Решение от 3 ноября 2022 г. по делу № А40-165511/2022

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва А40-165511/22-113-1237

3 ноября 2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена 2 ноября 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 3 ноября 2022 г.

Арбитражный суд города Москвы

председательствующего судьи А.Г.Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём Никушкиным Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «СМУ-161» (ОГРН 1145024006258)

к ИП Гапонову А.В. (ОГРНИП 313774604401072),

о признании сделки недействительной,

при участии:

от истца – Гусейнова М.А. по доверенности от 15 июля 2022 г.;

от ответчика – Гапонов А.В., Курочкина Е.А. по доверенности от 15 сентября 2022 г.;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о признании недействительной сделкой договора уступки прав от 25 октября 2020 г. № 1/2020 (далее –Договор), заключённого между ООО «Глассмастер» (цедент) и ИП Гапоновым А.В. (цессионарий).

Истец настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Ответчик по иску возражал.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, в обоснование своих требований истец ссылается на то, что Договором передано несуществующее право требования долга к истцу по договору от 13 марта 2018 г. № 4/3/КРОКУС, заключённому между ООО «Глассмастер» и истцом.

По мнению истца, задолженность по указанному договору была им «списана» в связи с ликвидацией ООО «Глассмастер».

Вместе с тем, ИП Гапонов А.В. отправил истцу уведомление от 26октября 2020 г. об уступке требования (РПО 11155872001269), которое было получено истцом 20 июня 2022 г.

Согласно указанному уведомлению, требование об оплате работ по договору от 13 марта 2018 г. № 4/3/КРОКУС и дополнительным соглашениям к нему в размере 2 125 272,62 рубля уступлено на основании Договора.

Истец запросил у цессионария Договора, который был ему представлен 21 июля 2022 г.

В соответствии с пунктом 2.3 Договора цедент должен уведомить должника о переходе прав цедента к цессионарию после подписания Договора, то есть 25 октября 2020 г.

Как указывает истец, пункту 7.1.19 от 13 марта 2018 г. № 4/3/КРОКУС передача подрядчиком своих прав и обязанностей, в том числе уступка подрядчиком права требования (цессия) на третье лицо не допускается без письменного разрешения заказчика.

В соответствии с пунктом 13.16 договора от 13 марта 2018 г. № 4/3/КРОКУС не может передавать свои права по Договору без письменного разрешения Заказчика.

Истец не давал своего письменного согласия на заключение Договора.

По мнению истца, Договор, заключенный без получения разрешения должника, когда получение такого разрешения является обязательным в силу соответствующего договора, является оспоримой сделкой, что следует из положений пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

При этом, как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее– Постановление № 25) оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 Гражданского кодекса, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий.

Согласно п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не предусматривает наступления юридических последствий, кроме тех, что связаны с ее недействительностью.

Истец указал в качестве правового основания заявленного иска нормы статей 166 и 173.1 Гражданского кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

При этом, согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 84 Постановления № 25, допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

В соответствии с п. 2 ст. 389 Гражданского кодекса требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

Согласно п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность.

Согласно п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Исходя из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в п. 1 Постановления № 25, при оценке действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса).

Таким образом, право на обращение в суд о признании сделки недействительной имеют стороны по сделке, а также иные лица, если сделкой затрагиваются права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса), кроме того, сделка, посягающая на публичный интерес (пункт 4 статьи 166, пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса).

Право по общему правилу не должно вмешиваться в эту сферу свободного хозяйственного усмотрения, поскольку обоснованность хозяйственных решений, принимаемых хозяйствующим субъектом, не может являться предметом правового контроля. Исключением из этого могут являться только случаи злоупотребления правом со стороны заказчика, когда заказчик заведомо недобросовестно пользуется свободой своего хозяйственного усмотрения в противоречии с целями своей деятельности, намеренно и без малейшего на то разумного основания дискриминируя отдельных участников закупки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 31 июля 2017 г. № 305-КГ17-2243).

Будучи лицом, не являющимся стороной в сделке, истец, заявляя иск о признании Договора недействительным, должен доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15 апреля 2008 г. № 289-0-0 и определении от 16 июля 2009 г. № 738-0-0, заинтересованным по смыслу п.2 ст. 166 Гражданского кодекса является субъект, имеющий материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чьё правовое положение она может повлиять. Определение заинтересованного лица относится к компетенции суда, рассматривающего дело, поскольку требует исследования фактических обстоятельств конкретного дела. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Анализ правоприменительной практики подтверждает, что отсутствие материально-правового интереса в признании ничтожной сделки недействительной является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении соответствующего требования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 18 декабря 2017 г. по делу А84-3997/16, определение Верховного Суда Российской Федерации от 8 февраля 2021 г. по делу А56-30288/19, постановление Арбитражного суда Московского округа от 17 июня 2019 г. по делу А41-36281/18, постановление Арбитражного суда Московского округа от 7 августа 2018г. по делу А40-135834/17).

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (постановление Арбитражного суда Московского округа от 14 мая 2020 г. по делу А41-93247/17).

В п.7 Постановления № 25 указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п.1 ст. 10 Гражданского кодекса, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса).

Согласно разъяснениям Верховного суда Российской Федерации, изложенным в Обзоре судебной практики № 2 (2015), презумпция добросовестности может быть опровергнута, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением права сделку представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда истцу.

Таким образом, в силу положений статей 166-168 Гражданского кодекса у истца отсутствует право на иск по настоящему делу.

Кроме того, в силу правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 2 декабря 2014 г. № 307-ЭС14-4507 по делу А21-7624/12, поскольку требование о признании сделки недействительной не может быть рассмотрено без участия одного из контрагентов, производство подлежит прекращению на основании пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс).

Согласно разъяснениям, данным в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июня 2007 г. № 6576/06, от 11 октября 2005 г. № 7278/05, спор о признании сделки недействительной не может быть рассмотрен без участия одного из её контрагентов.

На момент рассмотрения спора ООО «Глассмастер» исключён из ЕГРЮЛ, как недействующее лицо.

При этом исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные Гражданским кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам (пункт 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса).

Ликвидация юридического лица в силу положений статьи 61 Гражданского кодекса влечёт его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

Такой подход согласуется с общим правилом о невозможности вынесения судебного акта, касающегося прав и обязанностей ликвидированной организации, являющейся стороной по делу – истцом или ответчиком (статья 44 Арбитражного процессуального кодекса).

Как следует из положений пункта 3 статьи 49 Гражданского кодекса, правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Сведения о прекращении были внесены регистрирующим органом (МИФНС № 46 по г.Москве) 12 ноября 2020 г.

По настоящему делу для прекращение производства суд не усматривает оснований, так как на момент принятия иска ООО «Глассмастер» уже был ликвидирован, соответственно не привлекался к участию в деле и не является лицом, участвующим в деле.

Как уже отмечалось выше, суд не вправе делать выводов относительно прав и обязанностей ликвидированной организации, а рассмотрение спора без ООО «Глассмастер» невозможно.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333, 506, 516 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.В удовлетворении исковых требований отказать полностью.

2.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья А.Г.Алексеев