Решение от 23 июля 2019 г. по делу № А71-7214/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426011, г. Ижевск, ул. Ломоносова, 5

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А71-7214/2019
г. Ижевск
23 июля 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2019 года. Мотивированное решение изготовлено 23 июля 2019 года

Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи С.Ю. Бакулева, при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи и составлении протокола в письменной форме помощником судьи О.В. Антоновой, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Коммунсервис» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 669553 руб. 83 коп. упущенной выгоды и морального вреда

истца: ФИО1 – предприниматель (паспорт, выписка из ЕГРИП в деле)

ответчика: ФИО2 – представитель (доверенность от 09.01.2019)

у с т а н о в и л:

Иск заявлен о взыскании 669553 руб. 83 коп. упущенной выгоды и морального вреда, образовавшихся в результате действий (бездействий) ответчика по управлению жилым домом № 16 по ул. Пугачева города Воткинска.

Истец исковые требования изложил в иске со ссылкой на ст. ст. 15, 150, 151, 1064 ГК РФ.

Представитель ответчика исковые требования оспорила, поддержав доводы, изложенные в отзыве на иск и дополнениях к нему, указав, что истец составлял односторонние акты не соответствующие действительности; расчет размера упущенной выгоды произведен путем арифметического подсчета выручки за разные периоды работы магазина, при этом, снижение выручки происходит, в том числе, в периоды, иные от дат затопления, указанных истцом; нарушение прав истца по вине ответчика не доказано, доказательств принятия мер к предотвращению возникновения у истца убытков или уменьшения их размера истцом не представлено; расчеты истца не содержат сведений о том, в каком помещении, принадлежащем истцу снижена выручка.

Как следует из материалов дела, истцом осуществлялась предпринимательская деятельность путем реализации строительных и отделочных материалов в магазине «Интерьер», расположенном по адресу: УР, <...>.

Между ответчиком и истцом заключен договор управления многоквартирным домом от 30.04.2015 (л.д. 95-101).

Считая, что в связи с ненадлежащим оказанием услуг управляющей компанией, обслуживающей указанное помещение, что выразилось регулярном затоплении магазина канализационными водами и поддержанием некомфортного теплового режима, ему причинены убытки в виде упущенной выгоды, истец обратился в суд с иском о взыскании их в размере 369553 руб. 83 коп. за период с 29 марта 2016 года по 31 мая 2016 года и взыскании морального вреда в размере 300000 рублей.

Ответчик исковые требования оспорил по вышеизложенным основаниям.

Суд, выслушав представителей сторон, изучив и оценив материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению в полном объеме на основании ст.ст. 15, 150, 151, 1064 ГК РФ и следующих обстоятельств.

Согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

В соответствии с п. 4 ст. 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пунктах 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 (ред. от 07.02.2017) «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.

Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Аналогичный подход изложен и в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», которым установлено, что упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать реальную возможность получения им доходов, документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить выгоду.

В подтверждение упущенной выгоды истцом представлен расчет убытков в виде таблицы «Выручка за 2015 год и 2016 год» и сравнения соответствующих месяцев 2015 и 2016 годов, начиная с марта по май, по мнению истца, снижение размера полученного дохода связано именно с действиями (бездействием) ответчика (л.д. 61, 62).

Каких-либо иных доказательств в подтверждение упущенной выгоды истцом не представлено.

Между тем, в обоснование представленного сравнительного расчета не представлены никакие первичные документы: договоры на приобретение и продажу товаров, маркетинговые исследования конъюнктуры рынка товаров, реализуемых истцом, предпринятые меры для изменения предложения и привлечения спроса на реализуемую истцом продукцию, наполняемость товаров, пользующихся повышенным спросом, по отношению к иным товарам, предлагаемым истцом и т.п., исходя из того, что снижение «уровня выручки» системно происходило начиная с января 2015 года по сентябрь 2018 года (распечатка таблиц выручки представлена ответчиком, которая получена от истца 02.04.2019).

Указанные расчеты и распечатки не позволяют судить о достоверности получаемого истцом дохода, периоде, за который он был получен, а также о расходах, которые также подлежат учету при определении упущенной выгоды.

Согласно п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

В соответствии с п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Определениями от 13 июня 2019 года и 4 июля 2019 года суд предлагал истцу представить относимые и допустимые доказательства, подтверждающие причинную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком по управлению многоквартирным домом; доказательства принятия мер к предотвращению убытков и уменьшению их размера; доказательства принятия мер и приготовлений для получения упущенной выгоды и доказательства возможности ее извлечения в заявленном размере, в порядке, предусмотренном ст. 393 ГК РФ.

В обоснование своих требований о взыскании упущенной выгоды истцом представлены: претензии, направленные в адрес ответчика и акты, составленные истцом и его работниками по результатам проверки температурного режима помещения (л.д. 25-52, 58-59, 63-68), материалы проведения внеплановой выездной проверки Управлением жилищно-коммунального хозяйства Администрации города Воткинска от 19 мая 2016 года в отношении ответчика (л.д. 52-56), жалоба на бездействие управляющей компания, направленной в Государственную жилищную инспекцию Удмуртской Республики (л.д. 60).

Между тем, истцом не доказано, что действия (бездействия) ответчика повлекли невозможность получить определенный доход от реализации товара в указанный им период в указанном помещении, что в указанных условиях он не смог осуществлять свою обычную деятельность (п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

Кроме того, истец не представил документы, свидетельствующие о том, что им предпринимались меры для уменьшения размера возникающих у него убытков, что он принял меры и приготовился к получению дохода и у него была реальная возможность его получить (п. 4 ст. 393 ГК РФ, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

В основу доводов истцом положен субъективный факт снижения выручки от реализации товара в связи с наличием в указанном помещении магазина запаха канализационных вод и наличия высокого температурного режима по вине ответчика, делающего присутствие покупателей в помещении некомфортным.

Ответчиком указано на недостоверность указанных сведений, в связи с чем, так же представлены акты замера температуры в помещениях, составленные представителями управляющей компании, собственниками помещений и специалистом ЗАО «ТСК «Воткинский завод» с отметками об отказе истца от проставления подписи в актах (л.д. 78-81, 83-85, 87-93).

В пояснениях ответчиком указано, что при выходе в адрес по заявке истца фактов затопления выявлено не было. В акте от 31.03.2016 причины затопления санузла не установлены. По акту от 01.04.2016 установлен факт засора общедомового стояка канализации посторонним предметом, а затопление в помещении истца происходит из-за не герметичного соединения унитаза с сетями канализации.

Суд считает расчет истца не обоснованным, поскольку, как указано выше, на покупательскую способность влияют иные многочисленные факторы, которые истцом не учтены и достоверных доказательств этого не представлено.

При этом, суд находит обоснованным довод ответчика о том, что снижение покупательской способности происходило и в периоды, не зафиксированные истцом в актах.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта несения им убытков в виде упущенной выгоды.

Требование истца о взыскании 300000 руб. компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению в силу следующего.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Пунктами 1, 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что учитывая, что вопросы компенсации морального вреда регулируются рядом законодательных актов, введенных в действие в разные сроки, суду в целях обеспечения правильного и своевременного разрешения возникшего спора необходимо по каждому делу выяснять характер взаимоотношений сторон и какими правовыми нормами они регулируются, допускает ли законодательство возможность компенсации морального вреда по данному виду правоотношений и, если такая ответственность установлена, когда вступил в силу законодательный акт, предусматривающий условия и порядок компенсации вреда в этих случаях, а также когда были совершены действия, повлекшие причинение морального вреда. Суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В нарушение ст. 65 АПК РФ, истец не представил доказательств причинения ему морального вреда, а также расчет суммы такого вреда.

Доказательств того, что требование истца о возмещении морального вреда вытекает из личного неимущественного права, нематериального блага, в материалы дела так же не представлено.

Таким образом, факт причинения истцу морального вреда не доказан, что является основанием для отказа в удовлетворении требования истца о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Судья С.Ю. Бакулев