Постановление от 13 июня 2023 г. по делу № А60-64584/2020

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13991/2021(2,3)-АК

Дело № А60-64584/2020
13 июня 2023 года
г. Пермь



Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 июня 2023 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т. Ю.,

судей Чепурченко О.Н., Шаркевич М.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО7 – ФИО2, доверенность от 10.12.2021, паспорт (в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»),

от должника ФИО3 – ФИО4, доверенность от 25.10.2022, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле – не явились,

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО7, финансового управляющего ФИО5

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 11 апреля 2023 года

об исключении имущества из конкурсной массы должника,

вынесенное в рамках дела № А60-64584/2020

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО3 (ИНН <***>),



установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.02.2021 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6, член Ассоциация «Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Определением арбитражного суда от 07.09.2021 процедура реализации имущества в отношении гражданина завершена. В отношении гражданина ФИО3 применены положения ст. 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.09.2021 по делу № А60-64584/2020 отменено.

Определением суда от 24.03.2022 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО3.

Определением от 05.05.2022 финансовым управляющим утвержден ФИО5.

01.11.2022 в арбитражный суд поступило ходатайство должника об исключении имущества из конкурсной массы. Должник просит:

- исключить из конкурсной массы должника земельный участок (кадастровый номером 66:12:32 01 001:0015) и жилой дом (кадастровый номер 66:02:35:05:33:00), расположенные по адресу: <...>;

- исключить из конкурсной массы должника денежные средства в размере пенсии должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.04.2023 (резолютивная часть от 04.04.2023) ходатайство должника удовлетворено. Из конкурсной массы ФИО3 в качестве единственного жилья исключен жилой дом с кадастровым номером 66:12:3201001:0015, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 66:12:3201001:210, по адресу <...> д 33. Также определено исключать из конкурсной массы денежные средства в размере страховой пенсии по старости за весь период процедуры банкротства.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО7 и финансовый управляющий ФИО5 обжаловали его в апелляционном порядке.

ФИО7 в своей жалобе просит определение отменить, в удовлетворении требований должника об исключении имущества из конкурсной массы отказать. Обращает внимание на многократное заявление в ходе рассмотрения спора о проживании ФИО3 в ином жилье (в ином регионе Российской Федерации), что судом первой инстанции не исследовано, на чрезмерность данного жилья для должника ввиду площади (280 кв.м.), стоимости и иных характеристик спорного объекта недвижимости. В обоснование стоимости спорного дома в материалы дела представлены заключения двух оценочных компаний (ООО «Компромисс» от 03.04.2023 и ИП ФИО8 от 28.03.2023), согласно которым стоимость дома составляет 7,8 млн. руб. и 8,4 млн. руб., а также решение финансового управляющего от 24.01.2023 об оценке имущества должника, согласно которому стоимость дома составляет 9,7 млн. руб. Вместе с тем, судом первой инстанции доводы и доказательства не исследованы, явная чрезмерность жилого дома при полном неисполнении должником своих обязательств является самостоятельным основанием для неприменения к дому исполнительского иммунитета. Незначительное по времени проживание должником в спорном доме свидетельствует, по мнению апеллянта, об отсутствии у ФИО3 реальной потребности в жилом доме по ул. Амурская, д. 33 как в единственном жилье, в связи с чем, применение в отношении спорного дома исполнительского иммунитета является необоснованным и не направлено на защиту реальных прав и законных интересов ФИО3 Отмечает, что вопреки выводам суда, кредитор ФИО7 не отвергал возможность предоставления должнику замещающего жилья, напротив, представлял доказательства наличия возможных иных вариантов жилья для должника, а также одновременно указывал на наличие у ФИО3 жилья в пгт. Излучинск. Полагает, что вопросы предоставления замещающего жилья подлежат разрешению в ходе утверждения положения о порядке продажи имущества должника, а не в рамках настоящего спора, возбужденного по заявлению должника. Относительно исключения из конкурсной массы дохода, превышающего размер прожиточного минимума, обращает внимание на отсутствие доказательств необходимых у должника потребностей, для удовлетворения которых необходимы дополнительные средства в размере большем прожиточного минимума. Кроме того отмечает, что в течение судебного заседания 04.04.2023 в ходе выступления представителя ФИО2 онлайн-трансляция прервалась по независящим от него причинам, переподключиться к трансляции не получилось в связи с отсутствием в ИС «Картотека арбитражных дел» соответствующей ссылки. В нарушение п. 5 ст. 158 АПК РФ суд первой инстанции не отложил судебное разбирательство, рассмотрев спор по существу, не представив представителю ФИО7 возможности осуществить все необходимые процессуальные действия, заявить необходимые ходатайства и представить доказательства, с учетом доводов ФИО3, выразить окончательную позицию по спору, что привело к неверной интерпретации судом позиции кредитора ФИО7, нарушению принципа состязательности сторон и к принятию необъективного и необоснованного судебного акта.

Финансовый управляющий в своей жалобе просит отменить обжалуемое определение, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления должника в части исключения из конкурсной массы доходов ФИО3 в пределах суммы прожиточного минимума для пенсионера, в удовлетворении остальной части требований должника отказать. Отмечает последовательное доказывание чрезмерности спорного дома для пенсионера ФИО3: в дополнениях к отзыву управляющего от 24.01.2023 отмечена стоимость дома – 9,7 млн. руб., его площадь – 280 кв.м., при наличии у должника неисполненных обязательства перед кредиторами. В обоснование стоимости дома представлено решение финансового управляющего от 24.01.2023, в котором проведена оценка спорного дома путем сравнения с объектами-аналогами; при заключении договора ипотеки самим должником стоимость дома признана в сумме 6 млн. руб. по состоянию на 2016 г., что, с учетом представленных управляющим индексов цен на рынке вторичного жилья за период 2016-2023 гг., эквивалентно примерно 9,5 млн. руб. по состоянию на 2023 г. В населенном пункте, где располагается спорный дом, имеются варианты более скромного жилья от 850 000 руб., общий размер требований всех кредиторов ФИО3 составляет 3 291 820,39 руб., что свидетельствует о том, что реализация спорного дома позволит удовлетворить требования кредиторов, и должнику останутся денежные средства. В дополнениях от 04.04.2023 финансовый управляющий указывал на проведение судебной экспертизы по оценке рыночной стоимости спорного имущества в случае возникновения спора об его стоимости, однако, данный вопрос судом разрешен не был. Также указывает, что до 2018 г. должник был зарегистрирован по адресу: ХМАО, пгт. Излучинск, ул. <...>; на протяжении трех последних лет должник не проживал в с. Сосновском, а находился в Ханты-Мансийском автономном округе, по месту своей предыдущей регистрации, визиты в Свердловскую область носили разовый и непродолжительных характер, что свидетельствует о невозможности исключения спорного дома из конкурсной массы как защищенного исполнительским иммунитетом. Также полагает необоснованным исключение из конкурсной массы должника всей суммы страховой пенсии, размер которой по сведениям финансового управляющего, существенно превышает прожиточный минимум для пенсионера в Свердловской области и (или) в ХМАО-Югре. Вывод суда о размере пенсии должника по старости в сумме 13 800,25 руб. не обоснован соответствующими доказательствами, тогда как управляющим было представлено письмо ФИО3 от 12.07.2022, в котором он просит перечислить собственную пенсию в размере 29 565,84 руб. на счет ФИО10 (приложение № 3 к отзыву управляющего от 09.01.2023), данный размер значительно превышает установленный прожиточный минимум. Доказательств наличия у должника необходимых потребностей, для удовлетворения которых требуют денежные средства в размере, превышающем размер прожиточного минимума, не представлено.

Письменные отзывы на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, не поступили.

Представитель ФИО7 доводы своей жалобы поддерживал в полном объеме, настаивал на отмене определения. Против жалобы финансового управляющего не возражал.

Представитель должника против доводов жалоб возражал, обжалуемое определение считает законным и не подлежащим отмене.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ст.ст. 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, ч. 5 ст. 268 АПК РФ.

Исследовав материалы дела в их совокупности в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с ч.1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закон о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии со ст. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

В силу п. 1 ст.213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного п. 3 настоящей статьи.

Пунктом 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Как разъяснено в п. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе деньги в размере установленной величины прожиточного минимума, приходящейся на самого гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении (абзац первый п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, ст. 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

В силу п. 1 ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на продукты питания и деньги на общую сумму не менее установленной величины прожиточного минимума самого гражданина должника и лиц, находящихся на его иждивении.

Исходя из ст.1 Федерального закона от 24.10.1997 № 134-ФЗ «О прожиточном минимуме в Российской Федерации» (далее – Закон о прожиточном минимуме) величина прожиточного минимума представляет собой стоимостную оценку потребительской корзины, включающей минимальные наборы продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, необходимых для сохранения здоровья человека и обеспечения его жизнедеятельности, а также обязательные платежи и сборы.

Прожиточный минимум необходим при установлении гражданам государственных гарантий получения минимальных денежных доходов.

Согласно п. 1 ст. 2 Закона о прожиточном минимуме прожиточный минимум в целом по Российской Федерации предназначается для: оценки уровня жизни населения Российской Федерации при разработке и реализации социальной политики и федеральных социальных программ; обоснования устанавливаемых на федеральном уровне минимального размера оплаты труда, а также для определения устанавливаемых на федеральном уровне размеров стипендий, пособий и других социальных выплат; формирования федерального бюджета.

В аналогичных целях устанавливается прожиточный минимум в субъектах Российской Федерации (п. 2 ст. 2 Закона о прожиточном минимуме).

Законодатель, обеспечивая, с одной стороны возможность удовлетворения интересов и защиты имущественных прав управомоченного в силу гражданско-правового обязательства лица (кредитора, взыскателя), должен в любом случае исходить из направленности политики Российской Федерации как социального государства на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, а также из конституционных основ правового статуса личности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П).

Данному Конституционным Судом Российской Федерации толкованию норм действующего законодательства соответствуют и разъяснения, изложенные в абзаце первом п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», указывающие на необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

Исходя из вышеизложенного, несмотря на то, что ситуация банкротства является следствием действий (бездействия) самого гражданина, соблюдение неприкосновенности минимума имущества, необходимого для существования должника-гражданина и членов его семьи, должно быть неукоснительным.

Законодательство не ставит в прямую зависимость необходимость отказа должнику в установлении денежной компенсации, соразмерной величине прожиточного минимума, по причине отсутствия у него в момент такого обращения иного дохода, в связи с чем, соответствующие денежные средства могут быть исключены из уже сформированной конкурсной массы.

При этом названная сумма удержания не может аккумулироваться и погашаться за счет средств, вырученных от реализации включенного в конкурсную массу имущества должника. Иной подход противоречит принципу баланса интересов между должником и его кредиторами.

Механизм обеспечения должника денежными средствами в размере прожиточного минимума направлен на сохранение необходимого уровня его жизни в период проведения процедуры банкротства и не может быть использован в целях накопления денежных средств – формирования задолженности перед самим должником и впоследствии ее погашение за счет средств, вырученных от реализации имущества – конкурсной массы.

Из материалов дела следует и судами установлено, что ФИО3 с 18.11.2014 является получателем страховой пенсии по старости.

Из представленного должником пенсионного удостоверения № 156412 от 19.12.2017 следует, что ФИО3 назначена пенсия в размере 13 800,25 руб.

Местом регистрации должника является Свердловская область, в связи с чем, необходимо учитывать показатели величины прожиточного минимума в Свердловской области, в частности постановлением Правительства Свердловской области от 08.09.2021 № 547-ПП «Об установлении величины прожиточного минимума в Свердловской области на 2022 год», согласно которому прожиточный минимум для пенсионеров составляет 11 612 руб. в месяц, постановлением Правительства Свердловской области от 1512.2022 № 864-ПП «Об установлении величины прожиточного минимума в Свердловской области на 2023 год», которым установлен прожиточный минимум для пенсионеров на 2023 г. в сумме 12 116 руб.

У должника имеется несовершеннолетний ребенок ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ г.р., данный факт никем не оспаривается.

Вопреки позиции финансового управляющего, в силу семейного законодательства у должника имеются обязательства по содержанию своего несовершеннолетнего ребенка наравне с матерью (ФИО10), даже в случае фактического проживания ребенка с матерью, а не с отцом.

Согласно отчету финансового управляющего о результатах проведения процедуры реализации имущества от 01.09.2021, отчету об использовании денежных средств должника от 01.09.2021, пенсия должника поступала в конкурсную массу, при этом из конкурсной массы должника выплачивался минимальный прожиточный минимум на должника и иждивенца в размере 15 446,00 руб. Сведения о выплате должнику денежных средств из конкурсной массы в размере прожиточного минимума на должника и на его несовершеннолетнего ребенка в последующий период отсутствуют.

Исходя из указанного, следует, что размер пенсии ФИО3 превышает размер пенсии, указанный судом, при этом в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие реальный размер пенсии должника, имеются лишь пояснения. Письмо должника, на которое ссылается финансовый управляющий, надлежащим доказательством размера пенсии должника не является. Из материалов Картотеки арбитражных дела не усматривается направление финансовым управляющим запроса о размере пенсии должника.

Обращаясь с ходатайством об исключении из конкурсной массы всей суммы страховой пенсии, должник также не указывает размер причитающихся ему выплат, не представляет соответствующие доказательства, а также не приводит какого-либо обоснования необходимости выплаты ему всей пенсии, то есть в размере, превышающем прожиточный минимум для должника и его несовершеннолетнего ребенка.

При таком положении основания для исключения из конкурсной массы ФИО3 денежных средств в размере, превышающем прожиточный минимум для должника и его несовершеннолетнего ребенка апелляционным судом не усматриваются.

Ссылки финансового управляющего о том, что должник проживает в другом регионе, что делает невозможным определить размер прожиточного минимума, в данном случае правового значения не имеют. Апелляционным судом учтено, что величина прожиточного минимума не является постоянной и определяется ежеквартально, ввиду чего размер ежемесячных выплат подлежит перерасчету в зависимости от размера прожиточного минимума, установленного на территории региона фактического проживания должника для трудоспособного населения и несовершеннолетних детей на соответствующий календарный период.

Исключение из конкурсной массы данных денежных средств осуществляется финансовым управляющим ежемесячно только при наличии в соответствующий период денежных средств на счете, независимо от источника формирования конкурсной массы, и не ранее, чем с даты обращения должника в суд с требованием об исключении указанной суммы из конкурсной массы.

В данном случае должник обратился в суд с соответствующим заявлением 25.10.2022, заявление поступило в арбитражный суд 01.11.2022 и принято к производству суда определением от 08.12.2022, в связи с чем, денежные средства в размере прожиточного минимума на должника и его несовершеннолетнего ребенка подлежат исключению из конкурсной массы, начиная с 01.12.2022. Определение суда в данной части подлежит изменению согласно указанным выше выводам.


В ходе процедуры банкротства установлено наличие у должника на праве собственности:

- здания (жилой дом), общей площадью 280,6 кв.м., расположенного по адресу: Свердловская область, <...>,

- земельного участка, общей площадью 1650,49 кв.м., расположенного по адресу: Свердловская область, <...>.

В настоящее время в указанном доме зарегистрирован должник (с 20.09.2018) и его несовершеннолетний ребенок (с 22.06.2022).

Со ссылкой на ст. 446 ГПК РФ, ст. 16 Жилищного кодекса Российской Федерации должник обратился в суд с ходатайством об исключении указанного имущества из конкурсной массы как единственного жилья для должника и членов его семьи.

Финансовый управляющий возражал относительно удовлетворения требования должника со ссылкой на отсутствие в настоящий момент какого-либо основания для исключения имущества. Указывал на наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что должник по месту регистрации не проживает, а фактически проживает в г. Нижневартовске, а также чрезмерность заявленного к исключению из конкурсной массы жилья, его роскошности, со ссылкой на месторасположение дома с участком, размер и внешний вида дома, благоустройства прилегающей территории, на его рыночную стоимость, определенную финансовым управляющим.

Кредитор ФИО7, ссылаясь на постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 № 15-П и постановление Семнадцатого апелляционного суда от 13.01.2022 по настоящему делу, возражал относительно исключения указанного имущества из конкурсной массы, полагая, что вопросы чрезмерности жилого помещения, предоставления должнику замещающего жилья подлежат разрешению при утверждении судом положения о порядке продажи этого имущества должника.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.12.2003 № 456-О разъяснено, что положения ст. 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение охраны государством достоинства личности, как того требует ст. 21 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека.

Исходя из разъяснений, данных в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», при рассмотрении дел о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 № 10-П указано, что необходимость обеспечения баланса интересов кредитора и гражданина-должника требует защиты прав последнего путем не только соблюдения минимальных стандартов правовой защиты, отражающих применение мер исключительно правового принуждения к исполнению должником своих обязательств, но и сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем, чтобы не оставить их за пределами социальной жизни.

В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – Постановление Пленума № 48) разъяснено, что исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой, действует и в ситуации банкротства должника (п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве, абзац второй ч. 1 ст. 446 ГПК РФ).

Согласно абз. 4 п. 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П, положение абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со ст. 24 ГК РФ предоставляет гражданину должнику имущественный (исполнительский) иммунитет с тем, чтобы – исходя из общего предназначения данного правового института – гарантировать указанным лицам условия, необходимые для их нормального существования. Исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.04.2021 № 15-П, применение института исполнительского иммунитета к единственному жилью заключается в следующем:

- сами по себе правила об исполнительском иммунитете не исключают возможность ухудшения жилищных условий должника и членов его семьи;

- ухудшение жилищных условий не может вынуждать должника помимо его воли к изменению поселения, то есть предоставление замещающего жилья должно происходить, как правило, в пределах того же населенного пункта;

- отказ в применении исполнительского иммунитета не должен оставить должника и членов его семьи без жилища, пригодного для проживания, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма;

- отказ от исполнительского иммунитета должен иметь реальный экономический смысл как способ удовлетворения требований кредиторов, а не быть карательной санкцией за неисполненные долги или средством устрашения должника.

Таким образом, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

По смыслу разъяснений, данных в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», должник не вправе обходить правила об исполнительском иммунитете, меняя место жительства в отсутствие к тому объективных причин (и как следствие, перенося своими односторонними действиями в ущерб интересам взыскателя иммунитет с одного помещения на другое) после того, как взыскатель начал предпринимать активные действия, направленные на получение исполнения.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724, при рассмотрении спора об исключении из конкурсной массы должника единственного пригодного для проживания помещения арбитражный суд должен исследовать доводы кредиторов о недобросовестности должника и злоупотреблении с его стороны правом в виде создания ситуации, когда дорогостоящий объект недвижимости получает статус единственного пригодного для проживания помещения, что недопустимо.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из материалов дела и не отрицается участвующими в деле лицами, иное жилое помещение, кроме заявленного должником к исключению из конкурсной массы, у ФИО3 отсутствует.

Сам по себе факт проживания должника в ином помещении, даже в течение значительного временного периода, не изменяет статус спорного жилого помещения как единственного принадлежащего должнику пригодного для проживания помещения, не является обстоятельством, в силу которого должник может быть его лишен.

С учетом указанного, доводы финансового управляющего и кредитора ФИО7 о фактическом непроживании должника в спорном доме, отсутствии в этой связи потребности в нем подлежат отклонению, поскольку данное обстоятельство не является основанием для отказа в исключении из конкурсной массы единственного принадлежащего должнику жилья, в котором помимо него зарегистрирован несовершеннолетний ребенок должника, чьи интересы и права также подлежат защите. Тем более, что должник оспаривает эти доводы, настаивая на проживании в спорном доме.

Из постановления от 26.04.2021 № 15-П следует, что Конституционный Суд Российской Федерации рассматривал два варианта лишения единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения исполнительского иммунитета:

- как способ и условие удовлетворение требований кредиторов, а не карательная санкция, условиями применения которой является наделение гражданина должника жилым помещением меньшей площадью и стоимостью (без изменения места жительства (поселения), но соответствующей нормам предоставления жилья по условиям социального найма);

- в виде отказа в защите прав при условии, что данное жилое помещение приобретено со злоупотреблением такими правами, которые могут быть установлены при условии, что должник был осведомлен о наличии кредиторской задолженности и совершал действия, направленные на отчуждение имущества, не обладающего исполнительским иммунитетом с целью приобретения имущества, таким иммунитетом обладающего.

Соблюдение названного баланса при рассмотрении вопроса об исключении из конкурсной массы единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья достигается, в том числе за счет исследования фактических обстоятельств дела по существу, в данном случае недопустимо установление только формальных условий применения нормы права. Иной подход не может быть признан соответствующим целям судопроизводства и направленным на защиту прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

Жилой дом в с. Сосновское приобретен ФИО3 на основании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком от 03.07.2012, право собственности зарегистрировано 31.07.2012. Признаки неплатежеспособности у должника возникли значительно позднее его приобретения, то есть дом приобретен должником задолго до возникновения обязательств перед конкурсными кредиторами.

Должник зарегистрирован по месту проживания по адресу в с. Сосновское с 20.09.2018, 22.06.2022 в спорном доме зарегистрирован его несовершеннолетний ребенок.

ФИО7 в суде первой инстанции заявлены доводы о злоупотреблении должником своими правами, выразившемся в фиктивном снятии ФИО3 с регистрационного учета по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ, пгт. Излучинск, ул. <...>, с целью необоснованного наделения исполнительским иммунитетом другого своего имущества – жилого дома по адресу <...>, при этом сам должник продолжил проживать в пгт. Излучинск в квартире, которая принадлежит ФИО10, являющейся матерью сына должника ФИО9

Финансовый управляющий также указывал на противоправное поведение должника в виде регистрации должником своего сына по адресу спорного дома в Свердловской области, тогда как фактически сын учится и проживает в Ханты-Мансийском автономном округе.

Данные доводы судом первой инстанции исследованы и правомерно отклонены, поскольку доказательства наличия в собственности должника иного жилого помещения, помимо спорного дома, а регистрация по месту жительства в пгт. Излучинск Ханты-Мансийского автономного округа не свидетельствует о нахождении данного имущества в собственности должника. При этом судом первой инстанции верно отмечено, что смена регистрации по месту жительства может свидетельствовать о желании должника изменить место исполнительного производства с целью затруднения исполнения судебного акта о взыскании с него задолженности, но не переносит исполнительский иммунитет на другой объект недвижимости, с учетом отсутствия в собственности должника иного имущества.

Вопреки указанию финансового управляющего, ФИО9 (сын должника) в г. Нижневартовске либо на территории г. Ханты Мансийский и Ханты-Мансийского района сын должника не зарегистрирован и никогда не был зарегистрирован (ответ УМВД России по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре от 04.07.2022 № 27/24-72566, от 22.06.2022 № 48/8-27280).

Наличие в собственности у матери ребенка должника жилого помещения (документально не подтверждено) не свидетельствует о том, что ребенок должника проживает в ней, при этом осуществление регистрации несовершеннолетнего ребенка должником по месту своей регистрации в принадлежащем ему жилом доме соответствует действующему законодательству.

Совершение должником действий по умышленному наделению спорного имущества статусом единственного пригодного для проживания жилья не установлено, признаки злоупотребления правом со стороны должника применительно к вопросу о спорном имуществе не усматриваются. Как указано выше, смена регистрации по месту жительства, с учетом отсутствия у должника иного имущества, пригодного для проживания, доказательством злоупотребления должником правом применительно к рассматриваемому вопросу не является.

При таком положении отказ в исключении спорного дома и земельного участка из конкурсной массы возможен лишь в случае установления у данного имущества признаков роскошности, и наделения должника замещающим жильем.

По утверждению финансового управляющего и кредитора ФИО7, спорное домовладение является для должника чрезмерным, имеющим признаки роскошного жилья. О роскошности спорного жилья, по их мнению, свидетельствуют месторасположение дома и земельного участка, внешний их вид, площадь дома и рыночная стоимость спорных объектов.

Как следует из материалов дела, спорный объект расположен в с. Сосновое Каменского района Свердловской области. Согласно пояснениям представителя должника, с. Сосновское находится на расстоянии 85 км от г. Екатеринбурга, в нем расположены преимущественно небольшие частные дома, бараки, имеются проблемы с трудоустройством. Какие-либо сведения об особенностях места расположения дома и земельного участка, с учетом которых спорный объект финансовый управляющий и кредитор полагают роскошным, ими не указаны.

Согласно техническому паспорту на жилой дом индивидуального жилищного фонда по адресу: ул. Амурская, д. 33, составленному БТИ 08.09.2003, спорный объект представляет собой двухэтажный дом с мансардой, 2003 года постройки, с централизованным газоснабжением, автономной системой отопления (газовое), водопровода (от скважины) и канализации (местная), общей площадью 262,9 кв.м., из них: 112,3 кв.м. жилая площадь (жилые комнаты), 150,6 кв.м. - вспомогательные и подсобные помещения, лестницы, коридоры, гараж, балконы, холодный пристрой, оранжерея (теплица). Дом построен из бруса, снаружи облицован кирпичом, внутренняя отделка – рейка/гипсокартон, имеет деревянные перекрытия, перегородки – брус+утеплитель+гипсокартон, полы – фанера/доска+ковролин, крыша – металлическая черепица.

При этом ряд помещений в жилом доме, как одноквартирном доме, соотносятся по своему назначению с помещениями общего пользования в многоквартирном доме (тамбуры, входные группы, лестничные клетки и пр.), но площади которых в многоквартирных домах не входят в общую площадь индивидуальных объектов (квартир), с учетом чего применительно к рассматриваемому вопросу их не следует учитывать в общей площади спорного дома. Также очевидно не подлежат учету площади таких помещений как гараж, балконы, холодный пристрой, оранжерея (теплица), причем площадь таких помещений значительна, к примеру, общая площадь теплицы составляет 66,7 кв.м., гаража – 17,7 кв. м.

В указанном доме зарегистрированы по месту постоянного проживания должник и его несовершеннолетний ребенок.

Положениями п. 1в Постановления Правительства Российской Федерации № 541 от 29.08.2005, установлен федеральный стандарт социальной нормы площади жилого помещения в размере 18 кв.м. общей площади жилья на 1 гражданина. Соответственно для семьи из 2 человек социальная норма площади жилья равна 36 кв.м., для трех – 54 кв.м.

Действующим региональным законодательством предусмотрено, что жилые помещения предоставляются гражданам в соответствующем населенном пункте по месту службы (работы) или месту жительства гражданина, состоящего на учете, благоустроенные применительно к условиям населенного пункта, в котором расположено предоставляемое жилое помещение, и пригодные для постоянного проживания; жилые помещения гражданам, предоставляются с учетом членов их семей.

Норма предоставления площади жилого помещения по договору социального найма составляет:

33 кв.м. – для одиноких граждан;

42 кв.м. – на семью из двух человек;

18 кв.м. – на каждого члена семьи при численности семьи три человека и более.

Размер общей площади предоставляемого жилого помещения устанавливается с учетом имеющегося у гражданина (членов его семьи) жилых помещений, принадлежащих ему (им) на праве собственности. Общая площадь жилого помещения, предоставляемого гражданам по договору социального найма на одного человека, не должна быть менее учетной нормы площади жилого помещения, установленной органом местного самоуправления по месту предоставления жилого помещения.

Таким образом, законодательством установлен минимальный размер подлежащей предоставлению жилой площади, без указания его максимума.

Законодательство не содержит конкретных признаков, по которым может быть установлен статус роскошного жилого помещения, при этом судейское усмотрение не может базироваться исключительно на внутреннем убеждении и сформированных представлениях, а разработка норм предоставления жилых помещений по договорам социального найма изначально имело иное предназначения, нежели определения достаточности обеспечения граждан жильем с целью его ограничения.

При этом в настоящее время Министерством экономического развития Российской Федерации на основе существующих в Российской Федерации экономических реалий разработан и Правительством Российской Федерации внесен на рассмотрение проект Федерального закона «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, Семейный кодекс Российской Федерации и Федеральный закон «Об исполнительном производстве», согласно которому предлагается установить следующие признаки роскошного жилого помещения: размер такого жилого помещения превышает двукратную норму предоставления площади жилого помещения, установленную в соответствии с законодательством Российской Федерации, на гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в указанном жилом помещении, и при этом составляет не менее 36 квадратных метров на одного человека; стоимость такого жилого помещения превышает двукратную стоимость жилого помещения, по размеру соответствующего норме предоставления площади жилого помещения, установленной в соответствии с законодательством Российской Федерации, на гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в указанном жилом помещении, рассчитанную с учетом среднего удельного показателя кадастровой стоимости объектов недвижимости для кадастрового квартала, в пределах которого находится такое имущество, на территории субъекта Российской Федерации, утвержденного в соответствии с законодательством Российской Федерации об оценочной деятельности.

С учетом изложенного, размер жилого помещения, необходимого для должника и его несовершеннолетнего сына не может быть менее 72 кв.м., следовательно, спорное жилое помещение превышает данную норму незначительно (112,3 кв.м.).

Назначение исполнительского иммунитета состоит не в том, чтобы в любом случае сохранить за гражданином-должником право собственности на жилое помещение, а в том, чтобы не допустить нарушения конституционного права на жилище в самом его существе, как и умаления человеческого достоинства, гарантируя гражданину-должнику и членам его семьи сохранение обеспеченности жильем на уровне, достаточном для достойного существования.

Следовательно, запрет обращения взыскания на единственное пригодное для постоянного проживания гражданина-должника и членов его семьи жилое помещение конституционно оправдан постольку, поскольку он обеспечивает этим лицам сохранение жилищных условий, приемлемых в конкретной социально-экономической обстановке, от которой и зависят представления о том, какое жилое помещение можно или следует считать достаточным для удовлетворения разумной потребности человека в жилище.

В данном случае судами первой и апелляционной инстанций не установлено существенное (кратное) превышение площади квартиры, исходя из зарегистрированных в доме должника и его сына.

Указанные обстоятельства не позволяют полагать, что спорный дом, по своим характеристикам, в частности, жилой площади, явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности в жилище должника и его несовершеннолетнего ребенка.

Вопреки позиции финансового управляющего, кредитора ФИО7 внешний вид жилого дома и земельного участка сами по себе критерием роскошности признаны быть не могут.

По мнению апелляционного суда, для определения роскошности жилья могли быть приняты во внимание особенности внутренней отделки помещения.

Однако, описание таковой, документальное обоснование ее характера, стоимости, которые бы свидетельствовали о роскошности жилья, в материалах дела отсутствует.

Акт осмотра внутренних помещений дома, описание, фотографии в материалах дела отсутствуют. Согласно пояснениям представителя кредитора ФИО7, финансовый управляющий внутренние помещения дома не осматривал. При этом из материалов дела не следует, что должник препятствовал осмотру дома; более того, материалами дела подтверждается, что доступ в дом мог предоставить родственник должника. Объективные причины не проведения осмотра дома финансовым управляющим не указаны.

Из материалов дела усматривается, что финансовый управляющий произвел осмотр жилого дома снаружи, а также осмотр земельных участков, о чем свидетельствуют представленные им фотографии. Однако, документ, содержащий описание технического состояния дома, управляющим не представлен.

Между тем, в заключении специалиста № 6и-23, составленном ИП ФИО11 на основании непосредственного осмотра спорного дома, описано наличие у дома дефектов и повреждений, которые эксперт счел значительными, с их учетом определил техническое состояние дома как не вполне удовлетворительное, приближенное к ограниченно работоспособному (выявлены дефекты, приведшие к некоторому снижению несущей способности, в отсутствие опасности внезапного разрушения), определен физический износ в целом дома, равный 37.8%.

Данные сведения участвующими в деле лицами не опровергнуты.

Жилой дом расположен на земельном участке площадью 1650,49 кв.м., назначение – для ведения личного подсобного хозяйства. Земельный участок не имеет ограждения от сопряженных с ним других земельных участков, не принадлежащих должнику.

По утверждению кредитора ФИО7, на земельных участках, которые, по сути, представляют собой единый земельный участок, расположены беседки, дорожки, мостики и пр. В подтверждение кредитор ссылается на фотографии, представленные финансовым управляющим, в том числе фотографию вида сверху спорного и сопряженных с ним земельных участков, на которых обозначены данные сооружения. Однако, из этих фотографий не представляется возможным установить факт их расположения именно на земельном участке, принадлежащем должнику, а также их состояние.

Техническое состояние дома, его внутренняя отделка, благоустройство земельного участка, на котором находится дом, влияют на стоимость объекта недвижимости. Стоимость жилого дома может косвенно свидетельствовать о роскошности объекта недвижимости, но сама по себе достаточной для вывода об этом не является.

По утверждению финансового управляющего и кредитора ФИО7, рыночная стоимость дома и земельного участка значительны.

В частности, согласно оценке, проведенной финансовым управляющим, рыночная стоимость дома и земельного участка составляет 9 730 000 руб. (решение об оценке имущества должника от 24.01.2023).

В свою очередь, должником в материалы спора представлено заключение ООО «Эксперт» от 27.03.2023, согласно которому рыночная стоимость спорного жилого дома на земельном участке площадью 1650,49 руб. составляет 1 593 000 руб.

Суд первой инстанции не принял представленное должником заключение в качестве надлежащего доказательства, установив, что представитель ФИО3 ФИО4 также представлял по доверенности общество «Эксперт», которое располагается по адресу: <...> (решение Арбитражного суда Свердловской области от 29.12.2022 по делу №А60-35924/2022); на титульном листе заключения специалиста от 25.01.2023 указан адрес электронной почты общества «Эксперт» - fеесer2@mail.ш, тот же адрес уже в качестве электронной почты арбитражного управляющего ФИО4 указывается в многочисленных сообщениях о проведении торгов в процедурах реализации имущества различных должников. Кроме того, судом приняты как обоснованные возражения кредитора ФИО7 о том, что заключение о рыночной стоимости от 27.03.2023 не является отчетом об оценке, не соответствует Федеральным стандартам оценки, а ФИО12 не отвечает требованиям, предъявляемым к оценщику, в частности, не состоит в саморегулируемой организации.

Данные выводы суда должником не опровергнуты, оснований для несогласия с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции также полагает ненадлежащим доказательством решение финансового управляющего об оценке имущества должника от 24.01.2023, согласно которому рыночная стоимость дома и земельного участка составляет 9 730 000 руб.

Как следует из названного решения, финансовым управляющим в качестве объектов-аналогов приняты жилые здания как в с. Сосновское, так и в других населенных пунктах района, в котором расположено данное село, а также в соседнем с ним районе. Расчет рыночной стоимости произведен финансовым управляющим исходя из определенной им стоимости 1 кв.м объектов-аналогов путем умножения на общую площадь спорного дома.

При этом указанные управляющим в решении объекты не могут быть признаны аналогами спорного дома. В частности, только один из взятых в качестве аналогов домов построен из бруса, в отношении одного из домов сведения о материале, из которого он построен, отсутствуют, все остальные построены из кирпича либо из пеноблоков, причем большая часть домов построены значительно позже спорного дома (2013-2014гг.), часть домов имеют дизайнерский ремонт. Между тем, данные характеристики являются одними из основных при формировании стоимости жилого здания. Также значителен разброс площади домов, избранных финансовым управляющим в качестве аналогов, - от 64,5 кв.м до 400 кв. м, площади земельного участка, на котором расположены эти дома, - от 12 соток до 44 соток. При этом какие-либо поправки в этой связи финансовым управляющим не приняты (только поправка на торг), равно как и показатели физического износа.

Более того, как указано ранее, дом финансовым управляющим не осмотрен, натурный осмотр проведен экспертом ИП ФИО11, по результатам которого у спорного дома выявлены значительные дефекты (заключение специалиста от 22.03.2023 № 6и-23), наличие и характер которых финансовым управляющим и кредитором ФИО7 не опровергнуты.

Техническое состояние дома финансовым управляющим при оценке дома не учитывалось.

Расчет рыночной стоимости спорного дома на земельном участке, произведенный финансовым управляющим, исходя из согласованной между должником и ФИО13 21.07.2016 при заключении договора ипотеки спорного имущества их стоимости, равной 6 млн. руб., путем ее увеличения на процент изменения цен на вторичном рынке за период с 2016-2023гг. по данным Федеральной службы государственной статистики, - 9 664 800 руб. также не является надлежащим доказательством рыночной стоимости спорного имущества должника.

Представленные кредитором ФИО7 сведения о рыночной стоимости спорного имущества, определенной ИП ФИО8 (8 400 000 руб.), ООО «Компромисс» (дом - 6 900 000 руб., земельный участок – 900 000 руб.), носят справочный характер, не являются отчетами об оценке, на что прямо в них указано; документы, на основе которых указанные лица определили рыночную стоимость спорных объектов, ими не названы, к справкам не приложены. Указанное не позволяет принять данные документы в качестве надлежащих доказательств рыночной стоимости спорных дома и земельного участка.

Возражая против представленных противной стороной доказательств, никто из участвующих в деле лиц не обратился в установленном порядке к суду с ходатайством о проведении судебной строительно-технической или оценочной экспертизы спорного имущества.

Наличие ссылки в дополнении к отзыву от 04.04.2023, представленном финансовым управляющим, на назначение судебной экспертизы в случае установления судом такой необходимости не означает, что ходатайство в установленном порядке представлено суду и подлежит рассмотрению. Каждая из сторон спора самостоятельно определяет стратегию и способы защиты.

При таком положении доводы финансового управляющего и кредитора ФИО7 о роскошности спорного имущества должника по критерию его значительной рыночной стоимости следует признать недоказанными.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.04.2021 № 15-П, при рассмотрении вопроса о возможном ограничении исполнительского иммунитета к единственному жилью, суд должен разрешить вопрос о возможности реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации по судебному утверждению условий и порядка предоставления замещающего жилья и прочим практическим вопросам ограничения исполнительского иммунитета к единственному жилью изложена в определении от 26.07.2021 № 303-ЭС20- 18761, где, помимо прочего, указано, что для оценки рыночной стоимости жилья, имеющего, по мнению кредиторов, признаки излишнего, необходимо и предпочтительно проведение судебной экспертизы. Кроме того, судебной оценке подлежит стоимость замещающего жилья и издержки конкурсной массы по продаже существующего помещения и покупке необходимого (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2021 № 309-ЭС21-14612).

Как установлено ранее, ходатайство о проведении судебной экспертизы для оценки рыночной стоимости жилья финансовым управляющим, кредиторами должника не заявлено.

В отсутствие надлежащих доказательств рыночной стоимости спорного дома и земельного участка, возможность получения положительного эффекта от его продажи для конкурсной массы, с учетом необходимости предоставления должнику замещающего жилья, его существенности также являются недоказанными.

Финансовым управляющим и кредиторами должника не представлены варианты замещающего жилья для должника, с обоснованием возможности его приобретения в случае продажи имеющегося у него единственного пригодного для проживания жилья, с учетом всех сопутствующих расходов, соответствующим их документальным подтверждением.

Указание домов в качестве объектов-аналогов в решении финансового управляющего о рыночной стоимости спорного имущества предложением по замещающему жилью не является.

Представленные кредитором ФИО7 сведения о возможности приобретения жилья должнику по стоимости в пределах 1 млн. руб., со ссылкой на предложения о продаже, также не могут быть приняты как реальные предложения по замещающему жилью. При этом принимаются во внимание доводы должника о некорректности данных публикаций о продаже домов, квартир, о недоступности потенциального продавца по указанному в объявлении номеру телефона, о несоответствии технического состояния одного из указанных управляющим и кредитором жилых помещений нормативному.

Доказательства, с необходимой степенью достоверности свидетельствующие о реальной возможности приобретения каких-либо из указанных управляющим и кредитором домов/квартир в качестве замещающего жилья квартиры, в деле отсутствуют.

Вопреки позиции кредитора ФИО7, вопрос о предоставлении должнику замещающего жилья подлежит разрешению одновременно с вопросом о наличии либо отсутствии оснований для ограничения исполнительного иммунитета, исключении из конкурсной массы должника жилого помещения, являющегося для должника и его семьи единственным, а не при утверждении судом положения о порядке продажи такого жилья.

В материалах дела отсутствует как таковое решение собрания кредиторов по вопросу о приобретении замещающего жилья, из пояснений представителя кредитора ФИО7 собрание с такой повесткой не проводилось.

Отсутствие со стороны названного кредитора возражений относительно приобретения должнику замещающего жилья не означает, что указанное решение им принято и выражено.

Более того, из пояснений представителя данного кредитора усматривается позиция об отсутствии оснований для предоставления замещающего жилья должнику ввиду его не проживания в спорном доме.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем кредитора ФИО7 отмечено, что его доверитель не возражает против замещающего жилья для должника, после реализации спорного имущества и погашения требований кредиторов у должника останутся денежные средства для приобретения им другого жилья.

То есть кредитор не предполагает приобретение должнику замещающего жилья в рамках процедуры банкротства одновременно с продажей единственного его жилья.

Механизм предоставления должнику замещающего жилья не разработан, управляющий и кредитор имеют представления о конкретном алгоритме действий по предоставлению замещающего жилья.

В такой ситуации представляется, что позиция управляющего и кредитора по реализации спорного дома с приобретением замещающего жилья имеет своей направленностью не соблюдение баланса интересов кредиторов и обеспечения права должника на жилище, а приобретает признаки наказания должника, на недопустимость которого указал Конституционный Суд Российской Федерации.

Указанное подтверждается и недостаточной защищенностью должника, обусловленной повышенным риском лишения его единственного жилья в ситуации существенной неопределенности процедуры приобретения замещающего жилья.

При таких обстоятельствах, исследовав основания возникновения прав должника на находящиеся в его собственности жилое помещение и земельный участок, основания возникновения включенных в реестр требований кредиторов, учитывая, что в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии условий для ограничения исполнительского иммунитета (признака роскошности жилого помещения), возможности получения существенной выгоды для конкурсной массы при его продаже и приобретении замещающего жилья, в отсутствие признаков злоупотребления правами со стороны должника, следует признать, что продажа жилого дома в с. Сосновском Свердловской области неправомерно ограничит конституционное право ФИО3 на жилище и достойное человеческое существование (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда Российской Федерации от 18.04.2022 № 302-ЭС21-25189). Иного суду в нарушение положений ст. 65 АПК РФ не доказано.

С учетом изложенного вывод суда об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении должника об исключении из конкурсной массы жилого дома, как единственного для должника и его семьи жилья, и земельного участка, на котором он расположен коллегия судей находит правомерным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Таким образом, определение суда от 11.04.2023 полежит изменению в части исключения из конкурсной массы должника денежных средств, полученных им в виде пенсии, на основании п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ (несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела) с приведением резолютивной части соответствующего определения согласно вышеизложенным выводам суда апелляционной инстанции. В остальной части определение отмене (изменению) не подлежит.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 11 апреля 2023 года по делу № А60-64584/2020 изменить в части исключения из конкурсной массы ФИО3 денежных средств, полученных им в виде пенсии.

Изложить абз. 4 п. 1 резолютивной части определения в следующей редакции:

Исключить из конкурсной массы ФИО3, начиная с 01.12.2022, денежные средства в размере прожиточного минимума на должника и прожиточного минимума на его несовершеннолетнего ребенка, установленных для региона фактического проживания должника.

В остальной части определение оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.



Председательствующий


Т.Ю. Плахова



Судьи


О.Н. Чепурченко





М.С. Шаркевич