Решение от 28 февраля 2023 г. по делу № А32-28395/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

350063, г. Краснодар, ул. Постовая, 32

E-mail: info@krasnodar.arbitr.ru

http://krasnodar.arbitr.ru



Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

арбитражного суда первой инстанции


дело №А32-28395/2022


г. Краснодар «28» февраля 2023 года.


Резолютивная часть решения объявлена 21 февраля 2023 года.

Решение суда в полном объеме изготовлено 28 февраля 2023 года.


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Миргородской О.П., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Н.Ю. Гоовым, рассмотрев в открытом судебном заседании дело №А32-28395/2022

по исковому заявлению администрации Приморско-Ахтарского района (ИНН <***>) г. Приморско-Ахтарск

к ФИО1 (ИНН <***>) г. Приморско-Ахтарск

о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 747 408,79 рублей и 26 441,44 рублей.

УСТАНОВИЛ:

Администрация Приморско-Ахтарского района (далее – истец) обратилась в суд с иском к ФИО1 (далее – ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 747 408,79 рублей основного долга и 26 441,44 рублей пени.

В судебное заседание стороны явку представителей не обеспечили, о времени и месте заседания уведомлены надлежащим способом в порядке статьи 123 АПК РФ.

Судебное заседание проведено в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей сторон.

Суд, изучив и исследовав материалы дела, счел требования не подлежащими удовлетворению на основании следующего.


24.02.2009 г. между администрацией муниципального образования Приморско-Ахтарский район (далее - администрация) и ООО «Ахтарский прудовой комплекс» (далее - общество) заключен договор аренды № 2500002593, земельного участка с кадастровым номером 23:25:0505000:4, площадью 9 840 000 кв.м., под прудовым хозяйством, по адресу: Краснодарский край, х. Новонекрасовский (далее - договор аренды).

05.08.2013 г., определением Арбитражного суда Краснодарского края (далее - суд) в отношении Общества возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

24.01.2014 г., решением суда по делу № А32-32445/2013, по договору аренды с общества взыскана задолженность в пользу администрации в размере 332 127,21 руб., из них: задолженность по арендной плате за период с 01.01.2013 г. по 25.09.2013 г. в размере 331 511,50 руб. и пени за период с 16.06.2013 г. по 25.09.2013 г. в размере 615,71 руб.

С учетом положений статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Федеральный закон № 127-ФЗ), указанная задолженность признана текущей.

12.03.2014 г., решением суда, общество признано несостоятельным банкротом, в отношении его введено конкурсное производство.

02.09.2014 г., определением суда по делу № А32-15187/2013 о несостоятельности (банкротстве), требования администрации к обществу в размере 477 324,59 руб. из них: 451 498,86 руб. (основной долг) и 25 825,73 руб. (пени) включены в реестр требований кредиторов.

Общая сумма задолженности составила 809 451,80 руб., из них 783 010,36 руб. (задолженность по основному обязательству) и 26 441,44 руб. (задолженность по пене).

25.07.2016 г. в период конкурсного производства поступила оплата задолженности по основному обязательству в размере 35 601,57 руб.

19.03.2021 г. определением суда конкурсное производство завершено.

19.04.2021 г., согласно сведениям ЕГРЮЛ, общество ликвидировано.

После завершения конкурсного производства, непогашенная задолженность общества перед администрацией по договору аренды составила 747 408,79 руб. по основному обязательству и 26 441,44 руб. по начисленной пене.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ, ФИО1, значится генеральным директором ООО «ТД» «Ахтарский рыбозавод».

16.05.2022 г. определением суда возращено заявление администрации муниципального образования Примосрко-Ахтарский район к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по причине окончания конкурсного производства в отношении ООО «Ахтарский прудовый комплекс», по делу № А32-15187/2013.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности обоснованно истцом ссылками на положения статей 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

При рассмотрении вопроса об обоснованности требований суд руководствуется следующим.

Субсидиарная ответственность лиц, контролирующих должника-банкрота, регулируется положениями Закона о банкротстве.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с этим, при ее применении судами должны учитываться общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими последствиями, вину причинителя вреда.

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов, в силу статьи 2 Закона о банкротстве состоит в уменьшении стоимости или размера имущества должника и (или) увеличении размера имущественных требований к должнику, а также иных последствиях совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящих к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". Новая глава содержит материально-правовые нормы, регулирующие основания и условия для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также процессуальные положения, устанавливающие порядок подачи и правила рассмотрения соответствующих заявлений.

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017 и вменяемые контролирующим должника лицам действия (бездействие) имели место после указанной даты, то заявление подлежит рассмотрению в соответствии с нормами главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

По общему правилу заявления о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 данного Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 данного Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

В пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53) разъяснено, что по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

Принимая во внимание, что задолженность перед заявителем подтверждена вступившими в законную силу судебным актом, суд пришел к выводу, что истец наделен правом на обращение с иском о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках искового производства.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности обоснованно истцом ссылками на положения статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, фактические обстоятельства, с которыми истец связывает основания привлечения к субсидиарной ответственности, истцом не раскрыты.

Истец перечислил презумпции, содержащиеся в статье 61.11 Закона о банкротстве, но не обосновал, что в рассматриваемом деле презумпции являются доказанными.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

В пункте 16 постановления N 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 постановления N 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Для применения презумпции истец должен не просто указать на совершение контролирующими лицами сделок, но раскрыть в чем заключается существенный вред правам кредиторов.

В рассматриваемом случае истец не доказал ни одно из обстоятельств, которые позволяют применить указанную презумпцию доведения до банкротства.

Отсутствие документации или искажение информации сами по себе не влекут презумпцию наступления субсидиарной ответственности. Искажение информации или отсутствие документации должны быть такими, в результате которых существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Следовательно, заявитель должен не просто указать на отсутствие документов или искажение значимой информации, но и аргументировать существенность затруднения проводимых процедур банкротства.

При установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание следующее: 1) наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; 2) реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное - состояние. Однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению хотя и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок; 3) ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

Применительно к критерию совершения сделок квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы", то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения. При этом сама по себе убыточность заключенной контролирующим лицом сделки не может служить безусловным подтверждением наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности. Возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. Тогда как на истце лежит бремя опровержения названной презумпции посредством доказывания, например того, что, исходя из существа сделки, для ответчика была очевидна ее крайняя невыгодность.

Законодательством о несостоятельности не предусмотрена презумпция наличия вины в доведении до банкротства только лишь за сам факт принадлежности ответчику статуса контролирующего лица.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Бремя доказывания причинно-следственной связи между действиями или/и бездействиями и банкротством лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Вместе с тем, доказательств того, что совершенные должником сделки сами по себе либо в совокупности с иными сделками повлекли банкротство должника либо ухудшили его финансовое состояние, истец не представил. Какие-либо доказательства и обоснование того, какие совершенные должником сделки стали причиной банкротства должника и повлекли объективное банкротство должника, в материалы не представлены. Не представлены доказательства вывода активов должника в пользу аффилированного лица.

Поскольку истец не доказал наличие презумпций, предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве, суд обоснованно отказал в удовлетворении заявления о привлечении контролирующих должника по данному основанию.

Истец также указал, что контролирующие должника лица не обратились в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, что является основанием для привлечения к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы дела, суд пришел к выводу, что ответчики не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по заявленному основанию, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Таким образом, привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 настоящего Федерального закона; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Применительно к рассматриваемой ситуации, заявитель в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан доказать, когда именно наступила обязанность у руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока для подачи заявления в суд о собственном банкротстве и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Возникновение задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует безусловно о том, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве.

Имеющиеся неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловную обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Отрицательное значение активов, в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности, не свидетельствует о невозможности должника исполнять обязательства, поскольку наличие у общества задолженности перед кредиторами и по платежам в бюджет, отраженной в бухгалтерской отчетности, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Данное обстоятельство отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и пассивов применительно к определенному отчетному периоду. Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, которые в силу статьи 9 Закона о банкротстве обязывают руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

С учетом изложенного, для установления даты возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо установить возникновение у должника признаков объективного банкротства.

Для привлечения каждого из ответчиков к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 Закона о банкротстве, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

По спорам о привлечении к субсидиарной ответственности используется повышенный стандарт доказывания "ясные и убедительные доказательства" (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8)), который в отличие от традиционного стандарта, используемого в гражданско-правовых спорах ("баланс вероятностей"), предполагает снижение предельного уровня сомнений в истинности факта, сочетающегося с готовностью судьи признать факт доказанным.

Вместе с тем, обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявитель не раскрыл, когда, по его мнению, такие признаки появились у общества, и как следствие у ответчика возникла обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом)).

Заявитель не указал, когда у должника возникли признаки объективного банкротства; мотивированно не доказал, когда у руководителя должника возникла обязанность обратиться с заявлением о банкротстве должника; не представил доказательства и обоснование, что обязательства должника перед обществом возникли после этой даты.

Применительно к рассматриваемому делу истец не доказал и не обосновал, что его требования к должнику возникли в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Позиция истца фактически сводится к тому, что прекращение деятельности имеющего неисполненные перед кредиторами обязательства компании уже само по себе создает достаточную для выполнения обязанности по доказыванию презумпцию недобросовестного и неразумного поведения, в то же время судебной практикой выработан единообразный подход, заключающийся в оценке субсидиарной ответственности как экстраординарного механизма защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключения из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, в связи с чем по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах, и не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Таким образом, в связи отсутствием доказательств, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующих о моменте возникновения у руководителя должника обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом, правовые основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют.

При указанных обстоятельствах требование не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 64-71, 110, 123, 156, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в установленном законом порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.


Судья О.П. Миргородская