Постановление от 30 января 2025 г. по делу № А53-23536/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-23536/2024
г. Краснодар
31 января 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 января 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 31 января 2025 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Епифанова В.Е., судей Драбо Т.Н. и Малыхиной М.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником председательствующего Коняшиным Д.А. и участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции от заявителя – акционерного общества «Вуз-банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (доверенность от 18.04.2022), от должника – Hakan Holdings Limited (ХАКАН ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД) – ФИО2 (доверенность от 11.06.2024), в отсутствие третьих лиц: общества с ограниченной ответственностью «Окленд инвестмент групп», общества с ограниченной ответственностью «Русь-АгроЭкспорт», извещенных о времени и месте судебного заседания путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Вуз-банк» на определение Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2024 по делу № А53-23536/2024, установил следующее.

Акционерное общество «Вуз-банк» (далее – банк, взыскатель) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании и приведении в исполнение решения суда г. Дубай, которым с Hakan Holdings Limited (ХАКАН ХОЛДИНГ ЛИМИТЕД; далее – компания, должник) в пользу банка взысканы денежные средства в сумме 20 058 310,62 долларов США и проценты в размере 9% до даты полной оплаты.

Заявление основано на положениях статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), статей 241 – 244 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) и мотивировано следующим. Решение суда г. Дубай Объединенных Арабских Эмиратов (далее – ОАЭ) от 12.01.2021, оставленное без изменения постановлением апелляционного суда г. Дубай ОАЭ от 23.06.2024, вступило в законную силу. Международный договор о правовой помощи между ОАЭ и Российской Федерации отсутствует, однако положения статья 244 Кодекса и сложившаяся судебная практика не предусматривают такого основания для отказа в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов как отсутствие международного договора о правовой помощи. Компании принадлежит 99% доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Окленд инвестмент групп» (далее – общество). Указанная доля в уставном капитале общества является единственным имуществом должника на территории Российской Федерации, о котором взыскателю известно и на которое возможно обратить взыскание во исполнение решения иностранного суда, вступившего в законную силу.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены общество и общество с ограниченной ответственностью «Русь-АгроЭкспорт» (далее – общество «Русь-АгроЭкспорт»).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.09.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Суд установил, что между банком и компанией заключен договор поручительства от 17.12.2019 № 311495/1, по которому компания поручилась перед банком за исполнение обществом «Русь-АгроЭкспорт» обязательств по кредитному договору от 12.12.2019 № 311495. В обязательства поручителя входит уплата: ссудной задолженности, включая просроченную, процентов за пользование кредитом, в том числе просроченных, процентов на просроченную ссудную задолженность, пеней и штрафных неустоек. В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по кредитному договору банк обратился в иностранный суд (г. Дубай, ОАЭ) с заявлением о взыскании с компании задолженности по договору поручительства от 17.12.2019 № 311495/1. Иностранный суд первой инстанции (ОАЭ) вынес решение от 12.01.2021 об обязании компании уплатить банку 20 058 310,62 дирхамов ОАЭ и сумму установленных законом процентов по ставке 9% годовых, начиная с даты наступления срока платежа, то есть с 24.11.2020, до момента полной оплаты. Суд также обязать должника уплатить издержки, затраты и расходы на представителя. Иностранный суд первой инстанции в связи с наличием судебной ошибки в вынесенном ранее решении принял дополнительное решение от 13.01.2021. В нем исправлена техническая ошибка, содержащаяся в решении. Сумма выплаты банку составляет 20 058 310,62 долларов США или эквивалентную сумму в дирхамах ОАЭ вместо суммы 20 058 310,62 дирхамов ОАЭ. Апелляционный суд, рассмотрев жалобу компании, вынес постановление от 23.06.2021, в котором указал: «Суд постановил принять апелляционную жалобу по форме; по существу оставить в силе обжалуемый приказ. Суд обязывает апеллянта оплатить сборы и расходы, а также оплатить гонорар адвоката в размере одной тысячи дирхамов ОАЭ. Суд также постановил конфисковать страховую сумму». Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о приведении в исполнение решения иностранного суда, ссылаясь на то, что компания владеет долей в уставном капитале общества (в размере 99%). Имущественное право в виде доли в уставном капитале юридического лица является разновидностью имущества, местом нахождения которого является место нахождения самого юридического лица. Местом нахождения общества согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) является: <...>. Должник против удовлетворения заявления возражал, ссылался на то, что на сегодняшний день двусторонние или многосторонние соглашения между ОАЭ и Российской Федерации относительно взаимного признания решений судов этих стран отсутствуют. Отсутствует и федеральный закон, позволяющий приводить в исполнение решения, принятые судами ОАЭ. При рассмотрении дела иностранным судом общество к участию в деле не привлеклось, что является безусловным основанием для отказа в признании и исполнении решения такого суда. Кроме того, банк обратился с иском к компании (поручителю) с нарушением установленных Кодексом правил о договорной подсудности. Согласно пункту 3.8 договора от 17.12.2019 № 311495/1 все споры и разногласия, которые могут возникнуть из договора поручительства, рассматриваются в Арбитражном суде Свердловской области в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации. Банк выдвинул свои возражения, указав, что иностранный апелляционный суд в постановлении отметил следующее. Им рассмотрены, оценены и отклонены доводы компании об отсутствии компетенции суда по рассмотрению иска к должнику в связи с наличием арбитражной оговорки, не позволяющей рассматривать спор на территории ОАЭ. Данная оговорка, собственно, не является таковой в значении, содержащимся в законодательстве об арбитраже (третейском разбирательстве). Соответственно, отсюда можно сделать вывод о том, что для определения неподсудности спора суду ОАЭ по иску к лицу, зарегистрированному на территории ОАЭ, имеет значение только согласованное сторонами условие о разрешении спора арбитражем (третейским судом). В остальных случаях надлежащим компетентным судом для рассмотрения спора по иску к лицу, зарегистрированному в ОАЭ, будет исключительно суд ОАЭ. При рассмотрении заявления банка суд руководствовался положениями статей 242 – 244, 249 и 256.2 Кодекса. Изучив материалы, представленные банком вместе с заявлением о приведении в исполнение решения иностранного суда, вступившего в силу (постановление апелляционного суда), а также доводы, приведенные компанией в опровержение доводов взыскателя, суд пришел к выводу о том, что заявление не подлежит удовлетворению. Как следует из материалов дела и установлено судом, пунктом 3.8 договора от 17.12.2019 № 311495/1, заключенного между банком и компанией, предусмотрено, что все споры и разногласия, которые могут возникнуть из договора поручительства, рассматриваются в Арбитражном суде Свердловской области в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации. Компетентный суд вправе отказать в признании и приведении в исполнение арбитражного решения, если такое признание и приведение в исполнение противоречит публичному порядку страны суда (подпункт «b» пункта 2 статьи V Конвенции Организации Объединенных Наций о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 года, пункт 7 части 1 статьи 244 Кодекса). Поскольку рассмотрение на территории ОАЭ спора, подведомственного и подсудного российскому арбитражному суду, нарушает государственный суверенитет Российской Федерации, в признании и приведении в исполнение решения такого иностранного суда следует отказать в связи с нарушением публичного порядка Российской Федерации. В силу изложенного, заявление банка не подлежит удовлетворению.

Банк обжаловал определение суда первой инстанции в кассационном порядке. Податель жалобы просит указанный акт отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления. Жалоба мотивирована следующим. Суд необоснованно не принял во внимание содержание решение иностранного суда, касающегося наличия у него юрисдикции для рассмотрения спора между взыскателем и поручителем на территории ОАЭ. Судом также не исследовано содержание норм иностранного права. Апелляционный суд г. Дубай в постановлении указал, что им рассмотрены, оценены и отклонены доводы должника об отсутствии компетенции суда ОАЭ по рассмотрению иска, поскольку соглашением между сторонами не предусмотрена арбитражная оговорка в значении, содержащимся в законодательстве об арбитраже (третейском разбирательстве). Соответственно, можно сделать вывод о том, что для определения неподсудности спора суду ОАЭ по иску к лицу, зарегистрированному на территории указанного государства, имеет значение только согласованное сторонами условие о разрешении спора арбитражем (третейским судом). В остальных случаях надлежащим компетентным судом для рассмотрения спора по иску к лицу, зарегистрированному в ОАЭ, будет исключительно суд указанного государства. Таким образом, с одной стороны судом первой инстанции не принято во внимание содержание постановления иностранного суда, касающееся наличия его юрисдикции на рассмотрение спора между сторонами, а с другой стороны, не устанавливалось содержание норм иностранного права, имеющего значение для рассмотрения заявления банка о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. В качестве основания для отказа в удовлетворении заявления суд первой инстанции ошибочно исходил из нарушения суверенитета Российской Федерации и публичного порядка Российской Федерации. Перечисленные в части 1 статьи 244 Кодекса основания для отказа в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда являются исчерпывающими и расширительному толкованию не подлежат. В пункте 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.02.2013 № 156 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о применении оговорки о публичном порядке как основания отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений» (далее – Обзор № 156) указано следующее. Арбитражный суд применяет оговорку о публичном порядке как основание для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений в исключительных случаях, не подменяя специальных оснований для отказа в таком признании и приведении в исполнение, предусмотренных международными договорами Российской Федерации и нормами Кодекса. Таким образом, при наличии специального основания для отказа в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, которым суд посчитал исключительную подсудность спора суду на территории Российской Федерации, отсутствует необходимость задействования механизма оговорки о публичном порядке ввиду ее экстраординарного характера. При разрешении спора суд первой инстанции не учел субъектный состав участников спора и наличие санкций, введенных в отношении заявителя. В соответствии со сложившейся судебной практикой, касающейся отказов в признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений на территории Российской Федерации, судебные акты по данным делам прежде всего направлены на защиту прав и законных интересов российских организаций и физических лиц, являющихся ответчиками и обладающих на территории иностранных государств существенно меньшим объемом возможностей для своей защиты по сравнению с резидентами таких государств, являющихся взыскателями. Другие отказы в признании и приведении в исполнение были связаны с нарушением «базовой» формы исключительной подсудности, которую стороны не могут определить или изменить своим соглашением. В данном деле взыскателем по иностранному судебному решению является российский банк, который в настоящее время не может рассчитывать на надлежащее и своевременное исполнение судебного решения на территории иностранного государства, в том числе в связи с введением финансовых санкций в отношении головной банковской структуры (ПАО «Уральский банк реконструкции и развития»). ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» входит в санкционный список США Specially Designated Nationals List, а также в санкционный список со стороны Канады и Великобритании, в связи с чем были затруднены финансовые переводы в долларах США. Должником по решению является иностранное юридическое лицо, место регистрации и фактического нахождения которого совпадает с территорией, на которую распространялась юрисдикция иностранного суда. Таким образом, рассмотрение возникшего между сторонами экономического спора в иностранном суде в большей мере отвечало интересам именно должника, которому предоставлялось больше возможностей для реализации своих процессуальных прав и отстаивания своей процессуальной позиции в иностранном суде, чем если бы данный спор рассматривался в российской юрисдикции. Это исключало возможность нарушения прав и законных интересов должника при рассмотрении спора в иностранной юрисдикции. Следовательно, отказ банку в признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации иностранного судебного решения, вынесенного в отношении зарубежного юридического лица, нарушает гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации право каждого лица на судебную защиту. Это право включает в себя, в том числе, право на своевременное и эффективное исполнение вступившего в законную силу судебного решения, а также основы публичного правопорядка. Позиция суда первой инстанции позволит компании, давшей поручительство перед банком по долгам связанного с ним юридического лица, извлечь выгоды из факта введения недружественными странами незаконных и нарушающих международное право односторонних санкций в отношении Российской Федерации и ее резидентов. В этой связи подлежали учету правовые позиции, содержащиеся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2024 № 304-ЭС24-2799. Судом не учтены также недобросовестные действия должника, возражения которого относительно невозможности приведения в исполнение на территории Российской Федерации решения иностранного суда о взыскании с него задолженности представляют собой поведение, имеющее признаки злоупотребления правом. Действия компании направлены на избежание погашения долга, взысканного решением государственного суда страны, в которой должник зарегистрирован и которое им не исполнено.

Компания в отзыве указала на несостоятельность доводов жалобы, просило оставить определение суда первой инстанции без изменения. Ссылается на то, что Арбитражный суд Свердловской области обладал исключительной компетенцией для рассмотрения споров, вытекающих из договора поручительства, заключенного между банком и компанией. В материалы дела представлен договор от 17.12.2019 № 311495/1, согласно пункту 3.8 которого все споры и разногласия, которые могут возникнуть из договора, рассматриваются в Арбитражном суде Свердловской области в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации. Таким образом, сторонами достигнуто соглашение о договорной подсудности в отношении всех споров, которые могут возникнуть между сторонами (взыскателем и поручителем). Несмотря на это, банк обратился в иностранный суд по месту нахождения компании, что нарушает установленный договором поручительства порядок разрешения споров. Фактически приведение во исполнение иностранного решения возможно при наличии правового инструмента, который предусматривается международными соглашениями. Однако между ОАЭ и Российской Федерацией отсутствует международное соглашение о приведении в силу решений иностранных судов. Аналогичным образом отсутствует федеральный закон, позволяющий приводить в исполнение решения судов ОАЭ. Банком не раскрыт правовой механизм, на основании которого возможно признание судебного решения суда ОАЭ в сфере рассмотрения арбитражных (торговых) споров. Таким образом, у суда первой инстанции фактически отсутствовали правовые возможности удовлетворить заявление банка. Взыскатель ссылается в жалобе на введенные санкции в отношении его учредителя – ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» в части осуществления платежей в иностранной валюте (долларах США). Однако ссылка на данное обстоятельство несостоятельна, так как заявителем по настоящему спору является банк, в отношении которого не вводились какие-либо финансовые санкции. В жалобе указано, что ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» входит в санкционный список США Specially Designated Nationals List, а также в санкционный список со стороны Канады и Великобритании, в связи с чем были затруднены финансовые переводы в долларах США. Однако данное обстоятельство не было подтверждено ни одним объективным доказательством. Ссылка банка на определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.07.2024 № 304-ЭС24-2799 несостоятельна ввиду наличия фактических обстоятельств, отличных от обстоятельств данного дела. В названном определении предметом спора являлся вопрос о признании и приведении в исполнение в Российской Федерации решения Арбитража Федерации ассоциаций торговли масличными культурами, семенами и жирами от 16.11.2022 № 4760, вынесенное на территории США по иску C. Thywissen GmbH (компания «С. Тувиссен ГмбХ»). В данном случае C. Thywissen GmbH (компания «С. Тувиссен ГмбХ») являлась истцом по рассматриваемому спору и являлась иностранной компанией США. Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации судебные акты по указанному спору отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Банком предъявлен иск к компании в суд г. Дубай, однако при рассмотрении дела общество не привлекалось к участию в споре. Данный факт является безусловным основанием для отказа в признании и исполнении решения иностранного суда. Удовлетворение заявления взыскателя непосредственно затрагивает права и законные интересы российского юридического лица (общества), поскольку банк имеет намерение обратить взыскание на принадлежащее ему имущество.

Суд округа не располагает сведениями о поступлении от общества с ограниченной ответственностью «Русь-АгроЭкспорт» и общества отзывов на кассационную жалобу.

На основании статьи 153.2 Кодекса судебное заседание проведено с использованием системы веб-конференции.

Представитель банка, участвовавший в судебном заседании посредством системы веб-конференции, поддерживал доводы жалобы, просил ее удовлетворить. Пояснил, что иностранное судебное решение ни полностью, ни в части до настоящего времени не исполнено. Также пояснил, что общество знает об обязательствах  компании, поскольку ранее заключало с банком договор залога имущественных прав, возникших после реализации имущества, принадлежащего последнему на праве собственности, во исполнение, в том числе, и договора поручительства с компанией. Однако имущество реализовано не было, а залог прекратился в связи с окончанием срока его действия.

Представитель компании, также участвовавший в судебном заседании посредством системы веб-конференции, возражал против доводов жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. Подтвердил, что решение иностранного суда до настоящего времени не исполнено. Полагает, что нарушение публичного порядка Российской Федерации заключается в том, что банк просит привести в исполнение иностранное решение путем обращения взыскания на долю компании в уставном капитале российского юридического лица (общества).

Общество с ограниченной ответственностью «Русь-АгроЭкспорт» и общество явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Изучив материалы дела, доводы жалобы и отзыва (возражений), выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа полагает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между банком и компанией заключен договор поручительства от 17.12.2019 № 311495/1, по которому компания поручилась перед банком за исполнение обществом «Русь-АгроЭкспорт» обязательств по кредитному договору от 12.12.2019 № 311495. В обязательства поручителя входит уплата: ссудной задолженности, включая просроченную, процентов за пользование кредитом, в том числе просроченных, процентов на просроченную ссудную задолженность, пеней и штрафных неустоек.

В связи с ненадлежащим исполнением обязательств по кредитному договору банк обратился в иностранный суд (г. Дубай, ОАЭ) с заявлением о взыскании с компании задолженности по договору поручительства от 17.12.2019 № 311495/1. Иностранный суд первой инстанции (ОАЭ) вынес решение от 12.01.2021 об обязании компании уплатить банку 20 058 310,62 дирхамов ОАЭ и сумму установленных законом процентов по ставке 9% годовых, начиная с даты наступления срока платежа, то есть с 24.11.2020, до момента полной оплаты. Суд также обязать должника уплатить издержки, затраты и расходы на представителя.

Иностранный суд первой инстанции в связи с наличием судебной ошибки в вынесенном ранее решении принял дополнительное решение от 13.01.2021. В нем исправлена техническая ошибка, содержащаяся в решении. Сумма выплаты банку составляет 20 058 310,62 долларов США или эквивалентную сумму в дирхамах ОАЭ вместо суммы 20 058 310,62 дирхамов ОАЭ.

Апелляционный суд, рассмотрев апелляционную жалобу компании, вынес постановление от 23.06.2021, в котором указал: «Суд постановил принять апелляционную жалобу по форме; по существу оставить в силе обжалуемый приказ. Суд обязывает апеллянта оплатить сборы и расходы, а также оплатить гонорар адвоката в размере одной тысячи дирхамов ОАЭ. Суд также постановил конфисковать страховую сумму». При этом в своем постановлении суд отметил, что им рассмотрены, оценены и отклонены доводы компании об отсутствии компетенции суда по рассмотрению иска к должнику в связи с наличием арбитражной оговорки, не позволяющей рассматривать спор на территории ОАЭ. Данная оговорка, собственно, не является таковой в значении, содержащимся в законодательстве об арбитраже (третейском разбирательстве). Соответственно, отсюда можно сделать вывод о том, что для определения неподсудности спора суду ОАЭ по иску к лицу, зарегистрированному на территории ОАЭ, имеет значение только согласованное сторонами условие о разрешении спора арбитражем (третейским судом). В остальных случаях надлежащим компетентным судом для рассмотрения спора по иску к лицу, зарегистрированному в ОАЭ, будет исключительно суд ОАЭ.

Банк обратился в арбитражный суд с заявлением о приведении в исполнение решения иностранного суда, ссылаясь на то, что компания владеет долей в уставном капитале общества (в размере 99%). Имущественное право в виде доли в уставном капитале юридического лица является разновидностью имущества, местом нахождения которого является место нахождения самого юридического лица. Местом нахождения общества согласно выписке из ЕГРЮЛ является: <...>.

Компания, возражая против удовлетворения заявления, ссылалась на отсутствие соглашений между ОАЭ и Российской Федерации относительно взаимного признания решений судов этих стран, а также отсутствие федерального закона, позволяющего приводить в исполнение решения, принятые судами ОАЭ. При рассмотрении дела иностранным судом общество к участию в деле не привлеклось, что является безусловным основанием для отказа в признании и исполнении иностранного решения. Кроме того, банк при обращении в иностранный суд к компании (поручителю) с иском нарушил установленные Кодексом правила о договорной подсудности. По условиям договора поручительства все споры и разногласия, которые могут возникнуть между сторонами, рассматриваются в Арбитражном суде Свердловской области в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации.

Стороны признают и подтверждают, что иностранное судебное решение, которое банк просит признать и привести в исполнение на территории Российской Федерации, в какой-либо части не исполнено. В соответствии с действующим законодательством и международными обязательствами Российской Федерации на ее территории могут признаваться и приводиться в исполнение иностранные решения. При этом, как полагает взыскатель, отсутствие международного договора, регулирующего вопросы признания на территории Российской Федерации решений иностранных судов, не исключает возможности обращения заинтересованного лица непосредственно в компетентный суд Российской Федерации по вопросу о признании и исполнений на его территории решения иностранного суда.

Контроль судебной власти государства-исполнения за иностранным судебным актом в любой процессуальной форме является важнейшим элементом права на суд. Такой контроль признается современным международным процессуальным стандартом, реализованным как в международно-правовых актах (например, Конвенция о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений по гражданским и торговым делам (заключена в Гааге, 2 июля 2019 года)), так и в национальном законодательстве государств (глава 31 Кодекса).

Заявление о признании и приведении в исполнение иностранного судебного решения подается стороной, в пользу которой принято решение, в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника либо, если его место нахождения или место жительства неизвестно, по месту нахождения имущества должника. При рассмотрении дела арбитражный суд не вправе пересматривать решение иностранного суда по существу (часть 1 статьи 242, часть 4 статьи 243 Кодекса).

Основания отказа в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда предусмотрены в части 1 статьи 244 Кодекса. Если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации, в признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений может быть отказано арбитражным судом по основаниям, предусмотренным пунктами 3 – 7 части 1 настоящей статьи, и при условии, что сторона, против которой вынесено решение иностранного суда, не ссылается на указанные основания (часть 2 статьи 244 Кодекса).

Суд первой инстанции, отказывая банку в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, сослался на пункт 3.8 договора от 17.12.2019 № 311495/1, заключенного между банком и компанией, которым установлена договорная подсудность. В нем указано, что все споры и разногласия, которые могут возникнуть из договора поручительства, рассматриваются в Арбитражном суде Свердловской области в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации. Рассмотрение на территории ОАЭ спора, подведомственного и подсудного российскому арбитражному суду, нарушает государственный суверенитет Российской Федерации. В этой связи в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда следует отказать в связи с нарушением публичного порядка Российской Федерации.

Между тем суд первой инстанции, отказывая банку в удовлетворении заявления о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда, не учел следующее.

В силу подпункта «b» пункта 2 статьи V Конвенции 1958 года, пункта 7 части 1 статьи 244 Кодекса арбитражный суд вправе отказать в признании и приведении в исполнение иностранных судебных или арбитражных решений, если такое признание и приведение в исполнение противоречит публичному порядку Российской Федерации.

Под публичным порядком в целях применения названных норм понимаются фундаментальные правовые начала (принципы), которые обладают высшей императивностью, универсальностью, особой общественной и публичной значимостью, составляют основу построения экономической, политической, правовой системы государства. К таким началам, в частности, относится запрет на совершение действий, прямо запрещенных сверхимперативными нормами законодательства Российской Федерации, если этими действиями наносится ущерб суверенитету или безопасности государства, затрагиваются интересы больших социальных групп, нарушаются конституционные права и свободы частных лиц (пункт 1 Обзора № 156).

Названное основание отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных или арбитражных решений носит экстраординарный характер, оно призвано защищать фундаментальные основы правопорядка Российской Федерации. Арбитражный суд применяет оговорку о публичном порядке как основание для отказа в признании и приведении в исполнение иностранных судебных и арбитражных решений в исключительных случаях, не подменяя специальных оснований для отказа в таком признании и приведении в исполнение, предусмотренных международными договорами Российской Федерации и нормами Кодекса. При этом сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение иностранного судебного или арбитражного решения публичному порядку Российской Федерации, должна обосновать наличие такого противоречия. Сторона должна указать, какие негативные последствия для ее прав и законных интересов влечет принудительное исполнение иностранного решения. Наличие в иностранном арбитражном решении опечатки, не влияющей на его существо и смысл, не может рассматриваться как препятствие для его признания и приведения в исполнение в аспекте нарушения публичного порядка Российской Федерации (пункты 3, 4, 8 и 10 Обзора № 153).

Таким образом, для отказа в принудительном исполнении решения иностранного суда со ссылкой на нарушение публичного порядка арбитражный суд должен установить нарушение фундаментальных принципов построения экономической, политической, правовой системы Российской Федерации. Выявленное нарушение может влечь последствия в виде нанесения ущерба суверенитету или безопасности государства, затрагивать интересы больших социальных групп либо нарушать конституционные права и свободы физических или юридических лиц. Противоречие публичному порядку как основание для отказа в приведении в исполнение решения иностранного суда должно применяться в исключительных случаях, не подменяя собой специальных оснований для отказа в признании и приведении в исполнение, предусмотренных международными договорами Российской Федерации и нормами Кодекса, учитывая его экстраординарный характер. При этом сторона, заявляющая о противоречии признания и приведения в исполнение иностранного судебного или арбитражного решения публичному порядку Российской Федерации, должна обосновать наличие такого противоречия.

При рассмотрении заявления банка суд первой инстанции, применяя положения пункта 7 части 1 статьи 244 Кодекса и указывая на нарушение суверенитета и публичного порядка Российской Федерации, приведенные разъяснения не учитывал. Не принял суд во внимание и доводы взыскателя о том, что исключительные основания для применения оговорки о публичном порядке как обстоятельства экстраординарного характера в качестве основания к отказу в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда отсутствовали. Суд первой инстанции также не учел субъектный состав участников спора, а также подходы, выработанные сложившейся судебной практикой по спорам о признании и приведении в исполнение иностранных судебных решений на территории Российской Федерации. Согласно этим подходам, применение пункта 7 части 1 статьи 244 Кодекса обусловлено, в первую очередь, направленностью на защиту прав и законных интересов российских организаций и физических лиц, являющихся ответчиками и обладающих на территории иностранных государств существенно меньшим объемом возможностей для своей защиты по сравнению с резидентами таких государств, являющихся взыскателями. Такие отказы были также обусловлены нарушением иностранными судами установленных федеральным законом правил об исключительной подсудности разрешения экономических споров судами Российской Федерации. При этом стороны при рассмотрении заявления не ссылались на нарушение иностранным судом установленной федеральным законом исключительной компетенции суда в Российской Федерации (пункт 3 части 1 статьи 244 Кодекса). Суд, ссылаясь на нарушение государственного суверенитета и публичного порядка Российской Федерации, не принял во внимание, что взыскателем в данном случае является российское юридическое лицо (российской банк), а должником – иностранная компания, место регистрации и фактического нахождения которого (ОАЭ) совпадает с территорией, на которую распространялась юрисдикция иностранного суда, принявшего решение. Взыскатель в этой связи обращал внимание на то, что рассмотрение возникшего между сторонами экономического спора в иностранном суде в большей мере отвечало интересам именно должника. Последнему предоставлялось больше возможностей для реализации своих процессуальных прав и отстаивания своей процессуальной позиции в иностранном суде, чем в случае, если бы данный спор рассматривался в российской юрисдикции. Это, по мнению банка, исключало возможность нарушения прав и законных интересов компании при рассмотрении спора в иностранном суде. Банк также указывал, что в настоящее время не может рассчитывать на надлежащее исполнение судебного решения на территории иностранного государства (ОАЭ), в том числе в связи с введением финансовых санкций в отношении головной банковской структуры (ПАО «Уральский банк реконструкции и развития»). Головной банк входит в санкционный список США Specially Designated Nationals List, а также в санкционный список со стороны Канады и Великобритании, в этой связи затруднены финансовые переводы в долларах США. Ссылался взыскатель и на то обстоятельство, что апелляционный суд г. Дубай в своем постановлении оценивал и отклонил доводы должника об отсутствии компетенции суда ОАЭ по рассмотрению иска. Суд сделал вывод о том, что для определения неподсудности спора суду, разрешающему спор, по иску к лицу, зарегистрированному на территории ОАЭ, имеет значение только согласованное сторонами условие о разрешении спора арбитражем (третейским судом). В остальных случаях надлежащим компетентным судом для рассмотрения спора по иску к лицу, зарегистрированному в ОАЭ, будет исключительно суд указанного государства. Отказ в признании и приведении в исполнение на территории Российской Федерации иностранного судебного решения, вынесенного в отношении зарубежного юридического лица, по мнению банка, нарушает его право на судебную защиту, гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации. При этом позиция суда первой инстанции позволяет иностранному юридическому лицу, давшему поручительство российскому банку по долгам связанного с ним юридического лица, защищаться от принудительного исполнения со ссылкой на нарушение фундаментальных основ правопорядка Российской Федерации.

Возражая, компания указывала суду первой инстанции на отсутствие федерального закона, либо международного соглашения между ОАЭ и Российской Федерацией о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда (часть 1 статьи 241 Кодекса). При этом суд, отказывая банку в удовлетворении заявления, руководствовался положениями Конвенции Организации Объединенных Наций о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений 1958 года.

Кассационные жалобы на определения судов первой и апелляционной инстанций, поданные по правилам, установленным настоящим Кодексом, рассматриваются судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном настоящей главой для рассмотрения кассационных жалоб на решения и постановления соответствующего арбитражного суда (часть 1 статьи 290 Кодекса).

Основаниями для отмены решения, постановления судов первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (часть 1 статьи 288 Кодекса).

В силу пункта 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения жалобы суд кассационной инстанции вправе отменить решение и (или) апелляционное постановление и направить дело на новое рассмотрение, если выводы, содержащиеся в обжалуемых актах, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам. Вывод суда первой инстанции о необходимости отказа в удовлетворении заявления ввиду нарушения государственного суверенитета и публичного порядка Российской Федерации не может быть признан судом округа мотивированным, основанным на результатах надлежащей проверки доводов сторон и оценки представленных в дело доказательств. В этой связи определение в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса подлежит отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

При новом рассмотрении суду необходимо устранить отмеченные недостатки, надлежаще проверить доводы и возражения лиц, участвующих в деле, установить наличие (отсутствие) оснований к отказу в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда. Исходя из подлежащих применению норм права, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, обстоятельств, входящих в предмет доказывания и имеющих значение для правильного рассмотрения заявления, принять законный и обоснованный судебный акт.

Согласно абзацу второму части 3 статьи 289 Кодекса при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается судом, вновь рассматривающим дело. В этой связи следует учесть, что банком в доход федерального бюджета при подаче кассационной жалобы уплачена государственная пошлина (платежное поручение от 25.10.2024 № 6652).

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного  суда  Ростовской  области  от  26.09.2024  по  делу  № А53-23536/2024  отменить,  дело  направить  на  новое  рассмотрение  в  Арбитражный суд  Ростовской  области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий                                                                                     В.Е. Епифанов


Судьи                                                                                                                    Т.Н. Драбо


                                                                                                                               М.Н. Малыхина