Решение от 3 июня 2024 г. по делу № А65-2626/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань                                                                                                        Дело № А65-2626/2024


Дата принятия решения –  04 июня 2024 года.

Дата объявления резолютивной части –  21 мая 2024 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Мугинова Б.Ф., при  ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Вахитовой К.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Пермь (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Зеленодольск (ОГРН <***>, ИНН <***>)  о  взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №359303 в размере 92 857 руб., стоимости товара в размере 200 руб., почтовых расходов в размере 689,04 руб., размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8 000 руб. (с учетом уточнений),

с участием:

представителя ответчика –  ФИО3 по доверенности от 10.02.2024, 



УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 31.01.2024 поступило исковое заявление Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Пермь (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО2, г. Зеленодольск (ОГРН <***>, ИНН <***>)  о  взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №359303 в размере 50 000 руб., стоимости товара в размере 200 руб., почтовых расходов в размере 185 руб., размера государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП 200 руб., расходов на фиксацию правонарушения 8 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 06.02.2024 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.02.2024 принято увеличение исковых требований до 92 857 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.04.2024 установлены основания для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, назначено предварительное судебное заседание.

В порядке ч.4 ст.137 АПК РФ дело признано подготовленным, открыто судебное разбирательство.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в отзыве.

Истец, надлежащим образом извещенный о месте и времени рассмотрения дела, представителей в суд не направил.

В порядке ч.3 ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к следующим выводам:

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права на товарный знак по свидетельству Российской Федерации №359303, зарегистрированный в отношении товаров, в том числе, указанных в 8 классе Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

02.09.2021 представителем истца у ответчика в торговой точке по адресу: РТ, <...>, был приобретен товар – маникюрный инструмент, на упаковке которого присутствует обозначение «Kaizer», схожее до степени смешения с товарным знаком истца №359303.

В подтверждение факта купли-продажи названного товара истец представил кассовый чек от 02.09.2021 на сумму 400 руб., на котором имеются сведения о продавце – ответчике, сам приобретенный товар (маникюрный инструмент), видеозапись процесса закупки (DVD-диск, фиксирующий процесс приобретения истцом вышеуказанного товара).

Считая, что действиями ответчика по продаже контрафактного товара нарушены исключительные права истца на товарный знак, истец направил в адрес ответчика претензию с требованием добровольно возместить причинный ущерб в виде компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Поскольку ответчик требования претензии не исполнил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Согласно абзацу четырнадцатому пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

Согласно части 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации"  (далее Постановление №10) разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарные знаки, на произведения изобразительного искусства (изображение персонажей) входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора.

При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на товарный знак №359303.

Согласно пункту 37 "Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015) при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 N 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

Проанализировав размещенное на упаковке товара обозначение с товарным знаком истца №359303, суд приходит к выводу, что размещенное упаковке обозначение «Kaizer» является тождественным товарному знаку №359303, поскольку оно совпадает с ним во всех элементах.

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", согласно которым вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении обозначений и изображений на товаре, и товарным знаком истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарным знаком истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

В материалы дела представлен: кассовый чек от 02.09.2021, фотография с изображением товара, приобретенного у ответчика в момент закупки, сам приобретенный товар, видеозапись процесса закупки.

Согласно статье 493 ГК РФ договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

В пункте 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара подтверждается кассовым чеком от 02.09.2021 на сумму 400 руб.

О фальсификации чека ответчик в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлял.

Истцом также представлена видеозапись момента реализации ответчиком контрафактного товара. Видеосъемка произведена в целях самозащиты гражданских прав на основании ст. ст. 12, 14 ГК РФ.

Пунктом 55 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

Видеозапись производилась без нарушения законодательства и соответствует принципам относимости и допустимости доказательств.

Также представлено вещественное доказательство – маникюрный инструмент, на упаковке и на самом товаре которых размещено обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассовый чек, видеозапись, контрафактный товар) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

Вопреки позиции ответчика кассовый чек от 02.09.2021 в совокупности с видеозаписью является надлежащим доказательством приобретения маникюрного инструмента ««Kaizer», поскольку из них в совокупности усматривается, что приобретены два маникюрных инструмента - «Kaizer» и «Zinger» стоимостью по 200 руб. каждый.

При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверности установить факт продажи спорного контрафактного товара ответчиком.

Ответчик о назначении судебной экспертизы в целях подтверждения оригинальности спорного товара не заявил, доказательств в целях раскрытия источника происхождения спорных товаров не представил.  Доказывание оригинальности спорного товара, легальности его ввода в гражданский оборот составляет бремя доказывания истца.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорных объектов интеллектуальной собственности, в деле также не имеется. Осуществляя его продажу без согласия правообладателя, ответчик нарушил исключительные права последнего.

Ответчиком также не представлено объективных доказательств о происхождении товара, о легальном вводе данного экземпляра в гражданский оборот правообладателем или третьим лицом с согласия правообладателя.

Документы, подтверждающие право ответчика на реализацию товара, либо наличие права на введение в гражданский оборот спорного товара в установленном порядке (лицензионного соглашения и т.п.), ответчиком суду также не представлены.

С учетом изложенного, суд считает, что истец доказал факт нарушения его исключительных прав на товарный знак действиями ответчика по продаже контрафактного товара – маникюрный инструмент «Kaizer». Иного ответчиком не доказано (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

В данном случае истцом заявлено требование (с учетом уточнения) о взыскании компенсации в размере 92 857 рублей на основании п.2 ч.4 ст.1515 ГК РФ, а именно - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления N 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем, суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Истцом в обоснование заявленных требований был представлен лицензионный договор от 06.04.2021  на предоставление права использования спорного товарного знака, в связи с нарушением исключительного права на который заявлен иск в рамках настоящего спора.

Лицензионный договор заключен в отношении одного товарного знака в отношении 7 классов МКТУ (п.2.1).

В силу пункта 2.1 договора за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару комбинированное вознаграждение, состоящее из разового паушального взноса в размере 1 000 000 руб. и роялти в порядке п.2.4 договора в размере 300 000 руб. в месяц.

Истцом приведен следующий расчет компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака: 1 300 000 руб. / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения * 2 = 92 857 руб.

Как следует из уточненных исковых требований, размер компенсации за нарушение прав истцом определен следующим образом: за нарушение исключительного права на товарный знак №359303 в размере двукратной стоимости фиксированного вознаграждения лицензиата (истца).

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации, представленный истцом, должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся при сравнимых обстоятельствах в период, соотносимый с моментом правонарушения.

Соответственно, при избранном истцом способе расчета компенсации и, учитывая, что суд не может по своему усмотрению изменять выбранный истцом способ расчета компенсации, в предмет доказывания по данной категории дел входит также установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

В качестве обоснования своих требований истец представил заключенный с ООО Торговый дом Кьют-Ккьют (лицензиатом) лицензионный договор от 06.04.2021 о предоставлении права использования товарного знака "Kaizer" по свидетельству Российской Федерации №359303.

По условиям указанного договора (п. 1.2) право использования спорного товарного знака предоставлено лицензиату в отношении товаров 03, 08, 11, 21, 26-го и услуг 35, 44-го классов МКТУ для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован.

В силу пункта 2.1 договора за предоставление права использования товарного знака лицензиат уплачивает лицензиару комбинированное вознаграждение, состоящее из разового паушального взноса в размере 1 000 000 руб. и роялти в порядке п.2.4 договора в размере 300 000 руб. в месяц.

Указанный договор недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен, в связи с чем, суды первой и апелляционной инстанций правомерно посчитал данное доказательство надлежащим в целях расчета компенсации за нарушение исключительных прав.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в лицензионном договоре от 06.04.2021 вознаграждение установлено в фиксированном размере и не дифференцируется по классам МКТУ, данные о том, как определяется именно такой размер вознаграждения, в лицензионном договоре от 06.04.2021 отсутствуют, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что в обычных условиях способы и классы товаров должны оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом лицензиару вознаграждения.

Суд установил, что по лицензионному договору истец предоставил своему лицензиату право использования спорного товарного знака в отношении товаров, поименованных в 08-м классе МКТУ (13 товаров), в то время как ответчик фактически использовал товарный знак продав лишь один товар, относящийся к 08-му классу МКТУ, в связи с чем, стоимость права использования соответствующего объекта исключительных прав тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, применительно к обстоятельствам настоящего дела должна определяться следующим образом: размер ежемесячного вознаграждения за один класс МКТУ /количество товаров 08-го класса, в связи с чем, суд полагает, что стоимость права пользования в отношении  товара одним способом должна определяться из расчета 2* (1 300 00/7/13).

Основания для применения иного расчета, в том числе исходя из иного периода использования, относимости товара в лицензионном договоре к разным видам и пр., ответчиком в нарушение ст.65 АПК РФ не заявлены и не доказаны, в связи с чем не могут быть приняты судом во внимание.

Таким образом, компенсация в виде двукратной стоимости права использования равна 28 571,43 руб.

В соответствии с частями 1 и 3 статьи 8 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В то же время лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Иных доказательств в подтверждение стоимости права использования товарного знака при сравнимых обстоятельствах сторонами не представлено.

На основании изложенного, исковые требования подлежат частичному удовлетворению в размере 28 571,43 руб.

Схожие выводы содержатся в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 21.09.2023 N С01-1698/2023 по делу N А47-14675/2022.

Суд полагает, что такой размер компенсации определен в соответствии с действующим законодательством и позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение истца.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами (пункт 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017). Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305-ЭС16-13233.

Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда", на которое ссылается ответчик отзыве, позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Минимальный размер компенсации может быть снижен судом лишь при наличии совокупности указанных условий. Если хотя бы одно условие отсутствует (например, нарушение совершено неоднократно), снижение размера компенсации на основании Постановления КС РФ № 40-П невозможно, даже при наличии иных обстоятельств, учитываемых при снижении размера компенсации.

В тексте Постановления указаны и иные обстоятельства, которые учитываются при определении размера компенсации, например имущественное положение ответчика. Однако даже при наличии этих обстоятельств, если отсутствует одно из вышеуказанных условий, снижение компенсации ниже низшего предела невозможно.

В подтверждение того, что ответчик впервые привлекается к ответственности за нарушение исключительного права, как правило, представляются скриншоты из базы данных судебных дел (kad.arbitr.ru). При этом однократность совершения нарушения подразумевает, что противоправное деяние, в том числе в сфере нарушения интеллектуальных прав, было совершенно лицом впервые независимо от конкретных обстоятельств нарушения и лица, чье право было нарушено такими действиями (постановление Суда по интеллектуальным правам  от 26.05.2021 по делу № А04-6886/2020, от 22.09.2021 по делу № А21-7533/2020, от 17.11.2023 по делу № А21-15888/2022 и др.).

Тот факт, что ответчик и ранее привлекался к гражданско-правовой ответственности за нарушение прав иных правообладателей, может свидетельствовать о том, что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав является существенной частью деятельности ответчика (постановление Суда по интеллектуальным правам от 04.10.2022 по делу № А76-48979/2020).

Из Картотеки арбитражных дел следует, что в рамках дела А65-23400/2022 ответчик ранее привлекался к гражданско-правовой ответственности за нарушение прав иного правообладателя.

При таких обстоятельствах совокупность основания для применения постановления №40-П отсутствует, поскольку использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав является существенной частью деятельности ответчика.

Таким образом, доказательства наличия оснований для снижения компенсации ответчиком не представлены.

Истцом также заявлено требование о взыскании 689,04 руб. почтовых расходов, 200 руб. расходов на приобретение товара, 200 руб. расходов на получение выписки из ЕГРИП, 8 000 руб. расходов на видеофиксацию нарушения.

В силу норм статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек (пункт 10 названного постановления).

Факт несения расходов в размере 689,04 руб. на оплату услуг почтовой связи подтвержден почтовыми квитанциями, на получение выписки из ЕГРИП – запросом и платежным поручением, на приобретение товаров - кассовым чеком в совокупности с видеозаписью.

Указанные судебные расходы, а также расходы на уплату государственной пошлины отнесению на ответчика по правилам статьи 110 АПК РФ пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Вместе с тем суд не усматривает оснований для отнесения на ответчика расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 руб. в связи с тем, что истцом не представлены надлежащие доказательств, подтверждающие, что непосредственно им понесены расходы на видеофиксацию.

руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  



Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Зеленодольск (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Пермь (ОГРН <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству №359303 в размере 28 571,43 руб., расходы на приобретение товара в размере 61,54 руб., почтовые расходы в размере 212,01 руб., расходы на получение выписки из ЕГРИП в размере 61,54 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 142,77 руб.

В остальной части отказать.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, г.Пермь (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 1 714 руб.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.



Судья                                                                                                           Б.Ф. Мугинов