Решение от 18 июня 2021 г. по делу № А40-69225/2021

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-69225/21-118-522
г. Москва
18 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 июня 2021 года

Полный текст решения изготовлен 18 июня 2021 года

Арбитражный суд г. Москвы

в составе судьи А.Г. Антиповой

при ведении протокола судебного секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом в судебном заседании дело по иску ООО «Телекор»

к ООО «ЗАРУБЕЖНЕФТЬ-ДОБЫЧА ХАРЬЯГА»

о взыскании задолженности по договору поставки от 10.09.2018 №ОП_МРТ-18/622 в размере 9 328 032,99 руб., неустойки за период с 11.02.2021 по 01.04.2021 в размере 524 228,16 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 по дов. от 26.05.2020,

от ответчика: ФИО3 по дов. №86/21 от 15.06.2021 (диплом АВС 0479435 от 16.06.1998 г. РН 3438 от 30.06.1998 г.),

УСТАНОВИЛ:

ООО «Телекор» обратилось с иском о взыскании с ООО «ЗАРУБЕЖНЕФТЬ-ДОБЫЧА ХАРЬЯГА» задолженности по договору поставки от 10.09.2018 №ОП_МРТ-18/622 в размере 9 328 032,99 руб., неустойки за период с 11.02.2021 по 01.04.2021 в размере 524 228,16 руб.

В судебном заседании 16.06.2021 г. истцом заявлено ходатайство об увеличении размера неустойки с учетом перерасчета по состоянию на 08.06.2021 до 1 158 534,41 руб., которое удовлетворено судом в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Ответчик исковые требования не признал по доводам изложенным в отзыве и дополнениях к отзыву.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы сторон, суд установил, что предъявленный иск не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 10.09.2018 между ООО «Телекор» (поставщик) и ООО «ЗАРУБЕЖНЕФТЬ - ДОБЫЧА ХАРЬЯГА» (покупатель) заключен договор поставки ОП_МТР-18/622.

Согласно п. 1.1. договора, наименование, количество, цена оборудования определяются в спецификации.

Сторонами подписана спецификация к договору на поставку контрольно-пропускного пункта № 0943-ГВН-334504-6-СС-ТТ-001_R01 и контрольно-пропускного пункта с площадкой досмотра транспортных средств № 1099-НГП-501011-6-АС-ТТ-001_R06.

В соответствии с п. 2.2. договора, оплата производится покупателем в следующем порядке: первый платеж в размере 10% от общей стоимости договора, что составляет 2584200 руб., производится в течение 45 рабочих дней после подписания сторонами акта приема-передачи КД в соответствии с разделом 3 договора, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика; второй платеж в размере 20% от общей стоимости договора, что составляет 5 168 400 руб., производится покупателем в течение 45 рабочих дней после проведения заводских испытаний оборудования и оформления протокола заводских испытаний оборудования в соответствии с разделом 6 договора, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика; третий платеж в размере 60% от общей стоимости договора, что составляет 15 505 20 руб., производится покупателем в течение 45 рабочих дней с даты поставки оборудования согласно п. 5.9 договора, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика.

Поскольку стороны в дату подписания договора заключили договор на выполнение ШМР и ПНР в отношении поставляемого по настоящему договору оборудования, стороны договорились о том, что четвертый платеж в размере 10% от общей стоимости договора, что составляет 2 584 200 руб., производится покупателем в один из следующих сроков (в зависимости от того, что наступит ранее): в течение 45 рабочих дней после выполнения поставщиком всех работ по шеф-монтажу и пусконаладке оборудования и подписания обеими сторонами акта приемки пусконаладочных работ по договору на выполнение ШМР и ПНР, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика, либо после истечения 6 месяцев с даты поставки согласно п. 5.9 настоящего договора, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика.

В обоснование предъявленных исковых требований истец ссылается на то, что во исполнение условий договора поставщик передал ответчику оборудование - контрольно-пропускной пункт стоимостью 7 622 532, 30 руб., что подтверждается товарной накладной № ТЛ-0902001/01 от 02.09.2019 и контрольно-пропускной пункт с площадкой досмотра транспортных средств стоимостью 18 657 467,70 руб., что подтверждается товарной накладной № ТЛ-0713001/01 от 13.07.2020.

01.12.2020 подписан акт приема-передачи работ по шеф-монтажу и пуско-наладке оборудования.

Таким образом, срок оплаты оставшихся 10% стоимости оборудования наступил 10.02.2021.

Во исполнение условий договора покупатель оплатил поставщику денежные средства в размере 16 951 967,01 руб.

Учитывая положение подп. 2.2.4. п. 2.2. договора, а также произведенные поставщиком платежи, размер задолженности покупателя перед поставщиком по поставленному оборудованию по состоянию на 01.04.2021 составляет 9 328 032,99 руб.

В силу ст. ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от их исполнения недопустим, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Согласно п. 9.5. договора, в случае нарушения покупателем сроков оплаты, предусмотренных в п. 2.2. договора, покупатель обязуется уплатить поставщику по его требованию неустойку в размере 0,1% от неоплаченной в срок суммы за каждый рабочий день просрочки.

Из представленного истцом расчета следует, что размер неустойки по состоянию на 08.06.2021 составляет 1 158 534,41 руб.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием оплаты задолженности и начисленной неустойки, оставлена ответчиком без исполнения.

При этом, истцом не приняты во внимание следующие обстоятельства.

Из графика исполнения договора следует, что позиция 1 спецификации (КПП) должна быть изготовлена и поставлена ответчику в срок не позднее 65 календарных дней с момента подписания договора, то есть до 15.11.2018, позиция 2 спецификации (КПП с площадкой досмотра ТС) – не позднее 95 дней с момента подписания договора, то есть до 15.12.2018.

Фактически поставка оборудования произведена истцом по позиции 1 спецификации 08.11.2019 с просрочкой в 359 дней, а по позиции 2 спецификации – 20.07.2020 с просрочкой в 584 дня. Даты фактической передачи оборудования подтверждаются товарными накладными по унифицированной форме ТОРГ-12 от 02.09.2019 № ТЛ-0902001/01 и от 13.07.2020 № ТЛ-0713001/01 соответственно.

Согласно ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. Согласно ст. 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

В соответствии с п. 9.2 договора в случае нарушения истцом сроков исполнения своих обязательств, в том числе при поставке оборудования, истец уплачивает ответчику пеню в размере 0,1% от общей стоимости договора за каждый день просрочки.

Претензией от 08.12.2020 № МБ-7425 ответчик потребовал от истца уплатить пени за просрочку поставки на общую сумму 11 360 375,19 руб.

При этом, ответчик по собственной инициативе в пользу истца отступил от условий п. 9.2 договора и произвел расчет пени по каждой позиции спецификации отдельно, исходя из цены этой позиции, а не всей стоимости договора, что значительно уменьшило размер требований.

Истец письмом от 01.02.2021 № 06/02-2021/ТК признал факт просрочки и наличие у ответчика оснований для предъявления требований об уплате пени, при этом представил возражения относительно размера неустойки, ссылаясь на просрочку ответчика при согласовании конструкторской документации и наличие ограничений, связанных с противодействием распространению коронавирусной инфекции.

Ответчик письмом от 18.02.2021 № ИС-899 сообщил о признании просрочки при рассмотрении технической документации и согласился учесть срок приостановки хозяйственной деятельности истца, в связи с чем, уменьшил сумму начисленной неустойки до 9328032,99 руб., и, руководствуясь п. 9.7 договора, произвел удержание указанной суммы неустойки при расчетах по договору.

В соответствии ст. 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Согласно разъяснениям Верховного суда РФ, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6, стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения.

В п. 9.7 договора сторонами согласовано, что в случае нарушения истцом обязанностей по договору, ответчик вправе удержать любые суммы денежных средств, причитающихся ответчику (неустойка (штрафы, пени), убытки), при осуществлении расчетов по договору. В этом случае ответчик вправе не направлять требования и не предъявлять иск, а удержать сумму денежных средств, причитающуюся ответчику (неустойка (штрафы, пени), убытки), путем уменьшения суммы оплаты по договору на сумму денежных средств, причитающуюся ответчику (неустойка (штрафы, пени), убытки), что влечет прекращение обязательства ответчика по оплате по договору в размере суммы денежных средств, причитающейся ответчику.

Произведя удержание суммы пени за просрочку поставки при расчетах по договору, ответчик прекратил свое обязательство по оплате части цены договора в той же сумме.

Истец, ссылаясь на ст. 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявил, что положения п. 9.7 договора поставки с разработкой конструкторской документации от 10.09.2018 №ОП_МТР-18/622, устанавливающие право ответчика на удержание, неприменимы к договорным отношениям сторон, так как по своей сути предусматривают зачет встречных однородных требований.

Указанные доводы истца не обоснованы.

Положения п. 9.7 договора не утратили силу, ответчик имел право произвести удержание суммы пени за просрочку при расчетах. Такое удержание не является зачетом, так как относится к порядку расчетов и направлено на установление сальдо взаимных предоставлений, что не противоречит законодательству о банкротстве, а удержание, произведенное ответчиком, не оспорено и не признано судом недействительным.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Согласно ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. Если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

В силу ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено законом или договором.

На момент заключения договора отсутствовали какие-либо законодательные или иные ограничения, препятствовавшие сторонам договора включить в него п. 9.7 в существующей редакции. Стороны не заключали дополнительных соглашений к договору, исключающих из его условий или делающих неприменимым к отношениям сторон п. 9.7 договора. Также отсутствует судебный акт, которым данное условие договора изменено или отменено.

Обязательство истца уплатить сумму пени за просрочку исполнения обязательств по договору возникло с направлением претензии ответчика от 08.12.2020 № МБ-7425, то есть после принятия заявления о признании истца банкротом.

Согласно п.1 ст. 5 Закона о банкротстве, и исходя из правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63, такие обязательства относятся к текущим платежам.

В силу п. 1 ст. 134 Закона о банкротстве вне очереди за счет конкурсной массы погашаются требования кредиторов по текущим платежам преимущественно перед кредиторами, требования которых возникли до принятия заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, произведенное ответчиком удержание суммы неустойки при расчетах по договору не могло нарушить очередность удовлетворения требований кредиторов, установленную п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве. Нормы ст. 63 Закона о банкротстве неприменимы в настоящем деле.

Кроме того, правовой механизм прекращения обязательств, содержащийся в п. 9.7 договора, имеет отличия от зачета по смыслу ст. 410 ГК РФ и Закона о банкротстве. Отсутствуют обязательные условия об установлении встречных требований, определении однородности этих встречных требований, о наличии наступившего срока исполнения этих требований. Для удержания не нужно заявление о зачете.

Также, согласно п. 9.7 договора удержание может производиться только ответчиком и только из сумм, подлежащих уплате при расчетах в рамках договора, то есть относится к порядку расчетов по договору.

Вопреки утверждению истца произведенное ответчиком удержание не может быть квалифицировано как зачет по смыслу ст. 410 ГК РФ и Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17564, удержание, предусмотренное условиями договора, относящееся к порядку расчетов в рамках одного и того же договора, не может быть квалифицировано как зачет (статья 410 ГК РФ).

Аналогичный правовой подход содержится в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.06.2012 № 1394/12.

Таким образом, предусмотренное п. 9.7 договора условие об уменьшении платежей, причитающихся истцу, на сумму встречных требований ответчика, возникших ввиду ненадлежащего исполнения истцом обязательств по договору, относится к порядку расчетов и не может быть квалифицировано в качестве зачета в том смысле, который придается данному понятию в статье 410 ГК РФ.

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02 февраля 2021 года № 305-ЭС20-18448, Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08 апреля 2021 года № 308-ЭС19-24043.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744 изложена правовая позиция, согласно которой действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена как оказывающая предпочтение кредитору, так как в этом случае отсутствует такой квалифицирующий признак, как получение какого-либо предпочтения по отношению к другим кредиторам.

Кроме того, истцом не принято во внимание, что согласно п. 2.2.4 договора стороны договорились о том, что четвертый платеж в размере 10% от общей стоимости договора, что составляет 2 584 200 руб., производится покупателем в один из следующих сроков (в зависимости от того, что наступит ранее): в течение 45 рабочих дней после выполнения поставщиком всех работ по шеф-монтажу и пусконаладке оборудования и подписания обеими сторонами акта приемки пусконаладочных работ по договору на выполнение ШМР и ПНР, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика, либо после истечения 6 месяцев с даты поставки согласно п. 5.9 настоящего договора, и при условии получения покупателем оригинала счета поставщика.

Из представленного в материалы дела акта № 1201002 от 01.12.2020 следует, что данный акт подписан со стороны истца 01.12.2020, а со стороны ответчика 25.12.2020.

Таким образом, оплата четвертого платежа должна быть произведена ответчиком не позднее 10.03.2021.

При этом, окончательный платеж с учетом удержанной суммы неустойки произведен ответчиком 04.03.2021 платежным поручением № 1343, т.е. в установленные договором сроки, в связи с чем, правовых оснований для взыскания с ответчика начисленной истцом неустойки за период с 11.02.2021 по 08.06.2021 не имеется.

Истцом заявлено ходатайство об уменьшении начисленной и удержанной ответчиком неустойки до двукратной ключевой ставки Центрального банка Российской в соответствии со ст.333 ГК РФ в связи с её несоразмерным характером последствиям нарушения обязательства, которое не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81, сторона по делу, представляя заявление о применении ст. 333 ГК РФ, должна представить доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Поскольку в силу п. 1 ст. 333 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, он может в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах, в том числе основанные на средних показателях по рынку (изменение процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, колебания валютных курсов и т.д.).

Сторона по делу о взыскании неустойки не может ссылаться на обстоятельства, связанные с его деятельностью, в качестве законного обоснования невозможности исполнить обязательство, обеспеченное неустойкой, а именно: тяжелое финансовое положение; неисполнение обязательств контрагентами; задолженность перед другими кредиторами; наложение ареста на денежные средства или иное имущество ответчика; непоступление денежных средств из бюджета; добровольное погашение долга полностью или в части на день рассмотрения спора; выполнение ответчиком социально значимых функций; наличие у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, процентов по договору займа).

Указанные обстоятельства сами по себе не являются надлежащими основаниями для снижения неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ.

Подписывая договор, истец, ведущий предпринимательскую деятельность на свой риск, согласился с неустойкой в оговоренных размерах, но, умышленно не исполнив свои обязательства надлежащим образом в течение длительного периода, возражает против этой неустойки.

Кроме того, в обоснование применения при определении размера неустойки двукратной ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации истец ссылается на п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81.

При этом, данные разъяснения касаются определения размера неустойки при нарушении денежных обязательств. Просрочка поставки, за которую ответчиком начислена неустойка, к таковым не относится.

Таким образом, истец не представил доказательств несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в связи с чем, оснований для применения ст. 333 ГК РФ не имеется.

При таких обстоятельствах, учитывая вышеизложенное, исковые требования не обоснованы, незаконны, документально не подтверждены и не подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании ст.ст. 309, 310, 330, 407, 486, 506, 516 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 111, 123, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать ООО «Телекор» в удовлетворении исковых требований.

Взыскать с ООО «Телекор» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 75 433 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья А.Г. Антипова