Постановление от 30 сентября 2019 г. по делу № А32-24831/2017



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-24831/2017
г. Краснодар
30 сентября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 сентября 2019 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Гиданкиной А.В. и Илюшникова С.М., в отсутствие в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Марка» (ИНН: 2338010362, ОГРН: 1052321387304) – Лейлияна Э.Р., индивидуального предпринимателя Богуша В.В. (ИНН 234004494095, ОГРНИП 3132371102000010), иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО Марка» Лейлияна Э.Р. на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2019 (судья Маклашов В.В.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2019 (судьи Шимбарева Н.В., Николаев Д.В., Стрекачев А.Н.) по делу № А32-24831/2017, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ООО «Марка» (далее – должник), индивидуальный предприниматель Богуш В.В. (далее – предприниматель) обратился с заявлением о замене в реестре требований кредиторов ООО «Коммерческий банк "Союзный"» (далее – банк) на предпринимателя в сумме 5 185 306 рублей, из которых 4 800 тыс. рублей основного долга, 376 539 рублей 14 копеек процентов, 8 767 рублей 12 копеек пени, как обеспеченных залогом имущества должника.

Определением от 15.05.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 17.07.2019, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий должника просит отменить судебные акты, ссылаясь на то, что суды не дали оценку его доводам; не проверили соблюдение условий, при которых к цессионарию переходит требование; не учли, что залогом обеспечено только требование, касающееся основного долга; не приняли во внимание, что предмет залога отсутствует.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, решением от 17.10.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Постановлением апелляционного суда от 15.08.2018 в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования банка в сумме 16 385 306 рублей 53 копеек, из них 5 880 тыс. рублей, как обеспеченные залогом имущества должника, сумма финансовых санкций (8 767 рублей) учтена в реестре отдельно.

Определением от 25.09.2018 произведена замена банка на некоммерческую организацию «Гарантийный фонд поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства Краснодарского края» в части требований на сумму 11 200 тыс. рублей, из которых 694 693 рубля 47 копеек, как обеспеченных залогом имущества должника.

Банк (цедент) и предприниматель (цессионарий) заключили договор уступки права (требования) от 17.09.2018, согласно которому банк уступил предпринимателю оставшуюся часть требований к должнику в сумме 5 185 306 рублей, указав в договоре на то, что требования банка включены в реестр требований кредиторов, как обеспеченные залогом имущества должника.

Названные обстоятельства послужили основанием для обращения предпринимателя с заявлением о замене банка в третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Суды, руководствуясь статьями 382, 383, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, установив исполнение банком и предпринимателем договора цессии, пришли к выводу о переходе к предпринимателю на основании договора уступки от 17.09.2018 требований к должнику в заявленном размере, что является основанием для замены банка на предпринимателя в реестре требований кредиторов должника. Замена в реестре банка на предпринимателя на основании договора цессии от 17.09.2018 не приведет к нарушению прав должника и других кредиторов, принимая во внимание, что общий размер, доли кредиторов и очередность их требований не изменяются.

С учетом представленных в качестве доказательств оплаты полученного права в соответствии с условиями договора подписанных банком и предпринимателем акта сверки взаимных расчетов с 17.09.2018 по 28.09.2018, содержащего реквизиты платежных документов, и акта приема-передачи документов от 28.09.2018, у судов отсутствовали основания для вывода о том, что к предпринимателю не перешло требование к должнику в установленном договором цессии порядке.

Признаков злоупотребления правом в действиях банка и предпринимателя, наличие противоправной цели предъявления рассматриваемого заявления, в том числе, цели причинения вреда кредиторам должника, суды не установили; доказательств аффилированности правопреемника банка по отношению к должнику, материалы дела не содержат.

Довод о том, что у судов отсутствовали основания для признания требования о неустойке обеспеченным залогом имущества должника, отклоняется. Залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в том числе неустойку (статья 337 Гражданского кодекса российской Федерации). Ни законом, ни кредитным договором не предусмотрено, что в случае банкротства заемщика залог в отношении требований по взысканию неустоек, возникших в связи с неисполнением обеспеченного залогом обязательства, прекращается. Данные требования подлежат удовлетворению в очередности, установленной в пункте 3 статьи 137 Закона о банкротстве (пункт 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя»).

Требование о взыскании неустойки как обеспеченное залогом имущества должника учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов за пользование денежными средствами по требованиям всех кредиторов третьей очереди, включая незалоговых, однако оно имеет залоговое преимущество перед удовлетворением необеспеченных требований других кредиторов по взысканию финансовых санкций (пункт 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017).

Довод о том, что на основании договора поставки от 04.10.2018 предмет залога был продан, не является основанием для отмены судебных актов. При установлении требований банка в реестре требований кредиторов должника, как обеспеченных залогом имущества должника, апелляционный суд установил факт возникновения залога, проверил, не прекратилось ли данное право и имеется ли заложенное имущество у должника в натуре. Представленный управляющим договор поставки от 04.10.2018 заключен после установления требований банка в реестре, как обеспеченных залогом имущества должника; доказательства, свидетельствующие о том, что предметом договора поставки является предмет залога в соответствии с договором залога от 30.11.2016, отсутствуют. Управляющий не лишен возможности обратиться с заявлением о внесении изменений в реестр требований кредиторов должника, предоставив доказательства отсутствия предмета залога в конкурсной массе должника.

Основания для отмены судебных актов по доводам, изложенным в кассационной жалобе, отсутствуют.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.05.2019 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2019 по делу А32-24831/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий


М.Г. Калашникова


Судьи

А.В. Гиданкина

С.М. Илюшников