Постановление от 15 марта 2026 г. 9 ААС (Девятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-66634/2025

Дело № А40-163259/24
г. Москва
16 марта 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 февраля 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 марта 2026 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи: Петровой О.О.,

судей: Сергеевой А.С., Яниной Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ПАО «ИЛ»

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2025 по делу №А40-163259/24

по иску ООО «СОЛВЕРИ» (ИНН <***>)

к ответчику ПАО «ИЛ» (ИНН <***>)

о взыскании денежных средств в размере 11 662 761,86 руб.,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 по доверенности от 12.01.2026, ФИО2 – генеральный директор;

от ответчика: ФИО3 по доверенности от 28.12.2024;

У С Т А Н О В И Л:

ООО «СОЛВЕРИ» (истец, Общество) обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» (ответчик, ПАО) суммы процентов за пользование чужими денежными средствами по ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, за период с 13.12.2022 г. по 29.02.2024 г. в размере 569 742,46 рублей; суммы реального ущерба в виде расходов на хранение товарных запасов в размере 778 500,00 рублей; суммы упущенной выгоды в размере 10 314 519,40 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2025, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.11.2025 по делу №А40-163259/24 решение Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.02.2025 по делу № А40-163259/24 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.11.2025 по делу №А40-163259/24 исковые требования удовлетворены частично. С ПАО «Авиационный комплекс им. С.В. Ильюшина» в пользу ООО «СОЛВЕРИ» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 61 505 руб., сумма реального ущерба в виде расходов на хранение товарных запасов в размере 778 500,00 рублей; сумма упущенной выгоды в размере 10 314 519,40 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 77 770,00 рублей. В остальной части иска отказано.

Ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда города Москвы от 21 мая 2025 года, в которой просит отменить решение и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает на неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и представленным доказательствам; на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; на нарушение судом норм материального права.

В судебном заседании представитель ответчика настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы, просил отменить решение и принять новый судебный акт.

Представители истца возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить без изменения решение суда первой инстанции, представили отзыв на жалобу в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого решения суда первой инстанции проверены на основании статей 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив правильность применения норм материального и процессуального права, соответствие выводов Арбитражного суда города Москвы фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследовав материалы дела, Девятый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, между ООО «СОЛВЕРИ» (Поставщик) и ПАО «ИЛ» (Покупатель) заключен договор №77-2022/ОЗООИ на поставку товара/продукции от 15.12.2020 (далее - «Договор») на общую сумму 14 655 490,26 рублей.

Указанный Договор был заключен по результатам закрытого запроса котировок на право заключения договора на поставку сантехнической продукции, произведенного в электронной форме на электронной торговой площадке «Автоматизированная система торгов государственного оборонного заказа» (наименование закупки: 2340-2022-06161 Поставка сантехнической продукции, номер закупки: 222800300245, протокол №275ззк от 28.11.2022 г., организатор закупки Филиал ПАО «Ил» - ВАСО).

Согласно условиям Договора Поставщик осуществил перечисление обеспечительного платежа в размере авансового платежа, который составляет 30 % от общей стоимости Договора на расчетный счет Покупателя (п. 9.1. Договора), в сумме 4 396 647,08 рублей (платежное поручение №25 от 12.12.2022 г.).

В соответствии с п. 3.2.1. Договора Покупатель оплачивает Аванс в размере 30% общей стоимости Договора в течение 30 дней с даты заключения Договора. Договором предусмотрен срок 30 дней для поставки товаров с даты оплаты авансового платежа.

В обоснование заявленных требований истец указал, что создал достаточные товарные запасы по номенклатурным группам в соответствии с условиями Договора, для хранения которых заключил Договор №01/22ХР от 20.12.2022 г. Между тем, Покупателем не исполнены предусмотренные Договором обязательства. В частности, Покупатель не оплатил Поставщику авансовый платеж, не согласовал поставку товаров до момента оплаты Авансового платежа, до 29.02.2024 не возвращал обеспечительный платеж.

Истец обратился с предложением досрочно приступить к поставке товаров (исх. № 2 от 30.01.2023 г.).

В ответ на указанное предложение ответчик в служебной записке от 31.01.2023 г. №б/н о указал, что поставка товара по Договору должна быть произведена после оплаты аванса, а для поставки товаров до оплаты аванса требуется заключение Дополнительного соглашения, после заключения которого выражалась готовность принять товар на склад покупателя.

Вместе с тем, как указал истец, проект дополнительного соглашения, обоснование необходимости заключения дополнительного соглашения ответчиком не представлены.

Согласно доводам истца, им в адрес ответчика направлялись требования о принятии мер по исполнению Договора, предоставления пояснений о причинах неисполнения Договора (исх № 3 от 13.02.2023 г., исх. № 5 от 09.03.2023 г., в ответ на которые ответчик направил письмо от 16.03.2023 г. № 155-15/63, содержащее информацию о том, документация на оплату аванса передана - отдел казначейства 20.12.2022, а также о внутренней переписке ПАО «Ил» и ВАСО относительно пояснений по проведенной закупочной процедуре и выборе поставщика.

В последующем истец также направил ответчику претензию о надлежащем исполнении Договора (исх. №6 от 27.03.2023 г.).

Также истец указал, что от ответчика неоднократно поступали устные заверения о том, что вопрос о выплате аванса и исполнении остальных условий Договора находится на согласовании. Вместе с тем, поскольку ответчиком действия, направленные на исполнение Договора, не предпринимались, убытки, вызванные хранением товарных запасов, а также связанные с удержанием обеспечительного платежа, увеличились. В этой связи, истец направил ответчику претензию о ненадлежащем исполнении обязательства (исх. № 9 от 27.09.2023 г.).

04.10.2023 на электронную почту истца поступило предложение рассмотреть дополнительное соглашение о расторжении Договора с приложением проекта такого соглашения.

В ответ 05.10.2023 г. истец направил ответчику протокол разногласий к дополнительному соглашению, содержащий соглашение о расторжении Договора, а также предусматривающий возврат обеспечительного платежа, уплату Ответчиком отступного.

29.02.2024 на расчетный счет ООО «Солвери» от ПАО «Ил» поступили денежные средства в размере 4 396 647,08 рублей с указанием в качестве назначения платежа на возврат денежных средств по обеспечению исполнения по договору №77- 2022/ОЗООИ от 15.12.2022 г.

Как указал истец в обоснование заявленных в рамках настоящего дела требований, ответчик получил от истца 13.12.2022 обеспечительный платеж, однако не предпринял никаких разумных действий ни по исполнению Договора, ни по расторжению Договора и возврату обеспечительного платежа для уменьшения убытков истца. Ответчик возвратил указанные средства только 29.02.2024. По мнению истца, указанные действия (бездействие) ответчика свидетельствуют о злоупотреблении им правом (ст. 10 ГК РФ).

С учетом того, что ответчик удерживал перечисленные в качестве обеспечительного платежа денежные средства в отсутствие реального намерения исполнить договор, истцом заявлено требование о взыскании с ПАО «ИЛ» процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.12.2022 по 29.02.2024 в размере 569 742 руб. 46 коп.

Кроме того, истец указал, что им, после заключения Договора и в целях обеспечения возможности его своевременного исполнения, произведено формирование достаточных товарных запасов по товарным позициям согласно Спецификации, сроки поставки или изготовления которых могли повлиять на надлежащее исполнение истцом обязательств по Договору. В связи с этим у истца возникла необходимость в увеличении складских площадей для хранения указанных товарных остатков. В связи с чем, истцом был заключен договор хранения ЖН/22ХР от 20.12.2022 г. сумма вознаграждения хранителя по которому за период действия договора по 30.11.2023 г. составила 778 500 руб.

Истец ссылается на то, что длящееся неисполнение Договора ответчиком повлекло причинение истцу убытков, обусловленных несением им расходов по хранению товарных запасов (реальный ущерб) в размере 778 500 руб.

Также истец указал, что ввиду неисполнения ответчиком Договора, не принятия им мер, направленных на уменьшение убытков ООО «СОЛВЕРИ», последующего направления предложения о расторжении Договора, истец был вынужден продать созданные для поставки ПАО «ИЛ» товарные запасы другим покупателям. Цена товаров, достигнутая в рамках таких замещающих сделок, отличается в меньшую сторону от цены товаров, по Договору поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 г., заключенному между истцом и ответчиком по результатам закрытого запроса котировок.

При таких обстоятельствах истец полагает, что указанная разница составляет убытки ООО «СОЛВЕРИ» в виде упущенной выгоды. В этой связи, ООО «СОЛВЕРИ» также заявлено о взыскании с ПАО «ИЛ» убытков в виде упущенной выгоды в размере 10 314 519 руб. 40 коп.

Ссылаясь на вышеприведенные обстоятельства, ООО «СОЛВЕРИ» обратилось в суд с подлежавшими рассмотрению в рамках настоящего дела исковыми требованиями.

Пунктом 12.7 Договора предусмотрено, что он вступает в силу с момента его подписания на ЭТП обеими сторонами и действует до 29.12.2023, а в части взятых на себя обязательств - до полного исполнения сторонами.

В то же время в силу пункта 4 статьи 425 ГК РФ окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение.

Положениями п. 2 ст. 487 и ст. 328 ГК РФ предусмотрено право покупателя потребовать возмещение убытков в случае неисполнения покупателем обязанности предварительно оплатить товар.

В силу п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками (пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии определенных условий гражданско-правовой ответственности.

С учетом изложенного, по требованию о взыскании убытков в предмет доказывания входят наличие самого факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между неправомерным поведением и наступившим вредом, которая должна подтверждаться допустимыми и относимыми доказательствами, предусмотренными законом и иными нормативными актами.

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 7), упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Аналогичный подход к определению упущенной выгоды закреплен в пункте 14 Постановления Пленума ВС РФ № 25, при этом отмечено, что, поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны ли необходимые для этой цели приготовления.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в пункте 5 постановления от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

При этом состав убытков, требование о взыскании которых может быть удовлетворено судом в случае прекращения договора, не ограничен разницей между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой либо ценой замещающей сделки (пункт 14 постановления Пленума № 7).

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Пунктом 2 статьи 450 ГК РФ установлено, что существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Если прекращение договора вызвано неисполнением или ненадлежащим исполнением должником своего обязательства, кредитор вправе требовать приведения его в то имущественное положение, в котором он должен был бы оказаться в случае, если бы обязательство должника было исполнено надлежащим образом и цель договора была достигнута (абзац второй пункта 2 статьи 393, пункты 1 - 2 статьи 393.1 ГК РФ).

Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, апелляционная коллегия признает подтвержденными документально выводы суда первой инстанции о том, что вследствие неисполнения ответчиком договора истец полностью лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора. Так, истец более года без оснований был лишен прав на денежные средства, внесенные в качестве обеспечительного платежа, а также полностью лишился прибыли, па которую рассчитывал при заключении договора.

При этом, суд первой инстанции, учитывая разъяснения, содержащиеся в вышеприведенных Постановлениях Пленума № 7 и № 25, обоснованно указал на то, что в данном случае именно на ответчике лежит бремя доказывания отсутствия в его действиях вины в неисполнении договорных обязательств.

Между тем, в ходе рассмотрения настоящего дела ответчиком соответствующих доказательств в нарушение требований статьи 65 АПК РФ представлено не было.

Согласно условиям Договора №77-2022/ОЗООИ на поставку товара/продукции Поставщик своевременно обеспечил исполнение Договора путем перечисления обеспечительного платежа в размере авансового платежа, который составляет 30 % от общей стоимости Договора на расчетный счет Покупателя (п. 9.1. Договора) в сумме 4 396 647,08 руб., что подтверждается платежным поручением № 25 от 12.12.2022 и не оспаривается сторонами.

В то же время в нарушение п. 3.2.1. Договора ответчик не перечислил истцу авансовый платеж по договору (ни в установленный данным пунктом договора срок, ни позднее).

Факт неисполнения ответчиком обязательств по оплате товара не оспаривается ПАО «Ил».

Представленными истцом доказательствами достоверно подтверждено, что в целях исполнения обязательств по договору №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 ООО «СОЛВЕРИ» понесены расходы, связанных с необходимостью хранения товарных запасов, в размере 778 500 руб., а также расходы, связанные с формированием товарных запасов, необходимых для исполнения истцом обязательств по поставке товара в рамках заключенного между сторонами договора, в размере 10 314 519,40 руб.

Истцом представлен договор складского хранения с оказанием услуг от 20.12.2022 г. № 01/22ХР (далее — Договор хранения) и акты о приемке выполненных работ (оказанных услуг) за период с декабря 2022 г. по ноябрь 2023 г., платежные поручения по оплате за услуги хранения Истцом также представлена копия платежного поручения № 29 от 26.02.2025г., подтверждающих полное исполнение обязательств по оплате услуг по Договору хранения, размер которых составил 778 500 руб.

Также истец представил доказательства закупки товарных позиций согласно спецификации к договору №№ 1-6, 8-10, 13, 14, 17: универсальные передаточные документы (далее - «УПД») №2214/21 от 24.04.2023 г., №2388/21 от 04.05.2023 г., № 573 от 30.01.2023 г., № 71835 от 30.11.2022 г. № 12/6/016 от 06.12.2022 г.

Принимая во внимание представленные истцом доказательства, апелляционный суд признает доказанным факт несения истцом убытков, связанных с хранением товара, подлежавшего поставке истцу, в размере 778 500 руб.

Кроме того, вопреки доводам апеллянта, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что истцом понесены убытки в виде упущенной выгоды. Данные убытки возникли у истца из-за того, что товар, приобретенный истцом в целях последующей поставки ответчику, не могут быть передан ПАО «Ил» по причине отказа последнего от исполнения договора. В этой связи, истец был вынужден продать приобретенные им товары третьим лицам по более низкой цене, чем цена, установленная Договором поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 и Спецификацией к нему. Размер убытков в виде упущенной выгоды составляет разницу между стоимостью товара, установленной Договором поставки, и суммой, по которой товар был фактически продан истцом иным лицам.

Доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками, признаются апелляционной коллегией несостоятельными.

Как указывает заявитель жалобы, на дату заключения истцом договора 01/22 ХР складского хранения от 20.12.2022г. (далее также – договор хранения) со стороны ответчика отсутствовали нарушения обязательств по Договору в виде несоблюдения сроков оплаты авансового платежа.

Также ответчик указывает, что условиями договора поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 предусматривают, что поставка осуществляется в течение 30 календарных дней с момента оплаты 30% аванса (Спецификация №1А на поставку товара). Следовательно, по мнению ответчика, поскольку авансовый отчет не был перечислен, истец не должен был заключать с третьими лицами договоры на закупку товара и услуги по его хранению. Заявитель жалобы полагает, что заблаговременная покупку истцом товаров для дальнейшей перепродажи ответчику является предпринимательским риском самого истца, следствие чего на ПАО «Ил» не может быть возложена ответственность, связанная с подобными действиями ООО «СОЛВЕРИ».

Между тем, вышеприведенные доводы апеллянта не могут быть признаны судом обоснованными.

Апелляционный суд исходит из того, что, получив решение закупочной комиссии, а впоследствии, подписав Договор поставки, выплатив ответчику обеспечительный платёж, истец, с целью минимизации рисков неисполнения Договора, закупал товары, необходимые для исполнения Договора, а также заключил договор и организовал хранение указанных товаров.

Исходя из установленного ГК РФ принципа презумпции добросовестности сторон (ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ) Поставщик (истец) не мог и не должен был предполагать возможность неисполнения Договора поставки Покупателем (ответчиком).

Согласно ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Таким образом, действия Поставщика по закупке и хранению достаточных товарных остатков для целей надлежащего исполнения Договора поставки являются разумными, добросовестными, экономически обоснованными и соответствуют нормальной деловой практике хозяйствующих субъектов.

Решение о заключении Договора поставки с ООО «СОЛВЕРИ» было принято в соответствии с протоколом закупочной комиссии №275ззк от 28.11.2022 г. в соответствии с требованиями Федерального закона № 223-ФЗ от 17.08.2011 г. «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», условиями Извещения об осуществлении закупки, в соответствии с которыми проводилась закупка, заключение договора поставки по итогам закупки является для сторон обязательным.

Следовательно, истцу уже 28.11.2022 г. стало известно о предстоящем заключении Договора поставки и всех его условиях.

Расходы на закупку товаров и их хранения являлись бы нормальными хозяйственными расходами коммерческой организации, в случае, если бы ответчик действовал добросовестно и надлежащим образом исполнил обязательства по Договору поставки.

При этом в материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих, что ответчик уведомлял истца о намерениях отказаться от исполнения Договора.

Напротив, из материалов дела следует, что ответчик неоднократно информировал истца о том, что «оплата будет произведена в ближайшие сроки», «документация на оплату аванса передана в отдел казначейства».

Апелляционная коллегия отмечает, что в рамках Договора поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 на истца были возложены обязательства по поставке значительного количества товарных позиций, в том числе товарных позиций, в отношении которых существует значительный риск выявления производственного брака изделий, а также повреждения изделий при транспортировке. При этом отдельные товарные позиции являются изделиями, изготавливаемыми по техническим требованиям заказчика, и имеют значительный срок изготовления, предполагающий сроки на закупку сырья, материалов, проведение работ.

Кроме того, как справедливо отметил суд первой инстанции, действия истца по приобретению товаров были обусловлены сложной экономической конъюнктурой, негативными факторами в виде резкого повышения курса рубля к иностранным валютам, что вызывает рост цен на большинство товаров в Российской Федерации.

При этом добросовестность действий истца также подтверждается фактами обеспечения собственной ответственности по Договору в форме уплаты обеспечительного платежа, неоднократных обращений к ответчику с требованиями исполнить Договор поставки, указывая на возрастающие убытки на хранение товаров, а также, предложения приступить к поставке товаров до оплаты аванса ответчиком. Как только в результате действий ответчика, направленных на расторжение Договора поставки, стало очевидным отсутствие намерений ответчика на исполнение Договора, истец, в целях минимизации расходов на хранение, начал реализовывать товары третьим лицам. Указанные факты опровергают доводы ответчика о том, что истец не совершал действий направленных на предотвращение и/или уменьшение убытков.

В этой связи, действия истцу по заблаговременному приобретению товаров в целях их последующей поставки ответчику являлись разумными и осмотрительными. В этой связи, оснований для вывода о том, что подобного рода действия являются исключительно предпринимательским риском истца, а причиненные ООО «СОЛВЕРИ» убытки не находятся в причинно-следственной связи с неисполнением ПАО «Ил» обязательств по Договору поставки, у апелляционной коллегии не имеется.

Таким образом, убытки, понесенные истцом, в размере расходов на формирование и хранение товарных запасов, возникли по вине ответчика. Истцом не представлено каких-либо доказательств, опровергающих добросовестность действий ответчика, связанных с заключением договора хранения и закупкой товарных запасов в целях исполнения Договора поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что истцом не доказан факт того, что Договор хранения заключен в отношении товаров, которые были предметом Договора поставки, был предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно им отклонен.

Как следует из материалов дела, зарезервированная истцом площадь склада соответствует количеству и специфике хранимых товаров — объем только фаянсовых изделий (хрупких и не допускающих штабелирование), поставляемых по Договору поставки составляет более 36 кубических метров.

Складские площади, арендованные в соответствии с Договором хранения также использовались Истцом для хранения сырья и материалов, необходимых для изготовления сантехнических перегородок (п. 15, 16 Спецификации к Договору поставки), которые по условиям Договора поставки должны были быть изготовлены согласно технического задания Покупателя.

Доводы ответчика, касающиеся наличия у него сомнений в реальности представленного истцом договора хранения, обоснованно отклонены судом первой инстанции. Каких-либо доказательств, опровергающих реальность договора, ответчик в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не представил, о фальсификации доказательств не заявил. При этом факт оплаты истцом услуг хранения документально подтвержден.

При этом апелляционный суд учитывает, что согласно разъяснениям Постановления Пленума № 25 размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В данном случае имеющимися в деле доказательствами достоверно подтверждено, что заключение Договора хранения и осуществление оплаты по нему являлось необходимым для целей исполнения истцом Договора поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022. В то же время ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что понесенные истцом расходы

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришёл к выводу о том, что истцом доказано наличие совокупности условий, необходимых для взыскания с ответчика убытков в виде реального ущерба в размере 778 500 руб., связанного с хранением товара.

При удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика убытков в виде упущенной выгоды в размере 10 314 519 руб. 40 коп., суд первой инстанции обоснованно учитывал, что ООО «СОЛВЕРИ» является коммерческой организацией, деятельность которой направлена на систематическое получение прибыли. Основным видом деятельности ООО «Солвери» является торгово-закупочная деятельность, которая предполагает получение прибыли в форме разницы между ценой закупки товаров и/или услуг у поставщиков и ценой продажи покупателям.

В результате неисполнения ответчиком договора поставки истец лишился прибыли от продажи товаров по такому договору.

Из разъяснений данных в п. 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7, следует, что по смыслу статьи 393.1 ГК РФ, пунктов 1 и 2 статьи 405 ГК РФ, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

В указанном случае убытки в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой возмещаются соответствующей стороной независимо от того, заключалась ли другой стороной взамен прекращенного договора аналогичная (замещающая) сделка. Если в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения таких убытков и тогда, когда замещающая сделка им не заключалась (пункт 2 статьи 393.1 ГК РФ).

Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.

Нормами действующего законодательства не установлена методика определения размера упущенной продавцом выгоды по договорам купли-продажи или поставки. Вместе с тем, в ст.ст. 393.1, 524 ГК РФ определен порядок расчета убытков при расторжении договора поставки — как разницы между договорной ценой и ценой товаров по совершенным взамен сделкам.

Как справедливо отметил суд первой инстанции, в рассматриваемом случае применение указанного порядка при расчете упущенной выгоды является допустимым.

При таких обстоятельствах является обоснованным довод истца о том, что при заключении Договора поставки он рассчитывал получить прибыль, определяемую как разницу между себестоимостью товаров для истца и ценой продажи по договору.

В связи с неисполнением ответчиком договора истец, в целях уменьшения собственных убытков, продал товара, ранее приобретенные им для исполнения обязательств перед ответчиком, по текущим рыночным ценам, существовавшим в месте исполнения договора.

Указанные цены отличаются в меньшую сторону от цен товаров по Договору. Таким образом, Истцом была недополучена сумма прибыли, равная разнице в стоимости товаров по Договору и теми ценами, по которым истец продавал товары третьим лицам.

Факт продажи истцом товаров третьим лицам подтвержден представленными в материалы дела Универсальными передаточными документами, а также договорами купли-продажи, платежными поручениями, соглашением о зачете взаимных требований, подтверждающими расчеты с третьими лицами.

При этом, исследовав представленные истцом УПД, подтверждающие продажу товаров третьим лицам, суд первой инстанции справедливо отметил, что большая часть товаров продана истцом по цене выше их себестоимости.

В обоснование факта причинения ущерба в виде упущенной выгоды и размера убытков истцом представлен Отчет № 3458 от 25.08.2025, которым определена рыночная стоимость каждого вида товара, подлежащего поставке и общая рыночная стоимость всего объема товаров, подлежащих поставке по Договору.

Вышеприведенный отчет ответчиком в ходе рассмотрения дела ответчиком со ссылками на относимые и допустимые доказательства не оспорен, его достоверность не опровергнута.

Как следует из вышеуказанного Отчета, несмотря на незначительные отличия в ценах по которым истец реализовывая товары и ценах по отчету об оценке (как в меньшую, так и в большую сторону), в целом, цены, по которым Истец реализовывал товары третьим лицам соответствуют рыночным ценам в данный период времени. При этом общая стоимость упущенной выгоды (стоимость всего количества товаров по Договору) по текущим ценам по которым Истец реализовывал товары третьим лицам, и рыночным ценам согласно отчету об оценке практически совпадает: 4 326 615,50 рублей, по данным Истца и 4 323 091,92 рубля, согласно отчету об оценке.

Таким образом, дополнительно представленные истцом документы подтверждают обоснованность и размер исковых требований.

В то же время ответчиком не представлено достоверных и допустимых доказательств, свидетельствующих о недобросовестности действий истца при продаже товаров третьим лицам. В частности, не представлено доказательств занижения цены товаров, наличия у истца реальной возможности продажи товаров по более высоким ценам.

Ссылки ответчика на коммерческие предложения и скриншоты из сети Интернет в обоснование несоответствия цены отчуждения истцом товаров третьим лицам рыночным ценам соответствующих товаров правомерно отклонены судом первой инстанции.

Ответчиком не были представлены какие-либо юридические значимые документы, содержащие достоверную информацию о совершении сделок какими-либо лицами на условиях, указанных в представленных ответчиком коммерческих предложений. Представленные ответчиком коммерческие предложения датированы 30.09.2022 г. и 05.10.2022 г., то есть не могут быть использованы при оценке текущих цен на товары в период действия Договора поставки, заключенного между истцом и ответчиком.

Кроме того, из содержания коммерческих предложений невозможно сделать вывод о том, включают или не включают указанные в них цены налог на добавленную стоимость (НДС) и, соответственно, указанные данные невозможно обоснованно сопоставить с ценами ни Договора поставки, ни накладных, представленных истцом, ни с иными документами, имеющимися в деле.

Представленные ответчиком скриншоты сделаны 22.10.2024 г. и не могут являться доказательствами цен, действовавших в период действия Договора поставки с 15.12.2022 по 29.12.2023 г. При этом следует учитывать, что индекс инфляции определенной Росстатом по итогам 2023 года составил 7,42 %, а по состоянию на октябрь 2024 г. составил еще 8,54 % (www.rosstat.gov.ru).

Ввиду существенной разницы между ценами в сети Интернет на одни и те же товары, скриншоты с одного-двух сайтов в сети Интернет не может служить основанием для выводов об уровне текущих цен на какие-либо товары в отсутствие полного анализа большинства предложений на аналогичные товары за одинаковый период времени.

Кроме того, представленные ответчиком в качестве доказательств коммерческие предложения и скриншоты из сети Интернет существенно противоречат друг другу.

Таким образом, вышеприведенные коммерческие предложения и скриншоты из сети Интернет обоснованно не были признаны судом первой инстанции допустимыми доказательствами, подтверждающим, что товары были проданы истцом третьим лицам по заниженным ценам.

Апелляционный суд учитывает, что товарные позиции, содержащиеся в представленных истцом в обоснование факта приобретения ООО «СОЛВЕРИ» товаров УПД, полностью соответствуют по ассортименту и количеству полностью соответствуют Спецификации к Договору поставки.

В этой связи, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что представленные истцом доказательства (универсальные передаточные документы) надлежащим образом подтверждают несение ООО «СОЛВЕРИ» затрат в целях исполнения по Договору поставки №77-2022/ОЗООИ от 15.12.2022 г.

При таких обстоятельствах апелляционный суд, повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, признает, что истцом доказано наличие необходимой совокупности условий, подтверждающих факт причинения ООО «СОЛВЕРИ» убытков в виде упущенной выгоды в размере 10 314 519,40 руб.

В ходе рассмотрения дела установлена вина ответчика в причинении указанных убытков, а также доказано наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ПАО «Ил» и возникшими у истца убытками.

При таких обстоятельствах исковые требования в части взыскания убытков в виде упущенной выгоды в размере 10 314 519,40 руб. также удовлетворены судом первой инстанции правомерно.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 569 742,46 руб.

Суд первой инстанции, рассмотрев данное требование, пришёл к выводу о наличии оснований для его частичного удовлетворения и взыскал с ПАО «Ил» в пользу ООО «СОЛВЕРИ» проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 61 505 руб.

Апелляционный суд вышеприведенный вывод суда первой инстанции о частичном удовлетворении требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также поддерживает.

Согласно части 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно пункту 9.1 Договора обеспечение исполнения обязательств Поставщика по договору устанавливается в размере авансового платежа, который составляет 30% от общей стоимости договора и может быть предоставлен Поставщиком:

- в виде безотзывной независимой (банковской) гарантии, выданной банком;

- путем перечисления денежных средств Покупателю (обеспечительный платеж).

Как указано ранее, истец платежным поручением № 25 от 12.12.2022 перечислил ответчику обеспечительный платеж в размере 4 396 647,08 рублей.

Пунктом 9.4.3 Договора предусмотрено, что за счет обеспечительного платежа обеспечивается исполнение основных обязательств Поставщика, исполнение обязательств по возврату авансовых платежей и/или уплате неустоек в случае нарушения Поставщиком условий настоящего договора, повлекших возникновение соответствующих прав Покупателя на возврат авансовых платежей, взыскание неустойки. При возникновении соответствующих обстоятельств Покупатель засчитывает путем удержания из обеспечительного платежа соответствующих сумм в счет исполнения обеспеченного обязательства.

Пунктом 9.4.4 Договора предусмотрено, что Покупатель обязуется возвратить Поставщику в полном объеме внесенные в качестве обеспечения исполнения обязательств по настоящему договору денежные средства (обеспечительный платеж) в течение 1 месяца с момента исполнения Поставщиком своих обязательств по договору, при условии отсутствия на этот момент права Покупателя на удержание обеспечительного платежа (полностью или частично).

Пунктом 12.7 Договора предусмотрено, что он вступает в силу с момента его подписания на ЭТП обеими сторонами и действует до 29.12.2023, а в части взятых на себя обязательств - до полного исполнения сторонами.

Поскольку поставка продукции по Договору не производилась, то договор прекратился в связи с истечением срока его действия 29.12.2023.

Факт прекращения действия Договора также установлен вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 09.04.2024 по делу №А40-301483/2023, которым отказано в удовлетворении требования ООО «СОЛВЕРИ» к ПАО «Ил» о расторжении Договора в связи с прекращением действия Договора 29.12.2023 г.

В этой связи, суд первой инстанции правильно установил, что поскольку Договор действовал в период с 15.12.2022 по 29.12.2023, то в указанный период обеспечительный платеж находился а расчетном счету ПАО «Ил» правомерно.

Обеспечительный платеж в размере 4 396 647,08 руб. возвращен ответчиком истцу платежным поручением № 1607 от 29.02.2024, при этом ответчик уведомил ООО «СОЛВЕРИ» о возвращении данного обеспечительного платежа письмом от 01.03.2024 г. № 133-45/15-ДЗП.

Договор прекращен в связи с истечением срока его действия, вследствие чего ПАО «ИЛ» имело право на удержание обеспечительного платежа в течение 30 календарных дней с момента, когда основания для удержания отпали (п. 9.4.4 о сроке возврата обеспечительного платежа при надлежащем исполнении).

Таким образом, обеспечительный платеж должен был быть возвращен до 28.01.2024 включительно.

Следовательно, просрочка возврата обеспечительного платежа имела место в период с 29.01.2024 по 29.02.2024г. В этой связи, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что проценты подлежат начислению за указанный период.

Согласно выполненному судом первой инстанции расчету, размер процентов за пользование чужими денежными средствами за с 29.01.2024 по 29.02.2024г. составляет 61 505 руб. Данный расчет признается апелляционным судом правильным.

Таким образом, требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами правомерно удовлетворены судом первой инстанции частично, в вышеуказанном размере.

При изложенных обстоятельствах исковые требования удовлетворены судом первой инстанции в части правомерно.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения Арбитражного суда города Москвы.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 176, 266-268, п. 2 ст. 269, ст. 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 14.11.2025 по делу №А40-163259/24 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья О.О. Петрова

Судьи: А.С. Сергеева

Е.Н. Янина