Постановление от 26 июня 2019 г. по делу № А60-22308/2018



АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2343/19

Екатеринбург

26 июня 2019 г.


Дело № А60-22308/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2019 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Полуяктова А.С.,

судей Лазарева С.В., Столярова А.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Руском Плюс» (далее – общество «Руском Плюс») на решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2018 по делу № А60-22308/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель общества «Руском Плюс» - Титова А.В., по доверенности от 10.12.2018.

Общество «Руском Плюс» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области к обществу с ограниченной ответственностью «ЕЗРА-ФКО» (далее – общество «ЕЗРА-ФКО»), к закрытому акционерному обществу (ЗАО) «Энергетическая компания Завода радиоаппаратуры» (далее – общество «Энергетическая компания Завода радиоаппаратуры») об освобождении имущества от ареста - об устранении препятствия в распоряжении принадлежащим истцу на праве собственности имуществом - объектом недвижимости с кадастровым номером 66:41:0604001:3813 - Помещение (литер А), общей площадью 1 148, 3 кв. м, номера на поэтажном плане: 4 этаж - помещения № 1-9, 15-97, назначение: нежилое, находящееся по адресу: г.Екатеринбург, ул. Щорса д. 7.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной службы судебных приставов Октябрьского района города Екатеринбурга.

Решением суда от 14.11.2018 (судья Бадамшина О.А.) в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 (судьи Дюкин В.Ю., Зеленина Т.Л., Полякова М.А.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Руском Плюс» просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований, полагая, что судебные акты противоречат статье 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также позиции, изложенной в пункте 95 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судам некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Как указал заявитель, запись о наложении ареста внесена в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним 06.02.2018, то есть через 5 месяцев после заключения договора купли-продажи и регистрации перехода права собственности на объект недвижимости, поэтому на момент заключения договора купли-продажи сведения об арестах или запретах в отношении объекта недвижимости в ЕГРП отсутствовали и общество «Руском Плюс», заключая договор купли-продажи, не могло знать о том, что через несколько месяцев после заключения договора купли-продажи на объект недвижимости будет наложен арест.

Также заявитель отмечает, что вывод суда апелляционной инстанции, согласно которому информация о возбуждении исполнительного производства в отношении продавца могла быть получена истцом, не опровергает обоснованности исковых требований. Заявитель указывает, что общество «Руском Плюс» имело все основания полагать, что задолженность в рамках исполнительного производства будет взыскана без обращения взыскания на имущество должника, с учетом размера требования в рамках исполнительного производства (595 000 руб.), стоимости объекта недвижимости, приобретенного истцом (29 800 000 руб.), а также отсутствия на момент заключения договора купли-продажи иных исполнительных производств в отношении должника. Кроме того, истец полагал, что, несмотря на наличие возбужденного исполнительного производства, с учетом принципа соразмерности, в соответствии со статьей 69 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), а также по аналогии с пунктом 1 статьи 54.1 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости), взыскание не может быть обращено на приобретаемый объект недвижимости.

Как следует из материалов дела, в производстве Октябрьского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области находилось исполнительное производство № 23161/17/66005-ИП, возбужденное на основании исполнительного листа от 28.04.2017 № ФС 016711190, выданного Арбитражным судом Свердловской области по делу № А60-57047/2016 в отношении должника - общества «ЕЗРА-ФКО».

В рамках исполнительного производства постановлением судебного пристава-исполнителя от 05.09.2017 объявлен запрет на совершение регистрационных действий, а также регистрации ограничений и обременений в отношении имущества, в том числе: помещения (литер А), общей площадью 1148, 3 кв. м, находящееся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Щорса д. 7, кадастровый номер 66:41:0604001:3813.

Общество «Руском Плюс» обратилось с иском об освобождении от ареста вышеуказанного имущества - помещения (литер А), общей площадью 1 148, 3 кв. м, находящееся по адресу: г. Екатеринбург, ул. Щорса д. 7, кадастровый номер 66:41:0604001:3813. В обоснование исковых требований истец указал на то, что является собственником спорного имущества, приобретенного на основании заключенного с обществом «ЕЗРА-ФКО» договора купли-продажи № РКП-2017/09/25 от 25.09.2017 и в отношении данного имущества необоснованно установлены запретительные меры.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в иске, исходили из того, что истец заключил с ответчиком (должником по исполнительному производству) договор купли-продажи помещения в период действия запретительных мер, наложенных судебным приставом-исполнителем, который исполнял решение суда о взыскании денежных средств с ответчика и при этом судами установлено недобросовестное поведение истца (покупателя), который мог и должен был знать о наличии запретительных мер, так как, действуя разумно и добросовестно, должен был потребовать у продавца сведения об отсутствии арестов и иных запретов, в том числе в связи с исполнительным производством, в отношении планируемого к покупке имущества. При таких обстоятельствах суды сделали вывод о том, что истец не может быть признан добросовестным приобретателем, который вправе требовать освобождения имущества от ареста.

Изучив материалы дела, заслушав представителя участвующего в деле лица, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, суд кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене по следующим основаниям.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) гражданские права защищаются путем их признания, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Частью 1 статьи 80 Закона об исполнительном производстве предусмотрено, что в целях обеспечения исполнения исполнительного документа, содержащего требования об имущественных взысканиях, судебный пристав-исполнитель вправе наложить арест на имущество должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 119 Закона об исполнительном производстве в случае возникновения спора, связанного с принадлежностью имущества, на которое обращается взыскание, заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском об освобождении имущества от наложения ареста или исключении его из описи.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 50 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу статьи 119 Федерального закона «Об исполнительном производстве» при наложении ареста в порядке обеспечения иска или исполнения исполнительных документов на имущество, не принадлежащее должнику, собственник имущества (законный владелец, иное заинтересованное лицо) вправе обратиться с иском об освобождении имущества от ареста.

Таким образом, правом на обращение с иском об освобождении имущества от ареста обладает собственник (иной законный владелец) имущества, на которого возложена обязанность по доказыванию своего права на спорное имущество (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации – далее по тексту – АПК РФ).

В обоснование исковых требований истец указывает, что является собственником спорного имущества, о чем им представлен договор купли-продажи от 25.09.2017 № РКП-2017/09/25, право собственности истца зарегистрировано 11.10.2017.

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 ГК РФ).

При исследовании обстоятельств настоящего спора судами установлено, что договор купли-продажи заключен в период действия ареста в отношении спорного имущества. При этом суды указали на наличие в действиях истца недобросовестного поведения, поскольку истец, действуя разумно и добросовестно, должен был потребовать у продавца сведения об отсутствии арестов и иных запретов в отношении планируемого к покупке имущества.

Однако, делая вывод о недобросовестном поведении покупателя, суды первой и апелляционной инстанции не учли следующее.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» обращено внимание судов на то, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В пункте 95 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 разъяснено, что с момента внесения в соответствующий государственный реестр прав сведений об аресте имущества признается, что приобретатель должен был знать о наложенном запрете (статья 8.1 ГК РФ).

При этом, как разъяснено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.09.2008 № 6343/08, внесение в реестр сведений об аресте имущества исключает правомерность его передачи и регистрации перехода права собственности на него, даже если договор купли-продажи такого имущества заключен до наложения на него ареста. В случае передачи имущества и регистрации перехода права собственности на него после наложения ареста, но до внесения соответствующей записи в реестр, передача имущества может быть признана неправомерной, если будет доказано, что приобретатель знал или должен был знать об аресте этого имущества

Исходя из действующего законодательства и вышеуказанных разъяснений по его применению, следует учитывать, что заключение договора купли-продажи, передача имущества и регистрация перехода права собственности на него после наложения ареста, но до внесения соответствующей записи в реестр, не исключает необходимости исследования вопроса о добросовестности приобретателя имущества.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Вместе с тем, выводы судов о том, что при заключении договора купли-продажи от 25.09.2017 № РКП-2017/09/25 в период действия ареста, о чем мог и должен был знать не только продавец, но и покупатель, так как, действуя разумно и добросовестно, покупатель должен был потребовать от продавца предоставить сведения об отсутствии арестов и иных запретов, наложенных в отношении планируемого к покупке имущества, не соответствуют установленным судами фактическим обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, запись о наложении запрета в отношении спорного недвижимого имущества на основании постановления Октябрьского районного отдела судебных приставов г. Екатеринбурга УФССП России по Свердловской области от 05.09.2017 внесена в Единый государственный реестр недвижимости 06.02.2018.

Соответственно, на момент заключения договора купли-продажи и регистрации перехода права собственности на объект недвижимости в общедоступном источнике сведений о наличии арестов и запретов в отношении недвижимого имущества, каковым является Единый государственный реестр недвижимости, отсутствовали сведения о наличии каких-либо запретительных мер в отношении спорного объекта недвижимости.

При этом доказательства того, что в отсутствии соответствующих сведений в Едином государственном реестре недвижимости на момент совершения спорной сделки истец знал или мог узнать о ведущемся в отношении продавца исполнительном производстве и о наложенных в отношении спорного имущества запретах, в материалах дела не имеется.

Суды, оценивая действия истца как недобросовестные, указывая на возможность получения покупателем информации о наличии соответствующего исполнительного производства, не указали источник получения такой информации, не сослались на конкретные доказательства, в частности, не выяснили наличие на дату совершения спорной сделки в общедоступной базе исполнительных производств на официальном сайте ФССП России в сети Интернет сведений о соответствующем ведущемся в отношении продавца исполнительном производстве.

Кроме того, судами не дано никакой правовой оценки доводам истца о том, что исполнительное производство № 23161/17/66005-ИП, должником по которому является общество «ЕЗРА-ФКО», взыскателем - общество «Энергетическая компания Завода радиоаппаратуры», в рамках которого наложен запрет регистрационных действий в отношении объекта недвижимости, не связано с предметом договора купли-продажи, предметом взыскания являются денежные средства.

При этом истец в обоснование того, что он, действуя разумно и добросовестно, не мог предполагать о наличии ареста недвижимости в связи с указанным исполнительным производством, ссылался, в частности, в дополнении к доводам апелляционной жалобы, на то, что сумма взыскания по исполнительному листу в рамках исполнительного производства № 23161/17/66005-ИП составляет лишь 1,997% (595 000 рублей) от стоимости арестованного объекта недвижимости (29 800 000 рублей), что явно не отвечает принципу соотносимости объема требований взыскателя и мер принудительного исполнения, предусмотренного пунктом 5 статьи 4 Закона об исполнительном производстве.

Однако суды данным доводам истца не дали надлежащей правовой оценки.

Учитывая изложенное выше, а также пояснения представителя истца в судебном заседании кассационной инстанции о возбуждении в отношении продавца дела о несостоятельности (банкротстве) № А60-58560/2018 и введении процедуры наблюдения, с целью оценки действий истца как добросовестных или недобросовестных при заключении договора купли-продажи помещения в период действия запретительных мер, наложенных судебным приставом-исполнителем, при новом рассмотрении дела судом, в частности, подлежат исследованию вопросы об аффилированности продавца и покупателя по договору купли-продажи от 25.09.2017 № РКП-2017/09/25, об экономическом основании и реальных экономических целях совершения спорной сделки, а также о схеме оплаты по спорному договору купли-продажи, в связи с чем исследованию судом подлежат акт приема-передачи векселей от 25.09.2017 между ПАО «АК БАРС» и обществом «Руском Плюс», акт приема-передачи векселей от 25.09.2017 между обществом «Руском Плюс» и обществом «ЕЗРА-ФКО» в рамках исполнения договора от 25.09.2017 № РКП-2017/09/25, платежное поручение № 594 от 25.09.2017, договор уступки прав (требований) от 25.09.2017 между ПАО «АК БАРС» и обществом «ЕЗРА-ФКО». Судом апелляционной инстанции указанные доказательства были приобщены к материалам дела, однако не были исследованы и оценены по правилам ст. 71 АПК РФ.

При таких обстоятельствах выводы судов о недобросовестном поведении истца (покупателя) при заключении договора купли-продажи от 25.09.2017 №РКП-2017/09/25 не соответствуют имеющимся в деле доказательствам и установленным судами обстоятельствам, являются преждевременными.

Поскольку судами допущены существенные нарушения норм процессуального права, не установлены необходимые для правильного рассмотрения настоящего дела юридически значимые обстоятельства, судебные акты нельзя признать законными и обоснованными, они подлежат отмене, а дело - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное, рассмотреть вопрос о привлечении в процесс арбитражного управляющего общества «ЕЗРА-ФКО», установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, дать надлежащую правовую оценку всем имеющимся в деле доказательствам и доводам сторон в совокупности и разрешить спор в соответствии с требованиями действующего законодательства Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 14.11.2018 по делу №А60-22308/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2019 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.





Председательствующий А.С. Полуяктов


Судьи С.В. Лазарев


А.А. Столяров