Решение от 25 декабря 2020 г. по делу № А76-34920/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-34920/2019
17 января 2020 г.
г. Челябинск


По результатам рассмотрения дела, рассматриваемого в порядке упрощенного производства, резолютивная часть решения от 25 декабря 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 17 января 2020 г.


Судья Арбитражного суда Челябинской области Бесихина Т.Н., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению Ровио Энтертеймент Оюй (Rovio Entertainment Oyj), Финляндия (регистрационный номер 1863026-2, далее – истец, Компания)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1, г. Миасс, Челябинская область (ОГРНИП 306168635900010, ИНН <***>, далее – ответчик, предприниматель ФИО2),

о взыскании 140 000 руб.,

УСТАНОВИЛ:

Компания обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к предпринимателю ФИО2 о взыскании 140 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107 (из расчета по 20 000 руб. за каждый товарный знак), расходов: по приобретению спорного товара в размере 65 руб., стоимости почтовых отправлений в размере 237 руб. 54 коп., стоимости получения выписки из ЕГРИП в размере 200 руб.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на ст. 1515, 1259, 1301, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и на то, что ответчик без согласия правообладателя незаконно использует охраняемые обозначения, тождественные с товарными знаками истца при осуществлении продажи товара.

Исковое заявление подано посредством заполнения 28.08.2019 (л.д.9) формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в арбитражном суде исковое заявление зарегистрировано также 28.08.2019 (л.д.3).

Определением от 25.10.2019 исковое заявление принято к производству арбитражного суда и назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также - АПК РФ).

По результатам рассматриваемого дела в порядке упрощенного производства суд принял решение, резолютивная часть которого от 25.12.2019 была размещена в соответствии с положениями ст. 229 АПК РФ на сайте арбитражного суда. Суд взыскал с ответчика в пользу истца с учетом снижения компенсацию в размере 70 000 руб. за нарушения исключительных прав истца.

От истца в установленный срок поступило заявление об изготовлении мотивированного решения по делу (л.д.63).

При принятии решения суд исходил из следующего.

Определением о принятии искового заявления к производству сторонам был предоставлен срок для предоставления отзыва и дополнительных доказательств.

Лица, участвующие в деле, о начале арбитражного процесса и рассмотрении искового заявления в порядке упрощенного производства извещались путем направления в их адрес копии определения о принятии искового заявления и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства заказным письмом с уведомлением, а также размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Ответчик направляемую ему корреспонденцию по известному суду адресу не получает (л.д.59), при этом данный адрес подтвержден выпиской из ЕГРИП (л.д.60) и адресной справкой отдела адресно-справочной работы УВМ ГУ МВД России по Челябинской области (л.д.61). Сведений о наличии у ответчика иного адреса места нахождения для получения по нему корреспонденции, помимо места регистрации, у суда не имеется.

Вместе с тем, ответчик, осуществляющий предпринимательскую деятельность, представил отзыв на исковое заявление, в котором высказал возражения против заявленных истцом требований, сославшись на несоразмерность размера компенсации совершенному правонарушению. Просил суд снизить размер взыскиваемой компенсации до 5000 руб. на каждый товарный знак (л.д.49-50).

Истец через систему «Мой арбитр» представил пояснения (л.д.46-47), возражения на отзыв ответчика (л.д.53-55), указав на неоднократное привлечение ответчика к ответственности за аналогичное нарушение.

Суд считает, что все стороны были о рассмотрении дела извещены и имели возможность представить обоснование позиции и доказательства.

Исследовав представленные по делу доказательства в совокупности, арбитражный суд установил следующее.

Согласно свидетельству об учреждении частной компании с ограниченной ответственностью, выданного в Регистрационной палате г. Хельсинки, 24.11.2003, за номером 1863026-2 была зарегистрирована компания «Ровио Энтертеймент Оюй» (Rovio Entertainment Oyj). 12.09.2017 указанная компания изменила свое название на «Ровио Энтертеймент Корпорейшн» (Rovio Entertainment Corporation).

Согласно информации, размещенной на официальном сайте World Intellectual Property Organization (WIPO) www.wipo.int в разделе открытые реестры, правообладателем товарных знаков № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107 (распечатки представлены истцом в электронном виде через систему Мой Арбитр с исковым заявлением, судом не распечатывались) является иностранное лицо Rovio Entertainment Corporation.

Указанные свидетельства внесены в Международный реестр товарных знаков, который ведется в соответствии с Мадридским соглашением и Протоколом.

Действие товарных знаков распространяется на товары (услуги) следующих классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ):

-товарный знак по свидетельству № 1091303 от 15.04.2011 в отношении классов МКТУ: № 3, 9, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43;

-товарный знак по свидетельству № 1152678 от 08.08.2012 в отношении классов МКТУ: № 03, 05, 09, 10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43;

-товарный знак по свидетельству № 1152679 от 08.08.2012 в отношении классов МКТУ: № 03, 05, 09, 103 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28 и др.;

-товарный знак по свидетельству № 1152686 от 08.08.2012 в отношении классов МКТУ: № 03, 05, 09, 10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43;

-товарный знак по свидетельству № 1086866 от 15.04.2011 в отношении классов МКТУ: № 3, 9, 14, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43;

-товарный знак по свидетельству № 1152687 от 08.08.2012 в отношении классов МКТУ: № 03, 05, 09, 10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43;

-товарный знак по свидетельству № 1153107 от 08.08.2012 в отношении классов МКТУ: № 03, 05, 09, 10, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 35, 36, 38, 41, 43.

Все товарные знаки предоставляют защиту в отношении 25 класса МКТУ (одежда, нижнее белье).

Статьей 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891 определено, что с даты регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями ст. 3 и 3ter, в каждой заинтересованной Договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно.

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что 21.06.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, он приобрел у ответчика товар – трусы, на которых, по его мнению, использованы изображения, сходные до степени смешения с заявленными в иске товарными знаками.

Трусы желтого цвета с изображением персонажей и надписью «ANGRY BIRDS» представлены в дело в качестве вещественных доказательств.

Факт покупки подтверждается представленным в материалы дела оригиналом кассового чека от 21.06.2018 на сумму 65 руб. (л.д.37), содержащими сведения о денежной сумме, уплаченной за товар, дате заключения договора розничной купли-продажи, сведения о продавце (наименование, ИНН), а также видеозаписью процесса приобретения товара (л.д.37), произведенной в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. 12,14 ГК РФ.

Выдача истцу при оплате товара чека, оформленного от имени ответчика, в соответствии со ст. 493 ГК РФ подтверждает заключение договора розничной купли-продажи.

В п. 6 Информационного письма от 13.12.2007 № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

С учетом указанных разъяснений доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

Часть 2 ст. 89 АПК РФ устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном данным Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения (ст. 152.1 ГК РФ) и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права.

В силу ст. 12, 14 ГК РФ, ч. 2 ст. 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Таким образом, видеозапись допускается в качестве доказательства, исследуемого судом для правильного установления обстоятельств дела, а потому она исследована и в полном объеме проанализирована судом.

Отсутствие доказательств наделения истцом полномочиями на осуществление видеосъемки лица, которое производило покупку контрафактного товара, не является обстоятельством, достаточным для выдвижения основанных на нем возражений против полученной таким лицом видеозаписи: совершение фактических действий, к которым относится видеосъемка, не требует наделения особыми полномочиями, истец использовал результат произведенной съемки в своих интересах, а ответчик не опроверг принадлежность торгового заведения (торговой точки), где производилась съемка скрытой камерой, предпринимателю ФИО2.

Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правообладателя Гражданским кодексом Российской Федерации, иными правовыми актами не установлен, то представленные истцом чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения, лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к доказательствам по делу. Видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты.

Кроме того, видеозапись покупки оценивается судом в совокупности с товарным чеком, подтверждавшим факт реализации ответчиком спорного товара.

Ответчик не оспорил факт приобретения спорного товара у него (ч. 3.1 ст. 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом всей совокупности доказательств у суда не имеется сомнений в том, что спорный товар был приобретен истцом в торговой точке ответчика и соответствующие затраты понесены на его приобретение. По факту приобретения товара (трусов) истцу выдан один кассовый чек по оплате.

Приобретенный товар – трусы – относится к 25 классу МКТУ, включающего в том числе одежду, нижнее белье.

Истец, полагая, что ответчиком нарушены исключительные права истца на вышеперечисленные товарные знаки, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания (п. 1 ст. 1225 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии со ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений ст. 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с п. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю) принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст.1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ, услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным способом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся в этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Иные лица не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникает вероятность смешения.

По смыслу положений ст. 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (п. 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

В соответствии с п. 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

Материалами дела подтверждено наличие у истца исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные под № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107.

Из изложенного (в том числе п. 1 ст. 1259 ГК РФ) следует, что товарные знаки являются самостоятельными объектами гражданских прав, которые подлежат охране.

В качестве доказательств нарушения своих прав истцом представлен товар (трусы), приобщенные к материалам дела в качестве вещественных доказательств, который приобретен 21.06.2018.

Приобретенный товар не имеет средств идентификации защиты, присущих лицензионному продукту, что свидетельствует о контрафактности товаров.

Права истца на товарные знаки, зарегистрированные под № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107 нашли свое объективное подтверждение представленными в материалы дела доказательствами.

Из материалов дела также следует, что товарные знаки истца зарегистрированы в отношении, в том числе товаров 25-го класса МКТУ (включающего в том числе одежду).

Изображения, имеющиеся на товаре (трусах), реализованном ответчиком, сходны до степени смешения, с принадлежащими истцу товарными знаками № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107.

Оценив товар, суд приходит к выводу о наличии признаков, указывающих на наличие изобразительного сходства с товарными № 1091303, № 1086866, № 1152679, № 1152678, № 1152686, № 1152687, № 1153107.

С учетом вышеизложенных обстоятельств, арбитражный суд полагает, что указанные действия ответчика по реализации товара (трусы), на котором присутствуют обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками истца, являются нарушением исключительных прав истца.

По правилам ст. 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (ст. ст. 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В соответствии со ст. 1252 ГК РФ размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Определяя способы защиты нарушенного права истец вправе руководствоваться собственным усмотрением.

Так согласно п. 4 ст. 1515 ГК РФ, определяющей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В настоящем случае истцом определен размер компенсации - по 20 000 руб. за каждое нарушение его исключительных прав, то есть за каждое использование товарного знака.

Ответчик заявил о снижении размера компенсации до 5000 руб. на каждый товарный знак, что составит 35 000 руб.

В обоснование заявления о снижении ответчик указал на положения п. 3 ст. 1252 ГК РФ и то, что в данном случае нарушение на все товарные знаки имеет место одним действием, так как они изображены на одном товаре.

Истец против снижения размера компенсации возражал, указывая на то, что в торговой точке ответчика имеется значительное количество контрафактного товара; ответчик ранее привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав, что подтверждается решением Арбитражного суда Челябинской области по делу № А76-22497/2014 и свидетельствует о грубом характере нарушения.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно абз.3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» абзацы 3, 4 пункта 3.2. и пункт 4) отражено, что абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Тем самым суд, следуя данному указанию и исходя из общих начал гражданского законодательства, не лишен возможности принять во внимание материальное положение ответчика - индивидуального предпринимателя, факт совершения им правонарушения впервые, степень разумности и добросовестности, проявленные им при совершении действия, квалифицируемого как правонарушение, и другие обстоятельства, например наличие у него несовершеннолетних детей.

Пунктом 4.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П установлено, что отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Конституционный суд Российской Федерации указал, что при снижении размера компенсации ниже пределов, установленных законом, суд с учетом принципа разумности, справедливости и обеспечения баланса основных прав и законных интересов участников гражданского оборота, помимо соблюдения превентивной функции компенсации, должен учитывать материальную возможность предпринимателя нести ответственность.

В настоящем случае истцом определен размер компенсации – по 20 000 руб. за каждое нарушение его исключительных прав, то есть за каждое использование товарного знака.

Оценивая ходатайство ответчика о снижении размера указанной компенсации, суд исходит из следующего.

Согласно разъяснениям, данным в п. 64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения абза. 3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации (далее - при множественности нарушений), в частности, когда одним действием нарушены права на:

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец;

несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Указанное выше положение Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации может быть применено также в случаях, когда имеют место несколько правонарушений, совершенных одним лицом в отношении одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации и составляющих единый процесс использования объекта (например, воспроизведение произведения и последующее его распространение).

Положения абз.3 п. 3 ст. 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

В данном случае имеет множественность нарушения – продажа одного товара, на который одновременно нанесено 7 охраняемых и принадлежащих истцу товарных знака.

Несмотря на то, что ответчик ранее привлекался к ответственности за продажу контрафактного товара, суд, тем не менее, приходит к выводу о возможности снизить размер компенсации до минимального размера – 10 000 руб. за каждый товарный знак. При этом суд учитывает, что стоимость компенсации значительно превышает стоимость самого товара.

Довод истца о том, что в торговой точке ответчика имеется большое количество контрафактного товара отклоняется судом, поскольку по видео установить контрафактность или подлинность иного товара, имеющегося в торговой точке ответчика, не представляется возможным. Правообладатель не представил доказательств того, что предпринял должные меры по предотвращению продажи контрафактного товара с нарушением его товарных знаков. Заявление компенсации за один товар, не свидетельствует об этом.

С учетом изложенного, при определении размера компенсации, суд, учитывая характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, принятые меры к изъятию с реализации товаров, отсутствия сведений о наличии ранее совершенных ответчиком нарушений исключительного права данного правообладателя, исходя из того, что ранее не было истцом заявлено ответчику требование о прекращении нарушения и изъятии контрафактного товара из продажи, изображений спорных товарных знаков на товаре, с учетом принципов разумности и справедливости, соразмерности требуемой истцом суммы компенсации последствиям совершенного ответчиком нарушения, считает возможным снизить размер компенсации до минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Оснований для снижения размера компенсации ниже установленного законом минимального размера ответчиком не приведено.

Учитывая изложенное в совокупности, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация в размере – 70 000 руб. (7 * 10 000).

В силу ст. 112 АПК РФ в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу арбитражным судом разрешаются вопросы распределения судебных расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При цене иска в размере 140 000 руб. размер государственной пошлины по иску составляет 5200 руб. (подпункт 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

Представителем истца по доверенности – ООО «АйПи Сервисез» за рассмотрение иска платежным поручением № 2299 от 14.08.2019 была уплачена государственная пошлина в размере 5200 руб. (л.д.36).

В связи с частичным удовлетворением заявленного иска уплаченная истцом государственная пошлина в размере 2600 руб. подлежит отнесению на ответчика и взысканию с него в пользу истца в качестве судебных расходов. В остальной части государственная пошлина относится на истца.

Наряду с этим истец просит взыскать с ответчика в его пользу расходы на приобретение вещественного доказательства в размере 65 руб. – стоимость приобретенного товара (трусы), что подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком от 21.06.2018 (л.д. 37).

Исходя из того, что истец был вынужден обратиться в суд в связи с тем, что ответчик уклонялся от добровольного исполнения возложенных на него обязанностей, и требования истца удовлетворены частично, суд относит заявленные расходы к судебным издержкам и взыскивает их с ответчика в пользу истца в размере 32 руб. 50 коп. (пропорционально удовлетворенным требованиям).

Аналогичным образом суд распределяет понесенные истцом почтовые расходы на направление ответчику копии искового заявления и претензии в сумме 237 руб. 54 коп. (л.д. 12), поскольку указанные расходы были необходимы для реализации истцом права на судебную защиту и требования истца удовлетворены частично, суд относит заявленные расходы к судебным издержкам и взыскивает их с ответчика в пользу истца в размере 118 руб. 77 коп. (пропорционально удовлетворенным требованиям).

Истцом в просительной части искового заявления заявлено также об отнесении на ответчика судебных издержек, связанных с получением выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, в сумме 200 руб.

В силу пункта 9 части 1 статьи 126 АПК РФ к исковому заявлению прилагается выписка из единого государственного реестра юридических лиц или единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей с указанием сведений о месте нахождения или месте жительства истца и ответчика и (или) приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя или иной документ, подтверждающий указанные сведения или отсутствие таковых. Такие документы должны быть получены не ранее чем за тридцать дней до дня обращения истца в арбитражный суд.

Пленумом Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в пункте 3 постановления от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» (далее - Постановление № 12) определено, что применительно к пункту 9 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, сведения о месте нахождения или месте жительства истца и ответчика и (или) приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо прекращении физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей либо иным документом, подтверждающим наличие этих сведений или отсутствие таковых, который удостоверен надлежащим образом.

Расходы, понесенные лицом, участвующим в деле, в связи с получением им выписки из Единого государственного реестра юридических лиц или Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, относятся к судебным издержкам (статья 106 АПК РФ) и подлежат распределению в составе судебных расходов (статьи 101 и 110 АПК РФ).

Между тем, истец не подтвердил факт того, что им были понесены расходы на получение указанной выписки из ЕГРИП, и того, что они связаны с рассмотрением настоящего спора (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Так в дело была представлена в электронном виде (л.д.13) копия выписки из ЕГРИП, содержащая сведения о месте жительства ответчика. Однако то обстоятельство, что оригинал выписки не представлен, несмотря на неоднократное предложение представить таковой судом, не позволяет сделать вывод, что она получена в связи с рассмотрением настоящего спора. Оставив выписку у себя, сторона имеет возможность использовать ее в рамках иных дел, повторно заявляя о возмещении соответствующих расходов.

В качестве доказательств несения расходов на получение рассматриваемой выписки из ЕГРН истец представил копию чека-ордера № 4968 от 20.08.2018 (л.д. 13-оборот), согласно которому пошлина в размере 200 руб. уплачена ФИО3.

В подтверждение полномочий ФИО3 истец представил доверенность от 01.01.2018 выданную на представление интересов ООО «Айпи Сервисез» (л.д.45), а не истца. На представление интересов истца доверенность выдана ФИО3 26.04.2019 (л.д.21-22), то есть после того, как была получена выписка (05.10.2018). Иного суду не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом этого истец также не подтвердил несение им расходов на получение рассматриваемой выписки, в связи с чем расходы на ее получение не распределяются и с ответчика не взыскиваются.

Кроме этого, согласно ч. 2 ст. 168 АПК РФ арбитражный суд при принятии решения устанавливает дальнейшую судьбу вещественных доказательств, представленных в материалы дела.

При обращении с иском в суд истец представил в качестве вещественных доказательств трусы с изображением персонажей и надписью «ANGRY BIRDS».

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.

Поскольку судом установлено, что на вещественных доказательствах выражено средство индивидуализации, нарушающее исключительное право истца на заявленные товарные знаки, то они являются контрафактными и на основании ч. 3 ст. 80 АПК РФ не могут находиться во владении отдельных лиц.

На основании изложенного, представленные в материалы дела вещественные доказательства подлежат уничтожению после вступления в законную силу настоящего судебного акта.

Руководствуясь ст. 110, 156, 167 – 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ответчика – индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Миасс, Челябинская область (ИНН <***>) в пользу истца – Ровио Энтертеймент Оюй (Rovio Entertainment Oyj), Финляндия (регистрационный номер 1863026-2) с учетом снижения компенсацию в размере 70 000 руб. за нарушения исключительных прав истца, допущенных в связи с продажей 21.06.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, контрафактного товара – трусы желтого цвета с изображением птиц и надписью «AngryBirds», в том числе в размере:

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1091303;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1086866;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1152679;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1152678;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1152686;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1152687;

-10 000 руб. за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1153107,

а также пропорционально удовлетворенным требованиям 2600 руб. в счет возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины понесенных платежным поручением № 2299 от 14.08.2019 (уплачено представителем по доверенности – ООО «АйПи Сервисез», л.д.36), 32 руб. 50 коп. в счет возмещения расходов на приобретение вещественных доказательств и 118 руб. 77 коп. в счет возмещения почтовых расходов.

В удовлетворении требований в остальной части иска отказать

В удовлетворении заявления о взыскании расходов в размере 200 руб. за получение выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей отказать в виду непредставления доказательств в подтверждение факта несения соответствующих затрат истцом, и не представления оригинала выписки в материалы дела.

Уничтожить вещественное доказательство – трусы желтого цвета с изображением птиц и надписью «AngryBirds» в количестве 1 шт. после вступления в законную силу настоящего решения (определения).

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции (ст. 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).


Судья Т.Н. Бесихина