Решение от 6 октября 2022 г. по делу № А63-14663/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

_____________________________________________________________________________________

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

06 октября 2022 года Дело № А63-14663/2021

Резолютивная часть решения объявлена 29 сентября 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 06 октября 2022 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Жариной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дудниковой А.Н.,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление члена правления СПК «Курсавский» ФИО1, с. Курсавка

к ФИО2, г. Георгиевск,

ФИО3, пос. Комсомолец,

сельскохозяйственному производственному кооперативу «Курсавский», ИНН <***>, с. Курсавка Андроповского района Ставропольского края,

о признании недействительными договоров займа,

при участии в судебном заседании:

от ответчика ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 20.08.2021,

от ответчика ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 20.08.2021, ФИО5 по доверенности от 14.09.2020,

от ответчика СПК «Курсавский» - ФИО6 по доверенности от 30.08.2021,

в отсутствие истца,

УСТАНОВИЛ:

член правления и член СПК «Курсавский» ФИО1, с. Курсавка обратилась в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФИО2, г. Георгиевск, ФИО3, пос. Комсомолец о признании недействительными договоров займа.

Определением суда от 27.10.2021 в качестве ответчика по спору был привлечен «СПК Курсавский», с. Курсавка.

Исковые требования обоснованы тем, что все оспариваемые договоры были заключены СПК «Курсавский» с бывшим председателем СПК ФИО3 и заместителем председателя ФИО2 с нарушением требований статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 4 статьи 38 Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации». Кроме того, истец считает указанные договоры мнимыми сделками.

Представитель истца в судебное заседание не явился, ранее представлял в письменном виде дополнения к исковому заявлению, в котором указывал, что с целью выяснения состояния расчетов, истцом через руководство кооператива была получена выписка по банковскому счету СПК (ООО СП) «Курсавский».

Из представленной выписки следует, что всего за период с 16.03.2018 по 16.07.2020 было предоставлено займов (поступления на счет с указанием «заем») на сумму 2 530 000 руб., из которых указание на предоставление займа непосредственно ФИО2 содержит только одно внесение в кассу денежных средств в размере 50 000 руб. 13.08.2019, в остальных случаях даже такое указание отсутствует.

С учетом изложенного однозначно определить, кем именно были предоставлены займы не представляется возможным, учитывая также то, что каждый отраженный в счете «заем» являлся фактически внесением денежных средств в кассу общества и установить с достаточной степенью достоверности, кто и при каких условиях осуществлял внесение в кассу денежных средств не представляется возможным.

Помимо внесения денежных средств, в выписке сдержатся также следующие списания (получение наличных с указанием назначения):

Возвраты займов ФИО3 в период с 24.08.2017 по 09.12.2019 совершены на сумму 2 523 167 руб.

Возвраты займов ФИО2 на сумму 1 800 000 руб. за период с 09.08.2017 по 17.08.2017.

Выдано подотчет в период с 22.01.2018 по 06.07.2020 ФИО3 - 2 650 000 руб., ФИО2. с 22.03.2018 по 06.07.2020 - 2 250 000 руб.

При этом истец отмечает, что подотчет ФИО3 и ФИО2 денежные средства всегда выдавались одновременно одинаковыми сумами, сведения о расходовании указанных средств в распоряжении нынешнего руководства СПК «Курсавский» отсутствуют, в связи с не передачей бывшим руководством (ФИО3 и ФИО2) бухгалтерской документации.

В период с 15.08.2017 по 04.08.2020 сняты наличные средства с указанием: зарплата, отпускные, и прочие расходы на сумму 3 621 415 руб.

Достоверность назначения указанных выплат также вызывает сомнения, так как в Андроповском районном суде Ставропольского края, в рамках дел № 2-98/2022, 2-89/2022, 2-87/2022, 2-97/2022, 2-96/2022, 2-88/2022, 2-82/2022, 2-83/2022, 2-95/2022, заявлены среди прочих требования о выплате отпускных за период с 2018 по 2021 год.

Помимо изложенного, в период с 02.08.2017 по 02.03.2020 с назначением прочие выплаты или выдача наличных со счета ООО СП «Курсавский» снято денежных средств на общую сумму 10 897 154 руб.

Таким образом, из представленной выписки следует, что некоторые средства были внесены через кассу банка на расчетный счет ООО СП «Курсавский» уполномоченными лицами, как заемные, что не подтверждается ничем кроме указания в назначении операции, которое указывается лицом, вносящим сумму, ввиду чего невозможно сделать однозначный вывод ни о том, что внесенные суммы были именно займом, ни о том, кто передавал указанные денежные средства.

При этом в этот же период ФИО3 и его заместителем ФИО2 снято наличных денежных средств с расчетного счета общества на общую сумму 23 741 736 руб., что существенно превышает сумму предполагаемого долга и подтверждает, в отсутствие иных доказательств, довод истца о том, что денежные средства для «займов» ответчики могли получать непосредственно от общества (кооператива), внося их на расчётный счет и создавая тем самым искусственную задолженность на случай утраты корпоративного контроля, с учетом инициированного корпоративного спора, а также уголовных дел (м/д А63-11509/2019). Это объясняет и то обстоятельство, что большинство займов были выданы на весьма специфичных условиях (беспроцентно или бессрочно «до востребования») и не по одному из них не предъявлялось требований о возврате до 23.07.2021.

В соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

Таким образом, в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает истца уведомленными надлежащим образом.

Частью 3 статьи 156 АПК РФ установлено, что при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца или ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

В связи с изложенным суд рассматривает дело в судебном заседании в отсутствие истца по имеющимся документам.

СПК «Курсавский» поддерживает доводы истца. В подтверждение указанных доводов представитель СПК «Курсавский» представил выписку ПАО «Ставропольпромстройбанк» по расчетному счету ООО СП «Курсавский» за период с 06.07.2017 по 22.02.2022 на 49 листах, с отметками по конкретным банковским проводкам, относящимся к рассматриваемому спору.

Ответчики с заявленными требованиями не согласны, считают их необоснованными, не соответствующими фактическим обстоятельствам. Ответчики указывают, что все обстоятельства заключения и исполнения оспариваемых договоров были предметом оценки Андроповского районного суда при рассмотрении исков ФИО2 и ФИО3 о взыскании с СПК «Курсавский» задолженности по договорам займа. Иски были удовлетворены, причем ФИО1 было отказано во вступлении в дело в качестве третьего лица. Представитель ответчиков ранее представил для приобщения в материалы дела дополнительные документы в обоснование позиции по спору (платежные документы, акт сверки взаимных расчетов, отчет о финансово-экономическом состоянии товаропроизводителей агропромышленного комплекса, бух. баланс за июнь 2021 года, отчет об отраслевых показателях деятельности организации за 1 полугодие 2021 года, оборотно-сальдовые ведомости, бух. отчетность за период с 2017 по 2021 годы).

Представителем ответчиков также была представлена выписка ПАО «Ставропольпромстройбанк» по расчетному счету ООО СП «Курсавский» за период с 06.07.2017 по 22.02.2022 на 49 листах, с отметками по конкретным банковским проводкам, относящимся к рассматриваемому спору, и указал, что все банковские проводки подтверждают заключение и исполнение спорных договоров.

Истец ранее ссылался на оспаривание решений Андроповского районного суда от 12.10.2021 по иску ФИО3 и от 12.10.2021 по иску ФИО2 в апелляционном порядке.

Представитель ответчиков ФИО3 и ФИО2 в судебное заседание представил дополнения к отзыву на иск, в которых отразил заключенные ответчиками с СПК «Курсавский» договоры займа, суммы и сроки осуществленных ответчиками возвратов денежных средств. Ответчики считают сделки исполненными, основания для признания их недействительными отсутствуют. Основания полагать, что оспариваемые сделки являются экономически необоснованными, убыточными, заключенными на заведомо невыгодных условиях, повлекшими неблагоприятные последствия для кооператива, по мнению ответчиков, отсутствуют.

Выслушав доводы участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Откормочный совхоз «Курсавский» 02.02.1976 переименован в совхоз по доращиванию и откорму крупного рогатого скота «Курсавский», а 06.03.1986 реорганизован в совхоз «Курсавский».

На основании приказа Министерства обороны Российской Федерации от 08.04.1993 совхоз «Курсавский» переименован в военный совхоз «Курсавский». В соответствии с постановлением главы администрации Андроповского района от 23.03.1996 № 113 военный совхоз «Курсавский» перерегистрирован в совхоз «Курсавский». В 1999 году совхоз «Курсавский» реорганизован в СПК (совхоз) «Курсавский». На основании протокола внеочередного общего собрания членов кооператива от 12.12.2009 СПК (совхоз) «Курсавский» переименован в СПК «Курсавский» (ОГРН <***>).

30.06.2017 СПК «Курсавский» реорганизовано путем преобразования в ООО СП «Курсавский», о чем в ЕГРЮЛ внесена регистрационная запись (ГРН 2172651319905).

Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2020 по делу №А63-11509/2019 были удовлетворены исковые требования ИП ФИО7 и признана несостоявшейся реорганизация сельскохозяйственного производственного кооператива «Курсавский» в ООО сельскохозяйственное предприятие «Курсавский» 30.06.2017. Суд постановил восстановить сельскохозяйственный производственный кооператив «Курсавский», прекратить ООО сельскохозяйственное предприятие «Курсавский», обязать Межрайонную ИФНС России № 11 по Ставропольскому краю внести в ЕГРЮЛ соответствующие изменения.

В связи с принятием Шестнадцатым арбитражным апелляционным судом по делу №А63-11509/2019 постановления от 21.07.2020 и согласно статьи 60.2 Гражданского кодекса Российской Федерации ООО СП «Курсавский» (ОГРН <***>) прекращено 11.08.2020, с 11.08.2020 восстановлен ранее реорганизованный СПК «Курсавский» (ОГРН <***>).

По состоянию на дату реорганизации СПК «Курсавский» (30.06.2017) органами управления кооператива являлись председатель - ФИО3 и наблюдательный совет в составе: ФИО8, ФИО9, ФИО10 (установлено решением Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-15684/2020 от 26.11.2021).

Запись о полномочиях ФИО3 как лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица, содержалась в сведениях Единого государственного реестра юридических лиц относительно СПК «Курсавский» до 15.09.2021.

15.09.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2212600314496 о председателе СПК «Курсавский» ФИО11

Ι) СПК «Курсавский» в лице председателя ФИО3 (заемщик) были заключены договоры займа с займодавцем гр. ФИО2 (заместителем председателя СПК «Курсавский»):

1) под 0,5% годовых

№ 1 от 16.03.2018 на сумму 25 000 руб. (срок возврата 16.03.2019);

№ 3 от 04.04.2018 на сумму 90 000 руб. (срок возврата 04.04.2019);

№ 4 от 06.04.2018 на сумму 60 000 руб. (срок возврата 06.04.2019);

№ 4 от 16.04.2018 на сумму 160 000 руб. (срок возврата 16.04.2019);

№ 4 от 23.04.2018 на сумму 110 000 руб. (срок возврата 23.04.2019);

№ 5 от 04.05.2018 на сумму 375 000 руб. (срок возврата 04.05.2019);

№ 7 от 23.05.2018 на сумму 300 000 руб. (срок возврата 23.05.2019);

№ 8 от 05.06.2018 на сумму 150 000 руб. (срок возврата 05.06.2019);

№ 9 от 07.06.2018 на сумму 150 000 руб. (срок возврата 07.06.2019);

№ 10 от 13.06.2018 на сумму 160 000 руб. (срок возврата 13.06.2019);

№ 11 от 14.06.2018 на сумму 60 000 руб. (срок возврата 14.06.2019);

№ 11 от 14.06.2018 на сумму 10 000 руб. (срок возврата 14.06.2019);

№ 12 от 25.06.2018 на сумму 10 000 руб. (срок возврата 25.06.2019);

№ 13 от 28.06.2018 на сумму 10 000 руб. (срок возврата 28.06.2019);

№ 13 от 02.07.2018 на сумму 120 000 руб. (срок возврата 02.07.2019).

Всего 15 договоров на сумму 1 790 000 руб.

2) беспроцентно

б/н от 04.02.2016 на сумму 450 000 руб. (срок возврата 04.02.2017);

№ 1 от 08.07.2019 на сумму 52 508,58 руб. (срок возврата 08.07.2020);

б/н от 09.07.2018 на сумму 5 000 руб. (срок возврата 09.07.2019);

№ 2 от 11.07.2019 на сумму 100 000 руб. (срок возврата 11.07.2020);

№ 3 от 19.07.2019 на сумму 54 400 руб. (срок возврата 19.07.2020);

№ 4 от 30.07.2019 на сумму 200 000 руб. (срок возврата 30.07.2020);

№ 5 от 06.08.2019 на сумму 58 907 руб. (срок возврата 06.08.2020);

№ 6 от 13.08.2019 на сумму 50 000 руб. (срок возврата 13.08.2020);

№ 7 от 20.08.2019 на сумму 57 400 руб. (срок возврата 20.08.2020)

Всего 9 договоров беспроцентного займа на сумму 1 028 215,58 руб.

3) беспроцентно до востребования

№ 1 от 16.07.2020 на сумму 120 000 руб.;

№ 2 от 20.07.2020 на сумму 49 500 руб.;

№ 1 от 05.08.2020 на сумму 2 060 572,50 руб.;

№ 11 от 30.12.2020 на сумму 536 448,03 руб.;

№ 1 от 14.01.2021 на сумму 41 261,92 руб.;

№ 2 от 15.03.2021 на сумму 285 021,09 руб.;

№ 3 от 31.03.2021 на сумму 483 737,95 руб.;

№ 4 от 02.04.2021 на сумму 28 148,63 руб.;

№ 1 от 03.04.2021 на сумму 1 247 898 руб.;

№ 5 от 30.04.2021 на сумму 198 496,28 руб.;

№ 6 от 13.05.2021 на сумму 13 899,41 руб.;

№ 7 от 14.05.2021 на сумму 70 568,14 руб.;

№ 8 от 25.05.2021 на сумму 182 032,14 руб.

Всего 13 договоров беспроцентного займа до востребования на сумму 5 317 584,09 руб.

Таким образом, ФИО2, заместителем председателя СПК «Курсавский», в период с 16.03.2018 по 25.05.2021 заключено с кооперативом 37 договоров займа на сумму 8 135 799,67 руб.

ΙΙ. Между СКП «Курсавский» в лице председателя СПК «Курсавский» ФИО3 (заемщик) и ФИО3 (займодавец) 10.06.2020 заключен договор новации обязательств по договору займа от 01.03.2016 (обязательства по ранее заключенным договорам займа за период с 15.09.2014 по 22.06.2015) и договора займа от 16.08.2018 на сумму 5 959 867 (срок возврата до востребования, но не позднее 31.12.2022); а также договоры займа беспроцентно до востребования:

№ 1 от 20.08.2020 на сумму 23 605,17 руб.;

№ 2 от 03.09.2020 на сумму 1 291 530,06 руб.;

№ 3 от 23.09.2020 на сумму 9 135 руб.;

№ 4 от 05.10.2020 на сумму 28 650,87 руб.;

№ 5 от 23.10.2020 на сумму 13 899,41 руб.;

№ 6 от 30.10.2020 на сумму 208 977,99 руб.;

№ 7 от 03.11.2020 на сумму 30 626,79 руб.;

№ 8 от 13.11.2020 на сумму 81 068,16 руб.;

№ 9 от 23.11.2020 на сумму 35 426 руб.

Таким образом, ФИО3 в период с 10.06.2020 по 23.11.2020 заключено с кооперативом 10 договоров займа на общую сумму 7 682 786,45 руб.

Денежные средства по указанным сделкам передавались займодавцами СПК «Курсавский» путем внесения наличных денежных средств в кассу кооператива или оплаты задолженности кооператива перед третьими лицами.

Истец ФИО1 считает, что указанные сделки заключены в нарушение положений устава кооператива и Федерального закона № 19-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» при наличии конфликта интересов в отсутствие соответствующего согласия членов кооператива. Также истец считает, что в оспариваемых сделках имеются признаки мнимости, так как какие-либо иные (кроме приходных кассовых ордеров) доказательства поступления денежных средств в кассу кооператива отсутствуют.

Истец считает, что указанными сделками нарушены его права как члена кооператива, а также права СПК «Курсавский», поскольку ФИО3 и ФИО2 обратились в Андроповский районный суд с исками о взыскании задолженности по указанным договорам, в связи с этим обратился с иском в суд.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Статья 168 ГК РФ устанавливает, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

С учетом того, что 30.06.2017 СПК «Курсавский» было реорганизовано путем преобразования в ООО СП «Курсавский» и восстановлено с 11.08.2020 на основании постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2020 по делу №А63-11509/2019, суд исходит из того, что оспариваемые истцом сделки были заключены как СПК «Курсавский», так и ООО СП «Курсавский», в связи с чем при решении вопроса об их действительности следует руководствоваться действующими в соответствующий период редакциями Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон о сельхозкооперации) и Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО).

В соответствии со статьей 45 Закона об ООО сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Общество обязано извещать о совершении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, незаинтересованных участников общества в порядке, предусмотренном для извещения участников общества о проведении общего собрания участников общества, а при наличии в обществе совета директоров (наблюдательного совета) - также незаинтересованных членов совета директоров (наблюдательного совета) общества.

В случае, если сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, совершена в отсутствие согласия на ее совершение, член совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участники (участник), обладающие не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, вправе обратиться к обществу с требованием предоставить информацию, касающуюся сделки, в том числе документы или иные сведения, подтверждающие, что сделка не нарушает интересов общества (совершена на условиях, существенно не отличающихся от рыночных, и другую). Указанная информация должна быть предоставлена обратившемуся с требованием лицу в срок, не превышающий 20 дней с даты получения соответствующего требования.

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Как следует из п. 4 статьи 38 Федерального закона от 08.12.1995 № 193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» (далее – Закон о сельхозкооперации), сделка кооператива, второй стороной в которой выступают председатель кооператива или исполнительный директор кооператива, члены правления кооператива или наблюдательного совета кооператива, их супруги и ближайшие родственники либо владельцы пая, размер которого составляет более чем 10 процентов от паевого фонда кооператива, считается сделкой, в которой присутствует конфликт интересов. Такой сделкой признается и сделка, в которой не менее чем 10 процентов членов кооператива или не менее чем 20 процентов ассоциированных членов кооператива по их заявлениям в письменной форме усматривают имущественный интерес указанных лиц, не совпадающий с законными имущественными интересами кооператива.

Пункт 5 статьи 38 Закона о сельхозкооперации предусматривает обязанность лиц, указанных в пункте 4 настоящей статьи, довести до сведения общего собрания членов кооператива и ревизионного союза, членом которого является данный кооператив, информацию о:

юридических лицах, 10 и более процентами голосующих акций (долей, паев) которых они владеют отдельно либо в совокупности со своим аффилированным лицом или своими аффилированными лицами;

юридических лицах, в состав органов управления которых они входят, и крестьянских (фермерских) хозяйствах, членами или главами которых они являются;

совершаемых или предполагаемых сделках, о которых им известно и в которых они могут быть заинтересованными лицами.

Решения о совершении сделок кооператива, в которых присутствует конфликт интересов, принимаются на совместном заседании правления кооператива и наблюдательного совета кооператива единогласно и утверждаются общим собранием членов кооператива большинством не менее чем две трети голосов (п. 6 статьи 38 Закона о сельхозкооперации).

Сделка кооператива, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску кооператива либо его члена или ассоциированного члена (п. 8 статьи 38 Закона).

Как следует из материалов дела, все оспариваемые сделки, заключенные ФИО3 с СПК «Курсавский», совершены с нарушением требований статьи 38 Закона о сельскохозяйственной кооперации, поскольку ФИО3 в период совершения сделок являлся председателем СПК; решения о совершении указанных на совместном заседании правления кооператива и наблюдательного совета кооператива единогласно не принимались и общим собранием членов кооператива большинством не менее чем две трети голосов не утверждались.

В то же время, доказательства того, что сделки, заключенные СПК «Курсавский» с ФИО2, подпадают под ограничения, установленные статьей 38 Закона о сельхозкооперации, суду не представлены. ФИО2 являлся заместителем председателя СПК, однако сведения о том, что он являлся исполнительным директором кооператива, членом правления кооператива или наблюдательного совета кооператива либо владельцем пая, размер которого составляет более чем 10 процентов от паевого фонда кооператива, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд оценивает с точки зрения положений статьи 173.1 ГК РФ и статьи 38 Закона о сельхозкооперации действительность сделок, совершенных кооперативом с ФИО3

Как указано в п. 8 статьи 38 Закона о сельхозкооперации, суд отказывает в удовлетворении требований о признании сделки, совершенной с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, недействительной при наличии одного из следующих обстоятельств:

не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков кооперативу или члену кооператива, ассоциированному члену кооператива, обратившимся с таким иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них;

к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения данной сделки по правилам, предусмотренным настоящим Федеральным законом;

при рассмотрении дела в суде доказано, что другая сторона по данной сделке не знала и не должна была знать о ее совершении с нарушением предусмотренных настоящим Федеральным законом требований к ней.

По мнению заявителя и СПК «Курсавский» все оспариваемые сделки причинили ущерб кооперативу, поскольку отсутствуют надлежащие доказательства фактической передачи кооперативу денежных средств по указанным договорам займа, однако имеет место обязательство по возврату средств заемщику. Кроме того, заявитель считает, что сделки заключались без намерения передачи денежных средств кооперативу.

В силу положений части 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Правовая природа договоров займа определена в статье 807 ГК РФ, в силу которой по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

При этом, как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015) (ред. от 28.03.2018), договор займа является реальным и в соответствии с п. 1 статьи 807 ГК РФ считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Статьей 812 ГК РФ предусмотрено, что заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре.

Таким образом, для решения вопроса о недействительности сделок, совершенных ФИО3 с СПК «Курсавский», по указанным истцом основаниям необходимо установить причинены ли заключением договоров займа убытки кооперативу, а также была ли направлена действительная воля сторон при заключении сделок на создание соответствующих договору займа последствий.

Суд считает, что ФИО3, являясь председателем СПК, то есть лицом, действующим в интересах юридического лица без доверенности, заключая с кооперативом договоры займа и принимая решение о передаче кооперативу денежных средств, необходимых, как он указывает, для ведения хозяйственной деятельности кооператива, должен был осознавать необходимость оформления указанных отношений в порядке, установленном законом.

Согласно стать 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ) экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с настоящим Федеральным законом, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Статьей 7 Закона № 402-ФЗ обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

Согласно статье 9 Закона № 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных.

Статьей 10 вышеназванного закона установлено, что данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

Не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета. Для целей настоящего Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки). Не являются мнимыми объектами бухгалтерского учета резервы, фонды, предусмотренные законодательством Российской Федерации, и расходы на их создание.

Бухгалтерский учет ведется посредством двойной записи на счетах бухгалтерского учета, если иное не установлено федеральными стандартами. Не допускается ведение счетов бухгалтерского учета вне применяемых экономическим субъектом регистров бухгалтерского учета.

Из материалов дела установлено, что факт передачи ФИО3 кооперативу денежных средств по договорам займа № 1 от 20.08.2020 на сумму 23 605,17 руб.; № 6 от 30.10.2020 на сумму 208 977,99 руб.; № 8 от 13.11.2020 на сумму 81 068,16 руб.; № 9 от 23.11.2020 на сумму 35 426 руб., а также по договору займа от 01.03.2016 (обязательства по ранее заключенным договорам займа за период с 15.09.2014 по 22.06.2015), указанному в договоре новации от 10.10.2020, подтвержден только квитанциями к приходным кассовым ордерам.

Из приведенных выше положений Закона № 402-ФЗ следует, что сам по себе приходный кассовый ордер и/или квитанция к нему не могут служить однозначным доказательством реальности свершенного в отношении юридического лица займа.

В свою очередь какая-либо иная документация подтверждающая факт поступления в распоряжение кооператива финансов отсутствует, как и сведения о том, для каких целей предоставлялись займы и как расходовались.

Поскольку все указанные действия и от имени заемщика и от имени займодавца выполняло одно лицо – ФИО3, суд считает, что отсутствуют надлежащие доказательства того, что ФИО3 и от имени кооператива и от себя лично при заключении договоров имел намерения создать правовые последствия, предусмотренные для договора займа.

По мнению суда, ФИО3 в случае наличия воли на создание правовых последствий имел не только возможность, но и нес обязанность по оформлению факта передачи денежных средств в установленном ГК РФ и Законом № 402-ФЗ порядке.

Принимая во внимание указанные выводы, суд не находит оснований для признания недействительным договора новации от 10.10.2020 в части новации обязательств по договору займа от 16.05.2018, поскольку доказательства реальности отношений между заемщиком и займодавцем по указанному договору подтверждены квитанцией № 26 от 16.05.2018 и ордером ПАО «Ставропольпромстройбанк» № 26 от 16.05.2018 о поступлении суммы займа 270 000 руб. по договору № 6 от 16.05.2018 на расчетный счет ООО СП «Курсавский» (в настоящее время СПК «Курсавский»).

По договорам займа № 2 от 03.09.2020, № 3 от 23.09.2020№ 4 от 05.10.2020№ 5 от 23.10.2020, № 7 от 03.11.2020 в подтверждение фактического предоставления займа ФИО3 представлены документы об оплате сумм ПАО «Ставропольэнергосбыт», Некоммерческой организации микрокредитной компании «Фонд микрофинансирования субъектов малого и среднего предпринимательства в Ставропольском крае». ООО Управляющая компания «СтавАнализ». Однако доказательства наличия задолженности перед указанными организациями у СПК «Курсавский» отсутствуют. Указание в договорах займа целей направления денежных средств с учетом заключения договоров и от имени заемщика и от имени займодавца одним лицом не может быть признано надлежащим доказательством реальности задолженности и отсутствия признаков мнимости сделки в заключенных договорах.

Довод о реальности перечисления денежных средств иным лицам не принимается судом во внимание, так как плательщик вправе осуществить защиту свои прав в соответствии с п. 5 статьи 313 ГК РФ, предусматривающим, что к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 настоящего Кодекса.

Таким образом, суд считает, что договор новации от 10.06.2020 в части новации обязательств по договору займа от 01.03.2016, а также договоры займа № 1 от 20.08.2020 на сумму 23 605,17 руб.; № 2 от 03.09.2020 на сумму 1 291 530,06 руб.; № 3 от 23.09.2020 на сумму 9 135 руб.; № 4 от 05.10.2020 на сумму 28 650,87 руб.; № 5 от 23.10.2020 на сумму 13 899,41 руб.; № 6 от 30.10.2020 на сумму 208 977,99 руб.; № 7 от 03.11.2020 на сумму 30 626,79 руб.; № 8 от 13.11.2020 на сумму 81 068,16 руб.; № 9 от 23.11.2020 на сумму 35 426 руб., заключенные между сельскохозяйственным производственным кооперативом «Курсавский и ФИО3, совершены с нарушениями порядка, установленного ст. 45 Закона об ООО, ст. 38 Закона о сельхозкооперации, лицами, которые знали об установленных законом ограничениях, влекут причинение кооперативу значительных убытков, имеют признаки мнимых сделок, то есть сделок, совершенных только для вида без намерения создать соответствующие последствия.

Учитывая изложенное, суд признает указанные сделки недействительными на основании статьей 170, 173.1 ГК РФ и ст. 38 Закона о сельхозкооперации.

В признании недействительным договора новации в части новации обязательств по договору займа от 16.05.2018 суд отказывает.

В отношении требований о признании недействительными договоров займа, заключенных СПК «Курсавский» с ФИО2, суд установил следующие обстоятельства.

В подтверждение реальности договоров займа б/н от 04.02.2016 на сумму 450 000 руб.; № 1 от 08.07.2019 на сумму 52 508,58 руб.; б/н от 09.07.2018 на сумму 5 000 руб.; № 3 от 19.07.2019 на сумму 54 400 руб.; № 5 от 06.08.2019 на сумму 58 907 руб.; № 7 от 20.08.2019 на сумму 57 400 руб.; № 2 от 20.07.2020 на сумму 49 500 руб.; № 11 от 30.12.2020 на сумму 536 448,03 руб.; № 1 от 14.01.2021 на сумму 41 261,92 руб.; № 2 от 15.03.2021 на сумму 285 021,09 руб.; № 3 от 31.03.2021 на сумму 483 737,95 руб.; № 4 от 02.04.2021 на сумму 28 148,63 руб.; № 5 от 30.04.2021 на сумму 198 496,28 руб.; № 6 от 13.05.2021 на сумму 13 899,41 руб.; № 7 от 14.05.2021 на сумму 70 568,14 руб.; № 8 от 25.05.2021 на сумму 182 032,14 руб. в материалы дела представлены только квитанции к приходным кассовым ордерам, которые сами по себе не могут служить однозначным доказательством реальности свершенного в отношении юридического лица займа. Какая-либо иная документация, подтверждающая факт поступления в распоряжение кооператива, финансов отсутствует.

Учитывая, что займодавец ФИО12, хотя и не являлся членов правления или наблюдательного совета кооператива, однако выполнял обязанности заместителя председателя, то в силу статьи 53.1 ГК РФ может быть признан лицом, определяющим действия юридического лица, а, значит, должен был действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно.

Оформление значительного количества договоров займа без подтверждения реальности передачи денежных средств кооперативу в установленном порядке свидетельствует об отсутствии у сторон сделок в данном конкретном случае воли к тому, чтобы сделки порождали соответствующие им правовые последствия, то есть о мнимости указанных сделок.

Этот вывод суд делает также из тех обстоятельств, что часть оспариваемых истцом договоров, в том числе договоры № 1 от 16.03.2018 на сумму 25 000 руб., № 3 от 04.04.2018 на сумму 90 000 руб., № 4 от 06.04.2018 на сумму 60 000 руб., № 4 от 16.04.2018 на сумму 160 000 руб., № 4 от 23.04.2018 на сумму 110 000 руб., № 5 от 04.05.2018 на сумму 375 000 руб., № 7 от 23.05.2018 на сумму 300 000 руб., № 8 от 05.06.2018 на сумму 150 000 руб., № 9 от 07.06.2018 на сумму 150 000 руб., № 10 от 13.06.2018 на сумму 160 000 руб., № 11 от 14.06.2018 на сумму 60 000 руб., № 11 от 14.06.2018 на сумму 10 000 руб., № 12 от 25.06.2018 на сумму 10 000 руб., № 13 от 28.06.2018 на сумму 10 000 руб., № 13 от 02.07.2018 на сумму 120 000 руб., № 2 от 11.07.2019 на сумму 100 000 руб., № 4 от 30.07.2019 на сумму 200 000 руб., № 6 от 13.08.2019 на сумму 50 000 руб., № 1 от 16.07.2020 на сумму 120 000 руб., № 1 от 05.08.2020 на сумму 2 060 572,50 руб., № 1 от 03.04.2021 на сумму 1 247 898 руб., были реально исполнены займодавцем ФИО2, что подтверждают представленные в материалы дела квитанции и ордера ПАО «Ставропольпромстройбанк» о зачислении денежных средств по конкретным договорам на расчетный счет займодавца, а также товарные накладные на получение СПК «Курсавский» товарно-материальных ценностей по договорам о предоставлении товарного займа.

Учитывая изложенное, по мнению суда, при наличии воли для создания действительных гражданско-правовых отношений займодавец ФИО2 принимал надлежащие меры по оформлению заемных отношений в таком порядке, который не вызывает сомнений в реальности предоставления займа.

При таких обстоятельствах суд признает недействительными договоры займа б/н от 04.02.2016, № 1 от 08.07.2019, б/н от 09.07.2018, № 3 от 19.07.2019, № 5 от 06.08.2019, № 7 от 20.08.2019, № 2 от 20.07.2020, № 11 от 30.12.2020, № 1 от 14.01.2021, № 2 от 15.03.2021, № 3 от 31.03.2021, № 4 от 02.04.2021, № 5 от 30.04.2021, № 6 от 13.05.2021, № 7 от 14.05.2021, № 8 от 25.05.2021.

В остальной части требований, заявленных к ФИО2, суд отказывает.

Доводы истца и СПК «Курсавский» о недоказанности передачи ФИО2 и ФИО3 кооперативу собственных средств с учетом получения этими лицами значительных средств под отчет и наличия задолженности по подотчетным средствам не может быть признан судом обоснованным, поскольку в той части договоров, по которым отказано в признании их недействительными, материалами дела подтверждается реальность внесения займодавцами денежных средств на расчетный счет СПК. В случае наличия у ответчиков задолженностей по каким-либо обязательствам перед СПК «Курсавский», кредитор вправе решить вопрос о взыскании сумм задолженности в установленном порядке.

Факт непредъявления займодавцами требований к СПК «Курсавский» до 2021 года не может служить безусловным основанием для вывода о недействительности сделки при условии установления судом ее фактического исполнения займодавцем.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчиков, однако с учетом имущественного положения сторон суд, руководствуясь ст. 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации, считает возможным уменьшить размер подлежащей взысканию в доход федерального бюджета государственной пошлины с каждого из ответчиков по 10 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

Р Е Ш И Л:

Исковые требования члена правления СПК «Курсавский» ФИО1, с. Курсавка удовлетворить частично.

Признать недействительными договоры займа, заключенные между сельскохозяйственным производственным кооперативом «Курсавский», ИНН <***>, с. Курсавка Андроповского района Ставропольского края и ФИО2 г. Георгиевск:

- б/н от 04.02.2016 на сумму 450 000 руб.;

- № 1 от 08.07.2019 на сумму 52 508,58 руб.;

- б/н от 09.07.2018 на сумму 5 000 руб.;

- № 3 от 19.07.2019 на сумму 54 400 руб.;

- № 5 от 06.08.2019 на сумму 58 907 руб.;

- № 7 от 20.08.2019 на сумму 57 400 руб.;

- № 2 от 20.07.2020 на сумму 49 500 руб.;

- № 11 от 30.12.2020 на сумму 536 448,03 руб.;

- № 1 от 14.01.2021 на сумму 41 261,92 руб.;

- № 2 от 15.03.2021 на сумму 285 021,09 руб.;

- № 3 от 31.03.2021 на сумму 483 737,95 руб.;

- № 4 от 02.04.2021 на сумму 28 148,63 руб.;

- № 5 от 30.04.2021 на сумму 198 496,28 руб.;

- № 6 от 13.05.2021 на сумму 13 899,41 руб.;

- № 7 от 14.05.2021 на сумму 70 568,14 руб.;

- № 8 от 25.05.2021 на сумму 182 032,14 руб.

Признать недействительным договор новации от 10.06.2020, заключенный между сельскохозяйственным производственным кооперативом «Курсавский», ИНН <***>, с. Курсавка Андроповского района Ставропольского края и ФИО3, пос. Комсомолец Кировского района Ставропольского края в части новации обязательств по договору займа от 01.03.2016.

Признать недействительными договоры займа, заключенные между сельскохозяйственным производственным кооперативом «Курсавский», ИНН <***>, с. Курсавка Андроповского района Ставропольского края и ФИО3, пос. Комсомолец Кировского района Ставропольского края:

- № 1 от 20.08.2020 на сумму 23 605,17 руб.;

- № 2 от 03.09.2020 на сумму 1 291 530,06 руб.;

- № 3 от 23.09.2020 на сумму 9 135 руб.;

- № 4 от 05.10.2020 на сумму 28 650,87 руб.;

- № 5 от 23.10.2020 на сумму 13 899,41 руб.;

- № 6 от 30.10.2020 на сумму 208 977,99 руб.;

- № 7 от 03.11.2020 на сумму 30 626,79 руб.;

- № 8 от 13.11.2020 на сумму 81 068,16 руб.;

- № 9 от 23.11.2020 на сумму 35 426 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с сельскохозяйственного производственного кооператива «Курсавский», ИНН <***>, с. Курсавка Андроповского района Ставропольского края в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины по иску.

Взыскать с ФИО2, г. Георгиевск в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины по иску.

Взыскать с ФИО3, пос. Комсомолец Кировского района Ставропольского края в доход федерального бюджета 10 000 руб. государственной пошлины по иску.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Е. В. Жарина