Постановление от 20 октября 2025 г. по делу № А60-34477/2024

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-7196/2025-АК
г. Пермь
21 октября 2025 года
Дело № А60-34477/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 октября 2025 года.


Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего       Чепурченко О. Н.

судей                                      Иксановой Э.С., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Саранцевой Т.С.,

при участии в судебном заседании:

от должника ФИО1: ФИО2, паспорт, доверенность от 22.07.2025,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

должника ФИО3

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 июля 2025 года о завершении реализации имущества должника и применении правил об освобождении его от исполнения обязательств, за исключением требования ПАО «Совкомбанк»,

вынесенное в рамках дела № А60-34477/2024

о признании ФИО3 (ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.06.2024 к производству суда принято заявление ФИО3 (СНИЛС <***>, ИНН <***>) о признании его несостоятельным (банкротом), основанием чему послужило наличие задолженности по просроченным обязательствам в общем размере 2 931 833 руб. 74 коп.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 10.09.2024 (резолютивная часть от 03.09.2024) ФИО3 признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 03.03.2025. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4, являющаяся членом НПС СОПАУ «Альянс управляющих».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано на ЕФРСБ 16.09.2024 (сообщение №15362662) и в газете «Коммерсантъ» 21.09.2024 (объявление № 77236883233).

В Арбитражный суд Свердловской области 03.03.2025 от финансового управляющего ФИО4 поступили: ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина – ФИО3 и освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств, представлен отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина с приложением документов.

От кредитора ПАО «Совкомбанк» 26.03.2025 в арбитражный суд поступили письменные возражения на ходатайство о завершении процедуры банкротства, в котором кредитор просил отложить рассмотрение ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина и предложить финансовому управляющему представить дополнительные документы.

Также кредитором ПАО «Совкомбанк» было заявлено ходатайство о неприменении положений пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закона о банкротстве) об освобождении гражданина от исполнения обязательств в отношении требования ПАО «Совкомбанк».

Судебное заседание по рассмотрению отчета финансового управляющего неоднократно откладывалось, в том числе, определением суда от 05.06.2025 судебное разбирательство отложено на 01.07.2025.

До судебного заседания 26.05.2025 от финансового управляющего ФИО4 поступила письменная позиция по ходатайству кредитора о неприменении правил об освобождении в отношении требования ПАО «Совкомбанк», в которой финансовый управляющий просил о завершении процедуры реализации имущества гражданина – ФИО3 и освобождении его от дальнейшего исполнения обязательств.

Кроме того от финансового управляющего ФИО4 поступило ходатайство о выплате вознаграждения с депозитного счета арбитражного суда по представленным реквизитам.

Определением Арбитражного суда Свердловской области 08.07.2025 (резолютивная часть от 01.07.2025) процедура реализации имущества в отношении ФИО3 завершена; в отношении должника применены положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от обязательств, за исключением требования ПАО «Совкомбанк». Перечислено с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области арбитражному управляющему ФИО4  денежное вознаграждение в размере 25 000 руб. 00 коп. по представленным управляющим реквизитам.

Должник, не согласившись с принятым судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит определение изменить в части неприменения к ФИО3 правил об освобождении от исполнения обязательств.

В обоснование апелляционной жалобы должник указывает на то, что кредиты, в том числе в ПАО «Совкомбанк» были одобрены и выданы банками исключительно на основании данных о доходах из анкет, банками не запрашивались и не проверялись сведения об официальном источнике дохода должника. Полагая, что банки добровольно выдали кредитные средства лицу, не имеющему подтвержденного официального источника дохода (на момент оформления кредитов, должник трудоустроен не был, получателем пенсии, пособий не являлся), указывает на то, что в данном случае, необходимо исходить из разделения ответственности между кредиторами и должником. По мнению должника, одобрение и выдача кредитов банками (профессиональными участниками рынка) без надлежащей проверки платежеспособности потенциального заемщика, так же говорит о недобросовестном поведении кредитора, однако неблагоприятные последствия такого недобросовестного поведения по настоящему делу, возложены лишь на должника, что не отвечает принципам и задачам судопроизводства. Считает, что в случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Настаивает на том, что само по себе обстоятельство отсутствия достаточного дохода для погашения обязательств перед кредиторами и неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке еще не означает умысла от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Оспаривает выводы суда о том, что должник не проанализировал рынок инвестиций, но при этом действовал добровольно, осознавая риски сферы инвестиций, вложил заемные денежные средства; а также о том, что материалами уголовного дела установлено, что должник получал доход от вложенных денежных средств. Отмечает, что при обращении в арбитражный суд с заявлением о своем банкротстве должник указывал, что кредитные договоры, оформленные в мае 2024 года, были результатом совершения в отношении него мошеннических действий неустановленными лицами; такая же информация была предоставлена финансовому управляющему в пояснениях. Ссылаясь на то, что в материалы арбитражного дела материалы проверки КУСП № 20389 от 17.06.2024 не представлены, настаивает на том, что вывод суда о том, что материалами уголовного дела установлено, что должник получал доход от вложенных денежных средств голословен и ничем не подтвержден, просто скопирован из позиции ПАО «Совкомбанк». Указывает, что оформляя кредитные договоры, должник находился под влиянием мошенников, поверив в возможность (обман) получения высокого стабильного дохода, он оформлял кредитные обязательства с целью их вложения в трейдинговые операции (веря в их реальность) с последующим получением высокого дохода, за счет которого, в короткие сроки, закрыл бы кредитные обязательства. По мнению должника легкодоступность получения кредитных средств (со стороны банков), только усугубила данную ситуацию и в конечном счете, средствами завладели мошенники. Считает, что в случае более сложной процедуры оформления кредитных договоров, более длительного промежутка  времени между подачей заявки и фактическим получением денег, должник мог более «трезво» оценить ситуацию и критически отнестись к обещаниям неизвестных ему лиц. Кроме того, отмечает, что в материалы дела возражения относительно применения к должнику пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве поступили только от кредитора – ПАО «Совкомбанк», остальные кредиторы, включенные в реестр кредиторов (ПАО Сбербанк»), не заявляли о недобросовестном поведении должника при получении заемных средств у них. Ссылаясь на то, что ПАО «Совкомбанк» не наделен полномочиями на представление интересов иных кредиторов в деле о банкротстве, настаивает на том, что возражения ПАО «Совкомбанк» могут быть применены исключительно к кредитным обязательствам с самим ПАО «Совкомбанк»; доводы изложенные ПАО «Совкомбанк» не свидетельствуют о наличии оснований для не освобождения должника от дальнейшего исполнения требований. Указав на то, что признаков преднамеренного или фиктивного банкротства должника финансовым управляющим не установлено; сокрытия или уничтожения принадлежащего должнику имущества, равно как и сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему, не допущено; должником предоставлены полная информация о своих доходах, о текущем материальном положении; недобросовестности со стороны должника, выраженной в непредставлении запрашиваемой информации и препятствовании в осуществлении функций финансового управляющего, сокрытии дохода и препятствовании пополнению конкурсной массы  для соразмерности удовлетворения требований кредиторов не установлено, просит определение в части неприменения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве изменить, освободив ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов.

Кроме того в апелляционной жалобе должником заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела копии КУСП № 17585 от 29.07.2025.

До начала судебного заседания от должника поступило ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное тем, что было подано новое заявление о совершении в отношении него преступления, выразившегося в мошенничестве, которое было приобщено к старому отказному материалу, в рамках которого было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Указав, что не согласившись с принятым постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, должник 10.10.2024 обратился в прокуратуру Чкаловского района г. Екатеринбурга с жалобой в порядке статьи 124 УПК РФ, настаивает на том, что имеются все основания для отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, считает, что получение результата проведения повторной проверки имеет существенное значение для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. 

От ПАО «Совкомбанк» поступил письменный отзыв, в котором кредитор просит определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель должника поддержал ранее заявленное ходатайство об отложении рассмотрения апелляционной жалобы, просил о приобщении к материалам дела приложенного к апелляционной жалобе копии КУСП, документов, поименованных в приложении к ходатайству об отложении судебного разбирательства, а также копии постановления заместителя прокурора Чкаловского района г. Екатеринбурга о полном удовлетворении жалобы от 13.10.2025 сопроводительного письма от 13.10.2025.

Ходатайство о приобщении к материалам дела документов рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено, представленные документы приобщены к материалам дела.

Ходатайство об отложении судебного разбирательства рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 159 АПК РФ, и  отклонено ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ.

Представитель должника доводы апелляционной жалобы подержал, просил определение суда в обжалуемой части отменить и принять новый судебный акт.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в силу положений статьи 156 АПК РФ  не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствии.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – неприменения в отношении ФИО3  правил об освобождении обязательств перед ПАО «Совкомбанк».

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1. Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьей 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. 

Согласно пункту 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Исходя из приведенных положений Закона о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проверить совершение финансовым управляющим действий по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, установить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника. Сведения, содержащиеся в отчете финансового управляющего и в прилагаемых к нему документах, должны подтверждать указанные обстоятельства.

Придя к выводу о том, что все мероприятия процедуры реализации имущества гражданина-должника финансовым управляющим выполнены, доказательства возможности пополнения конкурсной массы отсутствуют, в связи с чем оснований для дальнейшего продления процедуры банкротства не имеется, суд первой инстанции исходя из положений статьи 213.28 Закона о банкротстве завершил процедуру банкротства должника.

По общему правилу, закрепленному в пункте 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной (административной) ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное (фиктивное) банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Из разъяснений, данных в пунктах 45, 46 Постановления Пленума Верховного Суда № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 13.10.2015 № 45) следует, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве). 

Согласно пункту 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 №51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» при установлении признаков преднамеренного или фиктивного банкротства либо иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к данному должнику правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

При этом банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для недобросовестного избавления от накопленных долгов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзац 17, 18 статьи 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений постановления Пленума № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

При этом, несмотря на действие указанной выше презумпции, должник вправе представлять свои доказательства, обосновывающие его добросовестное поведение при ведении процедуры банкротства. Кроме того, при определении добросовестности поведения должника суду следует принимать во внимание и причину, в результате которой возникла его неплатежеспособность.

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела и указывалось ранее, кредитором ПАО «Совкомбанк» было заявлено ходатайство о не применении к должнику правил об освобождении гражданина от исполнения обязательств в отношении требования ПАО «Совкомбанк».

В обоснование указанного ходатайства кредитором указано на то, что должником было оформлено не менее 5 кредитных договоров в краткосрочный период (20.05.2024-24.05.2022) на сумму более 2 931 833 руб. 74 коп., в том числе задолженность:

- в размере 60 193 руб. 64 коп. перед ПАО «Сбербанк»;

- в размере 1 017 827 руб. 87 коп. перед АО «АльфаБанк» (основание: кредитный договор от 20.05.2024);

- в размере 640 382 руб. 95 коп. перед АО «Т-Банк» (основание: кредитный договор от 21.05.2024);

- в размере 138 000 руб. 00 коп. перед АО «Т-Банк»;

- в размере 216 545 руб. 44 коп. перед АО «Почта Банк» (основание: кредитный договор от 21.05.2024);

- в размере 404 617 руб. 49 коп. ПАО «Совкомбанк» (основание: кредитный договор от 24.05.2024).

По мнению кредитора, у должника изначально не было намерения возвращать денежные средства, поскольку должник не имел реального источника дохода, достаточного для погашения принятых на себя обязательств.

Также кредитором было указано на то, что должником в материалы дела было приобщено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 26.06.2024 по материалам КУСП №20389 от 17.06.2024, в котором указано, что должнику было предложено заниматься трейдингом. Для приобретения криптовалюты должник добровольно принял на себя непосильные кредитный обязательства в размере 3 000 000 руб. 00 коп. в краткосрочный период, осознавая, что кредитные денежные средства необходимо будет вернуть в банки. Должник не проанализировал рынок инвестиций, но при этом действовал добровольно, осознавая риски сферы инвестиций вложил заемные денежные средства. Также материалами уголовного дела установлено, что должник получал доход от вложенных денежных средств.

В совокупности учитывая обстоятельства спора, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что столь скорое оформление нескольких кредитных договоров в короткий срок (в течение семи дней) сводилось должником к принятию на себя заведомо неисполнимых обязательств, размер которых многократно превышал размер ежемесячного дохода должника, что явилось причиной возникновения неплатежеспособности.

ФИО3 ссылался на то, что оформляя кредитные договоры, должник находился под влиянием мошенников, поверив в возможность получения высокого стабильного дохода, он оформлял кредитные обязательства с целью их вложить в трейдинговые операции, с последующим получением высокого дохода, за счет которого, в короткие сроки, закрыл бы кредитные обязательства.

Между тем доводы должника о том, что все полученные денежные средства были направлены на трейдинговые операции под влиянием обмана, заблуждения или мошеннических действий не подкреплены убедительными доказательствами, более того, не являются реабилитирующим основанием для освобождения должника от исполнения им своих обязательств перед кредиторами. 

Сведений о том, что полученные в кредит средства в значительном размере носили характер экстренно необходимых, сопряженных с необходимостью принятия на себя заведомо неисполнимых обязательств, в материалах дела отсутствуют. Фактические обстоятельства настоящего дела свидетельствуют не о неразумности поведения фактического лица, а о явной недобросовестности должника при вступлении в кредитные обязательства.

Поведение должника, с учетом того, что в деле отсутствуют доказательства недееспособности либо ограничения дееспособности ФИО1 (статьи 29, 30 ГК РФ), не может быть признано добросовестным и разумным, поскольку должник должен был осознавать рисковый характер направления им кредитных денежных средств на трейдинговые операции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, обстоятельства того, что банки как профессиональные участники рынка потребительского кредитования могут получить самостоятельно информацию об иных кредитных обязательствах должника, не освобождает должника от обязанности представления достоверных сведений о своем финансовом положении.

Следует отметить, что получение кредитных денежных средств на столь значительную сумму у течение семи дней в сложившихся обстоятельствах может быть расценено только как умышленное наращивание кредиторской задолженности в целях получения максимального количества денежных средств от различных кредитных организаций в тот период, когда информация о выданных кредитах еще не отображена в бюро кредитных историй, и банки, проводя стандартную процедуру проверки платежеспособности должника, не обладают информацией о других кредиторах.

В данном случае поведение должника, выразившееся в наращивании кредиторской задолженности, нельзя признать добросовестным, напротив, является противоправным (статья 10 ГК РФ).

По существу, должник ссылается на мошеннические действия третьих лиц при распоряжении денежными средствами, вместе с тем уклонился от приведения доводов в обоснование добросовестности своих действий при получении кредитов – оформление кредитов в незначительный период с целью введения банков в заблуждение и предоставление недостоверных сведений о доходах.

В оправдание такого умышленного недобросовестного поведения должником не приведено ни одного довода ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.

Более того, должник не объясняет своего поведения в разрезе добросовестности в части того, что он собирался вести высокорисковую деятельность за счет чужих денежных средств (полученных при очевидно недобросовестном поведении), поскольку получая информацию в сети интернет  о высокой  доходности трейдинга, несложно даже непрофессиональному участнику посмотреть отрицательные отзывы и реальные истории.

  Такое поведение, по мнению суда, может быть обусловлено только одним – распоряжением чужими денежными средствами с умыслом последующего списания долгов. Такое недобросовестное поведение не подлежит судебной защите.

С учетом установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для применения в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором ПАО «Совкомбанк».

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе должником не приведено.

По существу приведенные должником доводы свидетельствуют о несогласии с принятым судебным актом, что само по себе основанием для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены судебного акта в обжалуемой части являться не может.

С учетом приведенных выше норм права, установленных по делу обстоятельств и отраженных в апелляционной жалобе доводов, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения арбитражного суда от 08.07.2025 в обжалуемой части, предусмотренных статьей 270 АПК РФ.

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

В порядке статьи 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 08 июля 2025 года по делу № А60-34477/2024 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.


Председательствующий


О.Н. Чепурченко


Судьи


Э.С. Иксанова


М.А. Чухманцев