Решение от 21 сентября 2023 г. по делу № А40-264659/2022

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-264659/22-19-1963
21 сентября 2023г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 25 августа 2023г.

Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2023г.

Арбитражный суд в составе судьи Подгорной С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.Р. Ротарь,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АЛЬЯНС "СУПЕРНОВА"

(111402, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.12.2002, ИНН: <***>)

к ответчику Обществу с ограниченной ответственностью «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umethin smol Kolicevo d.o.o., (HELIOS TDLUS d.o.o. )

(Регистрационный номер 5043212000, 1230, Республика Словения, г. Домжале, <...>)

третье лицо ООО "ХЕЛИОС РУС"

о взыскании 1.971.548,78 ЕВРО задолженности по контракту №04/2004 об эксклюзивной дилерской деятельности от 20.11.2003 г. (по курсу ЦБ РФ на 25.11.2022 г. - 123.776.592 руб. 58 коп.),

по встречному иску ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umethin smol Kolicevo d.o.o.)

к ООО "АЛЬЯНС "СУПЕРНОВА"

о взыскании задолженности в размере 2 123 284 евро 15 евроцентов, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.12.2015 г. по 05.05.2023 г. в размере 617 874 евро 05 евроцентов с последующим начислением процентов с 06.05.2023 г. по дату фактической оплаты задолженности

при участии:

от истца: Мусс Е.М., удостоверение адвоката, по доверенности от 27.03.2023 г.; ФИО1 по доверенности от 27.03.2023 г.;

от ответчика: ФИО2, по доверенности от 20.01.2023 г.; ФИО3 по доверенности от 20.01.2023 г.;

от третьего лица: ФИО4, удостоверение адвоката, по доверенности №30 от 13.02.2023 г.



УСТАНОВИЛ:

ООО «Альянс «Супернова» обратилось с первоначальным иском к ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» с участием 3-его лица ООО «ХЕЛИОС РУС» о взыскании 1 971 548,78 евро неосновательного обогащения по договору №04/2004 от 20.11.2003г.

Встречный иск заявлен о взыскании 2 123 284 евро 15 евроцентов задолженности, 617 874 евро 05 евроцентов процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.12.2015г. по 05.05.2023г. с последующим начислением процентов с 06.05.2023г. по дату фактической оплаты задолженности по договорам №04/2004 от 20.11.2003г., №1/2014 от 15.01.2014, от 01.04.2016г. и от 01.04.2016г.

ООО «Альянс «Супернова» поддержало первоначальные исковые требования, просило их удовлетворить, возражало против удовлетворения встречного иска.

ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» первоначальный иск не признало по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просило удовлетворить встречный иск.

Третье лицо поддержало позицию ответчика по первоначальному иску.

Оценив представленные доказательства, выслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об удовлетворении первоначальных исковых требований и отказе в удовлетворении встречного иска, исходя при этом из следующего.

Как усматривается из материалов дела, 20.11.2003г. между истцом и компанией «БЕЛИНКА БЕЛЛЕС» д.о.о. заключен контракт №04/2004.

В соответствии с вышеуказанным договором компания «БЕЛИНКА БЕЛЛЕС» д.о.о. обязалась поставить, а истец принять и оплатить товар.

Контракт поставлен на учет под №11020020/0912/0000/1/0 в АКБ «Московский индустриальный банк» (ОАО), затем переведен в АКБ «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» (ЗАО) (впоследствии переименованном в ОАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК»), в связи с чем ему присвоен №12040012/2210/000/2/0, затем переведен под №12040012/2210/0000/2/0 в ПАО «Совкомбанк».

20.05.2020г. между истцом по первоначальному иску, компанией «БЕЛИНКА БЕЛЛЕС» д.о.о. и ответчиком заключено дополнительное соглашение №22, в соответствии с которым компания «БЕЛИНКА БЕЛЛЕС» д.о.о. реорганизована в форме присоединения к ответчику, таким образом, все права и обязанности по контракту перешли от компании «БЕЛИНКА БЕЛЛЕС» д.о.о. к ответчику.

Так, истец по первоначальному иску в период с 20.05.2021г. по 28.01.2022г. свои обязательства по перечислению оплаты за поставленный товар в размере 1 971 548,78 евро исполнил надлежащим образом, что подтверждается платежными поручениями, представленными в материалы дела.

Однако ответчик по первоначальному иску свои обязательства в сроки, установленные договором, не исполнил.

17.10.2022г. истцом по первоначальному иску в адрес ответчика направлено требование о необходимости возврат перечисленных денежных средств.

Учитывая, что на дату направления уведомления фактически товар ответчиком по первоначальному иску не поставлен, то в данном случае имеет место неосновательное обогащение.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Учитывая, что у суда отсутствуют основания признать, что денежные средства приобретены ответчиком по первоначальному иску на законных основаниях, то 1 971 548,78 евро являются неосновательным обогащением и подлежат взысканию в судебном порядке.

Доводы отзыва ответчика по первоначальному иску признаны судом необоснованными и несостоятельными и отклонены ввиду противоречия фактическим обстоятельствам дела, представленным в дело доказательствам и неправильным применением норм материального права.

Довод ответчика по первоначальному иску о том, что ведомости банковского контроля не являются доказательством наличия задолженности по внешнеэкономическому контракту, признан судом несостоятельным по следующим основаниям.

Так, на момент постановки контракта на учет действовали Инструкция Банка России от 15.06.2004г. №117-И (с изменениями, вступившими в силу от 27.02.2011г.) «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации при осуществлении валютных операций, порядке учета уполномоченными банками валютных операций и оформления паспортов сделок» и «Положение о порядке представления резидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации, связанных с проведением валютных операций с нерезидентами по внешнеторговым сделкам, и осуществления уполномоченными банками контроля за проведением валютных операций».

Согласно п. 1.4. Положения резидент осуществляет валютные операции по контракту только через свои банковские счета, открытые в банке ПС (паспорта сделки).

Таким образом, сведения о суммах платежей не могут вноситься резидентом самостоятельно, резидент лишь представляет справку о валютной операции в соответствии с п.1.2-1.3. Инструкции Банка России от 15.06.2004 №117-И.

Согласно п.2.1. Инструкции 2.1. в целях учета валютных операций по контракту и осуществления контроля за их проведением резидент в порядке, установленном настоящим Положением, представляет в банк ПС документы, связанные с проведением указанных операций и подтверждающие ввоз товаров на таможенную территорию Российской Федерации.

В случае наличия установленного нормативными правовыми актами в области таможенного дела требования о декларировании таможенным органам товаров, ввозимых на таможенную территорию Российской Федерации или вывозимых с таможенной территории Российской Федерации, путем подачи таможенной декларации резидент в качестве подтверждающих документов представляет в банк ПС таможенные декларации, за исключением временных таможенных деклараций.

Пунктами 4.7.- 4.11 Инструкции 15.06.2004 №117-И (продолжала свое действие на момент перевода контракта в другой банк) установлен следующий порядок перевода.

Одновременно с закрытием ПС Банк распечатывает ведомость банковского контроля на бумажном носителе в двух экземплярах, которые подписываются ответственным лицом банка ПС и заверяются печатью банка ПС.

Один из экземпляров ведомости помещается банком ПС в досье по паспорту сделки, второй – передается резиденту.

После передачи банком ПС ведомости досье по паспорту сделки закрывается и сдается в архив банка ПС.

Для оформления нового ПС по контракту в уполномоченном банке резидент не позднее 40 календарных дней, исчисляемых начиная с даты закрытия ПС в банке ПС, одновременно с документами, предусмотренными главой 3 настоящей Инструкции, представляет в уполномоченный банк ведомость банковского контроля.

На основании документов, представленных резидентом, уполномоченный банк подписывает ПС по контракту в порядке, установленном настоящей Инструкцией.

Судом установлено, что 11.11.2018г. контракт был переведен на учет в ПАО «Совкомбанк», который согласно п. 12.5. и 12.6 Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И (действовала на момент перевода) продолжил вести ведомость банковского контроля при сохранении уникального номера, присвоенного Контракту предыдущим банком.

Согласно п. 5.1. Инструкции Банка России от 16.08.2017г. № 181-И «О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их представления резидент, являющийся стороной импортного контракта должен осуществить их постановку на учет в уполномоченном банке в порядке, установленном настоящей главой, и проводить расчеты по контракту только через свои счета, открытые в уполномоченном банке, либо в уполномоченном банке, принявшем на обслуживание контракт и (или) через свой счет, открытый в банке-нерезиденте.

В силу пункта 9.2 Инструкции формирование и ведение ведомости банковского контроля осуществляется Банком УК (банком, принявшим на учет контракт).

Согласно пункту 3 Приложения № 4 к Инструкции Раздел II «Сведения о платежах» формируется на основании данных по операциям, подлежащим формированию и ведению уполномоченными банками, а также дополнительной информации, содержащейся в имеющихся в распоряжении Банка УК документах и информации, которые связаны с проведением резидентом операций по контракту.

В соответствии с п. 2.5 Инструкции резидент при списании иностранной валюты с его расчетного счета в иностранной валюте одновременно с распоряжением о списании иностранной валюты должен представить в уполномоченный банк документы, связанные с проведением операций.

Уполномоченный банк самостоятельно отражает в данных по операциям сведения в соответствии с приложением 2 к настоящей Инструкции, включая код вида операции, который соответствует наименованию вида операции, указанному в приложении 1 к настоящей Инструкции, при списании иностранной валюты с расчетного счета резидента в иностранной валюте на основании представленных резидентом в уполномоченный банк документов, связанных с проведением операций, не позднее двух рабочих дней, следующих за днем списания иностранной валюты с расчетного счета резидента в иностранной валюте.

Так, раздел представленной истцом по первоначальному иску ведомости II «Сведения о платежах» содержит информацию обо всех платежах в рамках контракта в период с 05.04.2012г. по 28.01.2022г.

Согласно Инструкции Банка России № 181-И от 16.08.2017 (п. 4 Примечаний к ведомости банковского контроля) в Разделе III ведомости банковского контроля «Сведения о подтверждающих документах» формируются из информации о зарегистрированных таможенными органами декларациях на товары.

Информация о зарегистрированных декларациях на товары предоставляется в уполномоченный банк таможенным органом в соответствии с Положением, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 28 декабря 2012 года №1459 «О порядке передачи таможенными органами Центральному банку Российской Федерации и уполномоченным банкам в электронном виде информации о зарегистрированных таможенными органами декларациях на товары».

Указанная информация вносится банком УК в ведомость банковского контроля в автоматизированном режиме (п.п.8.8. Инструкции Банка России от 16.08.2017 №181-И).

В разделе III «Сведения о подтверждающих документах» представленной Истцом ведомости отображена вся достоверная информация о поставках, в том числе стоимости поставленного товара, и номер декларации на товары, зарегистрированной таможенным органом.

Суд признает ведомость банковского контроля как наиболее достоверный источником сведений об оплате товара, поскольку оплата товара по контракту подтверждается независимым источником - банком, который осуществляет контроль за своевременным исполнением обязательств покупателя по оплате поставленного товара путем ведения такой ведомости.

Указанный документ является прямым доказательством, как совершенных в адрес истца по первоначальному иску поставок, так и совершения финансовых операций по оплате.

На основании изложенного, суд находит подтвержденными обстоятельства возникновения на стороне ответчика по первоначальному иску неосновательного обогащения.

Что касается встречного искового заявления, то оно удовлетворению не подлежит исходя при этом из следующего.

Истец по встречному иску полагает, что стороны заключили четыре договора в целях регулирования всего объема поставочных отношений: спорный контракт об эксклюзивной дилерской деятельности №04/2004 от 20.11.2003г., договор об эксклюзивной дилерской деятельности от 15.01.2014г. №1/2014 , договор оказания услуг «Белинка Беллес» от 01.04.2016г., договор оказания услуг с ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umetnih smol Kolicevo. d.o.o.) от 01.04.2016г.

Истец по встречному иску также указывает, что между сторонами был заключен договор об эксклюзивной дилерской деятельности №02/2003 от 20.12.2002г., который также, по его мнению, должен учитываться в расчетах суммы задолженности.

Истец по встречному иску ссылается на то, что стороны ежегодно производили зачет взаимных обязательств по вышеуказанным договорам, в результате которых задолженность ответчика по встречному иску по оплате поставленного товара составляет 2 123 284 евро 15 евроцентов.

Статьей 309 ГК РФ предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Отказывая в удовлетворении встречных исковых требований суд исходит из следующего.

Так, судом установлено, что между истцом и ответчиком был заключен договор об эксклюзивной дилерской деятельности от 15.01.2014г. №1/2014.

В соответствии с п.1.1. договора №1/2014 истец по встречному иску производит и поставляет лакокрасочные материалы торговых марок BORITEX, TESSAROL, IDEAL, NITRO, SPEKTRA, HELIOMIX.

Договор поставки №1/2014 поставлен на учет в ОАО «Транскапиталбанк» учет под УНК № 14010012/2210/0000/2/1 от 23.01.2014. В материалах дела имеются международные товарно-транспортные накладные (CMR), грузовые товарные декларации и счета-фактуры по данному договору поставки 1/2014 (т.44, л.д.24-25, 64-65, 104-105, т.46, л.д.85-86, т.37,л.д.42-43, т. 38 л.д.2-3, т.32,л.д.9-10, 2-4, 63, 74-75, 83-84, 92-93, 99-100 т. 39, л.д. 55-56, 90-91, т.40, л.д. 23-24, 105-106, 118-119 , 130-131 т.41, л.д. 1-2 , 33-34, 36-37, 100-101, т.42, л.д. 34-35, 50-51, 84-85, 96-97, 111-112, т.34, л.д.80-81, 21-22, 29-30, 38-39, 54-55, 68-69, 84-85, т.43, л.д. 4-5, 17-18, 29-30, 40-41, 63-64, 81-82 и др. ), доказательства подтверждающие оплаты по данному договору (т.48, л.д. 80-102).

Исходя из анализа представленных истцом по встречному иску расчетов, последний указывает, что по договору поставки № 1/2014 в период с 01.01.2014г. по 14.02.2022г. было осуществлено оплат на сумму 1 077 249, 77 евро, а стоимость поставок составила 1 097 658,27 евро, сумма кредит-нот 90 042,92. Указанные суммы истец по встречному иску учитывает при определении размера задолженности по встречному исковому заявлению.

Суд не может согласиться с указанной позицией истца по встречному иску, поскольку указанный договор поставки № 1/2014 является самостоятельным договором, заключен с иным юридическим лицом, имеет свой предмет, документооборот (в частности инвойсы, международные транспортные накладные, грузовые таможенные декларации), оплаты имеют конкретизированный характер.

В связи с изложенным, указанный договор не подлежит рассмотрению во взаимосвязи с контрактом и операции по нему не могут учитываться при расчете задолженности по контракту №04/2004 от 20.11.2003г.

Истец по встречному иску в качестве обоснования своей позиции ссылается на договор оказания услуг заключенный с «Белинка Беллес» от 01.04.2016г. и договор оказания услуг заключенный с ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umetnih smol Kolicevo. d.o.o.) от 01.04.2016г.

Истец по встречному иску указывает, что с 2016 года компания «Белинка Беллис», равно как и ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umetnih smol Kolicevo. d.o.o.), оказывали рекламные услуги и предоставляли права на объекты интеллектуальной собственности ответчику по встречному иску (доменное имя belinka, товарные знаки) в рамках договоров оказания услуг от 01.04.2016г.

Исходя из представленных истцом по встречному иску расчетов стоимость услуг за период с 01.01.2016г. по 14.02.2022г. по договору оказания услуг заключенный с «Белинка Беллис» от 01.04.2016г. составила 3 719 190, 14 евро, по договору оказания услуг заключенного с ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umetnih smol Kolicevo. d.o.o.) от 01.04.2016г. составила 411 394, 95 евро. Указанные суммы истец по встречному иску учитывает при определении размера задолженности по встречному исковому заявлению.

Суд приходит к выводу, что доказательства оказания услуг и предоставления интеллектуальных прав в рамках договоров оказания услуг от 01.04.2016г. в материалах дела отсутствуют, по следующим основаниям.

Довод истца по встречному иску о том, что договоры оказания услуг включают положения лицензионных договоров, суд не может признать обоснованным.

Согласно п. 6 ст. 1235 ГК РФ лицензионный договор должен предусматривать предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство.

В соответствии с абзацем вторым п. 5 ст. 1235 ГК РФ при отсутствии в возмездном лицензионном договоре условия о размере вознаграждения или порядке его определения договор считается незаключенным.

Из представленных договоров оказания услуг невозможно установить ни сам объект интеллектуальной собственности, права пользования которым были переданы, ни размер установленного вознаграждения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу статьи 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729 ГК РФ) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Вместе с тем, отсутствие подписанного в двухстороннем порядке акта приемки само по себе не свидетельствует о том, что услуги не были оказаны. Факт оказания услуг может быть подтверждён иными доказательствами.

В качестве доказательств оказания услуг истец по встречному иску представлены копии счетов-фактур (т. 34 л.д 88-120, т.35 л.д 1-115, т. 36. л.д 1-15). Суд не может признать их надлежащими доказательствами, так как указанные документы составлены в одностороннем порядке, не содержат перечень оказанных услуг, а доказательства их отправки ответчику по встречному иску не представлены.

К доводам истца по встречному иску об иных доказательствах суд относится критически, по следующим причинам.

Судом установлено, что права на товарные знаки, равно как и право эксклюзивной дистрибуции и предоставление рекламных материалов предусмотрено условиями контракта №04/2004 об эксклюзивной дилерской деятельности от 20.11.2003г, а доказательства, на которые ссылается истец по встречному иску не относятся к договорам оказания услуг.

Так, согласно п. А преамбулы спорного контракта (в редакции дополнительного соглашения №8 от 24.09.2010г.) дилер получает права пользования товарным знаком.

Согласно п. B преамбулы Контракта (в редакции дополнительного соглашения №8 от 24.09.2010г.) под товарным знаком согласно настоящему контракту понимается обозначение «BELINKA», служащее для индивидуализации товаров производителя, удостоверенное свидетельством на товарный знак №926367, №925122 от 09.01.2007.

П. 4.7.3. контракта №04/2004 от 20.11.2003 (в редакции дополнительного соглашения №8 от 24.09.2010г.) установлено, что вознаграждение за пользование товарным знаком не предусмотрено.

Аналогичные условия указаны и в договоре поставки №1/2014. В соответствии с п. В преамбулы договора поставки №1/2014, ответчик по встречному иску получает право на эксклюзивную дистрибьюцию и использование товарных знаков BORITEX, TESSAROL, IDEAL, NITRO, SPEKTRA, HELIOMIX.

Таким образом, использование ответчиком по встречному иску товарного знака и его безвозмездная основа урегулированы сторонами в контракте №04/2004 от 20.11.2003

Поставка рекламной продукции также предусмотрена в рамках исполнения обязательств истца по встречному иску по договорам об эксклюзивной дилерской деятельности. Так, в соответствии с п 3.7 контракта №04/2004, в редакции дополнительного соглашения №8 от 24.09.2010г., установлено что производитель обязан обеспечить дилера необходимыми рекламными и ознакомительными материалами, связанными с товаром. Аналогичные положения предусмотрены и в п.3.7. договора поставки №1/2014.

Суд критично относится к доводам истца по встречному иску о том, что после 2016 года услуги по предоставлению рекламной продукции и предоставление интеллектуальных прав были выделены из спорного контракта.

Согласно п.1 ст. 452 ГК РФ соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Истцом по встречному иску не представлено доказательств изменения условий, содержащихся в спорном контракте, в указанной части. Более того, поставляемая истцом по встречному иску рекламная продукция, согласно представленным первичным документа и инвойсам, содержит ссылку именно на спорный контракт, в том числе и после 2016 года.

Относительно предоставления истцом по встречному иску адресов электронной почты info@belinka.by и alians@belinka.ru, и доменного имени www.belinka.ru (т. 36.л.д 34), суд отмечает, что доказательств предоставления таких прав со стороны истца по встречному иску не представлено.

Так, материалы дела содержат справку о принадлежности доменного имени www.belinka.ru, выданную АО «Региональный Сетевой Информационный Центр», в соответствии с которой доменное имя www.belinka.ru принадлежит ФИО5 (т. 57, л.д. 25).

Таким образом, судом установлено, что услуги по предоставлению рекламных материалов, предоставление прав на объекты интеллектуальной собственности ответчику по встречному иску (доменное имя belinka, товарные знаки), права на эксклюзивную дистрибьюцию после 2016 года не оказывались в рамках договора оказания услуг заключенного с «Белинка Беллис» от 01.04.2016г., и договора оказания услуг заключенного с ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево» (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umetnih smol Kolicevo. d.o.o. от 01.04.2016г.

Истцом по встречному иску также представлена в материалы дела копия контракта №02/2003 о дилерской деятельности от 20.12.2002г.

Судом установлено, что указанный договор заключен между ответчиком по встречному иску и «Белинка Беллес», предметом договора являлась поставка в адрес ответчика лакокрасочных материалов, который, в свою очередь, оплачивал указанную продукцию и осуществлял дальнейшую продажу на праве эксклюзивной дистрибуции на территории г. Москвы и Московской области и дистрибуции на территории Российской Федерации.

Суд отклоняет довод истца по встречному иску о том, что указанный договор необходимо рассматривать во взаимосвязи с контрактом №04/2004 от 20.11.2003 г., поскольку указанный документ является самостоятельной сделкой, порождающей права и обязанности сторон. Операции по данному договору не могут быть учтены в расчетах задолженности по контракту.

При этом, по результатам оценки представленных истцом по встречному иску документов в подтверждение доводов о проводимых между сторонами взаимозачетах по всем заявленным договорам суд пришел к следующему выводу.

Истцом по встречному иску в материалы дела представлены копии Balance Confirmation на 31.12.2015 (т. 56 л.д. 39-43 ), на 31.12.2017 (т. 56 л.д. 44-48), на 01.06.20 ( т. 56 л.д.52-58), на 31.12.2020 ( т. 56 л.д 59-65), письма в адрес KPMG от 07.01.2019 ( т. 56 л.д 49-51) от 25.01.2022 ( т. 56 л.д 67).

Согласно статье 410 ГК РФ для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее - активное требование), наступил срок исполнения.

Наличие условий для зачета без заявления о зачете не прекращает и не изменяет обязательства сторон. До заявления о зачете стороны не вправе отказаться от принятия надлежащего исполнения по встречным требованиям, стороны также не вправе требовать возврата исполнения, предоставленного до заявления о зачете (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 №6).

Суд не может признать как соглашение или уведомление о взаимозачете документы, представленные истцом по встречному иску, поскольку они не отвечают требованиям, предъявляемым к документам такого рода. В представленных истцом по встречному иску документах отсутствуют сведения о наличие встречных однородных требований, которые были прекращены, а также в явном виде не выражена воля какой-либо из сторон на проведение зачета.

По результатам оценки довода истца по встречному иску о том, что Balance Confirmation свидетельствует о бесспорном наличии долга, поскольку является по своей сути актом сверки, суд приходит к следующему выводу.

Balance Confirmation не содержат указания на спорный контракт и сами по себе не являются документом первичного учета.

Акт сверки не носит правопорождающего характера, поскольку не приводят к возникновению, изменению или прекращению правоотношений лиц, его подписавших, а только лишь констатируют итог их расчетов на определенный момент, данные акты в силу статьи 8 ГК РФ не могут рассматриваться в качестве основания возникновения у должника гражданских прав и обязанностей перед кредитором и не влекут для должника негативных последствий.

Акт сверки расчетов может иметь доказательственное значение только в совокупности с другими доказательствами, в частности, первичными документами, на основании которых можно сделать однозначный вывод о наличии задолженности.

Истцом по встречному иску не представлено полного объема первичной документации, подтверждающей наличие задолженности на каждую дату, указанную в Balance Confirmation.

При рассмотрении дела судом также учтено, что ответчик по встречному иску не признавал факт подписания данных документов.

Ответчиком по встречному иску в материалы дела представлено заключение специалиста № 23/80-ПЭ по результатам почерковедческого исследования, выполненного АНО «Центр независимых экспертиз» Проверенный Эксперт» (т. 57 л.д 53- 82), в соответствии с которым все подписи выполненные от имени генерального директора на Balance confirmation на 31.12.2015 (т. 56 л.д. 39-43 , на 31.12.2017 (т. 56 л.д. 44-48), на 01.06.20 ( т. 56 л.д.52-58), на 31.12.2020 ( т. 56 л.д 59-65), равно как и письма в адрес KPMG от 07.01.2019 ( т. 56 л.д 49-51) от 25.01.2022 ( т. 56 л.д 67) выполнены не генеральным директором ФИО5 ( т. 57.л.д 53-82 ).

Истцом по встречному иску представлено заключение специалиста № 0117-07/23 ООО «Центр независимых экспертиз «Либра» специалиста ФИО6, который указывает на нарушения требований статей №№ 8, 10, 13, 16, 25 Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации при проведении Заключение специалиста № 23/80-ПЭ.

Истцом по встречному иску представлено заключение специалиста № 12-05-23/ПИ от 12.05.2023, выполненное Автономной некоммерческой организацией экспертно-правовой помощи «Независимый эксперт» (т. 51, л.д.1- 61 ), в соответствии с которым подписи в письме в адрес KPMG от 07.01.2019 (т. 56, л.д 49-51), а также Balance confirmation на 31.12.2020 выполнены от имени ФИО5, а также заключение специалиста № 14-06-23/ПИ от 14.06.2023, выполненное Автономной некоммерческой организацией экспертно-правовой помощи «Независимый эксперт» (т. 59 л.д.23), в соответствии с которым эксперт пришел к выводу что подписи выполненные на Balance confirmation по состоянию на 31.12.2017 и в копии акта сверки взаимных расчетов за период с 01.07.2022-20.12.2022 выполнены одним лицом.

Ответчиком по встречному иску представлено заключение специалиста № 120723-РПЭ от 12.07.2023, выполненное ООО «Партнер Таймс» на проведение независимого исследования заключения специалиста № 12-05-23/ПИ от 12.05.2023, выполненное специалистом АНО «Независимый эксперт» ФИО7 ( т. 64 л.д 52-70) и заключение специалиста № 120723-1-РПЭ от 12.07.2023 выполненное ООО «Партнер Таймс» на проведение независимого исследования заключения специалиста № 14-06-23/ПИ от 14.06.2023, выполненное специалистом АНО «Независимый эксперт» ФИО7 ( т. 64 л.д 34-70)

В заключении № 120723-РПЭ от 12.07.2023 и № 120723-1-РПЭ от 12.07.2023 выполненное ООО «Партнер Таймс», специалист ФИО8 пришла к выводам, что как Заключение №12-05-23/ПИ от 12.05.2023г, так и Заключение № 14-06-23/ПИ от 14.06.2023, выполнено АНО «Независимый эксперт» специалистом ФИО7 с нарушениями требований методики почерковедческой экспертизы и принципа полноты и объективности исследования, предусмотренного ст. 4, 8, 14, 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» методик производства почерковедческой экспертизы такие, как: необоснованное отсутствие ряда этапов экспертизы: установление условий выполнения подписей, установление сопоставимости объектов, установление пригодности объектов; несоблюдение этапов исследования, нарушения в последовательности оценки выявленных признаков, несоблюдение классификации признаков, низкая информативность и малое количество частных признаков, взятых в основу доказательств сделанных выводов, которые являются научно необоснованными и неподтвержденными фактическими результатами исследования, позволяют сделать вывод, что представленное заключение специалиста не соответствует требованиям традиционных методик, установленных для данного вида экспертиз/исследований, и действующему законодательству, регламентируемому проведение судебных экспертиз, что ставит под сомнение обоснованность и правильность сделанных в ней выводов.

Заключение специалиста/эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 4, 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», не может признаваться экспертным заключением по делу, рассматриваемому арбитражным судом; такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со ст. 89 АПК РФ.

В соответствии со ст. 89 АПК РФ иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 64, ст.ст. 71 и 168 АПК РФ суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Суд отмечает, что в рамках настоящего спора подлежат установлению факты оплаты по контракту об эксклюзивной дилерской деятельности №04/2004 от 20.11.2003, и стоимость поставок по данному договору. Сам по себе факт подписания, или не подписания Balance confirmation не может влиять на размер задолженности, в случае если размер задолженности не подтвержден иными доказательствами, в частности документами имеющими правопорождающий характер (международные товарно-транспортные накладные (CMR), грузовые товарные декларации, доказательства оплаты и т.д).

Суд также отмечает, что Balance Confirmation на 31.12.2015 (т. 56 л.д. 39-43 ), на 31.12.2017 (т. 56 л.д. 44-48), на 01.06.20 ( т. 56 л.д.52-58), на 31.12.2020 ( т. 56 л.д 59-65), письма в адрес KPMG от 07.01.2019 ( т. 56 л.д 49-51) от 25.01.2022 ( т. 56 л.д 67), представлены исключительно в копиях, печати выполнены в плохом качестве, доказательств направления данных документов ответчику по встречному иску не представил.

Согласно ч. 4 ст. 75 АПК РФ документы, представляемые в арбитражный суд и подтверждающие совершение юридически значимых действий, должны соответствовать требованиям, установленным для данного вида документов.

Суд при оценке письменных доказательств, не заверенных надлежащим образом, в отсутствие подлинника, руководствуется требованиями ст. ст. 67, 68, 71 и 75 АПК РФ и не принимают такие документы в качестве надлежащих доказательств, подтверждающих юридически значимые обстоятельства дела.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что материалы дела не содержат допустимых доказательств проводимого зачета между сторонами по заявленным договорам.

Судом также исследованы документы, представленные истцом по встречному иску в подтверждение признания задолженности ответчиком.

Истец по встречному иску указывает, что ответчик признавал долг в размере 2 250 759,91 Евро на 31.12.2015 в соответствии с Balance confirmation, 2 100 000 Евро на 24.12.2019 в соответствии с перепиской сторон, 2 205 625,55 Евро на 05.02.2015 в соответствии с Соглашением о товарном кредите.

Наличие долга на 31.12.2015г. истец по встречному иску подтверждает расчетом за период с 2002 года по 2015 год, а также копией Balance confirmation на 31.12.2015 (т. 19 л.д. 69-73, т. 56 л.д. 39-43).

Ответчик по встречному иску факт подписания данного документа не признает, указывает что данный документ не является доказательство в соответствии с Российским законодательством. Ответчиком по встречному иску представлено Заключение специалиста № 23/80-ПЭ по результатам почерковедческого исследования выполненное Автономной некоммерческой организацией «Центр независимых экспертиз» Проверенный Эксперт» (т. 57 л.д 53- 82), в соответствии с которым подпись выполненные от имени генерального директора ответчика на Balance confirmation на 31.12.2015 (т. 19 л.д. 69-73 ) выполнена не генеральным директором ответчика по встречному иску.

Истцом по встречному иску не представлено допустимых доказательств отправки данного документа ответчику, равно как и не представлен оригинал данного документа. Суд считает, что допустимых доказательств признания долга на 31.12.2015г. не представлено.

Истец по встречному иску в качестве обоснования суммы задолженности в размере 2 250 759,91 на 31.12.2015 указанной в Balance confirmation на 31.12.2015, представил так же суду расчет задолженности по контракту за период с 2002 года по 2015 год, включающий данные о размере открытого баланса сторон на момент постановки контракта на контроль в банк (т. 63 л.д. 23-72).

Суд относится критически к представленному расчету (т. 63, л.д. 23-72), так как при определении задолженности истец по встречному иску указывает период с 17.01.2002г. по 23.12.2015г., т.е до заключения контракта об эксклюзивной дилерской деятельности №04/2004 от 20.11.2003г.

Более того суд так же отмечает, что истцом по встречному иску в качестве обоснования расчетов за период с 17.01.2002г. по 23.12.2015г., в материалы дела представлены односторонние инвойсы (счета-фактуры). В указанных документах содержатся следующие пороки: инвойсы не имеют подписи поставщика (на тот момент – Белинка Беллес); в инвойсах, датированных до даты заключения контракта, имеется ссылка на контракт; в инвойсах, датированных до 2014 года, имеется ссылка на свидетельство о включении в Реестр владельцев СВХ от 22.12.2014; в инвойсах, датированных до 2009 года, указан действующий адрес ответчика по встречному иску, в то время как до 03.02.2009г. ответчик находился по адресу: <...>.

Представленные истцом по встречному иску международные товарно-транспортные накладные (CMR), грузовые товарные декларации за период с 2008 по 2012 год судом проверены, и не противоречат расчетам ответчика.

Суд приходит к выводу, что истцом по встречному иску не доказан факт признания ответчиком задолженности на 31.12.2015 в размере 2 250 759,91 евро.

В качестве подтверждения признания задолженности ответчиком по встречному иску в размере 2 100 000 Евро по состоянию на 24.12.2019 истец представил протокол осмотра доказательств от 16.05.2023, составленный временно исполняющим обязанности нотариуса города Москвы ФИО9 ФИО10 по результатам осмотра информации электронных письмах, находящихся в электронном почтовом ящике с адресом mkarpenko@alrud.com (т.51 л.д.62-184, т. 52, л.д.1-125).

В соответствии с указанным протоколом произведено открытие письма от «Бардуков Сергей» от Пт 05.07.2019 13:33 с темой «FW: Предполагаемая оплата» Графическое изображение страницы с текстом также распечатано и прилагается к протоколу (т.51, л.д.178-180).

При исследовании указанной электронной страницы суд приходит к выводу, что она не может являться доказательством признания долга ответчиком по встречному иску.

Электронное письмо представляет собой пересылаемое с электронного адреса sergey@belinka.ru письмо, адресованное ему с адреса nata@belinka.ru и не содержит в себе ни указания стороны спорных правоотношений, ни конкретного обязательства.

Кроме того, не представляется возможным установить обстоятельства наличия и признания какого-либо долга ответчиком по встречному иску по состоянию на 24.12.2019г. из письма, датированного 05.07.2019г., то есть за 6 месяцев до даты, на которую истец определяет наличие задолженности.

Других доказательств, свидетельствующих о признании ответчиком по встречному иску долга в указанном размере, истцом не представлено.

Оценивая представленный истцом по встречному иску протокол осмотра доказательств в целом, суд приходит к выводу, что сведения, содержащиеся в электронных письмах, не могут являться относимыми и допустимыми доказательствами наличия спорной задолженности, поскольку, в частности, в них не содержится указание на конкретный договор или обязательство, письма не исходят от руководителя ответчика или иного уполномоченного лица, не содержат явно выраженной воли ответчика на признание долга, электронные адреса отправителей не являются адресами для обмена юридически важными сообщениями в соответствии с условиями контракта.

Таким образом, из представленного документа невозможно установить наличие задолженности и признание ее ответчиком по встречному иску, как на дату, указанную истцом, так и за другие периоды.

Наличие долга по состоянию на 05.02.2018г. в размере 2 205 625,55 Евро истец по встречному иску подтверждает копией соглашения о товарном кредите от 05.02.2018.Представленный документ также не содержит ссылки на обязательство, в связи с нарушением которого возникла задолженность, имеет трехсторонний характер, в связи с чем невозможно установить размер задолженности непосредственно перед истцом по встречному иску, исходя из формы документа, приложением или дополнением к контракту не является.

При установлении обстоятельства признания должником долга во внимание должно приниматься не любое письменное доказательство, свидетельствующее о признании долга, а лишь прямо выраженное письменное волеизъявление обязанного лица, признающего свой долг. Любые сомнения относительно того, содержит ли письменный документ признание долга, должны трактоваться в пользу отсутствия такого признания.

Из представленного документа не следует явная воля ответчика по встречному иску на признание долга по спорному контракту, а потому данное соглашение не может быть принято в качестве доказательства наличия и признания задолженности ответчика по состоянию на 05.02.2018г. по нему, а потому доводы истца по встречному иску в данной части также подлежат отклонению.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства признания ответчиком по встречному иску задолженности в заявленных истцом размерах.

По результатам оценки заявленных истцом по встречному иску доводов и представленных документов, а также возражений ответчика, суд приходит к выводу, что истец не доказано наличие взыскиваемой задолженности.

Исходя из вышеизложенного суд не находит оснований для удовлетворения встречного искового заявления.

Довод истца по встречному иску касаемо применения Республики Словения, признан судом несостоятельным, поскольку в соответствии с п. 11.1 контракта (в редакции дополнительного соглашения №8 от 24.09.2010г. отношения сторон по нему регулируются нормами материального права Российской Федерации.

Пунктом 11.3 стороны установили, что рассмотрение споров всегда будет производиться в Арбитражном суде г. Москвы, согласно материальному и процессуальному праву Российской Федерации на русском языке.

Согласно ст. 1210 ГК РФ стороны договора могут при заключении договора или в последующем выбрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору.

Соглашение сторон о выборе подлежащего применению права должно быть прямо выражено или должно определенно вытекать из условий договора либо совокупности обстоятельств дела.

В соответствии со ст. 1215 ГК РФ правом, подлежащим применению к договору в соответствии с правилами статей 1210 - 1214, 1216 настоящего Кодекса, определяются, в частности: толкование договора, права и обязанности сторон договора, исполнение договора, последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора, прекращение договора, последствия недействительности договора.

Те же положения о применимом праве касаются взыскания неосновательного обогащения (п. 2 ст. 1223 ГК РФ), а также прекращения обязательств зачетом (ст. 1217.2. ГК РФ)

Стороны путем включения в контакт соответствующей оговорки достигли соглашения в части применения норм права, а также порядка рассмотрения споров.

Довод истца по встречному иску о пропуске ответчиком срока исковой давности признан судом несостоятельным, поскольку согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу ст. 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из материалов дела, истец с первоначальным иском обратился с в суд 29.11.2022г., при этом исковые требования заявлены в отношении неосновательного обогащения, которое возникло на стороне ответчика по первоначальному иску ввиду совершения истцом платежей, в период с 20.05.2021г. по 28.01.2022г.

Таким образ, срок исковой давности истцом по первоначальному иску не пропущен.

Учитывая, что первоначальные исковые требования удовлетворены, то судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика по первоначальному иску в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 309, 310, 486, 506, 516, 779, 7811102 ГК РФ, ст. ст. 65, 110, 167-171, 176 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «ХЕЛИОС Фабрика красок, лаков и искусственных смол Количево (HELIOS Tovarna barv. Lakov in umethin smol Kolicevo d.o.o., Регистрационный номер 5043212000, 1230, Республика Словения, г. Домжале, <...>) в пользу ООО "АЛЬЯНС "СУПЕРНОВА" (ИНН: <***>) 1.971.548,78 ЕВРО задолженности, а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 200.000 руб. 00 коп.

Требования по встречному иску, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

С.В. Подгорная