Постановление от 21 июля 2025 г. по делу № А53-12114/2024

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-12114/2024
г. Краснодар
22 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 8 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2025 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Глуховой В.В. и Илюшникова С.М., в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.03.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2025 по делу № А53-12114/2024 (Ф08-3827/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи нежилого помещения от 30.11.2020, заключенного между ФИО3 и ФИО4, и применении последствий недействительности в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Определением от 06.03.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.05.2025, в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить судебные акты и удовлетворить заявленные требования. Податель жалобы ссылается на то, что при рассмотрении спора суды не учли недобросовестность сторон соглашения и направленность сделки на вывод имущества из конкурсной массы. Договор заключен между заинтересованными лицами в период судебного оспаривания перечислений, совершенных в пользу должника; непогашенная задолженность по признанной недействительной сделке послужила основанием для возбуждения дела о банкротстве.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 указала на ее несостоятельность, а также на законность и обоснованность принятых по делу судебных актов.

Лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, определением от 09.04.2024 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением от 03.07.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

30 ноября 2020 года ФИО3 (супруга должника) и ФИО4 заключили договор купли-продажи нежилого помещения площадью 41,9 кв. м с кадастровым номером 61:58:0003484:1608, расположенного по адресу: Ростовская обл., г. Таганрог, ул. Толбухина, д. 5-6.

Переход права собственности зарегистрирован 07.12.2020.

Предприниматель, ссылаясь на то, что договор является мнимым, заключен между заинтересованными лицами со злоупотреблением правом, в целях причинения имущественного вреда кредиторам должника, со злоупотреблением правом, обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Согласно пункту 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – Семейный кодекс) имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным названной статьей.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса).

Оспариваемый договор заключен 30.11.2020 (переход права собственности зарегистрирован 07.12.2020), за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (дело возбуждено определением от 09.04.2024).

Суды, установив, что договор заключен за пределами трехлетнего периода подозрительности, ссылаясь на то, что предприниматель не доказал наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, пришли к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого соглашения недействительным.

Между тем суды не учли следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся (определения Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу № А40-201077/2015, от 06.07.2017 по делу № А32-19056/2014).

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд вправе включить в предмет доказывания любые сведения, которые позволят установить достоверность спорных обстоятельств, устранить имеющиеся у суда убедительные сомнения в реальности сделки и принять обоснованное решение.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом аффилированность сторон сделки принципиально влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении иска о признании ее недействительной.

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе.

Как видно из материалов дела, ФИО3 является супругой должника, ФИО4 (ответчик по сделке) – дочь ФИО3, что свидетельствует о том, что стороны оспариваемого договора являются заинтересованными по отношению к должнику лицами применительно к положениям статьи 19 Закона о банкротстве.

Поскольку данные спорные правоотношения отягощены банкротным элементом, а также фактом аффилированности между лицами, то следствием такого обстоятельства является изменение стандарта доказывания, то есть степени требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования у суда убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемой в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств.

Между тем суды, указывая на реальность договора, сослались лишь на то, что переход права собственности зарегистрирован в установленном порядке. При этом иные обстоятельства, свидетельствующие об исполнении сторонами условий договора, судами не устанавливались и не исследовались.

В условиях неочевидного поведения участников рассматриваемых взаимоотношений, разумное экономическое обоснование которых не раскрыто, доказательства реальных правоотношений по приобретению объектов недвижимости должны быть представлены с достаточной степенью прозрачности, при которых любой иной участник гражданского оборота мог бы опровергнуть сомнения в безденежности и неоплате.

В силу специфики дел о банкротстве, в целях защиты прав и законных интересов других кредиторов и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника, судом может быть проявлена активность в истребовании дополнительных доказательств, свидетельствующих о добросовестности сторон при заключении договора. В частности, при наличии сомнений в реальности правоотношений сторон суд не лишен возможности потребовать представления дополнительных подтверждающих документов.

Судами не приняты во внимание доводы, приведенные предпринимателем в обоснование наличия в действиях сторон злоупотребления правом, в том числе на вывод совместно нажитого имущества в период судебного разбирательства с должником. Так, совместно нажитое имущество отчуждено супругой должника за 9 дней до оглашения резолютивной части по спору о признании недействительными перечислений в размере 1 908 500 рублей, совершенных ООО «Фирма "Таганремонт"» в пользу должника. Определением Арбитражного суда Ростовской области от 25.12.2020 (резолютивная часть от 16.12.2020) по делу № А53-31254/2019 перечисления признаны недействительными, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с должника 1 908 500 рублей.

В свою очередь, наличие непогашенной задолженности перед ООО «Фирма "Таганремонт"» в указанном размере впоследствии послужило основанием для возбуждения дела о банкротстве должника.

Учитывая финансовое положение должника на дату заключения супругой должника оспариваемого договора, судам надлежало установить в совокупности обстоятельства совершения сделки: отчуждение супругой должника совместно нажитого имущества в пользу дочери в период судебного разбирательства в отношении должника; объем и состав имущества, оставшегося у должника после совершения сделки; дать оценку доводам о целесообразности отчуждения имущества в 2020 году по цене, равной цене приобретения в 2016 году (400 тыс. рублей), а также исследовать обстоятельства реальности исполнения обязательств по сделке (обстоятельства фактической передачи денежных средств в счет оплаты по договору и наличие у ответчика финансовой возможности).

Отказывая в удовлетворении требований, суды ограничились тем, что сделка совершена за пределами периода подозрительности, а также недоказанностью наличия основания для оспаривания сделки по общегражданским основаниям. Обстоятельства, связанные с установлением факта злоупотребления правом, судами не исследовались.

С учетом изложенного суд округа считает, что выводы судов об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной сделаны преждевременно, при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела и оценки всех доводов и доказательств.

Кроме того, судом первой инстанции не рассмотрено заявление ФИО3 о пропуске срока исковой давности (л. д. 77 – 79). Апелляционным судом данное нарушение также не устранено.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Кодекса по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы судов сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, а также принимая во внимание отсутствие у суда кассационной инстанции полномочий по установлению фактов и оценке доказательств по делу, суд округа приходит к выводу об отмене обжалуемых судебных актов и направлении спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

При новом рассмотрении спора судам необходимо дать правильную квалификацию спорных правоотношений с учетом приведенных выводов суда кассационной инстанции, установить все имеющие существенное значение для правильного разрешения спора обстоятельства, входящие в предмет доказывания, при необходимости предложить сторонам представить дополнительные документы в обоснование доводов и возражений, рассмотреть заявление о пропуске срока исковой давности, дать оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, и доказательствам в соответствии с требованиями статьи 71 Кодекса, принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.03.2025 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2025 по делу № А53-12114/2024 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ростовской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Ю.О. Резник


Судьи


В.В. Глухова


С.М. Илюшников