Определение от 1 марта 2026 г. АС Ярославской области

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. <***>


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-3208/2022
г. Киров
02 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 марта 2026 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судей Дьяконовой Т.М., Толстого Р.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на
определение Арбитражного суда Ярославской области от 07.11.2025 по делу № А82-3208/2022

по заявлению финансового управляющего имущества ФИО2 (ИНН <***>) ФИО3

к ответчикам: ФИО4, ФИО1

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, ФИО5

о признании недействительной сделкой договора купли-продажи имущества от 23.08.2020 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата транспортного средства VOLKSWAGEN PASSAT, 1998 г.в., VIN: <***>, г.р.з. 318ВЕ76RUS,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – ФИО2, должник) её финансовый управляющий ФИО3 обратился в суд с заявлением (с учетом уточнения требований) о признании договора купли-продажи автомобиля VOLKSWAGEN PASSAT, 1998 г.в., VIN: <***>, г.р.з. 318ВЕ76RUS, заключенного 23.08.2020 между ФИО2 и ФИО4, и договора, заключенного


между ФИО4 и ФИО1, недействительными; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 и ФИО1 в конкурсную массу должника ФИО2 рыночной стоимости транспортного средства в размере 420 000 руб. в солидарном порядке.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 07.11.2025 признано недействительной сделкой отчуждение транспортного средства ФИО2 – VOLKSWAGEN PASSAT, 1998 г.в., VIN: <***>, г.р.з. 318ВЕ76RUS, оформленное договорами: купли-продажи имущества от 23.08.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО4; купли-продажи имущества от 30.04.2022, заключенного между ФИО4 и ФИО1. Также определением взыскано с ФИО4 и ФИО1 в солидарном порядке в пользу ФИО2 420 000 руб.

ФИО1 с принятым определением суда не согласна, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить.

По мнению заявителя жалобы, само указание в договоре на условие об оплате имеет силу расписки и не требует дополнительного доказывания. Ответчики предоставили достаточный объем доказательств, подтверждающий факт оплаты, с учетом того, что сам факт заключения договора и его подписания сторонами не оспаривается. Апеллянт обращает внимание на небольшую стоимость сделки, в связи с чем не требовалось истребование документов, подтверждающих финансовую возможность сторон совершать сделки на такую сумму. Судом не ставился вопрос о необходимости проведения судебной экспертизы. Ценовые предложения на данный автомобиль в среднем составляют порядка 120 000 руб., при этом судом проигнорировано обстоятельство, свидетельствующее о плохом техническом состоянии автомобиля.

ФИО1 ходатайствует о рассмотрении дела в свое отсутствие.


Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 30.01.2026 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 31.01.2026.

Отзывы на апелляционную жалобу не поступали.


Лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 23.08.2020 между ФИО2 (продавцом) и ФИО4 (покупателем) заключен договор купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата), согласно которому продавец продал, а покупатель купил автомобиль: Фольксваген Пассат (VOLKSWAGEN PASSAT), VIN: <***>,


1998 года выпуска, цвет светло-серый, рег.знак: 318BE76RUS.

Стоимость указанного автомобиля определена сторонами в размере 100 000 руб.

Договор содержит отметку о том, что транспортное средство продавцом передано, деньги получены.

Расписка либо иные платежные документы не представлены.

30.04.2022 между ФИО4 (продавцом) и ФИО1 (покупателем) заключен договор купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата), согласно условиям которого продавец продал, а покупатель купил автомобиль: Фольксваген Пассат (VOLKSWAGEN PASSAT), VIN: <***>, 1998 года выпуска, цвет светло-серый, рег.знак: 318BE76RUS.

Стоимость указанного автомобиля определена сторонами в размере 50 000 руб.

Договор содержит отмутку о том, что транспортное средство продавцом передано, деньги получены.

Расписка либо иные платежные документы не представлены.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 30.03.2022 возбуждено производство по делу № А82-3208/2022 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 19.10.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

По мнению заявителя, отчуждение транспортного средства произведено в период неплатежеспособности должника в пользу заинтересованного лица, при этом в результате спорных сделок из конкурсной массы выбыл актив, за счет которого мог быть произведен расчет с кредиторами должника, однако доказательств расчета по сделкам не представлено сторонами.

Полагая, что заключением договоров купли-продажи автомобиля от 23.08.2020 и от 30.04.2022 причинен вред имущественным правам кредиторов должника, а также из собственности должника выбыл актив, за счет которого могло быть произведено погашение обязательств перед кредитором, финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваем заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные


должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в частности, действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств или иные действия, направленные на прекращение обязательств.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в


имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3-5 вышеназванного пункта.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе, при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 8 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая оспариваемая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов. Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015), утверждённый Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы


необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Заявитель указывал, что оспариваемые договоры являются единой сделкой, цепочкой сделок, направленных на вывод ликвидного имущества должника в пользу его родственника без равноценной оплаты.

Из материалов дела следует, что заявление о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом) принято к производству определением суда от 30.03.2022, первоначальный договор купли-продажи заключен 23.08.2020, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Последующий договор заключен 30.04.2022, уже после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника, в связи с чем может быть оспорен по пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции обратил внимание на позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031(6), в которой указано на ситуацию, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка – сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее – бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.


Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

ООО «Суворовское» при включении требования в реестр ссылалось на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Ярославской области от 04.12.2020 по делу № А82-11410/2020, согласно которому индивидуальный предприниматель ФИО2, являясь продавцом по договору купли-продажи № 18/02-20 от 03.03.2020, должна была поставить товар в адрес ООО «Суворовское» до 31.03.2020, что не было сделано, несмотря на оплату товара покупателем.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 16.07.2020 по делу № А82-11410/2020 принято к производству исковое заявление ООО «Суворовское» к ИП ФИО2, ООО Научно-производственная компания «Спецгидромаш» о взыскании 5 799 000,00 руб.

Поскольку 24.08.2020 в материалы дела № А82-11410/2020 от ИП ФИО2 поступает встречное исковое заявление к ООО «Суворовское», суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО2 было достоверно известно о предъявлении требований кредитором относительно взыскания с нее денежных средств и потенциальной возможности их удовлетворения.

Вместе с тем после отказа судом определением от 16.07.2020 по делу № А82-11410/2020 в принятии обеспечительных мер ФИО2 заключает договор купли-продажи от 23.08.2020 с ФИО4

При этом доказательств, подтверждающих, что после совершения указанной сделки у должника остались ликвидные активы, на которые возможно было обратить взыскание в пользу кредиторов, в материалы настоящего дела не представлено.

Причины неисполнения должником обязательств перед кредитором, не связанные с недостаточностью денежных средств, из материалов дела не усматриваются, надлежащие доказательства, подтверждающие достаточность денежных средств у должника в спорный период, отсутствуют.

Требование ООО «Суворовское» включено в реестр требований кредиторов ФИО2 на основании определения Арбитражного суда Ярославской области от 21.06.2020 по делу № А82-3208/2022 и до настоящего времени не исполнено.

Кроме того, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определения от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861(4) по делу № А40-158539/2016, от 30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2) по делу


№ А41-97272/2015, от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025 по делу № А56-7844/2017).

Как отражено в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) аффилированность (заинтересованность) сторон сделки может быть не только юридической, но и фактической. О наличии фактической аффилированности (заинтересованности) может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Согласно пункту 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица, может прикрываться цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно договору купли-продажи от 23.08.2020 стоимость транспортного средства установлена сторонами в сумме 100 000 руб.

Действительно, законодательство не содержит каких-либо особых требований к оформлению документов, подтверждающих факт передачи денежных средств продавцу при исполнении договора купли-продажи. В настоящем случае, как усматривается из имеющихся доказательств, стороны сочли, что достаточным подтверждением передачи продавцу денежных средств в полном объеме будет отдельное указание об этом в договоре купли-продажи. В связи с этим отсутствие расписки об их получении не свидетельствует о неисполнении покупателем обязательств по договору, но при наличии иных надлежащих доказательств осуществления расчета между сторонами, поскольку их отсутствие ставит под сомнение факт оплаты по договору.

С учетом повышенного стандарта доказывания, установленного при рассмотрении дел о банкротстве, судебная коллегия также полагает недостаточным для признания доказанным факта оплаты товара наличными денежными средствами только на основании указания об этом в договоре.


Наличие у ФИО4 финансовой возможности оплатить стоимость спорного транспортного средства не подтверждена. Бесспорных доказательств реального исполнения покупателем договорных обязательств суду не представлено, равно как и доказательств расходования должником полученных денежных средств.

Кроме того, финансовым управляющим представлен акт экспертного исследования (оценки) ООО СБК «ПАРТНЕР» от 15.08.2023, согласно которому рыночная стоимость спорного автомобиля по состоянию на 23.08.2020 составляла 420 000 руб.

Доказательства иной рыночной стоимости спорного имущества, которые позволили бы усомниться в достоверности сведений акта от 15.08.2023, в деле отсутствуют.

Сведения о ненадлежащем техническом состоянии спорного автомобиля на дату совершения сделки (23.08.2020) не представлены.

Таким образом, поскольку выводы оценщика не опровергнуты иными доказательствами по делу, о проведении судебной экспертизы ответчиками не заявлено, арбитражный суд пришел обоснованному выводу о подтверждении материалами дела многократного занижения стоимости спорного имущества в отсутствие на то каких-либо экономических обоснований.

Согласно пункту 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 г., утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023 (далее – Обзор от 26.04.2023), для целей банкротства приобретение у должника имущества по многократно заниженной стоимости и отсутствие у покупателя подтвержденного обоснования такого занижения могут свидетельствовать о том, что эта сторона знала о совершении сделки с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов.

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие обоснования и доказательств оправданности такого поведения может указывать на недобросовестность такого лица.

Суд первой инстанции принял во внимание, что установленная спорным договором цена ниже рыночной в четыре раза.

В соответствии с пунктом 11 Обзора от 26.04.2023 действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения. В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Таким образом, покупатель спорного имущества – ФИО4, проявляя


обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник продает актив по многократно заниженной стоимости.

В свою очередь доказательств, свидетельствующих о проведении ответчиком до совершения оспариваемой сделки какой-либо проверки в отношении имущества, материалами дела не подтверждается.

ФИО4, действуя разумно и осмотрительно, должен был понимать и осознавать необходимость предоставления должнику равноценного встречного предоставления по договору купли-продажи и не мог не знать о причинении вреда должнику безвозмездной сделкой.

В результате заключения договора от 23.08.2020 должник лишился значительной части доходов от реализации имущества, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

С учетом установленных обстоятельств суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии у договора купли-продажи от 23.08.2020 признаков подозрительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

30.04.2022 (после возбуждения дела о банкротстве ФИО2) спорный автомобиль ФИО4 отчужден в пользу ФИО1 (сестра бывшего супруга ФИО2) по договору купли-продажи транспортного средства по цене 50 000 руб.

В условиях, когда в подтверждение оплаты ответчик ссылается на указание в пункте договора купли-продажи соответствующего условия, его процессуальный интерес должен состоять в том, чтобы представить необходимые и достаточные доказательства существования и действительности сделки, что соотносится с обязанностью участвующих в деле лиц добросовестно осуществлять принадлежащие им процессуальные права, в том числе в части заблаговременного раскрытия доказательств перед другой стороной и судом (часть 2 статьи 41, части 3 и 4 статьи 65 АПК РФ). В противном случае суд вправе признать какой-либо факт недоказанным, что применительно к обстоятельствам настоящего дела означает возможность признания оплаты несостоявшейся.

Аналогичная позиция нашла отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.12.2016 № 305-ЭС16-13167 по делу № А40-166087/2013.

В свою очередь ФИО1 информацию о своих доходах или сбережениях, выписки из банков, подтверждающие снятие денежных средств со счетов для оплаты по договору купли-продажи от 30.04.2022 не представила.

Сведений о том, что спорное имущество имело существенные дефекты (неисправности) или находилось в технически неисправном состоянии, которое могло бы повлиять на его стоимость, в договоре купли-продажи от 30.04.2022 не содержится.

Какие-либо иные доказательства, подтверждающие, что до его реализации ФИО1 спорный автомобиль имел неисправности, в материалах дела отсутствуют.

Более того, целесообразность приобретения имущества с недостатками не раскрыта заявителем жалобы.

При этом в материалах дела имеются сведения об административных правонарушениях, совершенных на спорном транспортном средстве (письмо от


23.04.2024 № 25/6159), которыми подтверждается эксплуатация автомобиля ФИО1 не только после совершения сделки 30.04.2022, но и после продажи его ФИО1 по договору от 01.08.2023.

Доказательств значительного изменения стоимости спорного автомобиля в течение 2,5 лет (как экономического, так и физического характера) на дату приобретения его ФИО1 материалы дела не содержат.

В данном случае с учетом недоказанности факта продажи имущества в неисправном состоянии согласование сторонами договора от 30.04.2022 цены автомобиля в размере 50 000 руб. свидетельствует о ее явном, очевидном и многократном занижении.

Убедительные доводы, позволяющие прийти к выводу о добросовестности и разумности действий по покупке автомобиля с многократно заниженной рыночной стоимостью, апеллянтом не приведены.

Таким образом, доказательств оплаты приобретенного спорного имущества ответчиками не представлено, совершая действия, направленные на отчуждение ликвидного имущества, равноценное встречное исполнение от покупателей не получено.

Как следует из представленных АО «НСИС» в материалы дела полисов ОСАГО, в отношении рассматриваемого автомобиля заключены договоры страхования за период с 24.08.2020 по 05.05.2022, в которых лицом, допущенным к управлению автомобиля Фольксваген Пассат (VOLKSWAGEN PASSAT), VIN: <***>, 1998 года выпуска, цвет светло-серый, рег.знак: 318BE76RUS, указана ФИО2

Целесообразность указания в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством ФИО2 в период с 24.08.2020 по 05.05.2022, когда она уже не являлась собственником спорного автомобиля, ответчиками не раскрыта.

Поведение должника и ответчиков, выходящее за рамки принятого стандарта поведения независимых участников гражданского оборота, можно объяснить исключительно наличием между ними доверительных отношений, так могут действовать только аффилированные лица, связанные единой целью.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о фактической заинтересованности между ФИО2, ФИО4 и ФИО1

В данном случае цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом прикрывалась одна сделка.

Целью единой сделки был вывод ликвидного имущества, недопущение его реализации в деле о банкротстве должника, придание видимости добросовестности участников сделки для обеспечения невозможности получения эффективной судебной защиты и затруднительности возврата в конкурсную массу должника отчужденного имущества на стадии проведения в отношении должника мероприятий процедуры реализации имущества.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, разный субъектный состав сделок не препятствует признанию их недействительными и применении последствий их недействительности на основании статей 10, 170 ГК РФ, поскольку прикрываемые сделки направлены на отчуждение имущества должником последнему покупателю в ущерб интересам как должника, так и его кредиторов.


Таким образом, материалы дела свидетельствуют о притворном характере единой сделки (статья 170 ГК РФ) и наличии оснований для признания её недействительной по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание, что последовательно совершенные сделки по отчуждению имущества судом признаны единой недействительной сделкой, именно ФИО1, являющаяся конечным приобретателем имущества должника по рассматриваемым договорам, обязана вернуть спорное имущество должнику. Однако, поскольку спорное транспортное средство ответчиком ФИО1 реализовано, о чем в материалы дела представлен договор от 01.08.2023 с ФИО5, подлежит применению правило о реституции в виде взыскания с ответчика полной рыночной стоимости приобретенного им на момент совершения сделки имущества.

Таким образом, недействительность единой сделки должника по передаче ФИО1 имущества должника, учитывая положения пунктов 1, 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве и отсутствие данного имущества во владении ФИО1, влечет применение судом последствий в соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в виде возмещения его рыночной стоимости по первому договору от 23.08.2020 ввиду непредставления доказательств изменения стоимости автомобиля.

Согласно статье 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Исходя из толкования данных норм, солидарная ответственность может применяться при неделимости предмета неисполненного обязательства и при совместном причинении вреда, как договорного, так и вне договорного.

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде», абзац первый пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Принимая во внимание, что действия всех ответчиков, являющихся аффилированными с должником в силу родственных или иных связей, были скоординированы, направлены на реализацию единого умысла по выводу имущества должника из конкурсной массы, являлись необходимыми и достаточными для создания условий по выводу активов на общую сумму 420 000 руб., что не опровергнуто надлежащими доказательствами, ФИО4 и ФИО1 должны отвечать за причиненный вред должнику солидарно в размере 420 000 руб.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, сводящиеся к иной, чем у арбитражного суда трактовке законодательства, не могут служить основаниями для отмены судебного акта в обжалуемой части, так как не свидетельствуют о нарушении арбитражным судом норм права.

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты


выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что все обстоятельства, имеющие значение для дела, выяснены судом первой инстанции полностью, выводы, изложенные в определении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нормы материального и процессуального права применены судом первой инстанции правильно.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения суда первой инстанции не имеется, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 07.11.2025 по делу № А82-3208/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий Е.Н. Хорошева

Т.М. Дьяконова


Судьи


Р.В. Толстой