Постановление от 25 декабря 2024 г. по делу № А21-14900/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


26 декабря 2024 года

Дело №

А21-14900/2019

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Богаткиной Н.Ю.,                                          Тарасюка И.М.,  

при участии от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 25.01.2024),

рассмотрев 16.12.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2024 по делу № А21-14900/2019,         

у с т а н о в и л:

Определением  Арбитражного суда Калининградской области от 22.11.2019 принято к производству заявление Федеральной налоговой службы (далее - ФНС) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью  «Строй Макс», адрес: 236038, Калининград, Краснодонская <...>, ИНН <***>, ОГРН <***> (далее - Общество).

Решением от 21.01.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по правилам отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Определением от 28.03.2022 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, определением от 24.07.2023 в этой должности утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО1 как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам Общества, приостановлении производства по заявлению в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 19.03.2024 суд отказал в удовлетворении заявления.

Указанное определение было обжаловано в апелляционном порядке в части отказа в привлечении к ответственности на основании статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2024 определение от 19.03.2024 отменено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам Общества,  рассмотрение заявления в части установления размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм права и несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление от 22.07.2024, оставить в силе определение от 19.03.2024.

По утверждению подателя жалобы, после введения конкурсного производства он хранил бухгалтерскую и иную документацию Общества у себя по указанию  первого конкурсного управляющего ФИО3; в 2020 году сообщил конкурсному управляющему все необходимые сведения о задолженности Общества, в 2021 году переслал подлинный исполнительный лист и судебное решение в отношении дебитора общества с ограниченной ответственностью «Гиперборея» (далее – ООО «Гиперборея»).

ФИО1 ссылается на то, что не имел возможности получать корреспонденцию от ФИО4, который был назначен  спустя 4 года после введения конкурсного производства, в период, когда Общество уже не вело деятельность, бывший руководитель не имел полномочий по смене юридического адреса должника, местом нахождения юридического органа должника являлся  г. Чебоксары.  Апелляционным судом не учтены пояснения ответчика относительно смены Обществом адреса в 2006 году: вместо «кв. 4» в ЕГРЮЛ следовало указать «офис 4». Причины ошибочного занесения информации в реестр подателю жалобы неизвестны. После возбуждения дела о банкротстве местом нахождения исполнительного органа стал адрес конкурсного управляющего ФИО3 (г. Чебоксары).

Бывший конкурсный управляющий Обществом ФИО3, по утверждению ФИО1, связывался с ним исключительно по телефону, более не требовал документов о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Кроме того, отмечает ответчик, ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом 12.03.2024, что не было учтено судом апелляционной инстанции.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -                  АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого постановления проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, руководителем Общества в период с 24.03.2006 до 14.01.2020 (даты объявления решения о признания должника банкротом) был его генеральный директор ФИО1, который также являлся учредителем Общества с долей в уставном капитале в размере 100%.

В обоснование требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 сослался на бездействие бывшего руководителя Общества, обязанного обратиться в суд с учетом наличия у юридического лица задолженности перед налоговым органом.

Конкурсный управляющий полагал, что имеются основания для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в связи с  невозможностью формирования конкурсной массы и погашения требований кредиторов вследствие непередачи конкурсному управляющему документации о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Возражая против требования  конкурсного управляющего, ФИО1 пояснил, что причиной возникновения задолженности перед ФНС и иными кредиторами должника и наступления банкротства Общества явилось неисполнение ООО «Гиперборея» своей обязанности по оплате Обществу поставленной продукции; между тем в 2018 году был начислен, но не уплачен в бюджет НДС в сумме 388 067, 80 руб. за поставленную ООО «Гиперборея» по договору от 23.07.2018 № 23/07/2018 продукцию на сумму 1 272 000 руб.

Решением арбитражного суда от 22.10.2019 по делу № А56-91208/2019 с ООО «Гиперборея» в пользу Общества взыскано 1 272 000 руб. долга по договору № 23/07/2018.

Исполнительный лист, выданный на основании решения от 22.10.2019, ФИО1 направил 05.02.2021 конкурсному управляющему ФИО3

Решением арбитражного суда от 04.12.2020 по делу № А56-59540/2020 ООО «Гиперборея» признано банкротом.

Как указывал ответчик, на момент утверждения ФИО4 конкурсным управляющим Общество уже четыре года находилось в состоянии банкротства, не вело хозяйственную деятельность и не могло оплачивать аренду помещения по адресу: Калининград, Краснодонская <...>. Все документы оставались на хранении  по месту проживания ФИО1 по указанию конкурсного управляющего ФИО3

В соответствии  с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информации об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011 «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве  на руководителя должника возложена обязанность передачи конкурсному управляющему документации о хозяйственной деятельности должника.

В рассматриваемом случае, исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, суд первой инстанции признал соответствующими обстоятельствам дела доводы ФИО1 о хранении у того документов Общества и направлении необходимых документов конкурсному управляющему по указанию самого конкурсного управляющего, передаче конкурсному управляющему исполнительного листа на взыскание просуженной дебиторской задолженности,   в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения бывшего руководителя  к субсидиарной ответственности по заявленным ФИО4 основаниям.

Апелляционный суд с указанными выводами не согласился исходя из того, что ФИО1 не отрицает факт невыполнения им требования, установленного абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Как отметил апелляционный суд,  представленные в заявлении конкурсного управляющего бухгалтерские балансы за 2019 год содержат сведения об активах должника, «которые составляли 67 000 руб. дебиторской задолженности должника в сумме 1 873 000 руб.». Документация по данным активам, в том числе инвентаризационные описи, договоры купли-продажи и иные документы, отражающие активы должника (запасы, финансовые вложения, денежные средства), передана не была, в связи с чем у арбитражного управляющего отсутствовала возможность по формированию конкурсной массы, что повлекло для кредиторов должника неблагоприятные последствия, а именно наличие непогашенной задолженности перед кредиторами. Доказательства обратного не представлены.

Указанное обстоятельство, по оценке апелляционного суда, существенно затрудняет формирование конкурсной массы, а также может привести к фактической невозможности предъявления требований о взыскании дебиторской задолженности и оспариванию сделок должника.

Между тем суд апелляционной инстанции не учел следующее.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6).

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, заявителю необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер, и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления № 53.

В данном случае ответчик пояснил, что причиной банкротства явилось неисполнение ООО «Гиперборея» обязанности по оплате Обществу поставленной продукции, повлекшее невозможность исполнения Обществом своих обязательств, в том числе по уплате начисленного в связи с поставкой  НДС. Наличие у ООО «Гиперборея»  перед Обществом 1 272 000 руб. задолженности подтверждено решением суда, исполнительный лист на принудительное исполнение которого был передан бывшим руководителем конкурсному управляющему ФИО3, остальная документация Общества хранилась бывшим руководителем по указанию ФИО3

ФИО4 не оспаривал означенные обстоятельства. Доказательства обращения ФИО4 к предыдущему конкурсному управляющему с требованием о передаче полученной от ФИО1 документации Общества не представлены.

То обстоятельство, что место хранения документов было определено первым конкурсным управляющим, не опровергнуто. К тому же на протяжении четырех лет процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий ФИО3 о неисполнении ФИО1 обязанности по передаче документов не заявлял, документы не истребовал.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно исходил из того, что  упомянутая презумпция ответчиком опровергнута.

Поскольку выводы суда апелляционной инстанции основаны не неправильном применении положений пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и не соответствуют обстоятельствам дела, обжалуемое постановление подлежит отмене в силу статьи 288 АПК РФ. Определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, подлежит оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда                              от 22.07.2024 по делу № А21-14900/2019 отменить.

Определение Арбитражного суда Калининградской области от 19.03.2024 по указанному делу оставить в силе.


Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи


Н.Ю. Богаткина

И.М. Тарасюк