Решение от 24 октября 2017 г. по делу № А40-100950/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-100950/17-118-944
г. Москва
24 октября 2017 г.
Резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2017 года

Полный текст решения изготовлен 24 октября 2017 года

Арбитражный суд города Москвы в составе

председательствующего судьи И.В. Окуневой,

Протокол ведет помощник судьи Блануца С.А

Рассмотрев в судебном заседании заявление ООО «Строительно-монтажное управление №30» к ответчику ООО «СТОУН ХХI» о взыскании основного долга в сумме 1 314 541 руб. 76 коп. по договору лизинга № Л23738 от 24.10.2014 года

третье лицо ООО «АНТИКОРНЕФТЕГАЗ»

при участии:

от истца – адвокат Кухта К.И. дов. №09 от 13.04.2016 г.

от ответчика – ФИО1 дов. №б/н от 07.11.2014 г.,

от третьего лица – неявка, извещен,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Строительно-монтажное управление №30» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ООО «СТОУН ХХI» о взыскании основного долга в сумме 1 559 504 руб. 96 коп. по договору лизинга №Л23738 от 24.10.2014 согласно принятому судом увеличению исковых требований в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечено ООО «АНТИКОРНЕФТЕГАЗ».

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о слушании дела извещено надлежащим образом, в соответствии со ст. 123, 156 АПК РФ суд рассмотрел дело в его отсутствие.

Истец в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал, с учетом принятого судом уточнения исковых требований.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве.

Суд, выслушав доводы сторон по делу, исследовав письменные доказательства по делу, пришел к выводу об удовлетворении исковых требований в части на основании следующего.

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно действующему законодательству на споры, вытекающие из договоров финансовой аренды лизинга, распространяются общие нормы главы 34 ГК РФ, а именно, положения об аренде.

Положениями ст. 614 ГК РФ установлена обязанность арендатора по своевременному внесению платы за пользование имуществом (арендной платы). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии с п. 5 ст. 15 ФЗ № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязуется выплачивать лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором лизинга.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Президиумом Высшего Арбитражного Суда РФ применительно к инвестиционному характеру лизинговой деятельности в постановлении от 22.03.2012 № 16533/11 была выражена правовая позиция, согласно которой особенность договора выкупного лизинга состоит в том, что имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств.

В развитие названных положений п. 2 ст. 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» предусматривает, что под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

Таким образом, в силу инвестиционного характера лизинговой деятельности Федеральный закон «О финансовой аренде (лизинге)» рассматривает уплату лизинговых платежей не в качестве обычной формы арендной платы, а в качестве способа возмещения лизингодателю финансирования, вложенного им в интересах лизингополучателя для приобретения и передачи последнему необходимого имущества (предметов лизинга), а также причитающегося сверх вложенных затрат дохода.

При таком положении возникновение неосновательного обогащения на стороне лизингодателя исключается, если расторжение договора лизинга до окончания его исполнения привело к неполному возмещению затрат лизингодателя, понесенных в связи с приобретением предмета лизинга для лизингополучателя, а также к неполучению причитавшегося дохода.

Как разъяснено в п. 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ). В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

В связи с чем, если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу (п. 3.3 Постановления от 17.03.2014 №17).

Изучив доводы истца о возникновении неосновательного обогащения с учетом вышеуказанных норм права и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, оценив представленные доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 24.10.2014 между ООО «СТОУН ХХI (лизингодатель) и ООО «АНТИКОРНЕФТЕГАЗ» (лизингополучатель) заключен договор лизинга №Л23738 (далее – договор лизинга), по условиям которого лизингодатель приобрел в собственность у третьего лица для передачи в лизинг лизингополучателю автомобиль Mersedes Benz E200, 2014 года выпуска, стоимостью 1 895 200 руб. (далее предмет лизинга).

Срок лизинга по договору – 540 дней.

Общая сумма договора лизинга составляла 2 160 433,68 руб., где авансовый платеж составил 510 000 руб.

Лизингополучатель обязался своевременно и в полном объеме оплачивать лизинговые платежи в соответствии с графиком лизинговых платежей.

Лизингополучатель допустил просрочки лизинговых платежей, в связи с чем решением суда от 24.10.2014г. договор лизинга расторгнут.

Предмет лизинга возвращен лизингодателю 03.03.2016г. согласно акту приема передачи.

14.01.2017г. между ООО «АНТИКОРНЕФТЕГАЗ» и ООО «Строительно-монтажное управление №30» заключен договор уступки права требования, согласно условиям которого права требования неосновательного обогащения, возникшего при исполнении договора лизинга, перешло от лизингополучателя к истцу.

Суд полагает обоснованным следующий расчет сальдо взаимных обязательств сторон договора лизинга:

Размер финансирования, предоставленного лизингополучателю, составляет 1 385 200 руб.: 1 895 200 руб. закупочной цены ПЛ – 510 000 руб. аванса.

Плата за финансирование (в процентах годовых) составляет 12,94%, которая определяется по следующей формуле:

П - общий размер платежей по договору лизинга – 2 160 433,68 руб.

А - сумма аванса по договору лизинга – 510 000 руб.

Ф - размер финансирования – 1 385 200 руб.

Сдн – срок договора лизинга в днях – 540 дней.

Плата за финансирование рассчитана с учетом того, что договор лизинга заключен 24.10.2014 г., предмет лизинга реализован 08.04.2016г.

Таким образом, размер платы за финансирование выглядит следующим образом:

1 385 200 руб. финансирования /100 * 12,94 / 365 * 533 дней = 261 795,47 руб.

Лизингодателю уплачено лизингополучателем 1 266 877,76 руб. платежей по договору лизинга за вычетом аванса, и передан предмет лизинга рыночной стоимостью 700 000 руб.

Стоимость предмета лизинга определена на основании договора купли-продажи №КП 23738/ОК от 08.04.2016. Суд полагает довод истца о занижении цены автомобиля при продаже недоказанным. В представленном истцом отчете об оценке №А0234-16 от 02.03.2016 оценщик изложил свое мнение о рыночной цене предмета лизинга в размере 1 774 000 руб. Из отчета следует, что оценщик не учитывал недостатки изъятого предмета лизинга, изложенные в акте приема передачи от 03.03.2016: «автомобиль изъят без комплекта ключей, все 4 колесных диска с явными признаками сильной деформации, множественные сколы лобового стекла, сколы и царапины по всему кузову, сильный износ ходовой автомобиля, плохое состояние салона (грязь и пятна), несправность коробки передач», поскольку указанный акт ему не предоставлен, а акта об осмотре автомобиля оценщик не составил. Также к отчету не приложены документы, подтверждающие квалификацию оценщика, в том числе диплом о высшем образовании. Указанное дает суду основания считать указанный отчет об оценке неотносимым доказательством.

Вне зависимости от качества отчета об оценке №КП 23738/ОК, суд полагает, что при расчете сальдо не может быть принята рыночная цена предмета лизинга на уровне 1 774 000 руб., что отличается от его цены покупки в 2014 году – 1 895 200 руб. – на 7,4%. Поскольку стороной, нарушившей договор лизинга, является лизингополучатель, то истец не вправе извлекать выгоду из повышения цен на рынке.

Таким образом, сальдо взаимных обязательств составило 319 882 руб. 29 коп. в пользу лизингополучателя: 1 646 995,47 руб. причитается лизингодателю (то есть финансирование + плата за финансирование) – 1 966 877,76 руб. получено лизингодателем по результатам исполнения договора лизинга (уплаченные платежи за вычетом аванса + рыночная стоимость предмета лизинга).

Исходя из изложенного, первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению в части, поскольку сальдо взаимных обязательств составило 319 882 руб. 29 коп. в пользу ООО «Строительно-монтажное управление №30» (лизингополучателя, истца).

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на сторон пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 49, 104, 110, 132, 150, 151, 167- 188 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ООО «СТОУН ХХI» (ИНН 7710329843) в пользу ООО «Строительно-монтажное управление №30» (ИНН 7723874067) 319 882 руб. 29 коп. основного долга, 5 362 руб. 81 коп. расходов на уплату государственной пошлины.

Отказать в удовлетворении остальной части исковых требований.

Взыскать с ООО «СТОУН ХХI» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 503 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ООО «Строительно-монтажное управление №30» (ИНН <***>) в доход федерального бюджета 1 947 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: И.В. Окунева