Решение от 22 ноября 2021 г. по делу № А42-4713/2021



АРБИТРАЖНЫЙ СУД МУРМАНСКОЙ ОБЛАСТИ

г.Мурманск ул.Книповича д.20

http://murmansk.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело №А42-4713/2021
город Мурманск
22 ноября 2021 года
Резолютивная часть решения вынесена 15 ноября 2021 года

Полный текст решения изготовлен 22 ноября 2021 года



Судья Арбитражного суда Мурманской области Романова Марина Александровна, при составлении протокола судебного заседания секретарем Михайловой А.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционерного общества «Мурманская горэлектросеть» (АО «МГЭС», ИНН 5190119547, ОГРН 1035100186307, юридический адрес: 183038, г. Мурманск, ул. Шмидта, д. 16) к Александровичу Александру Александровичу (г. Мурманск) о взыскании 2 262 000 руб. убытков,

при участии в судебном заседании представителей:

истца: Иванова И.В., по доверенности,

ответчика: Носкова С.В., по доверенности,

установил:

АО «МГЭС» обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с иском о взыскании с Александровича А.А. 2 262 000 руб. – убытков, причиненных в период исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа Общества.

Судебное разбирательство по делу отложено на 15.11.2021, о чем стороны уведомлены надлежащим образом.

В обоснование иска АО «МГЭС» указывает на то, что в период исполнения обязанностей генерального директора Общества Александрович А.А. не обеспечил своевременное предъявление требований к ООО «ТеКо» о взыскании суммы основного долга и процентов за несовременную оплату, имея возможность принять необходимые меры по взысканию вышеуказанной задолженности. Допущенное бездействие свидетельствует о недобросовестном и неразумном поведении руководителя, выразившемся в непринятии мер по принудительному взысканию задолженности после наступления установленных сроков оплаты по анализируемому договору, что повлекло невозможность взыскания задолженности в последующем, и, соответственно, возникновение у Истца убытков в сумме 2 262 000 руб.

Александрович А.А. иск не признал:

- ответчик не аффилирован с ООО «ТеКо», не действовал в своем интересе в ущерб компании, его действиями убытки не причинены.

- ответчиком с учетом масштаба деятельности управляемой им компании была создана организационная структура компании в составе, которой был юридический отдел, бухгалтерия, финансово-экономический отдел, сметно-договорной отдел и др. Локальными нормативными актами общества были установлены лица ответственные контроль исполнения обязательств вытекающих из договоров, ведение претензионной и судебной работы. Таким образом, ответчик вел себя добросовестно и умно.

- само по себе истечение срока исковой давности не препятствует исполнению обязательств по сделке и более того не лишает кредитора возможности обеспечить принудительное взыскание посредством получения судебного решения. Для отказа в судебной защите необходимы активные должника по заявлению о пропуске срока исковой давности. Доказательств указанных действий в материалы дела не представлено.

- в рассматриваем случае срок исковой давности на момент прекращения полномочий Ответчика как единоличного исполнительного органа не истек, так как между сторонами (АО «МГЭС» и ООО «ТеКо») имелась претензионная переписка, были подписаны акты сверки, что в свою очередь прерывает течение срока давности по спорному требованию.

- в период с 01.09.2008 по 14.03.2017 функции единоличного исполнительного органа Истца исполняла управляющая компания ОАО «МОЭСК». В настоящее между Истцом по настоящему делу и ОАО «МОЭСК» рассматривается гражданское дело №А42-5868/2019, в рамках которого АО «МГЭС» заявлено, что непринятием ОАО «МОЭСК» мер по своевременному получению денежных средств по договору цессии от 01.12.2014 АО «МГЭС» причинены убытки в сумме 2 262 000 руб. Таким образом, Истец ведет себя процессуально противоречиво, меняя позицию относительно оснований возникновения убытков, а также ответственных лиц.

Возражая на отзыв ответчика, АО «МГЭС» ссылается на следующее:

- с момента назначения единоличным исполнительным органом Истца, Ответчик не мог не знать о имеющейся в Обществе кредиторской и дебиторской задолженности, в каком финансовом состоянии находится Общество, соответственно обладал всей информацией для принятия управленческих решений в рамках той или иной задачи.

- создание организационной структуры по своей сути не может являться доказательств добросовестности единоличного исполнительного органа, т.к. именно генеральный директор контролирует и принимает управленческие решения по текущей деятельности Общества.

- решением Арбитражного суда Мурманской области от 27.05.2021 по делу №А42-5868/2019 в части взыскания убытков в общей сумме 2 262 000 руб., вытекающих из договора уступки права (цессии) заключенного между АО «МГЭС» и ООО «ТеКо», отказано. Основанием для отказа в удовлетворении данных требований послужило то обстоятельство, что срок исковой давности по требованию к ООО «ТеКо» истек 30.06.2018, срок полномочий АО «МОЭСК» как единоличного исполнительного органа АО «МГЭС» прекратился, т.к. с 15.03.2017 генеральным директором был назначен Ответчик.

- исходя из внутренней документации Общества, претензий в адрес ООО «ТеКо» не направлялось, акты сверки задолженности также отсутствуют. Из акта приема - передачи от Ответчика Истцу не следует, что Истцу передавались какие - либо акты сверки.

- с июля 2018 года в отношении Истца проводилась проверка Контрольно-счетной палатой города Мурманска за 2015-2017 годы и истекший период 2018 года. Согласно Акту от 15.11.2018 Контрольно-счетной палатой указывалось на задолженность ООО «ТеКо» с просроченным сроком исковой давности и невозможностью взыскания данной задолженности ввиду наличия записи в ЕГРЮЛ от 10.10.2016 о принятом решении о ликвидации ООО «ТеКо» и назначении ликвидатора. Таким образом, можно сделать вывод, что данная задолженность отражалась в бухгалтерском балансе, однако никаких действий по ее возврату не принималось вплоть до окончания срока исковой давности.

Представители сторон в судебном заседании поддержали позиции, изложенные в иске/письменных пояснениях и отзыве.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд установил.

В соответствии с протоколом заседания Совета директоров ОАО «Мурманская горэлектросеть» №1 от 13.03.2017 с 15.03.2017 генеральным директором АО «МГЭС» избран Александрович А.А.

Решением №7 единственного акционера АО «МГЭС» от 26.12.2018 трудовой договор с генеральным директором Общества Александровичем А.А. расторгнут с 27.12.2018.

01.12.2014 между АО «МГЭС» (Цедент) и Обществом с ограниченной ответственностью «Тепловая компания» (далее - ООО «ТеКо», Цессионарий) заключен договор №б/н возмездной уступки права (цессии), пол условиям которого Цедент уступил, а Цессионарий принял право требования с Закрытого акционерного общества «Орион Инжиниринг» (ОГРН 1097746725977) (Должник) задолженность на сумму 20 914 746,22 руб. (14 688 421,77 руб. - основной долг, 6 226 324,45 руб. - проценты за пользование займом по состоянию на 31.12.2013) по договору денежного займа от 12.09.2011 №118-11.

Стоимость уступаемого права составила 2 562 000 руб. Срок оплаты по договору определен до 30.06.2015 (пункт 3.2. Договора).

ООО «ТеКо» перечислено в счет исполнения обязательств по Договору цессии 300 000 руб., а именно:

платежным поручением от 30.03.2015 №63 на сумму 100 000,00 руб.;

платежным поручением от 31.03.2015 №64 на сумму 100 000,00 руб.;

платежным поручением от 01.04.2015 №65 на сумму 100 000,00 руб.

Таким образом, задолженность ООО «ТеКо» по Договору цессии составляет 2 262 000 руб.

Согласно сведениям с сайта ФНС России ООО «ТеКо» исключено из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений, о чем 10.10.2019 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.


Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В силу ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Под убытками в соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее — Постановление Пленума ВАС РФ №62), в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. Кроме того, истец должен доказать факт причинения обществу убытков, их размер, противоправность действий (бездействия) этих лиц, наличие причинной связи между их действиями (бездействием) и наступившими неблагоприятными последствиями.

Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ №62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов был заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ №62).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1); оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2); доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности (часть 3); каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4); никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы (часть 5); результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений (часть 7).


Как указывалось ранее, АО «МГЭС» в обоснование иска, в частности, ссылается на то, что Александрович А.А. не обеспечил своевременное предъявление требований к ООО «ТеКо» о взыскании суммы основного долга и процентов за несовременную оплату. Срок исковой давности по взысканию задолженности по договору цессии с ООО «ТеКо», по мнению АО «МГЭС», истек 30.06.2018.

Рассмотрев указанные доводы, суд установил.

Общий срок для защиты гражданских прав по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), составляет три года (статья 195, пункт 1 статьи 196 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (часть 2 статьи 199 ГК РФ, пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» – далее – Постановление Пленума ВС РФ №43).

В соответствии со статьей 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Поскольку договором цессии срок оплаты по договору определен до 30.06.2015, с 01.07.2015 начал течь срок исковой давности взыскания задолженности по указанному договору.

По общим правилам датой истечения срока в рассматриваемом случае является 30.06.2018.

Между тем, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (статья 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом (абзац второй пункта 20 Постановление Пленума ВС РФ №43).

По запросу суда АО «МОЭСК» (бывшая управляющая компания АО «МГЭС») представило в материалы дела копию акта сверки взаимных расчетов за период с 01.12.2014 по 21.02.2017 между АО «МГЭС» и ООО «ТеКо» по договору б/н уступки права требования от 01.12.2014, согласно которому по состоянию на 21.02.2017 задолженность ООО «ТеКо» перед АО «МГЭС» составляет 2 262 000 руб.

Указанный акт подписан со стороны АО «МГЭС» первым заместителем генерального директора АО «МОЭСК» управляющей организации АО «МГЭС» Свириной И.Б. и главным бухгалтером Дужак Л.Н. и скреплен печатью АО «МГЭС».

Со стороны ООО «ТэКо» акт подписан руководителем и главным бухгалтером Васильевым Н.А., скреплен печатью ООО «ТеКо».

Довод истца о том, что АО «МОЭСК» не имело отношения к деятельности АО «МГЭС» отклоняется судом как противоречащий материалам дела и пояснениям самого Общества, согласно которым срок полномочий АО «МОЭСК» прекратился с назначением Александровича А.А. - с 15.03.2017. Акт составлен по состоянию на 21.02.2017, т.е. в период, когда функции единоличного исполнительного органа АО «МГЭС» были переданы АО «МОЭСК».

Само по себе то, что АО «МГЭС» указывает на отсутствие акта сверки на предприятии, в том числе в переданных Александровичем А.А. документах, не доказывает, что указанный акт не подписывался сторонами. О фальсификации акта истцом в установленном порядке не заявлено.

Кроме того, из представленного истцом акта приема-передачи документов от 27.12.2018 не следует, что вновь назначенному руководителю АО «МЭС» Мулёву Г.В. Александровичем А.А. передавалась все документы Общества. Данный акт поименован как акт приема-передачи учредительных документов, содержит всего 102 наименования документов (договоры, акты сверки и т.д. в акте не поименованы).

Таким образом, в рассматриваемом случае имел место перерыв срока исковой давности в связи с совершением ООО «ТеКо» действий, свидетельствующих о признании долга, и с 21.02.2017 срок исковой давности слал течь заново.

Полномочия Александровича А.А. прекращены с 27.12.2018, ООО «ТеКо» исключено из ЕГРЮЛ 10.10.2019.

Следовательно, срок исковой давности истек (в случае отсутствия оснований для перерыва срока) более чем через год после прекращения полномочий Александровича А.А. и после исключения ООО «ТеКо» из ЕГРЮЛ.

Указанные обстоятельства исключают наличие прямой причинно-следственной связи между невозможностью получения долга с ООО «ТеКо» и бездействием Александровича А.А., после прекращения полномочий которого у новых руководителей АО «МГЭС» было достаточно времени для предъявления ООО «ТеКо» требований в пределах срока исковой давности и до его исключения из ЕГРЮЛ.

То обстоятельство, что Контрольно-счетной палатой г. Мурманска проведена проверка, не имеет правового значения, выводы, содержащиеся в Акте, не являются обязательными для суда.

Кроме того, согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ №62 в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

О недобросовестности и неразумности действий (бездействия) директора помимо прочего могут свидетельствовать нарушения им принятых в этом юридическом лице обычных процедур выбора и контроля.

В соответствии со статьей 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В данном случае, как следует из материалов дела, Александровичем А.А. в Обществе 21.11.2017 утверждена организационная структура, включающая четырех заместителей, различные службы и отделы, в том числе бухгалтерию, финансово-экономический и юридический отделы, находящиеся в подчинении заместителя генерального директора по экономике и финансам.

29.12.2017 приказом №29-12/2-1ПР утверждено Положение о договорной работе, предусматривающее ведение договорной работы (в том числе контроль за исполнением обязательств по договору) центрами финансовой ответственности (далее – ЦФО) в соответствии с закрепленной зоной ответственности и статьями затрат, а также персональную ответственность руководителя ЦФО.

Трудовым договором от 13.03.2017 с Александровичем А.А. и должностной инструкцией, утверждённой 30.06.2017, ведение претензионной работы, сбор материалов для истребования задолженности в судебном порядке, составление исковых заявлений, предъявление их в суд не входит в круг непосредственных должностных обязанностей генерального директора, последний в силу возложенных на него обязанностей обязан обеспечить эффективную работу Общества и взаимодействие всех его организационных единиц и структур, решает вопросы текущей деятельности и т.д.

Как указывалось выше, в АО «МГЭС» функционировали бухгалтерия, финансово-экономический и юридический отделы, в полномочия которых в том числе входило ведение претензионной и исковой работы. Работа с дебиторской задолженностью в Обществе осуществлялась, что подтверждается Актом сверки. Иного истцом не доказано, доводы ответчика нашли подтверждение в ходе рассмотрения дела, и истцом не опровергнуты.

Александрович А.А. действовал в пределах обычной хозяйственной деятельности и своих полномочий. Договор цессии с ООО «ТеКо» заключен 01.12.2014, т.е. задолго до назначения Александровича А.А. генеральным директором АО «МГЭС», решения о заключении договора ответчик не принимал.

Обстоятельств, перечисленных в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ №62, при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Изложенное не позволяет сделать вывод о том, что недостижение результата в виде полного взыскания с ООО «ТэКо» суммы долга по договору цессии по причине истечения срока исковой давности и/или ликвидации ООО «ТеКо» не является следствием виновного и противоправного поведения Александровича А.А., в том числе и вследствие ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом, в связи с чем, оснований для взыскания с ответчика убытков не имеется.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что истец не доказал совокупность обстоятельств (противоправность действий ответчика, наличие неблагоприятных последствий для общества и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями), при наличии которых в силу статьи 15 ГК РФ у ответчика возникает обязанность возмещения убытков причиненных обществу в связи с чем, отказывает в удовлетворении исковых требований.

Судебные расходы АО «МГЭС» в виде уплаченной государственной пошлины по правилам статьи 110 АПК РФ остаются на Обществе.

Настоящий судебный акт на основании части 5 статьи 15 АПК РФ выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

В соответствии со статьей 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия (вынесения).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, заверенные надлежащим образом копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления в арбитражный суд соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении либо вручены уполномоченным представителям нарочно под расписку.

Руководствуясь статьями 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении иска отказать.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его вынесения.


Судья М.А. Романова