Апелляционное определение № 33А-270/2026 от 21 января 2026 г.

Судья Прилепова Н.Н.

УИД № 11RS0001-01-2025-014504-53

Дело № 2а-8809/2025 (33а-270/2026)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ

в составе председательствующего судьи Голикова А.А.,

судей Колосовой Н.Е., Щенниковой Е.В.,

при секретаре судебного заседания Куприенковой Л.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Сыктывкаре, Республики Коми 22 января 2026 г. апелляционную жалобу ФИО1 на решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 ноября 2025 г. по административному делу по административному исковому заявлению ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными.

Заслушав доклад материалов административного дела судьи Колосовой Н.Е., объяснения административного истца ФИО1, представителей заинтересованного лица УФСИН России по Республике Коми ФИО2 (до перерыва), ФИО3 (после перерыва), судебная коллегия по административным делам

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми о признании незаконными действий, выразившихся в лишении свидания продолжительностью до 3 часов. В обоснование заявленных требований указано, что в период содержания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, 19 сентября 2025 г. судьей Верховного Суда Республики Коми ему было разрешено свидание с матерью ФИО4, однако время свидания было необоснованно ограничено до 1 часа. Необоснованное ограничение свиданий по времени лишает его возможности поддерживать семейные связи.

Судом к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено УФСИН России по Республике Коми.

По итогам рассмотрения дела принято решение, которым в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 к ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми о признании действий незаконными отказано.

ФИО1, не согласившись с решением суда, обратился в Верховный Суд Республики Коми с апелляционной жалобой, в которой указывает, что оспариваемое решение суда принято с нарушением норм материального и процессуального права, судом сделаны выводы, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, при которых допускалось нарушение его прав сокращением времени краткосрочного свидания с матерью, приехавшей из другого региона. Судом не исследовались обстоятельства, связанные с наличием у административного истца родственников и обстоятельства, связанные с наличием возможности предоставления свидания продолжительностью до 3 часов, не разрешено ходатайство о допросе матери в качестве свидетеля, не истребована видеозапись, из которой видно, что свидание было прервано сотрудником СИЗО, не исследованы сведения о учете прибывших посетителей, из которых было бы установлено, что прибыло всего два посетителя и имелось четыре свободных кабинки для свиданий, что свидетельствует о возможности предоставить свидание установленной продолжительности, а объективных причин нарушать право на свидание не имелось. При этом административными ответчиками не предоставлено доказательств соответствия оспариваемых действий нормативным правовым актам.

Участвующий в судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством использования системы видео-конференц-связи ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, настаивал на отмене судебного акта и принятии нового решения об удовлетворении заявленных в иске требований.

Представители заинтересованного лица УФСИН России по Республике Коми ФИО2 (до перерыва) и ФИО3 (после перерыва), с доводами апелляционной жалобы не согласились, просили в удовлетворении жалобы отказать, решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в рассмотрении дела, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены в надлежащей форме, в судебное заседание не явились, ходатайств об отложении слушания дела, обеспечении участия посредством видео-конференц-связи не заявляли, в связи с чем, судебной коллегией дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения административного истца и представителя заинтересованного лица, изучив материалы административного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив решение суда в порядке статьи 308 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее - УИК РФ) при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд в своих определениях Конституция Российской Федерации, относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации (статья 71, пункт «о»), наделила федерального законодателя полномочием предусматривать меры государственного принуждения в отношении лиц, совершивших преступления, осужденных и подвергаемых по приговору суда наказанию, существо которого, как следует из части первой статьи 43 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), состоит в предусмотренных данным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод.

Устанавливая в рамках этих полномочий в законе меры уголовного наказания, федеральный законодатель определяет применительно к осужденным изъятия из прав и свобод в сравнении с остальными гражданами, обусловленные, в том числе особыми условиями исполнения или отбывания соответствующего вида наказания.

Согласно статье 15 Федерального закона № 103-ФЗ, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ.

Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Согласно части 1 статьи 15 указанного Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

В целях обеспечения режима в местах содержания под стражей Министерством юстиции Российской Федерации по согласованию с Генеральным прокурором Российской Федерации утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (статья 16 Закона).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 28 декабря 2020 г. «По делу о проверке конституционности статьи 77.1 УИК РФ и статей 17 и 18 Федерального закона N 103-ФЗ и пунктов 138 - 143 Правил внутреннего распорядка», Федеральный закон № 103-ФЗ, закрепляя в статье 17 права подозреваемых и обвиняемых (в том числе тех, кому в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу и кто содержится в следственном изоляторе), включая право на свидания с родственниками и иными лицами (пункт 5 части 1), а также право заключать и расторгать брак, участвовать в иных семейно-правовых отношениях, если это не противоречит названному Федеральному закону (пункт 2 части 2), в статье 18 устанавливает, в частности, что подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое (часть третья), причем такие свидания осуществляются под контролем сотрудников мест содержания под стражей и в случае попытки передачи подозреваемому или обвиняемому запрещенных к хранению и использованию предметов, веществ и продуктов питания либо сведений, которые могут препятствовать установлению истины по уголовному делу или способствовать совершению преступления, прерываются досрочно часть четвертая).

Заключение под стражу связано с принудительным пребыванием подозреваемого, обвиняемого в ограниченном пространстве, прекращением выполнения служебных или иных трудовых обязанностей, невозможностью свободного передвижения и общения с неопределенным кругом лиц, то есть с непосредственным ограничением самого права на физическую свободу и личную неприкосновенность. Ограниченность же предоставляемых ему свиданий по их количеству, продолжительности и условиям проведения - неизбежное следствие этой меры пресечения, состоящей в изоляции от общества в специальном месте под охраной (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 1 июля 1998 г. № 159-О, от 13 июня 2002 г. № 176-О, от 16 октября 2003 г. N 351-О, от 17 июня 2010 г. № 807-О-О и др.).

Наличие данных ограничений вызвано спецификой уголовного судопроизводства, а также теми целями, которые стоят перед заключением под стражу как мерой процессуального принуждения и которые отличны от целей и задач, непосредственно связанных с режимом отбывания назначенного судом наказания в местах лишения свободы, включающим в себя при определенных условиях право на длительные свидания (статья 89 УИК РФ). При этом ограничения длительности свиданий подозреваемых и обвиняемых действуют лишь в период их содержания под стражей, продолжительность которого не должна выходить за пределы разумных сроков уголовного судопроизводства (статья 6.1 УПК РФ).

Во взаимосвязи с положениями уголовно-процессуального закона, обеспечивающими разумность сроков производства по уголовному делу, статья 18 Федерального закона № 103-ФЗ не может расцениваться как отменяющая или умаляющая право подозреваемых и обвиняемых, содержащихся под стражей, на общение с родственниками и иными лицами. Она лишь устанавливает определенные ограничения, которые действуют в рамках разумного срока, отвечают требованиям справедливости, адекватны, пропорциональны, необходимы для защиты ценностей, перечисленных в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и вытекают из самого существа такой меры пресечения, как заключение под стражу (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2013 г. N 133-О).

Федеральным законом № 103-ФЗ предусмотрено, что подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое, порядок проведения свиданий с такими лицами устанавливается Правилами (часть третья статьи 18, пункт 15 части второй статьи 16).

Приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. N 110 утверждены Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, вступившие в силу с 17 июля 2022 г. (далее - Правила), пунктом 170 которых установлено, что подозреваемым и обвиняемым на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, может быть предоставлено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. Осужденному, в отношении которого приговор вступил в законную силу, но еще не обращен к исполнению, свидание с родственниками предоставляется на основании разрешения председательствующего в судебном заседании по уголовному делу или председателя суда (пункт 171). На основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, а также документов, удостоверяющих личности лиц, прибывших на свидание, начальник СИЗО либо лицо, его замещающее, дает письменное указание о разрешении свидания (пункт 172). В письменном разрешении на свидание, заверенном гербовой печатью соответствующего органа или суда, должно быть указано, кому и с какими лицами оно разрешается. Разрешение действительно только на одно свидание (пункт 173). Свидания предоставляются в порядке общей очереди, в том числе с учетом электронной записи (при наличии технической возможности). Перед началом свидания лица, прибывшие на него, информируются о правилах поведения во время свидания и предупреждаются о прекращении свидания в случае нарушения требований, установленных в настоящих Правилах (пункт 174).

Из обстоятельств административного дела следует, что приговором Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики от 05 февраля 2016 г. ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ... Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на ... лет ... месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Административный истец ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми с 01 декабря 2023 г. по настоящее время.

Согласно материалам дела 19 сентября 2025 г. в период времени с 09 часов 05 минут до 10 часов 20 минут (продолжительность 1 час 15 минут) ФИО1 предоставлялось свидание с матерью ФИО4 в соответствии с требованиями правил внутреннего распорядка, а именно, на основании письменного разрешения лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело, а также документов, удостоверяющих личность лица, прибывшего на свидание.

Согласно графику работы комнаты приема передач и краткосрочных свиданий, утвержденному начальником ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми 14 июля 2025 г., время краткосрочного свидания по пятницам с 09 часов 00 минут.

Суд первой инстанции, установив приведённые по делу обстоятельства и разрешая заявленные требования и руководствуясь положениями статей 218, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, исходил из того, что предоставленное Федеральным законом № 103-ФЗ во взаимосвязи с положениями УИК РФ право на краткосрочное свидание ФИО1 было реализовано административным ответчиком, в то время как само по себе ограничение по времени продолжительностью более одного часа, не привело к нарушению прав и законных интересов административного истца, учитывая, что административный истец, а также лицо, с которым ему предоставлялось свидание, продолжительностью более одного часа, с жалобами по этому поводу, к администрации следственного изолятора, в надзорные органы не обращались, что фактически указывает на отсутствие у последних нуждаемости в увеличении продолжительности краткосрочных свиданий, а также отсутствии неблагоприятных последствий как для административного истца, так и для его родственника в результате оспариваемых действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, в связи с чем, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований административного иска.

Приходя к таким выводам, суд нижестоящей инстанции также указал, что ограниченность предоставляемых ФИО1 свиданий по их количеству, продолжительности и условиям проведения - неизбежное следствие обстоятельств нахождения лица в специальном месте, в изоляции от общества.

Судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность принятого судебного решения суда не находит оснований согласиться с итоговыми выводами суда об отказе в удовлетворении административных исковых требований, в силу следующего.

Действительно, положениями Федерального закона № 103-ФЗ и Правилами внутреннего распорядка № 110, определено не более двух свиданий в месяц с родственниками и иными лицами продолжительностью до трех часов каждое. Данное законоположение вводит четкие ограничения, касающиеся периодичности предоставления свиданий, их максимальной длительности, и закрепляет разрешительный порядок решения вопроса об их предоставлении.

Таким образом, из приведенных выше законоположений следует, что продолжительность свидания может быть менее трех часов, но при условии, если это обусловлено различными причинами, в том числе, естественным окончанием свидания, загруженностью учреждения, необходимостью реализации права на свидание всеми лицами, содержащимися в следственном изоляторе.

Суд, изучив представленные выкопировки журнала учета краткосрочных свиданий в учреждении и журнала учёта прибытия (убытия) посетителей, пришел к выводу о том, что в спорный период в следственный изолятор помимо лиц, прибывших на свидания прибывали сотрудники полиции и следствия, адвокаты и представители управления федеральной службы исполнения наказаний, что обусловило ограничение свидания по времени, в то время как доказательств того, что административный истец имел необходимость в свидании с матерью в течение более длительного времени и ему в этом было отказано немотивированно, не представлено.

Между тем, судебная коллегия не находит оснований согласиться с оценкой приведенных доказательств.

Напротив, по истребованной из пенитенциарного учреждения информации следует, что в учреждении имеются специальные комнаты для свиданий, в которых 19 сентября 2025 г. было организовано всего 4 свидания. Данных о наличии очередности, занятости сотрудников следственного изолятора в иных мероприятиях, естественном окончании свидания, что могло бы обусловить сокращение времени краткосрочного свидания, не имеется и в материалы дела не представлено.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о произвольном характере ограничения длительности свидания административным ответчиком ФИО1 с матерью ФИО4, прибывшей из г. Начальчик.

При этом не свидетельствуют об обратном представленные в материалы дела сведения о предоставлении телефонных переговоров ФИО1 с матерью ФИО4, так как право на краткосрочное свидание является отдельно предусмотренным правом лица, содержащегося в пенитенциарном учреждении и его кратность, максимальная продолжительность устанавливается Федеральным законом № 103-ФЗ и Правилами внутреннего распорядка № 110.

Так, часть 1 статьи 4 и часть 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации устанавливают, что каждому заинтересованному лицу гарантируется право на обращение в суд за защитой нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, в том числе в случае, если, по мнению этого лица, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов либо на него незаконно возложена какая-либо обязанность.

Гражданин вправе обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего.

Таким образом, административное процессуальное законодательство исходит по общему правилу из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения.

В рассматриваемой ситуации судебной коллегией установлено нарушение прав административного истца и незаконность действий административного ответчика по произвольном сокращению продолжительности краткосрочного свидания ФИО1 с матерью ФИО4, прибывшей из г. Начальчика, а следовательно, имеется предусмотренная статьей 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации совокупность условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по административному делу новое решение.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции не может быть признано законным и обоснованным, оно подлежит отмене на основании пункта 3 части 2 статьи 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, то есть в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам административного дела, с принятием по административному делу нового решения – о признании незаконными действий ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, выразившихся в ограничении времени краткосрочного свидания ФИО1 с матерью 19 сентября 2025 г.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия по административным делам

определила:

решение Сыктывкарского городского суда Республики Коми от 13 ноября 2025 г. отменить.

Принять новое решение, в соответствии с которым признать незаконными действия ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Коми, выразившиеся в ограничении времени краткосрочного свидания ФИО1 с матерью ФИО4 19 сентября 2025 г.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в шестимесячный срок, который начинает исчисляться на следующий день после принятия апелляционного определения и из него исключается срок составления мотивированного определения суда апелляционной инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 января 2026 г.

Председательствующий –

Судьи: