Решение от 12 сентября 2024 г. по делу № А40-148377/2024

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-148377/24-83-595
г. Москва
13 сентября 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 12 сентября 2024 года

Полный текст решения изготовлен 13 сентября 2024 года


Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Сорокина В.П. (шифр судьи 83-595), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Елпаевой Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФКУ "Войсковая Часть 52582" (ИНН <***>) к АО "Трансинжстрой" (ИНН <***>) о взыскании процентов по статье 823 ГК РФ за период с 06.11.2021 по 24.10.2022 в размере 1 273 932 руб. 25 коп.,

при участии:

от истца – ФИО1 на основании доверенности № 71 от 28.02.2023

от ответчика – ФИО2 на основании доверенности № 1 от 10.01.2024

У С Т А Н О В И Л:

ФКУ "Войсковая Часть 52582" (ИНН <***>) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АО "Трансинжстрой" (ИНН <***>) о взыскании процентов по статье 823 ГК РФ за период с 06.11.2021 по 24.10.2022 в размере 1 273 932 руб. 25 коп.

До вынесения судом решения по делу истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, просит взыскать с ответчика   проценты по статье 823 ГК РФ за период с 16.10.2021 по 25.10.2022 в размере 1 646 548,41 руб. Ходатайство рассмотрено и удовлетворено в порядке ст.49 АПК РФ.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам отзыва.

Суд, рассмотрев материалы дела, в силу статей 67, 68, 71 АПК РФ исследовав и оценив представленные доказательства с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, заслушав представителей сторон, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материала дела между ФКУ "Войсковая Часть 52582" и АО "Трансинжстрой" заключен государственный контракт от 23 сентября 2021 года №2122304300212000000000000/169с/5/21 на выполнение работ по техническому перевооружению административных зданий в части создания ведомственной мультисервисной сети связи.

          В соответствии с  пунктом 2.3 контракта ответчик обязался выполнить работы в срок-с даты допуска на объект, но не позднее 15 ноября 2021 года до 01 июля 2022 года.

          Согласно п.3.1 контракта его цена составила 22 834 043 руб. 23 коп.

Пунктом 3.6 контракта предусмотрен аванс в размере 80% цены контракта, в размере 18 267 234,58 руб., который истец перечислил на счет ответчика платежным поручением №318850 от 15 октября 2021 года. В установленный контрактом срок работы ответчик не выполнил.

Фактически работы завершены ответчиком и приняты истцом 25 октября 2022 года, что подтверждается актом приемки законченного строительством объекта приемочной комиссии (форма №КС-14) от 25 октября 2022 года и соглашением о расторжении контракта от 24 ноября 2022 года №3Д/169с/5/22, подписанным сторонами.

В  связи с допущенными ответчиком нарушениями по контракту истец направил в его адрес претензионные письма от 27 октября 2022 года №11/9-5068; от 14 февраля 2023 года №11/9-829; от 07 апреля 2023 года №11/9-1728 с требованием выплатить проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса в размере 1 273 932,25 руб. на основании п.3.9 контракта, а также неустойку за просрочку исполнения обязательств по контракту.

Неустойка списана  истцом в порядке , установленном законодательством Российской Федерации.

Ссылаясь на то, что ответчик после получения аванса от истца в период выполнения работ не использовал его в полном объеме на цели, связанные с исполнением контракта, истец обратился в суд с требованием о взыскании процентов за пользование коммерческим кредитом.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд исходит из следующего.

В качестве правового обоснования требования об оплате процентов истец ссылается условие п. 3.9 Контракта, согласно которому правила ст. 823 ГК РФ о коммерческом кредите применяются в случае использования ответчиком перечисленного ему аванса на цели, не связанные с исполнением государственного оборонного заказа и обязательств по Контракту.

         Таким образом, приведенные в основаниях иска обстоятельства исполнения ответчиком контракта с нарушением срока не соответствуют предусмотренному в п. 3.9 контракта основанию начислению процентов по коммерческому кредиту, заключающегося в нецелевом использовании предоставленного ответчику аванса.

         При этом в иске не приводятся и не доказываются обстоятельства использования ответчиком аванса на цели, не связанные с исполнением государственного оборонного заказа и обязательств по контракту.

         Нецелевое использование аванса и возможность начисления на него процентов по коммерческому кредиту на основании ст. 823 ГК РФ опровергается отсутствием у ответчика правовой и фактической возможности произвольно распоряжаться переданным ему авансом.

          В частности, аванс был предоставлен ответчику по контракту для исполнения государственного оборонного заказа, что согласно п. 1 ст. 8.4 Федерального закона от 29.12.2012 № 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» подразумевает запрет ответчику использовать перечисленный ему на отдельный (специальный) счет в банке аванс для несвязанных с исполнением контракта целей, в том числе для предоставления кредитов, займов, ссуд, что указывает на строго целевой характер предоставленного истцом аванса, а также на невозможность ответчика свободно распоряжаться им по своему усмотрению и на отсутствие у него в отношении аванса правомочий собственника.

Запреты и ограничения по свободному распоряжению денежными средствами также установлены режимом лицевого счета, открываемого Головному исполнителю в органах государственного казначейства согласно действовавших при заключении и исполнении контракта подп. «а» п. 6 Постановления Правительства РФ от 15.12.2020 № 2106, подп. «б», «в» п. 12 Постановления Правительства РФ от 18.12.2020 № 2153.

          Следовательно, полученный ответчиком аванс не может рассматриваться как коммерческий кредит, который предоставляется согласно ст. 823 ГК РФ при передаче денежных средств в собственность.

Кроме того, истец является государственной некоммерческой организацией (казенным учреждением), цель деятельности которой заключается в реализации публично-правовых задач, достигаемых им в том числе через осуществление государственных закупок за счет предоставляемых ему целевых денежных средств из государственного бюджета. Цель закупок и режим использования предоставляемых для их осуществления бюджетных средств исключают возможность предоставления казенными учреждениями бюджетных средств в качестве кредита с извлечением прибыли в виде процентов, что следует из ч. 10 ст. 161 БК РФ, содержащей запрет казенным учреждениям предоставлять и получать кредиты (займы).

Следовательно, условие п. 3.9 контракта, позволяющее государственному заказчику предоставлять полученные им для закупок бюджетные средства в качестве кредита с получением процентов, нарушает установленный в ч. 10 ст. 161 БК РФ запрет на осуществление казенными учреждениями коммерческого кредитования, в силу чего является ничтожным по смыслу ч. 2 ст. 168, ст. 169 ГК РФ.

Согласно п. 3.9 Контракта подрядчик обязан уплатить проценты за коммерческий кредит в виде аванса до момента фактического исполнения Контракта или его расторжения.

При этом только с даты расторжения спорного контракта возникнет необходимость соотнести сальдо взаимных предоставлений сторон и определить завершающую обязанность стороны, чье предоставление меньше, по возмещению другой стороне неосновательного обогащения, в связи с чем проценты за пользование авансом как коммерческим кредитом не подлежат начислению ранее даты расторжения спорного контракта и возникновения у генподрядчика обязанности возвратить неотработанный аванс.

Обязанность уплатить проценты за пользование авансом как коммерческим кредитом является акцессорной, указанная обязанность возникает не ранее возникновения главного обязательства по возврату неотработанного аванса по спорному контракту. Таким образом, если обязанности по возврату неотработанного аванса не возникло, то и проценты за пользование коммерческим кредитом уплате не подлежат.

Вместе с тем при отсутствии обязанности возвратить аванс по причине его полной отработки права заказчика не нарушены, так как заказчик получает результат работ и не вправе требовать возврата аванса, соответственно, оснований для получения процентов, начисленных на аванс, также не имеется.

Так как ответчиком аванс отработан в полном объеме и использован по его назначению, а результат работ принят истцом по акту приемки законченного строительством объекта от 25.10.2022 , то оснований для возврата аванса с сопутствующей обязанностью начисления на него процентов в соответствии со ст. 823 ГК РФ у ответчика не возникло.

Из положений ч. 2 ст. 823 ГК РФ и п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № 13 и Пленума ВАС РФ № 14 от 08.10.1998 «О практике применения положений ГК РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» следует, что проценты по коммерческому кредиту являются платой за правомерное, обусловленное договором пользование денежными средствами и отличаются от неустойки за просрочку исполнения обязательства, имеющей санкционный характер и применяющейся в случаях нарушения условий исполнения договора.

Согласно правовой позиции Постановления Президиума ВАС РФ от 12.02.2013 № 14798/12 проценты, уплачиваемые за пользование авансом, в случае невыполнения или ненадлежащего выполнения обязательств, не являются платой за пользование коммерческим кредитом, а положения ст. 823 ГК РФ в данной ситуации не применяются.

Следовательно, начисление истцом предусмотренных в п. 3.9 контракта за нецелевое использование аванса процентов в связи с нарушением срока выполнения работ с учетом наличия в п. 10.10 контракта положения о неустойке (пени) за нарушения сроков выполнения работ приводит к двойной ответственности ответчика за одно и то же нарушение обязательства, что не предусмотрено ГК РФ.

Кроме того, суд отмечает, что в обоснование своего требования истец ссылается на подписание 25.03.2024 сторонами акта сверки взаимных расчетов № 0000-000052 за период с января 2022 г. по март 2023 г., в котором по мнению истца ответчик признал долг в виде сумма рассматриваемых в данном деле процентов за пользование коммерческим кредитом.

Согласно предоставленного истцом акта сверки конечное сальдо неоплаченных ответчиком денежных средств по контракту составляет сумму 1 915 597,64 руб., состоящей из 636 665,39 руб. неустойки в виде пени, 5 000 руб. неустойки в виде штрафа и 1 273 932,25 руб. процентов по коммерческому кредиту, предъявленных истцом к оплате ответчику претензионными письмами исх. № 11/9-5068 от 27.10.2022, исх. № 11/9-829 от 14.02.2023.

При этом сумма процентов по коммерческому кредиту в размере 1 273 932,25 руб. была ошибочно указана в подписанном 25.03.2023 акте сверки, что подтверждается последующим подписанием сторонами 31.03.2023 повторного акта сверки взаимных расчетов, согласно которому ответчик указал конечное сальдо неоплаченных им денежных средств только на сумму начисленных пени в размере 636 665,39 руб., а суммы штрафа в размере 5 000 руб. и процентов по коммерческому кредиту в размере 1 273 932,25 руб. не были подтверждены ответчиком. При этом в отличие от предыдущего акта сверки в нем есть текст о признании ответчиком задолженность на сумму начисленных пени в размере 636 665,39 руб., а также подпись заместителя генерального директора ответчика по экономике ФИО3

Ошибочность указания суммы процентов по коммерческому кредиту в подписанном 25.03.2023 акте сверки также следует из того, что непосредственно перед и после его подписания ответчик в своих письмах от 22.02.2023 № ИПК-25, от 17.04.2023 № ИПК-54 отказывал в удовлетворении требования претензий истца об оплате процентов по коммерческому кредиту, указывая на их неправомерность. В письме ответчика от 17.04.2023 № ИПК-54 признавалась только сумма неустойки в размере 636 665,39 руб.

Согласно п. 50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 акт сверки взаиморасчетов может рассматриваться в качестве сделки по признанию долга только в том случае, если он подписан уполномоченным на признание долга лицом.

Подписавшие со стороны ответчика акт сверки сотрудники помощник генерального директора ФИО4, начальник филиала СМУ-153 ФИО5, главный бухгалтер филиала СМУ-153 ФИО6 не обладают специальными полномочиями на совершение сделки по признанию долга, что подтверждается содержанием выданных на них доверенностей. Указание в доверенностях на наличие полномочий по подписанию актов сверок без наделения специальным полномочием на признание долга не придает соответствующего значения подписанному акту сверки, который по умолчанию отражает лишь наличие неоплаченных счетов, что не является сделкой по признанию долга. Данная правовая позиция содержится в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 03.11.2023 по делу № А40-227035/2022.

При таких обстоятельствах акт сверки взаимных расчетов не носит правопорождающего характера, поскольку не приводит к возникновению в порядке ст. 8 ГК РФ, изменению или прекращению гражданских прав и обязанностей у лиц, его подписавших, а только лишь констатирует итоги их расчетов по заключенному между сторонами договору.

Согласно ч. 8 ст. 3 и ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» акт сверки расчетов не является первичным учетным документом, поэтому сам по себе без первичных документов, на основании которых он был составлен, не может быть бесспорным доказательством, подтверждающим размер задолженности одной стороны перед другой.

Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание доводы ответчика, у суда отсутствуют основания для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь ст. ст. 8, 12, 307-310, 823  ГК РФ, руководствуясь ст. ст. 41, 49, 65, 68, 71, 75, 110, 123, 150, 156, 167-171, 176, 180, 181, 319 АПК РФ, суд 



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья                                                                                                    В.П. Сорокин