Постановление от 30 октября 2019 г. по делу № А63-1033/2019



АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА


Именем Российской Федерации



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-1033/2019
г. Краснодар
30 октября 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 октября 2019 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Воловик Л.Н. и Прокофьевой Т.В., при участии в судебном заседании от заявителя – акционерного общества «Черноморские магистральные нефтепроводы» (ИНН 2315072242, ОГРН 1022302384136) – Щадневой Е.В. (доверенность от 20.11.2018), Пелипенко С.В. (доверенность от 27.11.2018), в отсутствие в судебном заседании заинтересованного лица – Департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Северо-Кавказскому федеральному округу (ИНН 2626042723, ОГРН 1102650002212), извещенного о месте и времени судебного разбирательства (уведомление № 10310 7, отчет о публикации судебных актов на сайте в сети Интернет), рассмотрев кассационную жалобу Департамента Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Северо-Кавказскому федеральному округу на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2019 по делу № А63-1033/2019, установил следующее.

АО «Черноморские магистральные нефтепроводы» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Департаменту Федеральной службы по надзору в сфере природопользования по Северо-Кавказскому федеральному округу (далее – департамент) о признании недействительным предписания от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/5.

Решением суда от 29.04.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.07.2019, предписание признано недействительным. С департамента в пользу общества взыскано 3 тыс. рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Судебные акты мотивированы отсутствием доказательств совершения обществом нарушений, перечисленных в пункте 3 акта проверки, об устранении которых выдано обжалуемое предписание.

В кассационной жалобе департамент просит решение суда и постановление суда апелляционной инстанции отменить, в удовлетворении требования отказать.

Заявитель кассационной жалобы ошибочным вывод суда о том, что соблюдение выявленных нарушений предполагается в силу закона и не нуждается в дополнительном дублировании в предписании. Суд апелляционной инстанции не оценил приложенные к жалобе фотоматериалы. Письмо общества от 05.04.2019 № 368 о выполнении ранее выданного предписания от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/5 свидетельствует о складировании отработанных труб и элементов на площадках, указанных в предписании. На момент проведения проверки общество не в полном объеме представило сведения о лицах, имеющих свидетельства на право осуществления трудовой деятельности с отходами I – IV классов опасности.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители общества поддержали доводы, изложенные в отзыве на жалобу.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей общества, проверив законность и обоснованность судебных актов, считает, что жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Суд установил и материалами дела подтверждается, что во исполнение пункта 10 поручения заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Козака Д.Н. от 19.09.2018 № ДК-119-166пр и на основании приказа от 07.11.2018 № 1657 департамент провел внеплановую выездную проверку соблюдения обществом природоохранного законодательства, по итогам которой составил акт проверки от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/3, пунктом 3 которогозафиксировано, что по результатам обследования территории промышленной площадки, расположенной в с. Геджух Дербентского района Республики Дагестан, выявлены места накопления бывших в употреблении стальных труб и элементов на открытой площадке, не оборудованной сетью ливнестоков с автономными очистными сооружениями. На предприятии отсутствуют (не представлены) документы о квалификации лиц (Умаханов М.Д., Касумов Г.Г., Асланадиев СМ., Сафарова Д.Х.), допущенных к обращению с отходами I – IV класса опасности. Нарушены часть 1 статьи 13.4, часть 1 статьи 15 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее – Закон № 89-ФЗ), пункт 3.7 Санитарно- эпидемиологических правил и нормативов СанПин 2.1.7.1322-03, утвержденных постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 30.04.2003 № 80 (далее – СанПин 2.1.7.1322-03).

По данному факту обществу выдано предписание от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/5 о необходимости до 01.02.2019 привести деятельность в области обращения с отходами в соответствии с требованиями природоохранного законодательства (хранение, накопление отходов отработанных стальных труб и элементов в нестационарных складах, на открытых площадках осуществлять при наличии сети ливнестоков с автономными очистными сооружениями; обращение с отходами осуществлять при наличии у лиц, допущенные к обращению с отходами I – IV класса опасности, документов о прохождении квалификации).

Общество обжаловало предписание в арбитражный суд.

Судебные инстанции всесторонне и полно исследовали фактические обстоятельства по делу, оценили представленные доказательства и доводы участвующих в деле лиц в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом суд обоснованно руководствовался следующим.

Предписание как ненормативный правовой акт, содержащий обязательные для исполнения требования властно-распорядительного характера, выносится только в случае установления при проведении контролирующим органом соответствующей проверки нарушений законодательства в целях их устранения.

Требования, изложенные в предписании, не могут быть взаимоисключающими, должны быть реально исполнимы, оно должно содержать конкретные указания, четкие формулировки о конкретных действиях, которые необходимо совершить исполнителю в целях прекращения и устранения выявленного нарушения. Содержащиеся в предписании формулировки должны исключать возможность двоякого толкования, изложение должно быть кратким, четким, ясным, последовательным, доступным для понимания всеми лицами. Оно не должно носить признаки формального выполнения требований.

Исполнимость предписания является важным требованием к данному виду ненормативного акта и одним из элементов законности предписания, поскольку оно исходит от государственного органа, обладающего властными полномочиями, носит обязательный характер и для его исполнения устанавливается определенный срок, за нарушение которого наступает административная ответственность, предусмотренная нормами Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Судебные инстанции сочли изложенные в предписании требования носящими неконкретный характер, поскольку их выполнение невозможно без указания дополнительной информации (в частности, описания обстоятельств подлежащих устранению нарушений (конкретных выявленных при проверке нарушений).

Так, суд отметил, что обязательное наличие сети ливнестоков с автономными очистными сооружениями при осуществлении хранения и накопления отходов в нестационарных складах и на открытых площадках, а равно обязанность по наличию у лиц, допущенных к обращению с отходами I – IV класса опасности, документов о прохождении квалификации, установлена нормативными правовыми актами, их соблюдение предполагается в силу закона и не нуждается в дополнительном дублировании в предписании. Общее указание в предписании о необходимости исполнять требования закона носит неконкретный характер.

Отсутствие четко прописанных в самом предписании действий (нарушений) признано судом в рассматриваемом случае не являющимся достаточным основанием для признания его недействительным, поскольку оно содержит ссылку на акт проверки от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/3, в пункте 3 которого отражены нарушения, послужившие основанием для вынесения обществу предписания. При этом общество не ссылалось на неясность в понимании его содержания.

При таких обстоятельствах судебные инстанции, оценивая обоснованность оспариваемого предписания, правомерно исходили из того, что указанные в нем действия касаются устранения нарушений, перечисленных в пункте 3 акта проверки от 04.12.2018 № 18-1657/ВП/3.

В соответствии с частью 1 статьи 13.4 Закона № 89-ФЗ накопление отходов допускается только в местах (на площадках) накопления отходов, соответствующих требованиям законодательства в области санитарно-эпидемиологического благополучия населения и иного законодательства Российской Федерации.

Пункт 3.7 СанПиН 2.1.7.1322-03 предусматривает, что при временном хранении отходов в нестационарных складах, на открытых площадках без тары (навалом, насыпью) или в негерметичной таре должны соблюдаться следующие условия: временные склады и открытые площадки должны располагаться с подветренной стороны по отношению к жилой застройке; поверхность хранящихся насыпью отходов или открытых приемников-накопителей должна быть защищена от воздействия атмосферных осадков и ветров (укрытие брезентом, оборудование навесом и т.д.); поверхность площадки должна иметь искусственное водонепроницаемое и химически стойкое покрытие (асфальт, керамзитобетон, полимербетон, керамическая плитка и др.); по периметру площадки должна быть предусмотрена обваловка и обособленная сеть ливнестоков с автономными очистными сооружениями; допускается ее присоединение к локальным очистным сооружениям в соответствии с техническими условиями; поступление загрязненного ливнестока с этой площадки в общегородскую систему дождевой канализации или сброс в ближайшие водоемы без очистки не допускается.

Таким образом, наличие сети ливнестоков с автономными очистными сооружениями необходимо при осуществлении фактического накопления (хранения) отходов.

Суд с учетом конкретных доказательств, представленных в материалы дела, критически оценил ссылку департамента о том, что в результате деятельности общества на территории промышленной площадки, расположенной в Дербентском районе с. Геджух (станция защиты «Геджухская»), образуются отходы «трубы стальные нефтепроводов отработанные с битумной изоляцией» и «трубы стальные нефтепроводов отработанные с полимерной изоляцией», бывшие в употреблении.

Отклоняя довод общества о том, что повторное использование демонтируемых труб, продаваемых третьим лицам или передаваемых подрядчикам в качестве давальческого сырья, не могут быть отнесены к отходам, суд обоснованно отметил, что прекращение эксплуатации обществом труб для собственных производственных целей влечет отнесение их к отходам общества; повторное применение отходов, в том числе по прямому назначению (рециклинг), относится к утилизации отходов, является одним из видов обращения с отходами. Кроме того, в процессе демонтажа образуются отходы в виде таких частей и элементов демонтируемых труб и их изоляции, которые не могут быть использованы (обрезки, поврежденные элементы и т.п.).

Вместе с тем, суд, исследовав и оценив конкретные доказательства, согласился с доводом общества об отсутствии надлежащих доказательств осуществления обществом хранения указанных отходов именно на площадке станции защиты «Геджухская». Ссылка департамента на фотоматериалы отклонена ввиду их непредставления в суд первой инстанции. Кроме того, согласно акту проверки, фотосъемка производилась при обследовании другой территории (НПС «Подкумок»), в отношении которой выдано иное предписание, оспариваемое по другому арбитражному делу.

Суд отметил, что из акта проверки не следует, что на момент проверки на спорной площадке обнаружены хранящиеся отходы, такой вывод департамента о хранении отходов основан на изучении товарных накладных от 26.10.2017 № 002300, 10.10.2017 № 002150, 18.09.2017 № 001980, 04.10.2017 № 002179, отражающих продажу обществом в 2017 году бывших в употреблении демонтированных труб в качестве лома и отходов черных металлов (трубы 720 х 6,5, 720 х 10, 720 х 7).

Доказательства осуществления обществом после демонтажа хранение труб именно на указанной территории, как указал суд, в материалы дела не представлены. Суд учел пояснения общества о том, что трубы нигде, в том числе и на площадке в с. Геджух, не хранились, а вывозились непосредственно с места демонтажа (места извлечения из-под земли).

Кроме того, в товарных накладных в графе «грузоотправитель» указаны «Склад НПС Сулак ТРУМН», «Склад НПС Самур ТРУМН», то есть иные обособленные подразделения общества. Отсутствие на площадке станции защиты «Геджухская» на момент проверки труб, указанных в перечисленных товарных накладных, следует из самих накладных, согласно которым товар продан в 2017 году.

Сославшись на представленные обществом фотоматериалы, суд установил, что на указанной площадке (станции защиты «Геджухская») хранятся новые стальные трубы без изоляции, диаметр которых значительно меньше труб, реализованных по указанным товарным накладным (в них отражена реализация труб с внешним диаметром 720 мм), что подтверждается представленной товарной накладной от 07.06.2016 № 1800001893-163 на приобретение труб электросварных прямошовных (273 х 6-В-20 ГОСТ 10705-80), а также актами на перемещение труб между подразделениями общества и накладной от 29.06.2017 № 010980 на отпуск части труб подрядчику.

Отклоняя довод департамента об оформлении и направлении обществом в 2018 году в управление Росприроднадзора по Краснодарскому краю и Республике Адыгея паспорта отходов I – IV классов опасности на «Трубы стальные нефтепроводов отработанные с полимерной изоляцией» и «Трубы стальные нефтепроводов отработанные с битумной изоляцией», в которых перечислены обособленные подразделения общества и их фактические адреса, в том числе станция защиты «Геджухская», что расценено департаментом как свидетельство образования у общества указанных отходов, суд счел их оформление подтверждающим лишь то, что общество планирует обращаться с указанными трубами как с отходами. Их оформление не может быть принято доказательством фактического хранения отработанных труб на площадке станции защиты «Геджухская» при представленных департаментов конкретных доказательствах. Само по себе факт обращения обществом с такими отходами в рассматриваемой ситуации не признано судом доказывающим, что их хранение осуществлялось или будет осуществляться именно на спорной площадке. Наряду со станцией защиты «Геджухская» в указанных паспортах указаны более двадцати иных обособленных подразделений, по месту нахождения которых может осуществляться хранение таких отходов.

Суд также отметил, что при возникновении у общества необходимости хранения отработанных труб именно на площадке станции защиты «Геджухская» появится и обязанность обустроить ее в соответствии с требованиями СанПиН 2.1.7.1322-03.

С учетом изложенных конкретных обстоятельств, выводы о наличии которых подтверждаются имеющимися в материалах дела доказательствами, суд сделал обоснованный вывод об отсутствии оснований для выдачи предписания об обустройствесети ливнестоков на площадке станции защиты «Геджухская» до 11.02.2019 при отсутствии фактического хранения на этой площадке отходов как на момент выдачи предписания, так и в период его действия.

В настоящем деле департамент не представил документальные доказательства того, что на спорной территории хранились отходы, что требовало бы обустройства сети ливнестоков.

Представленные в суд апелляционной инстанции фотоматериалы (л. д. 12 – 16 т. 2) не свидетельствуют об осуществлении обществом хранения на площадке станции защиты «Геджухская» отходов, поскольку не содержат сведения, позволяющие идентифицировать именно эту станцию, а также спорные отходы «трубы стальные нефтепроводов отработанные с битумной изоляцией» и «трубы стальные нефтепроводов отработанные с полимерной изоляцией», бывшие в употреблении, дату и время производства фотоснимков, о соблюдении процессуального порядка их фиксации. Указанные фотоматериалы не прилагались к акту проверки.

Кроме того, департамент не пояснил о невозможности представить эти фотоматериалы в суд первой инстанции (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

В соответствии с части 1 статьи 15 Закона № 89-ФЗ лица, которые допущены к сбору, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов I – IV классов опасности, обязаны иметь документы о квалификации, выданные по результатам прохождения профессионального обучения или получения дополнительного профессионального образования, необходимых для работы с отходами I – IV классов опасности.

Суд установил, что в оспариваемом предписании также указано на необходимость осуществления обращения с отходами при наличии у лиц, допущенных к обращению с отходами I – IV класса опасности, документов о прохождении квалификации. При этом в акте проверки указано, что на предприятии отсутствуют (не представлены) документы о квалификации лиц, допущенных к обращению с отходами I – IV класса опасности: Умаханова М.Д., Касумова Г.Г., Асланадиева С.М. (в фамилии допущена опечатка: верно «Асланалиев С.М.»), Сафарова Д.Х.

Суд сослался на представление обществом в судебное заседание удостоверений о повышении квалификации от 20.11.2015 Касумова Г.Г. и Хажиалиева У.М. по программе «Обращение с отходами», которые направлены обществом 22.11.2018 по электронной почте в адрес департамента, в подтверждение чего представлены скриншоты электронной почты.

Общество также представило в суд удостоверение о повышении квалификации ДО № 001542 Сафарова Д.Х. по программе «Подготовка лиц на право работы с опасными отходами I – IV класс опасности»; удостоверение о краткосрочном повышении квалификации № 37/2009 Умаханова М.Д. по программе «Обеспечение экологической безопасности руководителями и специалистами общехозяйственных систем управления»; приказ (распоряжению) от 19.10.2017 № 196-К о прекращении 20.10.2017 трудового договора с Асланалиевым С.М. Названные документы в ходе проверки департаменту не представлялись, однако, как указал суд, такой запрос департамент не делал.

Суд учел пояснения департамента, исходя из которых сведения о лицах, допущенных к обращению с отходами, получены из приказов от 19.12.2016 № 3152, 05.12.2017 № 3110, 01.08.2018 № 1731 «О назначении ответственных лиц за допуск работников к обращению с отходами I – IV классов опасности», представленных обществом в департамент ранее.

Доказательства запроса у общества в ходе проведения внеплановой проверки документов о квалификации Умаханова М.Д., Асланалиева С.М. и Сафарова Д.Х. департамент не представил. В запросе от 30.11.2018 № 1822/18, направленном департаментом обществу в рамках проверки, проводимой на основании приказа от 07.11.2018 № 1657, документы о квалификации лиц, допущенных к обращению с отходами, не перечислены.

Суд также учел, что оспариваемым актом предписано обеспечить фактическое наличие таких документов, а не их представление в департамент.

С учетом этих конкретных обстоятельств увольнение Асланалиева С.М. и представление квалификационных документов на остальных работников общества на день выдачи предписания признано судом подтверждающим недействительность предписания в указанной части.

Выводы суда основаны на правильном применении норм права к установленным им обстоятельствам и соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам. Фактически доводы жалобы сводятся к переоценке исследованных и оцененных судом конкретных доказательств, что в полномочия кассационной инстанции не входит. Основания для отмены или изменения обжалуемых судебных актов не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 29.04.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2019 по делу № А63-1033/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Л.А. Черных

Судьи Л.Н. Воловик

Т.В. Прокофьева