Постановление от 7 апреля 2026 г. 10 ААС (Десятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-20583/2025

Дело № А41-65202/23
08 апреля 2026 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2026 года


Постановление изготовлено в полном объеме 08 апреля 2026 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Мизяк В.П.,

судей Михайловой Н.А., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 01.09.2025 по делу № А41-65202/23,

при участии в судебном заседании:

ФИО2 лично по паспорту,


от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 14.11.2025, Иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 04.08.2023 принято к производству заявление о признании ООО «РИМЭКА» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 13.10.2023 в отношении ООО «РИМЭКА» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09.12.2023 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего ООО «РИМЭКА».

Решением Арбитражного суда Московской области от 22.04.2024 ООО «РИМЭКА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5 (далее – ФИО5, конкурсный управляющий).


Конкурсный управляющий ФИО5 27.08.2024 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего генерального директора ФИО2 (далее – ФИО2) в размере 8 788 865 138,07 руб. (л. д. 2 – 5).

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.09.2025 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника привлечена ФИО2, производство по заявлению конкурсного управляющего в части размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами (л. д. 43 – 46).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, просила обжалуемый судебный акт отменить, отказав в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

В судебном заседании ФИО2 и ее представитель поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 223 АПК РФ, статье 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из материалов дела следует, что ФИО2 являлась руководителем должника в период с 31.07.2020 до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.


В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено данным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. Пунктами 2 и 4 данной статьи установлены признаки и презумпции, в силу которых лицо может быть признано контролирующим.

Согласно разъяснениям пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53) по общему правилу, необходимым условиям отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Также в силу пункта 7 данного постановления предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя, является контролирующим.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, в соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предполагается, пока не доказано иное, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если оно являлось руководителем должника. Статус ответчика как генерального директора ООО «РИМЭКА» подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ в отношении должника.

Доказательств, опровергающих указанную презумпцию, ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора не представлено вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ.

Статуса руководителя должника, тем самым, достаточно для признания ответчика контролирующим должника лицом, в связи с чем судом первой инстанции справедливо установлен статус ФИО2 как контролирующего должника лица.

Нормативно-правовые акты не содержат понятия «номинальный руководитель», поскольку независимо от статуса любое лицо, занимающее


должность руководителя организации, несет предусмотренные законом обязательства по осуществлению надлежащего контроля за финансовыми ресурсами предприятия, проведением денежных операций и хозяйственной деятельности, обладая необходимыми правами для исполнения указанных обязанностей (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Исходя из этого, несостоятельность юридического лица обусловлена не исключительно действиями (или бездействием) реального руководителя, непосредственно влияющего на принятие решений и состояние имущества компании-должника, но и пассивностью номинального руководителя, уклонявшегося от реализации своей законной обязанности обеспечить эффективное функционирование корпоративного управления.

Следовательно, оба типа руководителей (реальные и номинальные) несут равнозначную субсидиарную ответственность по долговым обязательствам должника совместно.

ФИО2, ссылаясь на свою формальность в должности директора должника, ограничилась лишь утверждением о своем номинальном статусе, не представив достаточных свидетельств того, что управление предприятием фактически осуществляло иное лицо.

Ходатайство ФИО2 об истребовании доказательств отклонено апелляционным судом, поскольку, с учетом доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть обособленный спор по имеющимся в деле доказательствам.

При этом апелляционный суд учитывает, что ФИО2 вступила в должность генерального директора ООО «РИМЭКА» 31.07.2020 и не могла не знать о том, что ранее общество находилось в процедуре банкротства, оконченной мировым соглашением.

Конкурсный управляющий ФИО5 в своем заявлении указал, что основанием привлечения ФИО2 является непередача документации должника конкурсному управляющему (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от исполнения обязанности обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абзац третий пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве).


В абзацах 3 – 5 пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать то, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведении) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, заявитель спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица в порядке статьи 65 АПК РФ должен доказать обстоятельства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, которые, в свою очередь, являются опровержимыми презумпциями признания должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующего лица и вины последнего в несостоятельности должника.

В соответствии с пунктом 18 «Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019) неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве не представление арбитражному управляющему руководителем должника финансово-хозяйственных документов, значительно осложняющая процедуру банкротства, подразумевает вину указанного должностного лица.

Данная правовая презумпция направлена на утверждение факта виновных действий руководителя, выражающихся в умышленном уничтожении, фальсификации либо ином неправомерном обращении с указанной документацией, следствием которого становится сокрытие сведений о коммерческой деятельности должника. Такое поведение имеет цель воспрепятствовать установлению арбитражным управляющим и кредиторами фактов недобросовестного поведения


самого руководителя или иных контролирующих субъектов относительно должника, например, заключение заведомо невыгодных сделок, вывод активов и прочее, что позволяет дополнительно применять иные основания для привлечения к субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Помимо прочего, утрата конкретных видов документов препятствует формированию конкурсной массы, например, путем предъявления требований к дебиторам или возвращения неправомерно переданного имущества.

Таким образом, именно непредставление необходимой документации свидетельствует о наличии прямой причинно-следственной связи между поведением руководителя и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Материалами дела установлено, что полномочия ФИО2 как генерального директора должника прекращены решением Арбитражного суда Московской области от 17.04.2024 по делу № А41-65202/23. В судебном акте указано на обязанность ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО5 бухгалтерскую и иную документацию должника в трехдневный срок с даты утверждения конкурсного управляющего.

Обязанность по передаче документации ответчиком не исполнена, в связи с чем конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением об истребовании у бывшего руководителя должника соответствующей документации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.12.2024 у ФИО2 истребована бухгалтерская и иная документация должника. Судебный акт также ответчиком не исполнен.

Вместе с тем материалами дела подтверждается, что после заключения мирового соглашения по делу № А41-3991/15 должник продолжил вести активную хозяйственную деятельность, в том числе по строительству многоквартирных жилых домов.

В материалах настоящего обособленного спора отсутствуют доказательства, подтверждающих передачу всей документации и всех материальных ценностей, имевшихся в распоряжении бывшего руководителя ООО «РИМЭКА».

Также в материалы настоящего обособленного спора не представлено доказательств, подтверждающих невозможность передачи документации.

Отсутствие бухгалтерской и иной документации в отношении должника существенно осложняет процедуру конкурсного производства. В частности, конкурсным управляющим ФИО5 не может быть определен круг лиц, контролирующих должника, его контрагентов, невозможно достоверно определить и идентифицировать принадлежащие ООО «РИМЭКА» активы, выявить и проанализировать сделки, совершенные должником в период подозрительности, для их потенциального оспаривания с целью пополнения конкурсной массы, а


также установить содержание решений, принятых органами должника, и оценить их на предмет причинения вреда должнику или его кредиторам.

Как следствие, ненадлежащее исполнение обязанности по своевременной передаче необходимых документов конкурсному управляющему привело к объективной невозможности пополнения конкурсной массы вследствие отсутствия первичных учетных материалов.

Учитывая изложенное, Арбитражный суд Московской области обоснованно удовлетворил заявление конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 за не передачу бухгалтерской и иной документации должника.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что одним из оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности является неподача в арбитражный суд заявления о признании ООО «РИМЭКА» несостоятельным (банкротом) (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума ВС РФ N 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 2 статьи 3 Закона о банкротстве установлены признаки банкротства юридического лица: юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно


отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, напротив, данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Материалами настоящего обособленного спора установлено, что ранее в производстве Арбитражного суда Московской области уже находилось производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «РИМЭКА» № А41-3991/15.

При рассмотрении дела о банкротстве № А41-3991/15 применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве в редакции Закона № 210-ФЗ от 12.07.2011.

Определением от 04.07.2020 Арбитражный суд Московской области прекратил производство по делу о банкротстве А41-3991/15 в связи с заключением мирового соглашения.

Условия мирового соглашения исполнены должником частично. В частности установлено, что ООО «РИМЭКА» выполнило взятые на себя обязательства по строительству и вводу в эксплуатацию всех многоквартирных жилых домов, в отношении которых имеются обязательства перед участниками строительства по передаче жилых помещений в собственность, за исключением обязательств перед аффилированным с должником лицом – ФИО6, обязательства перед которым мировым соглашением оговорены отдельно. В связи с заключением мирового соглашения погашены требования кредиторов первой и второй очереди.

При этом у должника имеются неисполненные текущие обязательства перед АО «СпецВысотСтрой», АО «СМП Банк», ПАО «МОСОБЛБАНК» и иными кредиторами, связанные с финансированием строительства в период после возбуждения дела о банкротстве должника, а также перед конкурсным управляющим.

Невозможность дальнейшего строительства привела к повторному банкротству должника 04.08.2023 по заявлению кредитора.


Указанные обстоятельства также подтверждены вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 09.08.2024 об отказе во включении в реестр требований Администрации городского округа Балашиха Московской области.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2025 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.05.2025 определение Арбитражного суда Московской области от 09.08.2024 оставлено без изменения.

При этом Арбитражный суд Московской области решением от 28.03.2023 по делу № А41-14911/23 взыскал с ООО «РИМЭКА» в пользу ООО «УК «ЭНТУЗИАСТ» задолженность в размере 6 824 482,83 руб. основного долга, 57 122 руб. судебных расходов.

Следовательно, как указал конкурсный управляющий ФИО5, по меньшей мере в мае 2023 года должник отвечал признакам неплатежеспособности. Задолженность перед кредиторами у ООО «РИМЭКА» продолжала нарастать, что подтверждается размером реестровых требований кредиторов третьей очереди, представленных в промежуточном отчете конкурсного управляющего по состоянию на 15.07.2025 (6 306 031 734,35 руб.).

Арбитражный суд Московской области пришел к обоснованному выводу о том, что, даже если принять во внимание указанную дату, заявитель не указал суду документально подтвержденный размер обязательств перед кредиторами, возникших после наступления признаков банкротства, то есть не доказал тот факт, что бывший руководитель осознавал наличие признаков банкротства, но продолжил принимать на себе дополнительные обязательства, не ставя кредиторов в известность о своем действительном финансовом состоянии.

Тем не менее, данное обстоятельство не имеет определяющего значения для рассмотрения заявленных требований по существу, поскольку размер субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве покрывает собой полностью размер требований кредиторов, которые могли бы включаться в расчет размера ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Доводов относительно приостановления производства по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 в части установления размера субсидиарной ответственности апелляционная жалоба не содержит.

На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное определение, поэтому у арбитражного апелляционного суда отсутствуют основания для отмены или изменения определения.


Нарушений либо неправильного применения судом первой инстанции норм процессуального права, которые привели или могли привести к вынесению неправильного определения, апелляционная инстанция не усматривает.

Основания для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 01.09.2025 по делу № А41-65202/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий cудья В.П. Мизяк


Судьи Н.А. Михайлова

А.В. Терешин