договора №453, работы выполнялись по разным адресам, что также свидетельствует об отсутствии у должника и ответчика намерения увязать их в единое договорное обязательство, а также отсутствие достоверных доказательств использования оборудования, поставленного по договору поставки №259, при исполнении условий договоров №453 и №445, суд пришел к законному выводу о том, что оспариваемое заявление об одностороннем зачете от 17.03.2020 не может быть квалифицировано как сальдо взаимных предоставлений.

Доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонены.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности.

Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Ответчик указывал, что конкурсным управляющим не предприняты действия, необходимые для получения им от бывшего руководства заявителя документов, из которых можно было почерпнуть информацию о совершении оспариваемого зачёта. По мнению ответчика, указанное обстоятельство привело к пропуску срока исковой давности для подачи заявления о признании сделки недействительной, который начал течь очевидно при обстоятельствах, известных только самому ответчику.

Согласно второму пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Если будет очевидно, что переданных документов недостаточно, конкурсный управляющий вправе дополнительно запросить недостающие документы у бывшего 9 руководителя, либо иного лица, у которого по сведениям управляющего должны находиться такие документы.

Конкурсному управляющему должника бывшим руководством были переданы, в том числе, бухгалтерская и иная документация должника, среди которой также были акты зачёта взаимных требований с ООО «Меттойл», ООО «Консолидейтед Сервисиз», ООО «Газпромнефть-Хантос», в отношении которых впоследствии конкурсным управляющим были поданы заявления о признании недействительными.

Доказательства передачи указанного уведомления конкурсному управляющему бывшим руководителем должника в материалы обособленного спора не представлены

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий не мог знать об осуществлении ответчиком зачёта взаимных требований в условиях, когда такой зачёт не отражён в бухгалтерской документации, а заявление об одностороннем зачёте не было передано бывшим руководителем должника, соответственно, конкурсный управляющий не мог знать о необходимости направления дополнительного запроса о предоставлении ему заявления об одностороннем зачёте.

Кроме того, хоть обстоятельства проведения инвентаризации имущества должника не относятся к предмету доказывания в рамках настоящего обособленного спора, но следует заметить, что исчисление сроков инвентаризации с даты введения наблюдения (как это сделал ответчик) не представляется корректным. Однако, как видно по сведениям, опубликованным 22.09.2021 на сайте ЕФРСБ (сообщение №7376199), установлено наличие задолженности ответчика перед заявителем в полном размере, что также свидетельствует о неосведомлённости конкурсного управляющего о совершении оспариваемого зачёта.

Вместе с тем, в рамках выполнения мероприятий, предусмотренных в конкурсном производстве, управляющий проводил претензионную работу с целью взыскания дебиторской задолженности должника.

Так, 15.03.2021 конкурсным управляющим в адрес ответчика была направлена претензия о необходимости оплаты задолженности, вытекающей, в том числе, из договора №445 от 01.02.2018.

В ответе на указанную претензию ответчик сообщил, что по результатам проведённой проверки какой-либо задолженности перед должником не обнаружено. При этом, подтверждающих документов, как это было предложено в претензии, ответчиком предоставлено не было. Доказательства обратного в материалы обособленного спора не представлены.

Поскольку задолженность не была погашена ответчиком в добровольном порядке, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с ответчика задолженности по договору №445 от 01.02.2018 в размере 41 608 912,80 руб. основного долга и 19 187 853,92 руб. неустойки, которое рассматривалось в рамках дела №А40-267275/2021.

В рамках судебного разбирательства по указанному делу конкурсному управляющему стало известно о совершении оспариваемого заявления об одностороннем зачёте, которое было представлено ответчиком только во втором судебном заседании, которое состоялось 24.03.2022.

Таким образом, конкурсный управляющий не мог узнать о существовании зачёта взаимных требований до указанной даты (24.03.2022), поскольку оспариваемый зачёт не отражён в бухгалтерской документации должника, в подтверждение чего представлены оборотно-сальдовые ведомости, а заявление об одностороннем зачёте от 17.03.2020 не было передано конкурсному управляющему ни бывшим руководством должника, ни ответчиком при ответе на претензию.

Настоящее заявление о признании недействительным заявления об одностороннем зачёте от 17.03.2020 было незамедлительно подано конкурсным управляющим в Арбитражный суд города Москвы 29.03.2022. 

Таким образом, конкурсным управляющим соблюдён срок исковой давности на подачу заявления о признании сделки недействительной.

При таких обстоятельствах, с учетом установленных судом обстоятельств, суд признл недействительной сделкой зачет встречных требований между должником и ПАО «Тяжпрессмаш» на сумму 41 684 633,40 руб., оформленной заявлением об одностороннем зачете от 17.03.2020, по пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»", если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве)

В силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования.

Поскольку зачет является способом прекращения обязательств и не предполагает передачу имущества или денег, признание такой сделки недействительной влечет восстановление положения, существовавшего до зачета, то есть восстановление взаимных обязательств сторон.

В рассматриваемом случае в качестве последствий недействительности сделки суд правомерно восстановил взаимные обязательства должника и ответчика, существовавшие до совершения указанного зачета.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Заявителями апелляционных жалоб не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого определения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2024 по делу № А40318894/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:А.С. Маслов

Судьи:Ж.В. Поташова

ФИО4