Решение от 26 февраля 2024 г. по делу № А27-7818/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело №А27-7818/2023


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации


26 февраля 2024г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 12 февраля 2024г.

Полный текст решения изготовлен 26 февраля 2024г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе

судьи Переваловой О.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителей

ФИО2 по доверенности от 11.11.22 – ФИО3 (онлайн),

ООО «Техносистема» по доверенности от 02.04.22 – ФИО4

дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2, ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>,

к обществу с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСИСТЕМА", ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

о взыскании 1 562 590,83 руб. долга, 9 854,61 руб. процентов, с начислением процентов по день фактического исполнения обязательства

и встречному исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСИСТЕМА", ОГРН: <***>, ИНН: <***>,

к индивидуальному предпринимателю ФИО2, ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>,

о взыскании 1 065 172,61руб. долга (с учетом принятого судом ходатайства в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью "ТОРГОВАЯ СЕТЬ АНИКС", ОГРН: <***>, ИНН: <***>

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСИСТЕМА" о взыскании 1 562 590,83 руб. долга, 9 854,61 руб. процентов, с начислением процентов по день фактического исполнения обязательства.

Иск мотивирован отказом ответчика в одностороннем порядке от агентского договора №01/21.10-001 от 01.10.2021, что послужило основанием предъявления требования о выплате приостановленного агентского вознаграждения по договору в размере 479590,83 руб. за период февраль- июнь 2022, размер которого определяется по условиям договора из расчета 20% от реализованного товара по определенной принципалом розничной цене; а также основанием возмещения расходов, связанных с открытием торгового подразделения в сумме 665000 руб., расходов на ремонт помещений и неотделимых улучшений арендованного помещения в сумме 418000 руб.

Индивидуальный предприниматель полагает, что по условиям агентского договора №01/2201-002 от 01.01.2022 ответчик принял на себя дополнительные обязательства, связанные с компенсацией агенту затрат по заработной плате работникам агента. Считает, что одновременно действовали два агентских договора. Заявлено ходатайство о проведении по делу экспертизы на предмет определения размера расходов Агента на открытие торговой точки по имеющимся в деле документам и иным доказательствам.

Общество с ограниченной ответственностью "Техносистема" возражало против иска, указало, что между сторонами сложились единые правоотношения из агентского договора, оформленные изначально агентским договором №01/21.10-001 от 01.10.2021, затем по устной договорённости сторон, агентским договором №01/2201-002 от 01.01.2022, поскольку фактический объем продаж и, как следствие, объем вознаграждения агента по первому договору не покрывал его расходы, в том числе, связанные с оплатой заработной платы собственным работникам, в связи с чем, размер вознаграждения определен в твердой сумме исходя из затрат агента на заработную плату своим сотрудникам равной 188905,30 руб. в редакции урегулированных разногласий. Оплата данного вознаграждения произведена стороной принципала в полном объеме и, с учетом того, что Агент отрицает единое правоотношение по агентскому договору заявлено в качестве неосновательного обогащения по встреченному иску в общей сумме 959654,02 руб., также предъявлено ко взысканию 105518,59 руб. расходов, оплаченных за агента в пользу третьего лица, связанных с обязательством последнего, вытекающих из договора аренды нежилого помещения.

ООО «Техносистема» считает, что расходы Агента, связанные с неотделимыми улучшениями нежилого помещения понесены по договору аренды помещения с третьим лицом, при этом несение расходов на открытие торгового подразделения обусловлено обязательствами индивидуального предпринимателя, вытекающими из договора коммерческой концессии №01/21.08.002 от 02.08.2021, в связи с чем, возражает против проведения по делу экспертизы.

Подробно доводы и возражения сторон по первоначальному и встречному искам изложены в многочисленных письменных пояснениях, приобщенных в материалы дела.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к выводу об обоснованности встречного иска в части, при этом не находит оснований для удовлетворения первоначального иска, исходя из следующего.

Как установлено вступившим в законную силу судебным актом по делу А02-464/2023 и следует из материалов, 02.08.2021 между ООО «Техносистема» (правообладатель) и ИП ФИО2 (пользователь) был заключен договор коммерческой концессии № 01/21.08-002, по условиям которого правообладатель обязался предоставить пользователь комплекс прав (принадлежащих правообладателю исключительных прав на использование объектов интеллектуальной собственности) для осуществления им предпринимательской деятельности на Территории и на срок, определённые в данном договоре, а пользователь обязался уплатить вознаграждение за предоставленный комплекс прав. По условиям настоящего договора пользователю предоставлялся комплекс прав, связанных с использованием товарного знака правообладателя – знак для товаров и услуг «Доминго», на который распространяется защита, согласно Свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) № 200487/1 от 29.12.2004, изменением к Свидетельству на товарный знак (знак обслуживания) от 02.09.2020. Стороны подписали Акт передачи стандартов предпринимательской деятельности в магазине «Доминго», стандартов фирменного стиля и дизайна «Доминго» (Приложение к договору). В соответствии с пунктом 3.1.1 договора пользователь имеет право открыть 2 магазина на Территории. Согласно пункту 3.2.1.2.1 договора Территория и адрес магазина приведены в Приложении № 2 к договору.

Приложением №2 к договору коммерческой концессии, стороны определили, что адреса локации будут установлены и прописаны в агентском договоре.

В целях осуществления достижения целей, предусмотренных договором коммерческой концессии, Пользователем был заключен договор субаренды № ГК-01/07/01 от 01.09.2021 на нежилое помещение, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер 22:65:016310:1187, с ООО Торговая сеть «Аникс».

01.10.2021 между ИП ФИО2 (Агент) и ООО «Техносистема» (принципал) был заключен Агентский договор № 01/21.10-001 (далее Агентский договор №1), согласно которому Агент по поручению Принципала берет на себя обязательство совершать от имени и за счет Принципала, указанные в разделе 3 настоящего договора юридические и фактические действия, а Принципал обязуется уплатить Агенту вознаграждение за оказываемые Принципалу услуги (п. 1.1. Договора).

В соответствии с п. 1 дополнительного соглашения от 01.10.2021 к агентскому договору, Принципал уплачивает Агенту вознаграждение в размере 20% от реализованного товара, по определенной Принципалом розничной цене, в том числе НДС 20%. В случае применения скидок при реализации товара по инициативе Принципала, вознаграждение уплачивается с учетом установленной скидки на товар.

Согласно пункту 1.4. Договора, деятельность Агента осуществляется в нежилом помещении, площадью 356 кв.м., находящегося по адресу: Алтайский край, г, Бийск, ул. Промышленная, 4А, кадастровый номер 22:65:016310:1187.

Кроме того, в материалы дела представлен Агентский договор №01/22.01-002 от 01.01.2022 (далее Агентский договор №2), подписанный сторонами, при этом Агент указывает «с разногласиями в части необходимости ежемесячной компенсации оплаты расходов», в соответствии с пунктом 1.4 которого, деятельность Агента также осуществляется в нежилом помещении, площадью 356 кв.м., находящегося по адресу: Алтайский край, г, Бийск, ул. Промышленная, 4А, кадастровый номер 22:65:016310:1187.

Согласно пункту 3.3.2 договора №2 принципал обязан выплатить агенту вознаграждение, которое складывается из затрат Агента на заработную плату своим работникам в размере 175000 руб. Агентское вознаграждение может быть изменено в случае изменения штатного расписания Агента путем подписания дополнительного соглашения между Агентом и принципалом.

Как следует из пояснений сторон, отдельного документа в виде разногласий по пункту 3.3.2 сторонами не подписано, вместе с тем, достигнута договорённость, что размер возмещения таких затрат составит 188905,30 руб., которое оплачивалось принципалом за период январь - июнь 2022 года.

Между сторонами отсутствуют возражения относительно размера вознаграждения определенного по агентскому договору №2 и выплаченному принципалом, с учетом периода фактического осуществления деятельности агента в нежилом помещении и удержанных принципалом денежных средств, связанных с утратой денежных средств при их инкассации в июне 2022 года.

Предметом первоначального иска является требование о взыскании с Принципала 467590,83 руб. вознаграждения, определенного в размере 20% от суммы продаж за период с февраля по июнь 2022 года.

В свою очередь, предметом встречного иска является требование о взыскании 959654,02 руб. выплаченного агентского вознаграждения, определенного из расчета агентского вознаграждения по договору №2, с учётом предъявления требования по первоначальному иску.

ООО «Техносистема» указывает, что Агентский договор №1 прекратил свое действие в результате заключения сторонами Агентского договора №2, поскольку деятельность Агента, вытекает из единого обязательства, и осуществляется в одном и том же помещении, при этом сторонами изменены условия, при которых Агент осуществляет свою деятельность и размер агентского вознаграждения.

Агент, в свою очередь, полагает, что действовали одновременно оба агентских договора и оплата по обоим договорам должна быть произведена в полном объеме. При этом оба договора прекратили свою деятельность по воле принципала, отказавшегося от аренды нежилого помещения в котором осуществлялась деятельность Агента.

Оценив условия заключённых договоров и фактически сложившиеся правоотношения сторон, арбитражный суд приходит к выводу, что между сторонами возникли агентские правоотношения из агентского договора №1, прекратившиеся в результате заключения сторонами Агентского договора №1, действие которого фактически прекращено в июне 2022 года.

Существенными условиями, которые должны быть согласованы сторонами при заключении договора, являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах существенными или необходимыми для договоров данного вида (например, условия, указанные в статьях 555 и 942 ГК РФ).

Существенными также являются все условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (абзац второй пункта 1 статьи 432 ГК РФ), даже если такое условие восполнялось бы диспозитивной нормой (пункт 2 названного выше постановления Пленума Верховного Суда).

По смыслу пункта 1 статьи 1005 ГК РФ предметом агентского договора является совершение агентом за вознаграждение по поручению другой стороны (принципала) юридических и фактических действий от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В случаях, когда в агентском договоре, заключенном в письменной форме, предусмотрены общие полномочия агента на совершение сделок от имени принципала, последний в отношениях с третьими лицами не вправе ссылаться на отсутствие у агента надлежащих полномочий, если не докажет, что третье лицо знало или должно было знать об ограничении полномочий агента (пункт 2 статьи 1005 ГК РФ).

С учетом указанных правовых норм, принципал вправе поручить агенту осуществление любых действий, которые могут быть определены договором, как путем полного перечисления поручаемых действий, так и с передачей агенту общих полномочий, учитывая, что в момент заключения договора не всегда возможно определить конкретный характер возможных действий.

Положения главы 52 "Агентирование" ГК РФ не содержат императивных предписаний, устанавливающих обязательное перечисление в агентском договоре поручаемых агенту конкретных действий.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

Исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ, представленные в материалы дела агентские договоры, арбитражный суд приходит к выводу, что предметы агентских договоров №1 и №2 полностью идентичны, при этом деятельность Агента осуществляется в едином нежилом помещении.

Арбитражный суд указывает, что ни одной из сторон не представлена в материалы дела какая-либо переписка, связанная с согласованием условий Агентского соглашения №2, в связи с чем, выводы суда основаны на фактических обстоятельствах и оценке поведения сторон, связанные с исполнением обязательств не только по агентским договорам, но и договору коммерческой концессии, как непосредственно связанному с агентскими правоотношениями сторон.

Анализ условий представленных договоров также позволяет суду прийти к выводу, что при сохранившимся предмете договора изменился объем обязательств Агента по договору, а именно, в соответствии пунктом 1.6 Агентского договора №1 обязательства Агента по договору №1, в том числе процессы по реализации товара, осуществляются в соответствии с положениями и регламентами Принципала, а также стандартами предпринимательской деятельности «ДОМИНГО», указанными в договоре Коммерческой Концессии № 01/21.08-002 от 02.08.2021, заключенного между Агентом (Пользователем) и Принципалом (Правообладателем).

В свою очередь, в соответствии с пунктом 1.6 Агентского договора №2 обязательства Агента по настоящему договору, в том числе процессы по реализации товара осуществляются в соответствии с положениями и регламентами Принципала, что обусловило изменение порядка определения размера агентского вознаграждения.

Между тем, по факту осуществления деятельности в данном нежилом помещении в соответствии с положениями и регламентами принципала, по сути, должна отвечать стандарту предпринимательской деятельности «Доминго», указанным в договоре коммерческой концессии, заключённом между сторонами.

Согласно пояснениям обоих сторон, после того, как Агент приступил к осуществлению деятельности в нежилом помещении в рамках первоначального агентского договора, оказались экономически неоправданными реальные затраты Пользователя в рамках договора коммерческой концессии и размером вознаграждения Агента в рамках осуществления деятельности по агентскому договору.

Однако Агент (пользователь) полагает, что по устной договорённости сторон, оплата по агентского вознаграждения в размере, определённом по Агентскому договору №1 была временно приостановлена, в то время как Принципал (правообладатель) указывает, что данное обстоятельство послужило основанием заключения сторонами Агентского договора №2, в связи с чем, действие Агентского договора №1 фактически прекращено.

Агент в рамках настоящего дела не представляет суду доказательств, свидетельствующих о том, что им, как стороной по обоим агентским договорам осуществлялась различная и самостоятельная деятельность, каждая из которых требовала оплаты агентского вознаграждения со стороны Принципала.

Напротив, анализ последовательной деятельности сторон, по убеждению суда, свидетельствует о том, что заключением Агентского договора №2, стороны фактически прекратили правоотношения, вытекающие из Агентского договора №1.

Так, заключению Агентского договора №1 от 01.10.2021 предшествовало заключение между сторонами договора коммерческой концессии № 01/21.08-002, следствием которого явилось заключение Пользователем (Агентом) договора субаренды № ГК-01/07/01 от 01.09.2021 нежилого помещения, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер 22:65:016310:1187, в которому осуществлялась деятельность Агента по обоим договорам.

Поскольку в соответствии с пунктом 1.6 агентского договора №1 деятельность Агента должна соответствовать стандартам предпринимательской деятельности «ДОМИНГО», указанными в договоре Коммерческой Концессии № 01/21.08-002 от 02.08.2021, заключенного между Агентом (Пользователем) и Принципалом (Правообладателем), то на Пользователя (Агента) фактически относились расходы, связанные с осуществлением всех мероприятий по благоустройству прилегающей территории (при необходимости); ремонтно-строительные работы, монтаж Оборудования и оснащения Магазина; поиск, подбор и обучение персонала для Магазина в соответствии с «Графиком запуска» Магазина, приведенном в «Стандартах предпринимательской деятельности в Магазине «Доминго», что следует из пункта 3.2.2.1.9 Договора концессии, где Пользователь обязан за свой счет нести соответствующие расходы.

Согласно п. 1.4. Договора коммерческой концессии № 01/21.08-002, Пользователь предоставляет Услуги, как самостоятельный хозяйствующий субъект, от своего имени, за свой счет и на свой предпринимательский риск. Пользователь самостоятельно несет ответственность перед третьими лицами за предоставление Услуг.

Согласно п. 1.12 Договора концессии, Пользователь признает, что ни сам Правообладатель, ни его представители, ни иные его сотрудники, агенты не делали никаких устных, письменных или визуальных заявлений и прогнозов относительно реально или потенциально возможных объемов продаж, выручки, будущих прибылей Пользователя.

Таким образом, правоотношения по агентскому договору №1 обусловлены тем, что владельцем помещения, в котором Агент (Пользователь) осуществляет деятельность из Агентского договора является сам Агент, при этом указанное помещение должно соответствовать стандартам, обусловленным договором коммерческой концессии и расходы на его содержание несет Пользователь (Агент).

С учётом изложенного, экономически логично и оправдано определение размера вознаграждения Агента в зависимости от объема реализации товара, переданного Принципалом Агенту в рамках агентского договора для осуществления деятельности.

Довод ИП ФИО2 о том, что он ни одного дня не работал в рамках договора коммерческой концессии, отклоняется судом, поскольку сам факт заключения договора аренды помещения и меры по открытию магазина свидетельствуют о реализации принятых Пользователем на себя обязательств.

Однако, анализ объема такой реализации и фактически понесенные Пользователем расходы, связанные с созданием магазина, отвечающего требованиям договора коммерческой концессии и ежемесячные расходы Пользователя, связанные с арендой помещения, которые в силу Агентского договора №1 не подлежат возмещению Агенту, поскольку понесены стороной в рамках договора концессионного договора, позволяет суду прийти к выводу, что между сторонами действительно достигнута договорённость об изменении агентских правоотношений сторон, в результате чего заключён Агентский договор №2, в связи с чем, прекращены правоотношения, вытекающие из Агентского договора №1, при этом суд исходит из презумпции разумного и добросовестного поведения каждой из сторон.

Арбитражный суд также отмечет указание обоих сторон на некоторую устную договорённость по определению отправной даты 01.07.2022, после которой определиться с целесообразностью дальнейшей деятельности.

Так, из условий Агентского соглашения №2, вне зависимости от объема реализации продукции принципала, Агент гарантировано имеет вознаграждение за оказанные услуги, которое складывается из затрат Агента на заработную плату своим сотрудникам.

Дополнительным соглашением от 01.02.2022 к договору субаренды № ГК-01/07/01 от 01.09.2021 между Арендаторам (ООО "ТОРГОВАЯ СЕТЬ АНИКС"), субарендатором (ИП ФИО2) и новым субарендатором (ООО «Техносистема», стороны договорились о переходе прав и обязанностей субарендатора с 01.02.2022.

Следовательно, прежние расходы ИП ФИО2 на аренду помещения, не возмещаемые Принципалом, последний принял на себя, при этом, как следствие, изменен механизм определения размера вознаграждения Агента, который, в результате заключения агентского договора №2 составил 188905,30 руб. ежемесячно.

Как следует из штатного расписания ИП ФИО2, представленного им же, на период с 01.01.2022 по 31.12.2022 требуется 4 штатные единицы мастер-консультанта, менеджер торгового зала – 1 ед., специалист по клинингу -1 ед. общей стоимостью расходов на оплату 124404,13 руб.

Таким образом, определенный сторонами размер агентского вознаграждения более чем обеспечивает фактические расходы Агента на заработную плату своих сотрудников.

Довод ИП ФИО2, что одновременно им осуществлялась деятельность по двум агентским договорам не нашел своего документального подтверждения.

Сам факт направления актов, с указанием размера вознаграждения, исходя из условий агентского договора №1 по окончании фактического действия Агентского договора №2 еще не свидетельствует о том, что такие условия сохранили свою силу, с учётом, установленных по настоящему делу фактических обстоятельств.

Поскольку ИП ФИО2, в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представил надлежащих, относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о возникновение у Принципала обязанности по выплате агентского вознаграждения в размере 86876,38 руб. за февраль 2022, 127467,21 руб. за март 2022, 97955,65 руб. за апрель 2022, 101867,81 руб. за май 2022, 65423,78 руб. за июнь 2022, что составляет 20% от реализованного товара по определенном Принципалом розничной цене, наряду с полученным агентским вознаграждением за указанный период в размере 959654,02 руб., то требование о взыскании с принципала в пользу Агента 479590,83 руб. агентского вознаграждения по первоначальному иску не подлежит удовлетворению.

Равно как и отсутствуют основания считать уплаченное Принципалом агентское вознаграждения в размере 959654,02 руб. за период с февраля по июнь 2022 года неосновательным обогащением, поскольку получены Агентом правомерно в рамках вознаграждения, определяемого по Агентскому договора №12, в связи с чем, отсутствуют основания для удовлетворения встречного иска в соответствующей части.

Поскольку арбитражный суд не установил оснований для взыскания 479590,83 руб. агентского вознаграждения, то отсутствуют основания для начисления на указанную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 27.10.2022 по о день фактической оплаты.

Кроме того, предметом первоначального иска также является требование о взыскании с Принципала 665000 руб. расходов на открытие торгового подразделения и 418000 руб. расходов на производство ремонта помещения и неотделимых помещений.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1 статьи 15 ГК РФ).

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлениях N 7 и 25.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 12 Постановления N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления N 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Другими словами, при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Однако в иных ситуациях причинная связь доказывается кредитором на общих основаниях (статьи 9, 65 АПК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 02.07.2020 N 32-П, причинная связь является необходимым условием возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, определяющим сторону причинителя вреда в правоотношении. При этом наступление вреда непосредственно вслед за определенными деяниями не означает непременно обусловленность ущерба предшествующими деяниями. Отсутствие причинной связи между ними может быть обусловлено, в частности, тем, что наступление вреда было связано с иными обстоятельствами, которые были его причиной.

В обоснование заявленных требований ИП ФИО2 ссылается на пункт 10.3 Агентского договора №1 и №2, отмечая при этом, что Принципал в одностороннем порядке отказался от исполнения договора, что позволяет Агенту право требования понесенных в связи с односторонним отказом убытков.

Из пункта 10.3 в редакции обоих договоров следует, что, если принципал отказался от настоящего договора Агент сохраняет право на вознаграждение за услуги, оказанные им до прекращения договора, а также на возмещение понесенных до этого момента расходов. Кроме того, Агент вправе требовать возмещения убытков, вызванных отказом Принципала от исполнения настоящего договора, кроме случаев, когда отказ принципала вызван нарушением Агентом своих обязательств.

Так, Агент в адрес принципала направил два акта №143 на сумму 665000 руб., который включает в себя: 250000 руб. расходов, связанных с организацией открытия торгового подразделения, 180000 руб. расходов на организацию маркетинговых мероприятий по сопровождению открытия торгового подразделения, 165000 руб. услуги риэлтерской компании за подбор помещения, 70000 руб. сборка и монтаж торгового оборудования.

Кроме того, акт №144 от 22.06.2022 включает в себя 205000руб. за ремонт помещения, 130000 руб. оплата за ремонт склада, 25000 руб. клининг после строительных работ, 35000 руб. оплата работ по электрификации торгового зала, 23000 руб. – шпаклевка и покраска подсобных помещений

В данном правоотношении, арбитражным судом не установлено, что Принципал отказался в одностороннем порядке от агентского договора №1, суд пришел к выводу, что правоотношения из этого договора прекратились, в связи с заключением сторонами Агентского договора №2.

В свою очередь, расходы Агента, понесены как Пользователем в рамках договора коммерческой концессии до и в период действия Агентского договора №1 , в связи с чем, не подлежат возмещению в рамках Агентского договора №1 прекращенного (измененного) по соглашению сторон.

Как указывалось ранее, ИП ФИО2 принял на себя обязательство за свой счет обеспечить открытие торгового подразделения и нести соответствующие расходы, что прямо следует из 3.2.2.1.9 Договора концессии.

Так из пункта 3.1.3 Агентского договора №1 следует, что Агент обязан осуществить реализацию товаров через самостоятельно организованные каналы связи, в том числе через торговую точку (магазин), оборудованную для продажи товаров и оказания услуг в стиле брендбука Принципала, в соответствии с условиями договора коммерческой концессии №01/21.08.001 от 02.08.2021, заключённого между Агентом (пользователем) и Принципалом (правообладателем), учитывая внешний вид сотрудников Агента, которые осуществляют деятельность в фирменной одежде Принципала.

Кроме того, Агент несёт за свой счет расходы, связанные с рекламной поддержкой продаж товаров (пункт 3.1.9 Агентского договора №1) и содержанием объекта сбыта (магазина), включая ежедневную уборку помещений (пункт 3.1.11 Агентского договора №1).

Как неоднократно было отмечено судом, фактически понесенные Пользователем расходы являются его предпринимательским риском, о чем свидетельствуют пункты 1.4 и 1.12 Договора коммерческой концессии. То обстоятельство, что Пользователь и как следствие Агент не получил желаемого объема продаж, обеспечивающего такой размер Агентского вознаграждения, которых бы покрывал понесенные Пользователям расходы и приносил бы прибыль, также свидетельствует о коммерческое риске Пользователя (Агента), как субъекта предпринимательской деятельности.

В рамках рассмотрения настоящего спора судом не установлено неправомерных действий Принципала, повлекших для Агента возникновение убытков.

Более того, прослеживается такое поведение Принципала, которое направлено на дальнейшую минимизацию расходов Агента в рамках Агентских правоотношений, о чем также свидетельствует редакция пунктом 3.1.3 Агентского договоре №2 и исключение из него возложение на Агента обязанности по обеспечению рекламной поддержки и содержанию точки продаж (магазина).

Суд также отмечает, что расходы ИП ФИО2 на неотделимые улучшения арендуемого помещения также не могут быть возложены на Принципала и понесены Пользователем в рамках достижения целей Договора коммерческой концессии, при этом материальный результат таких улучшений получены Арендатором и не подлежит возмещению по условиям заключённого договоре субаренды.

Никто из сторон не отрицает, что магазин оказался не рентабельным и к 01.07.2022 не достиг ожидаемых результатов, что являлось основанием расторжения договора аренды помещения с № ГК-01/07/01 от 01.09.2021 и прекращения агентских правоотношений.

Таким образом, понесенные ИП ФИО2 расходы на открытие торговой точки в рамках договора коммерческой концессии не могут быть отнесены на Принципала и не связаны с прекращением агентских правоотношений, в связи с чем, суд отклонил ходатайство ФИО2 о проведении по делу экспертизы.

Вместе с тем, арбитражный суд находит обоснованным требование ООО «Техносистема» о взыскании 105518,59 руб. по встреченному иску, в связи со следующим.

Согласно статьям 8, 309, 310 ГК РФ обязательства возникают из договоров и иных оснований, предусмотренных законом, и должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

На основании пункта 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

По пункту 5 статьи 313 ГК РФ к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 данного Кодекса.

Обращением от 01.03.2022 ИП ФИО2 просил оплатить в пользу общества с ограниченной ответственностью "Торговая сеть Аникс" имеющуюся задолженность в размере 7051,59 руб., согласно счету от 01.02.2022 (возмещение затрат по электроэнергии за январь 2022), возврат которых индивидуальный предприниматель гарантировал до 01.07.2022.

Оплата суммы долга за индивидуального предпринимателя произведена платежным поручением №1933 от 10.03.2022 в пользу третьего лица.

Однако возмещение затрат со стороны индивидуального предпринимателя не последовало.

Кроме того, ООО «Техносистема» платежным поручением №1001 от 08.02.2022 в пользу третьего лица за ИП ФИО2 оплачен гарантийный депозит за аренду в размере 98467 руб.

Поскольку ООО «Техносистема» исполнило обязательства ИП ФИО2, не получив за это встречного предоставления, то требование ООО «Техносистема» о взыскании уплаченных в пользу арендодателя сумм по договору субаренды, расходы по которым в силу сложившихся между сторонами отношений должен нести ИП ФИО2 подлежит удовлетворению.

Кроме того, перемена лиц по договору субаренды также в силу положений статьи 391 ГК РФ, предоставляет ООО «Техносистема» требовать от первоначального должника уплаченных кредитору сумм.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд не установил основания для удовлетворения первоначального иска, частично удовлетворяя встречные требования, отнеся в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы от уплаты государственной пошлины с учетом размеры выделенного требования по первоначальному иску и принятого судом встречного иска.

Так, при подаче иска (дело А27-02-8/2023) ИП ФИО2 оплачено 29474 руб., при этом размер государственной пошлины по выделенному требованию (А02-464/2023) составит 3000 руб., следовательно, в рамках рассмотрения настоящего дела при цене иска 1572445,44 размер госпошлины составит 28724руб., в связи с чем, с истца в бюджет подлежит взысканию 2250 руб. государственной пошлины по иску.

Руководствуясь, статьями 110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении первоначального иска.

Расходы от уплаты государственной пошлины отнести на истца.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета 2250 руб. государственной пошлины по иску.

Встречный иск удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСИСТЕМА" (ИНН: <***>) 105518,59 руб. неосновательного обогащения, 2228,34 руб. расходов от уплаты государственной пошлины по иску, всего 107746,93 руб.

В остальной части в удовлетворении встречного иска отказать, судебные издержки отнести на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Обществу с ограниченной ответственностью "ТЕХНОСИСТЕМА" (ИНН: <***>) возвратить из федерального бюджета 2337 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной по платежному поручению № 1095 от 13.03.2023.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья О.И. Перевалова