Решение от 30 января 2018 г. по делу № А70-16364/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-16364/2017
г. Тюмень
31 января 2018 года
Решение в виде резолютивной части принято 25 января 2018 года.

Заявление о составлении мотивированного решения от 26 января 2018 года.

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2018 года.


Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Щанкиной А.В., рассмотрев в порядке упрощенного производства без вызова сторон дело по исковому заявлению

открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (607232, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304721403600067, ИНН <***>)

о взыскании 180 000 руб. и судебных расходов,

установил:

открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 304721403600067, ИНН <***>) о взыскании 180 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 289 416, а также 280 руб. расходов на приобретение контрафактного товара, 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП и 84 руб. почтовых расходов.

Исковые требования со ссылкой на ст.ст.1225, 1229, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы тем, что ответчик незаконно использовал товарный знак, обладателем исключительной лицензии на который является истец, без согласия истца.

Исходя из того, что заявленная сумма исковых требований менее 500 000 руб., определением от 29.11.2017 указанное заявление в порядке подп.1 ч.1 ст.227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) принято к производству суда, рассмотрение дела назначено в порядке упрощенного производства.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке ст.123 АПК РФ.

От ИП ФИО1 в материалы дела представлен отзыв, в котором ответчик заявил о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав истца, мотивировав заявление однократностью допущенного нарушения, и несоразмерностью заявленного размера компенсации. Ответчик возражает против применения к расчету двукратного размера стоимости права использования товарного знака, рассчитанного исходя из представленного в материалы дела лицензионного договора от 01.10.2016, заключенного между ОАО «Рикор Электроникс» (лицензиар) и ООО «Техносфера» (лицензиат), указывая что «сравнимые обстоятельства» в данном случае отсутствуют, поскольку имеет место значительный временной интервал между датой заключения указанного договора (01.10.2016) и датой предложения ответчиком к продаже товара, содержащего изображение товарного знака истца (14.09.2017). Кроме того, указал, что в поименованном договоре правоотношения с лицензиатом носят длящийся характер и распространяются на внушительный перечень товаров, на которые в соответствии с классами МКТУ (классы МКТУ: 07,09,12 и 20) товарный знак может быть нанесен. Вместе с тем, ответчик не исключает признаки мнимой сделки в отношении представленного в обоснование размера компенсации лицензионного договора от 01.10.2016, поскольку: во-первых, согласно сведениям из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Техносфера» по состоянию на 12.12.2017 в разделе об основном и дополнительных видах деятельности не указаны виды деятельности, которые бы относились к транспортным средствам, элементам электронной аппаратуры (ОКВЭД истца), к производству электрического оборудования, машин и оборудования, не включенных в другие группировки, к производству автотранспортных средств, прицепов и полу прицепов, к производству прочих транспортных средств и оборудования, к ремонту и монтаж машин и оборудования, к торговле оптовой и розничной автотранспортными средствами и мотоциклами и их ремонт, что по мнению ответчика свидетельствует о том, что лицензиат (ООО «Техносфера») не занимался и не занимается деятельностью, связанной с предоставленными ему истцом исключительными правами на использование товарного знака; а во-вторых, в материалы дела истцом не представлены доказательства исполнения лицензионного договора от 01.10.2016 заключившего его сторонами в части выплаты  лицензиару фиксированного вознаграждения в размере 90 000 руб. (учитывая, что данная обязанность предусмотрена п.4.1 договора). В связи изложенным, ответчик полагает размер компенсации, заявленный в иске необоснованным, требования в части взыскания  компенсации подлежащими уменьшению до разумного размера до 10 000 руб. Также, в материалы дела от ответчика представлено ходатайство о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

В п.9 постановления Пленума ВС РФ от 18.04.2017 №10 «О некоторых вопросах применения судами положений ГПК РФ и АПК РФ об упрощенном производстве» разъяснено, что в случае необходимости выяснения дополнительных обстоятельств или исследования дополнительных доказательств суд вправе вынести определение о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства или производства по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений (ч.4 ст.232.2 ГПК РФ, ч.5 ст.227 АПК РФ).

Названное определение может быть вынесено, в том числе по результатам рассмотрения арбитражным судом ходатайства стороны, указавшей на наличие одного из обстоятельств, предусмотренных п.п.1 - 4 ч.5 ст.227 АПК РФ, в случае его удовлетворения.

При этом, возражая против рассмотрения дела в порядке упрощенного производства, ответчик не представил доказательств, которые могут служить основанием для рассмотрения дела по общим правилам искового производства.

Порядок рассмотрения дел в порядке упрощенного производства установлен в главе 29  АПК РФ.

В ч.1 ст.227 АПК РФ содержится перечень дел, подлежащих рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Из материалов дела следует, что истец обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании о взыскании 180 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, а также судебных расходов. Представителями сторон являются юридическое лицо и индивидуальный предприниматель. Таким образом, указанное исковое заявление подлежит рассмотрению судом в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

Суд, наделенный прерогативой решения вопроса о наличии либо отсутствии вопросов, требующих специальных знаний, а также оснований для рассмотрения дела по общим правилам искового судопроизводства, полагает, что обстоятельства, препятствующие рассмотрению настоящего дела в порядке упрощенного производства, отсутствуют.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, оснований для рассмотрения настоящего иска по общим правилам искового судопроизводства по мнению суда не имеется, ходатайство ответчика удовлетворению не подлежит.

25.01.2018 судом принято решение в виде резолютивной части, исковые требования удовлетворены частично.

Данный судебный акт опубликован на официальном сайте Федеральные арбитражные суды Российской Федерации http://каd.arbitr.ru/ 26.01.2018.

26.01.2018 от истца поступило ходатайство о выдаче мотивированного решения по делу № А70-16364/2017.

В соответствии с п.2 ст.229 АПК РФ, по заявлению лица, участвующего в деле, по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение в течение пяти дней со дня поступления соответствующего заявления.

Исследовав обстоятельства дела, письменные доказательства, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ОАО «Рикор Электроникс» является правообладателем товарного знака в виде изобразительного обозначения в отношении товаров 7, 9, 12, 20 классов МКТУ, согласно свидетельству № 289 416 от 23.05.2005, с датой приоритета 22.07.2004, сроком действия до 22.07.2014. В Приложении к свидетельству на товарный знак № 289 416 указана дата, до которой продлен срок действия исключительного права – 22.07.2024.

Наименование и адрес правообладателя товарного знака, согласно приложению к указанному свидетельству от 20.02.2007 изменено на открытое акционерное общество «Рикор Электроникс» (прежнее наименование правообладателя - открытое акционерное общество «Арзамасский завод радиодеталей»).

14.09.2017 в <...>, в магазине «Автозапчасти», где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, был реализован товар: датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД).

В качестве доказательств нарушения права представлены: товар ДПЗД, кассовый и товарный чеки от 14.09.2017, последний содержит наименование продавца «ИП ФИО1.», с реквизитами ответчика  (ИНН <***>) на сумму 280 руб. (наименование товара – датчик дрос.заслон), видеозапись закупки (л.д.41-42).

Истец, полагая, что ответчик нарушил исключительные права, принадлежащие ОАО «Рикор Электроникс», обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Согласно ст.1248 ГК РФ, связанные с защитой нарушенных или оспоренных интеллектуальных прав, рассматриваются и разрешаются судом.

Согласно ст.1225 ГК РФ товарный знак относится к средствам индивидуализации, охраняемым законом.

Поскольку спор возник из нарушения прав истца на товарный знак, служащий для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, в связи с чем и по смыслу п.58.6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 29 от 26.03.2009 подведомственен арбитражному суду.

Товарный знак по свидетельству № 289 416 включают буквенное обозначение , выполненное стандартными заглавными буквами латинского алфавита «А» и «Р».

В соответствии с ч.1 ст.1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст.1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

В соответствии со ст.9 Парижской конвенции по охране промышленной собственности  от 20.03.1883 (ратифицированной СССР 01.07.1965) правообладатель имеет право на охрану принадлежащего ему товарного знака.

Согласно ст.10-bis указанной Конвенции «3. … подлежат запрету: а) все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента».

Согласно ст.1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах (ст.1286 ГК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу, что истец в связи с оформлением исключительного права на товарный знак по свидетельству № 289 416 обладает правом на обращение в суд за защитой исключительных прав на использование товарного знака.

Согласно ст.ст.1233, 1235, 1236 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом путем предоставления другому лицу права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности в установленных лицензионным договором пределах.

По смыслу вышеназванных норм действующего законодательства нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование (размещение на товаре или упаковке) не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Исследовав и оценив представленное в материалы дела доказательства – датчик положения дроссельной заслонки (ДПЗД), руководствуясь Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482), суд пришел к выводу, что товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению , зарегистрированного в качестве товарного знака № 289 416; ввиду использования характерных изобразительных особенностей расположения букв «А» и «Р»: пропорции и характерное положение их черт, из чего суд приходит к выводу о сходстве до степени смешения спорного товара с товарным знаком, зарегистрированным под № 289 416.

Факт реализации ответчиком товара с использованием товарного знака (товарный знак № 289 416), правообладателем которого является истец, подтверждается представленным подлинными экземплярами кассового и товарного чеков от 14.09.2017 на сумму 280 руб., которые содержат дату продажи - от 14.09.2017, наименование продавца, его статус, ИНН (л.д.41).

Также приобретение в торговой точке ответчика товара - датчика положения дроссельной заслонки с изображением  в углублении датчика, подтверждается видеозаписью процесса покупки контрафактного товара (л.д.41), ответчиком принадлежность торговой точки последнему не опровергнута.

В соответствии с ч.2 ст.64 АПК РФ аудио- и видеозаписи допускаются в качестве доказательств.

Согласно с ч.2 ст.162 АПК РФ воспроизведение аудио- и видеозаписей производится арбитражным судом в зале судебного заседания или в ином специально оборудованном для этой цели помещении.

В ходе рассмотрения дела судом была воспроизведена приобщенная к материалам дела видеозапись процесса покупки, которая отображает точку продажи товара – магазин «Автозапчасти», также зафиксирован процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты посредством безналичного расчета банковской картой, выдачи товарного чека от 14.09.2017 и чека платежного терминала банка от 14.09.2017.

Данное обстоятельство ответчиком не оспорено.

Таким образом, оценив указанные доказательства в совокупности, суд пришел к выводу о доказанности факта приобретения спорного товара у ответчика.

Доводы ответчика в отзыве о том, что на временном отрезке записи с 01 мин 13 сек – по 01 мин 27 сек не видно самого товара подлежат отклонению, поскольку судом осуществлен просмотр данной видеозаписи и факты монтажа записи судом не установлены.

О фальсификации доказательств ответчиком в порядке ст. 161 АПК РФ также не заявлено. 

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот вышеуказанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения с ответчиком и т.п.), в материалы дела не представлено (ст.ст.9, 65 АПК РФ).

В соответствии с п.п.2 п.42 Правил № 482 по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Сказанное проиллюстрировано примерами в отношении изобразительных обозначений, которые могут быть отнесены к сходным до степени смешения (п.5.2.1. Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных Приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197).

Согласно п.13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят это обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг (п.37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиум Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Товар, приобретенный истцом, выполнен с подражанием изображению .

Таким образом, реализация ответчиком товара с использованием товарного знака, принадлежащего истцу, является нарушением исключительных прав последнего.

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ).

В п.п.43.2 и 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой ГК РФ» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абз.2 ст.1301, абз.2 ст.1311, подп.1 п.4 ст.1515 или подп.1 п.2 ст.1537 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации, суд, учитывая в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что нарушение выразилось в использовании товарного знака, зарегистрированного под № 289 416, путем предложения к продаже и реализации товара, содержащего изображение сходного до степени смешения с указанным товарным знаком.

Доказательств, подтверждающих наличие у ответчика законных оснований для использования товарного знака истца, в материалы дела не представлено.

С учетом изложенного, размер компенсации за каждый случай нарушения прав истцом определен  следующим  образом:  за  нарушение  исключительного  права на товарный знак № 289 416 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца) по лицензионному соглашению от 01.10.2016.

Возражая, ответчик указал на необоснованность заявленного размера компенсации и заявил ходатайство о ее снижении.

По мнению ответчика не могут быть расценены в качестве сравнимых, обстоятельства с временным интервалом около года, учитывая дату подписания лицензионного договора от 01.10.2016 и дату предложения к продаже спорного товара ответчиком (14.09.2017). Также не могут расценены в качестве сопоставимых условия для определения размера компенсации, которые в одном случае - носят длящийся характер (срок действия лицензионного договора от 01.10.2016 с момента подписания до 22.07.2024 - п.5.2), и распространяются в отношении всех товаров, включенных в классы по МКТУ 07,09,12,20, и в другом случае - в отношении одного товара, однократно реализованного ответчиком.

Кроме того, возражая, ответчик ставит под сомнение сам факт заключения представленного в материалы дела лицензионного договора от 01.10.2016, поскольку доказательств оплаты лицензиару фиксированного вознаграждения в размере 90 000 руб. не представлено, а также в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ в части указанных сведений ОКВЭД в отношении ООО «Техносфера» (лицензиат по договору от 01.10.2016), ООО «Техносфера» деятельность, связанную с предоставленными ему истцом исключительными правами на использование товарного знака, не осуществляет.

Также в отзыве ответчик заявил о снижении размера компенсации до 10 000 руб., поскольку указанный размер является, по его мнению,  соразмерным допущенному нарушению исключительных прав истца.

Заявленный истцом размер компенсации по товарному  знаку № 289 416 в размере 180 000 руб., рассчитанный по правилам п. 2 ч. 4 ст. 1515 ГК РФ (двукратный размер стоимости права пользования товарным знаком) суд не может признать разумным и обоснованным в силу следующего.

Согласно Обзору судебной практики Верховного суда РФ № 3 (2017), утвержденной Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2 постановления от 13 декабря 2016 г. N 28-П, положения подп. 1 ст. 1301, подп. 1 ст. 1311 и поди. 1 п. 4 ст. 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее ст. 17 (ч. 3), 19 (чч. 1 и 2), 34 (ч. 1) и 55 (ч. 3) в той мере, в какой в системной связи с п. 3 ст. 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из основных начал гражданского законодательства, а именно признания равенства участников регулируемых им отношений (ст. 1 ГК РФ), определение с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общего размера компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, допустимо не только в отношении индивидуальных предпринимателей и физических лиц, но и в отношении юридических лиц.

Учитывая системную связь подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ с п. 3 ст. 1252 ГК РФ, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами (Определение Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-13233).

В настоящем случае обществом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления фирмы, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Суд полагает предоставленное стороной ответчика ходатайство о снижении размера компенсации, мотивированное однократностью допущенного нарушения, и несоразмерностью заявленного размера компенсации обоснованным и подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В настоящем случае судом учитывается, что товарный знак, в отношении которого заявлено требование о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав, принадлежит одному правообладателю – истцу, был нанесен в виде одного изображения на один товар, однократно реализованный ответчиком.

Доказательств иного истец суду не предоставил (ст.ст. 9, 65 АПК РФ)

Кроме того, суд критически относится к предоставленному истцом в материалы дела лицензионному соглашению (договору) от 01.10.2016 по следующим причинам.

В соответствии со ст.ст.1232, 1369, 1490 ГК РФ договор об отчуждении патента, лицензионный договор и другие договоры, посредством которых осуществляется распоряжение исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец, а также договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, лицензионный договор и другие договоры, посредством которых осуществляется распоряжение исключительным правом на товарный знак, подлежат государственной регистрации в Роспатенте и без указанной регистрации считаются недействительными (п.50 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 5, Пленума ВАС РФ № 29 от 26.03.2009).

Вместе с тем, доказательств регистрации в установленном законом порядке лицензионного договора от 01.10.2016 истцом в материалы дела не представлено (ст.ст.9,65 АПК РФ).

Кроме того, каких-либо документов, свидетельствующих о реальных взаимоотношениях между истцом и ООО «Техносфера» в части оплаты лицензионных платежей (платежные поручения об оплате), в материалы дела истцом также не предоставлено (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Кроме того, суд считает обоснованными доводы ответчика о том, что в лицензионном договоре правоотношения с лицензиатом носят длящийся характер и распространяются на внушительный перечень товаров, на которые в соответствии с классами МКТУ (классы МКТУ: 07,09,12 и 20) товарный знак может быть нанесен, и данные выплаты, даже если они и имело место в действительности, не могут быть приняты за основу взыскания с ответчика компенсации за однократное нанесение товарного знака на один товар.

На основании изложенного, представленный лицензионный договор от 01.10.2016 суд не может признать в качестве допустимого доказательства в обоснование размера компенсации за нарушение исключительных прав истца ввиду их однократного нарушения ответчиком на сумму 180 000 руб.

Также суд учитывает и то, что заявленный истцом размер компенсации в размере 180 000 руб., рассчитанный как двукратный размер стоимости права пользования товарным знаком, превышает двукратный размер стоимости самого реализованного и приобретенного товара в 320 раз, что также, по мнению суда, является несоразмерной разницей.

Отклонение в данном случае ходатайства ответчика о снижении размера компенсации, мотивированное однократностью допущенного нарушения и несоразмерностью заявленного размера компенсации с приведенными мотивами такой несоразмерности, по мнению суда, будет являться нарушением конституционных принципов справедливости и разумности ответственности за нарушенное право.  

Исследовав и оценив в совокупности в соответствии со ст.71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, принимая во внимание: характер и однократность допущенного ответчиком нарушения исключительного права истца на товарный знак по свидетельств № 289 416, отсутствие в материалах дела доказательств наличия у истца убытков вследствие допущенного ответчиком нарушения, отсутствие доказательств грубого нарушения ответчиком прав истца, установленную в ГК РФ (п.3 ст.1252) и Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П обязанность суда определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в установленных пределах в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости, учитывая то, что доказательств регистрации в установленном законом порядке лицензионного договора от 01.10.2016, также как и доказательств реального перечисления лицензионных платежей истцом в материалы дела не представлено (ст.ст.9,65 АПК РФ), суд считает необходимым снизить размер компенсации до 10 000 руб., что, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и справедливости до приведения в соответствии с Конституцией Российской Федерации положений ст.1515 и ст.1252 ГК РФ. 

Также истцом заявлено ходатайство о взыскании с ответчика 280 руб. судебных издержек на приобретение контрафактного товара, 6 400 руб. расходов по уплате государственной пошлины, 200 руб. расходов за получение выписки из ЕГРИП и 82 руб. почтовых расходов.

В соответствии со ст.110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно ст.106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 23.12.2014 № 2777-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы закрытого акционерного общества «Предприятие «Стройинструмент» на нарушение конституционных прав и свобод ч.2 ст.110 АПК РФ», если иск удовлетворен частично, то это одновременно означает, что в части удовлетворенных требований арбитражный суд подтверждает правомерность заявленных требований, а в части требований, в удовлетворении которых отказано, арбитражный суд подтверждает правомерность позиции ответчика, отказавшегося во внесудебном порядке удовлетворить такие требования истца в заявленном объеме.

Соответственно, в случае частичного удовлетворения иска и истец, и ответчик в целях восстановления нарушенных прав и свобод в связи с необходимостью участия в судебном разбирательстве вправе требовать присуждения понесенных ими судебных расходов, но только в части, пропорциональной соответственно или объему удовлетворенных арбитражным судом требований истца, или объему требований истца, в удовлетворении которых арбитражным судом было отказано.

Удовлетворение же на основании представленных сторонами доказательств требований истца о взыскании компенсации в размере, меньше чем изначально заявленный, является основанием для частичного удовлетворения иска по смыслу абз.2 ч.1 ст.110 АПК РФ, и влечет отнесение судебных расходов на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (постановление Суда по интеллектуальным правам от 21.06.2017 №С01-378/2017 по делу №А35-4725/2016).

При таких обстоятельствах с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 15 руб. 57 коп. расходов на приобретение контрафактного товара, 355 руб. 84 коп. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, 11 руб. 12 коп. расходов за получение выписки из ЕГРИП и 04 руб. 68 коп почтовых расходов в порядке ст.110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181-182, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304721403600067, ИНН <***>) в пользу открытого акционерного общества «Рикор Электроникс» (607232, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) 10 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный за № 289 416, 15 рублей 57 копеек расходов на приобретение контрафактного товара, а также 355 рублей 84 копейки в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, 11 рублей 12 копеек расходов за получение выписки из ЕГРИП и 04 рубля 68 копеек почтовых расходов.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Выдать исполнительный лист.

Решение может быть обжаловано в течение пятнадцати дней в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы в Арбитражный суд Тюменской области.


 Судья


Щанкина А.В.