Решение от 4 июня 2021 г. по делу № А40-49204/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело №А40-49204/21-172-331
г. Москва
04 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 27 мая 2021 года

Полный текст решения изготовлен 04 июня 2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи Паньковой Н.М., (единолично)

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО "ТОТАЛОЙЛ" (117420, <...>, ЭТАЖ 3, ПОМ I, КОМ 304, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.08.2004, ИНН: <***>)

к ООО "НТИ" (119002, <...>, ЭТАЖ 3 ПОМЕЩЕНИЕ 3, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 21.10.2014, ИНН: <***>)

о взыскании 207 644 887,54 руб.

3-и лица: ООО «Командит Сервис» (183038, МУРМАНСКАЯ ОБЛАСТЬ, МУРМАНСК ГОРОД, ПАПАНИНА УЛИЦА, 3, 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 18.10.2002) (№40702810941000109989)

и АО «Новый поток» (117630, МОСКВА ГОРОД, СТАРОКАЛУЖСКОЕ ШОССЕ, ДОМ 62, ЭТАЖ 5 ПОМ I КОМ 19, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.08.2014, ИНН: <***>)(№4002810801010034402)

при участии:

от истца – ФИО2 конкурсный управляющий (дело №А40-160002/19-36-186 «Б»);

от ответчика – не явился, извещен;

от третьих лиц:

от ООО «Командит Сервис» - ФИО3 диплом, доверенность от 01.11.2020;

от АО «Новый поток» - ФИО4 диплом, доверенность от 07.04.2021;

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТОТАЛОЙЛ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО "НТИ" о взыскании задолженности по договору займа в общем размере 207 644 887 руб. 54 коп., в том числе: 165 205 000 руб. - сумму основного долга, 39 289 973 руб. 26 коп. – проценты за пользование займом, 3 149 914 руб. 27 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, по состоянию на 03.03.2021, также продолжить начисление процентов за пользование денежными средствами на сумму основного долга 165 205 000 руб. по правилам ст. 395 ГК РФ начиная с 04.03.2021 по дату фактического исполнения денежного обязательства.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Коммандит сервис», АО «Новый поток».

В судебном заседании представитель истца исковое требование поддержал, дал устные пояснения по существу спора, просил иск удовлетворить; возражал против доводов ответчика и третьих лиц.

Представитель третьего лица ООО «Командит Сервис» дал устные пояснения, с иском не согласился, просил в иске отказать.

Представитель третьего лица АО «Новый поток» с иском не согласился, просил в иске отказать, считал договор займа мнимой сделкой, ничтожным.

Ответчик явку представителя в суд не обеспечил, о времени и месте судебного разбирательства извещен. Ответчиком в материалы дела представлен письменный отзыв.

Исследовав и оценив доказательства, имеющиеся в деле, суд установил следующее.

Согласно п.1 и 2 ст. 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Согласно ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со ст. 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется существующей в месте жительства займодавца, а если займодавцем является юридическое лицо, в месте его нахождения ставкой банковского процента (ставкой рефинансирования) на день уплаты заемщиком суммы долга или его соответствующей части.

При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

В силу п. 1 ст. 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Статья 811 ГК РФ предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 настоящего Кодекса, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу независимо от уплаты процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 809 настоящего Кодекса.

Если договором займа предусмотрено возвращение займа по частям (в рассрочку), то при нарушении заемщиком срока, установленного для возврата очередной части займа, займодавец вправе потребовать досрочного возврата всей оставшейся суммы займа вместе с причитающимися процентами.

Как следует из материалов дела и установлено судом, Обществом с ограниченной ответственностью «Тоталойл» (заимодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Нефтеторг Инвест» (заемщик) заключен договор займа денежных средств № 25/17-3 от 20 октября 2017 года, а также дополнительное соглашение № 1 от 30 января 2018 года к нему.

В соответствии с п. 1.1 договора займа в редакции дополнительного соглашения, заимодавец передает заемщику в собственность денежные средства в сумме до 400 000 000 рублей (сумму займа), а заемщик обязуется вернуть заимодавцу сумму займа в размере и сроки, установленные договором займа.

Порядок предоставления суммы займа заемщику установлен п. 2.1 договора займа, в соответствии с которым сумма займа перечисляется заимодавцем заемщику единовременно или траншами на расчетный счет последнего.

Предоставление истцом денежных средств ответчику по договору займа подтверждается выпиской по расчетному счету истца. Так, за период с 20.10.2017 по 17.05.2018 истцом ответчику было предоставлено в общей сумме 165 205 000 руб.

В соответствии с п. 3.1 договора займа за пользование суммой займа заемщик обязуется уплатить заимодавцу проценты, рассчитанные по ставке 10% годовых, проценты начисляются на каждый транш со дня, следующего заднем фактического списания суммы займа/части суммы займа с расчетного счета заимодавца до дня возврата суммы займа/части суммы займа включительно.

Дополнительным соглашением сторонами ставка процентов за пользование суммой займа была понижена до 7,7% годовых (пункт 3 дополнительного соглашения).

Как следует из п. 6 дополнительного соглашения, изменения в договор займа, внесенные дополнительным соглашением, вступают в силу с даты подписания дополнительного соглашения (30.01.2018).

В соответствии с п. 3.1 договора займа как в первоначальной редакции, так и в редакции дополнительного соглашения проценты за пользование суммой займа начисляются за каждый транш со дня, следующего за днем фактического перевода суммы займа/части суммы займа на расчетный счет заемщика до дня возврата суммы займа/части суммы займа включительно.

В соответствии с п. 2.4 договора займа в редакции дополнительного соглашения сумма займа должна быть возвращена заемщиком заимодавцу по истечении трех лет со дня заключения договора займа.

Таким образом, обязательства по возврату суммы займа и уплате процентов за пользование суммой займа должны были быть исполнены ответчиком не позднее 20 октября 2020 года.

Вместе с тем, обязательства ответчиком не исполнялись и на настоящий момент не исполнены в полном объеме - сумма займа заимодавцу не возвращена, проценты за пользование суммой займа заемщиком не уплачивались.

В связи с неисполнением ответчиком своих обязательств истцом была направлена претензия в адрес ответчика с требованием исполнения последним своих обязательств по договору займа. Указанная претензия была оставлена ответчиком без ответа.

В соответствии с порядком начисления процентов на сумму займа, установленным п. 3.1 договора займа, размер начисленных, но не уплаченных должником процентов за пользование суммой займа по состоянию на 03.03.2021 составляет 39 289 973 руб. 26 коп.

Проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные по правилам ст. 395 ГК РФ составляют 3 149 914 руб. 27 коп.

Таким образом, общий размер задолженности ответчика в части основного долга перед истцом по состоянию на 03.03.2021 составляет 204 494 973 руб. 26 коп., из которых 165 205 000 руб. - сумма займа, 39 289 973 руб. 26 коп. - проценты за пользование суммой займа, 3 149 914 руб. 27 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами по правилам ст. 395 ГК РФ.

До настоящего времени гашение спорной задолженности ответчиком не произведено, доказательств обратного ответчиком не представлено.

Положениями ст.ст. 307-310 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Расчет взыскиваемых истцом денежных сумм судом проверен и признан правильным. Оснований для применения ст. 333 ГК РФ в отношении суммы процентов не установлено.

Учитывая, что на момент рассмотрения спора денежное обязательство ответчиком не исполнено, начисление процентов производится по дату фактического исполнения обязательства.

Статьей 65 АПК РФ предусмотрена обязанность стороны доказывать обстоятельства своих требований или возражений.

Ответчик, третьи лица, не оспаривая факт заключения договора займа и получения заемщиком денежных средств, указали на то, что договор займа является ничтожной сделкой.

В обоснование данного возражения ответчиком, третьими лицами положены доводы об аффилированности истца и ответчика, транзитном характере движения денежных средств, дальнейшем направлении ответчиком полученных средств в пользу компаний группы Новый Поток, корпоративном характере требования истца.

Истец, возражая против выдвинутых доводов, сослался на то, что возражения о ничтожности договора не имеют правового значения в силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ, просит суд применить принцип "эстоппель" в отношении данных возражений.

Суд, рассмотрев доводы и возражения представителей лиц, участвующих в деле, в указанной части пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (Постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, заявляя о притворности договора займа, ответчик тем самым одновременно признает, что, заключая договор займа, он действовал в противоречии с законом и принципом добросовестности.

В указанном случае возражение ответчика имеет под собой в качестве основания те обстоятельства, о которых он знал при заключении договора займа, выражении намерений относительно его дальнейшего сохранения в силе и получения денежных средств по договору займа.

Вместе с тем, недопустима ситуация, при которой интересам ответчика, действовавшего недобросовестно при заключении сделки, противопоставляются имущественные интересы сообщества кредиторов несостоятельного истца, а использование им права на возражение о ничтожности сделки приводит к его необоснованному материально-правовому и процессуальному преимуществу.

Равным образом является противоречащим принципу недопустимости извлечения выгоды лицом из своего незаконного или недобросовестного поведения (ст. 1 ГК РФ) возможность ответчика уклониться от исполнения договорных обязательств перед истцом за счет лиц, не участвовавших в совершении сделки – кредиторов несостоятельного истца.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Поведение ответчика после заключения договора займа, выразившееся в неоспаривании договора займа, заключения дополнительного соглашения к договору займа, расходовании полученных средств, подтверждает то, что ответчик исходил из действительности договора займа, реальности заемных отношений и давал основания третьим лицам полагаться на действительность сделки.

В определении Верховного Суда РФ от 06.02.2019 N 305-ЭС19-155 выражена следующая правовая позиция: сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора (сделки), не вправе ссылаться на его (ее) незаключенность (недействительность, мнимость), что влечет за собой в целях пресечения необоснованных процессуальных нарушений потерю права на возражение ("эстоппель").

Сходная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.08.2020 N 307-ЭС20-1992: при совершении действий в нарушение закона лицо, являвшееся непосредственным участником таких действий, к выгоде которого они были осуществлены, не вправе их оспаривать.

Как указал Верховный Суд РФ, данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 06.03.2020 N 305-ЭС20-723, в соответствии с принципом эстоппель сторона, подтвердившая действие договора (сделки), не может отрицать его действие. Последующее после указанных фактических обстоятельств изменение истцом своего поведения на прямо противоположное является противоречивым. Данные действия влекут отказ в защите права в соответствии со статьей 10, пунктом 5 статьи 166 ГК РФ.

Довод ООО "Коммандит сервис" о невозможности применения принципа "эстоппель" к возражению стороны спора о ничтожности сделки отклоняется судом как не основанный на законе.

Как установлено пунктом 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки

В соответствии с пунктом 2 статьи 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 настоящего Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Таким образом, из приведенных положений закона не следует, что применение принципа «эстоппель» невозможно в отношении возражений о ничтожности сделки, заявляемых стороной в споре.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Приведенные разъяснения прямо указывают на распространение действия п. 5 ст. 166 ГК РФ как в отношении оспоримых, так и ничтожных сделок.

Ввиду изложенного суд считает обоснованным довод истца о том, что в настоящем споре в отношении возражения ответчика о ничтожности договора займа подлежит применению принцип "эстоппель".

Суд также исследовал обстоятельства совершения и исполнения договора займа и приходит к следующим выводам.

Из фундаментальных принципов автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (ст. 1 ГК РФ), свободы договора (ст. 421 ГК РФ) следует право сторон свободно определять правовую форму взаимоотношений в гражданском обороте и их условия.

Принимая во внимание правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2018 N 47-П, сам по себе факт заинтересованности (аффилированности) юридического лица по отношению к должнику с точки зрения гражданско-правовых отношений не является незаконным и не может лишать кредитора его права заявить требования, основанные на гражданско-правовой сделке.

Сама по себе аффилированность сторон сделки не свидетельствует ни о корпоративном характере требования из такой сделки (определение Верховного Суда РФ от 22.06.2020 N 305-ЭС19-16942(3)), ни о наличии у сделки признаков недействительности (определения Верховного Суда РФ от 29.05.2020 N 305-ЭС20-7078(1,2,3,4,5), от 07.11.2018 N 264-ПЭК18).

Даже в случае выдачи займа участником должника последнему и последующем банкротстве последнего не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы (определения Верховного Суда РФ от 30.03.2017 N 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 N 302-ЭС15-3973).

Если финансирование с использованием конструкции договора займа, в том числе между аффилированными лицами, осуществляется добросовестно, не нарушает публичный интерес и не посягает на права и законные интересы третьих лиц, то не имеется оснований для ограничения такого рода финансирования и такая сделка не может быть признана мнимой исключительно по признаку ее заключения между аффилированными лицами.

Довод ответчика и третьих лиц относительно притворного характера данной сделки, совершенной с целью прикрыть другую сделку, судом отклоняется, поскольку носит предположительный характер, не основан на доказательствах и не подтверждается материалами настоящего дела.

Так, из представленной в материалы дела выписки по расчетному счету ООО "Тоталойл" следует, что истец перечислил ответчику денежные средства с указанием в графе "назначение платежа" "оплата по договору процентного займа" с указанием номера и даты конкретного договора займа, имеющегося в материалы дела.

Суммы займов получены ответчиком, в связи с чем цель, обычно преследуемая заемщиками в практике делового оборота при заключении договоров займа, была достигнута. Стороны совершили реальное исполнение договора займа: истец произвел выдачу сумм займа, ответчик получил в собственность денежные средства.

Последующее неисполнение заемщиком обязательств по возврату займа свидетельствует лишь о самом неисполнении ответчиком своих обязательств, но само по себе не указывает на мнимый или притворный характер сделки.

Договор процентного займа содержит основные условия и требования к сделке: указан конкретный предмет договора, наименование сторон, права и обязанности сторон, ответственность сторон, подписан генеральными директорами заимодавца и заемщика.

Ответчик и третьи лица в подтверждение довода о ничтожности договора займа указывают также на нерыночный характер условий договора займа.

Доказательств, подтверждающих отклонение условий договора займа от стандартов делового оборота, принятых в соответствующей сфере предпринимательской деятельности, не представлено.

Вместе с тем, в соответствии с правовой позицией, изложенной применительно к договору цессии в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.12.2019 N 307-ЭС19-13321 по делу N А56-79243/2013, заключение сделки между аффилированными лицами на нерыночных условиях не свидетельствует о недействительности договора. Соответствующий вывод может быть сделан лишь при установлении дополнительных обстоятельств.

Реальность заемных отношений между истцом и ответчиком подтверждается наличием не оспариваемых в настоящем деле доказательств заключения договора займа сторонами и его исполнения.

Дальнейшее расходование ответчиком денежных средств могло осуществляться на усмотрение ответчика, поскольку договор займа условий, указывающих на целевой характер расходования денежных средств ответчиком, не содержал.

Направление ответчиком денежных средств другим лицам, в частности, компаниям группы Новый поток не может вменяться истцу в качестве признака наличия порока в его волеизъявлении на заключение и исполнении сделки.

Как установлено выше, в материалы дела представлены доказательства, подтверждающие реальность исполнения договора займа, а именно доказательства, подтверждающие факт перечислений истцом и получения ответчиком сумм займа, при этом сам по себе факт аффилированности между заемщиком и заимодавцем не является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований при условии наличия в материалах дела достаточных доказательств, свидетельствующих о заключении договора займа и предоставлении ответчику денежных средств.

В соответствии с п. 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Таким образом, по смыслу данных разъяснений, ссылаясь на притворность договора займа, ответчик должен представить доказательства направленности воли истца при заключении и исполнении договора займа на предоставление денежных средств другим лицам, а не непосредственно ответчику.

Между тем, такие доказательства ответчиком и третьими лицами не представлены. Наличие признаков аффилированности истца и ответчика не могут подтверждать необходимые обстоятельства, поскольку аффилированность сторон договора сама по себе не свидетельствует о наличии порока в сделке.

Ссылки ответчика и третьих лиц на корпоративные взаимоотношения между истцом и ответчиком, корпоративный характер требования истца к ответчику подлежат отклонению, поскольку не подтверждается доказательствами.

Материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о наличии взаимосвязи между корпоративными отношениями группы Новый поток и представленным в материалы дела договором займа, заключенным непосредственно истцом и ответчиком.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц между истцом и ответчиком отсутствует какая-либо связь, обусловленная корпоративными правоотношениями.

Истец и ответчик не имеют долей участия в капитале друг друга, не участвуют совместно в капитале других лиц, участниками истца и ответчика являются разные лица.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для признания договора займа недействительным в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 170 ГК РФ.

В судебном заседании АО "Новый поток", ссылаясь на свою осведомленность о порядке финансирования компаний группы Новый поток, поскольку осуществляло комплекс услуг по бухгалтерскому, юридическому сопровождению деятельности ООО «Тоталойл» и ряда других компаний, приводило доводы относительного транзитного характера перечислений денежных средств, корпоративного характера требования истца.

Вместе с тем, с учетом принципа состязательности арбитражного судопроизводства, будучи привлеченным судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительного предмета спора, АО «Новый поток» не было лишено права представить соответствующие доказательства в подтверждение своих доводов либо ходатайствовать об их истребовании.

Указанным правом третье лицо не воспользовалось и доказательств в подтверждение своих доводов не представило.

Статьей 9 АПК РФ установлено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Из указанных положений процессуального закона следует, что нежелание стороны представить доказательства должно было быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указано другой стороной (определение Верховного Суда РФ от 26 ноября 2018 г. № 305-ЭС15-12239 (5).

Арбитражный суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 05.03.2019 по делу N 305-ЭС18-15540, А40-180646/2017).

Судом проверены доводы ответчика и третьих лиц о транзитном характере перечислений денежных средств путем исследования доказательств, представленных лицами, участвующими в деле.

В соответствии с Письмом Центрального Банка Российской Федерации от 31.12.2014 N 236-Т "О повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов" транзитные операции могут характеризоваться совокупностью (одновременным наличием) следующих признаков:

зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в банках Российской Федерации, с последующим их списанием;

списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления;

проводятся регулярно (как правило, ежедневно);

проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев);

деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной;

с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

По оценке Банка России, деятельность таких клиентов не имеет очевидного экономического смысла и очевидной законной цели, а соответствующие операции требуют повышенного внимания со стороны кредитных организаций.

Из приведенных разъяснений следует, что целями транзитных операций могут являться легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, финансирование терроризма и другие противозаконные цели.

Между тем, доказательств того, что истцом преследовались незаконные цели при осуществлении перечислений, материалы дела не содержат.

В Методических рекомендациях о подходах к управлению кредитными организациями риском легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма (утв. Банком России 21.07.2017 N 18-МР) указано, что банки должны принимать во внимание следующие дополнительные признаки, характеризующие деятельность клиентов, осуществляющих транзитные операции:

- со счета не производятся выплаты заработной платы работникам организации, а также связанные с ними перечисления НДФЛ и страховых взносов либо производимые платежи не соответствуют среднесписочной численности сотрудников клиента и (или) свидетельствуют о занижении реальных сумм заработной платы (налогооблагаемой базы);

- фонд заработной платы сотрудников общества установлен из расчета ниже официального прожиточного минимума;

- по счету осуществляется уплата НДФЛ, но не уплачиваются страховые взносы;

- остатки денежных средств на счете отсутствуют либо незначительны по сравнению с объемами операций, обычно проводимыми по счету;

- основания платежей не имеют отношения к затратам, присущим организациям, занимающимся заявленными клиентом при открытии (ведении) счета видами деятельности;

- отсутствует связь между основаниями преобладающих объемов зачисления денежных средств на счет клиента и основаниями последующего их списания;

- происходит резкое увеличение оборотов по счету, превышение заявленного при открытии (ведении) счета максимального оборота денежных средств;

- со счета не производятся платежи в рамках ведения хозяйственной деятельности клиента (например, арендные платежи, платежи в счет оплаты коммунальных услуг, закупки канцелярских товаров и др.);

- денежные средства зачисляются на счет клиента от контрагентов-покупателей по договорам за товары и услуги с выделением НДС и практически в полном объеме списываются клиентом в пользу контрагентов по объектам, не облагаемым НДС (операциям по реализации товаров, оказанию услуг, передаче денежных средств в обеспечение обязательств, предоставлению займов, реализации лома металлов). При этом при сходной хозяйственной деятельности иных клиентов при указанной структуре входящих и исходящих платежей объем НДС, подлежащего уплате в бюджет, зачастую должен приближаться к объему НДС, учтенному в зачислениях по операциям, облагаемым данным налогом.

В результате исследования доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, судом не выявлено признаков, свидетельствующих о транзитном характере перечислений.

Транзитный характер движения денежных средств по счетам предполагает как несоответствие действительной воли осуществляющего перечисление лица (перераспределение финансовых ресурсов внутри группы лиц) формальному основанию для такого перечисления (договор, соглашение), так и отсутствие правовых оснований у этого лица для предшествующего принятия этих денежных средств в собственность.

Из указанного следует, что основания для вывода о транзитном характере предоставления истцом денежных средств ответчику могут иметь место в том случае, если соответствующие сделки, по которым истец получил денежные средства в собственность, являются ничтожными.

Между тем, доказательств того, что сделки, по которым истец получил денежные средства, являются ничтожными, материалы дела не содержат.

Само по себе перечисление полученных ответчиком по договору займа денежных средств в пользу третьих лиц не свидетельствует о притворном характере договора займа.

Ссылки ответчика и третьих лиц на судебные акты, которыми было отказано во взыскании задолженности по договорам займа компаниям, входящим в группу Новый Поток, подлежат отклонению как не относящиеся к настоящему делу. В рамках данных дел судами не устанавливались обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего дела, не исследовались правоотношения истца и ответчика, операции по перечислению денежных средств в рамках договора займа, не устанавливалась реальность заемных отношений. В рамках указанных дел устанавливался характер отношений иных лиц, обстоятельства, связанные с правоотношениями истца и ответчика, судами не исследовались.

Учитывая изложенные положения законодательства, условия сделки, заключенной сторонами, а также установленные судом фактические обстоятельства дела, суд находит требования истца законным, обоснованным и подлежащим удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст.ст. 102, 110 АПК РФ госпошлина по иску относится на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 2, 4, 37, 65, 71, 110, 121, 137, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "НТИ" в пользу ООО "ТОТАЛОЙЛ" 165 205 000 руб. - сумму основного долга, 39 289 973 руб. 26 коп. – проценты за пользование займом, 3 149 914 руб. 27 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами, по состоянию на 03.03.2021, также продолжить начисление процентов за пользование денежными средствами на сумму основного долга 165 205 000 руб. по правилам ст. 395 ГК РФ начиная с 04.03.2021 по дату фактического исполнения денежного обязательства.

Взыскать с ООО "НТИ" в доход федерального бюджета 200 000 руб. - государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Н.М. Панькова