Решение № 2-1/2019 2-1/2019(2-837/2018;)~М-580/2018 2-837/2018 М-580/2018 от 10 января 2019 г. по делу № 2-1/2019

Дело №2-1/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

(мотивированное)

11 января 2019 года ст. Кагальницкая Ростовской области

Зерноградский районный суд Ростовской области в составе судьи Полякова Н.В., единолично, при секретаре Асланян К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, третьим лицам – ФИО4, Северо-Кавказскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, о признании частично недействительным договора приватизации жилого помещения, записи о государственной регистрации права, признании права долевой собственности на жилое помещение,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с данным иском, в котором указала следующее. 14.10.1993 между организацией - Энергонадзор «Ростовэнерго», с одной стороны, и ФИО2, ФИО3, с другой стороны, был заключён договор на передачу в собственность 1/2 домовладения - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Данный договор был зарегистрирован в БТИ Кагальницкого района Ростовской области. На момент заключения данного договора ФИО1 и её сестра были зарегистрированы в спорном помещении, однако не были включены в договор приватизации. ФИО1 просила:

1) признать частично недействительным договор от 14.10.1993 напередачу квартиры в собственность граждан, заключенный между организацией - Энергонадзор «Ростовэнерго» и ФИО2, ФИО3, расположенной по адресу: <адрес>, <адрес>;

2) признать частично недействительными запись о государственнойрегистрации права № от 23.09.2008 за ФИО2 и ФИО3 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №, площадью 131,0 кв.м.;

3) снизить долю в общей совместной собственности ответчиковФИО2 и ФИО3 в квартире,расположенной по адресу: <адрес>, с целой доли до 1/3 доли на праве долевой собственности ФИО2 и до 1/3 доли на праве долевой собственности ФИО3;

4) признать за ФИО1 право долевой собственности в размере 1/3 доли в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, площадью 131,0 кв.м..

Истец ФИО1, ответчик ФИО3, представитель Северо-Кавказского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (правопреемник организации Энергонадзор «Ростовэнерго») в судебное заседание не прибыли, извещены о рассмотрении дела, в порядке ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

В судебном заседании представитель истца - адвокат Сотников С.В., действующий на основании ордера и доверенности, иск поддержал в полном объёме, подтвердил доводы иска, просил иск удовлетворить.

Представители ответчика - адвокат Баланова Е.Н., действующая на основании ордера, и третье лицо ФИО4, представляющая свои интересы и интересы ответчика ФИО3 по доверенности, иск не признали, просили применить по делу исковую давность и в удовлетворении иска отказать.

Ответчик ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ, то есть, после предъявления данного иска в суд. Согласно ответу нотариуса Кагальницкого нотариального округа Ростовской области, наследниками, принявшими наследство ФИО2, являются его супруга ФИО3 (по завещанию) и дочь ФИО1 (по закону).

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд считает, что в удовлетворении иска должно быть отказано.

В судебном заседании установлено, что 14.10.1993 между организацией Энергонадзор «Ростовэнерго», с одной стороны, и ФИО2 и ФИО3, с другой стороны, был заключён договор на передачу в собственность 1/2 доли домовладения - квартиры, состоящей из 13 комнат, общей площадью 102,4 кв.м, в том числе, жилой - 60,6 кв.м, расположенной по адресу: <адрес> (л.д.15). За ФИО2 15.10.1993 зарегистрировано право собственности на данное жилое помещение, что подтверждается регистрационной записью БТИ Кагальницкого района (л.д.15 оборот).

На дату заключения вышеуказанного договора, а именно - 14.10.1993 истице ФИО1 было 11 лет. Она была зарегистрирована и проживала вместе с родителями в указанной выше квартире.

Согласно справке Администрации Кагальницкого сельского поселения, истец ФИО5 с 02.08.1988 и по настоящее время зарегистрирована по месту жительства по адресу: <адрес>; прибыла из <адрес> с родителями: отец – ФИО2, мать – ФИО3, сестра – ФИО6 (л.д.16).

Сторонами не оспаривается и подтверждается материалами дела, что в настоящее время спорное жилое помещение имеет иное наименование и иные характеристики. Это квартира, расположенная по адресу: <адрес>, общей площадью 131 кв. м,, находящаяся в общей совместной собственности ФИО2 и ФИО3 без определения долей, номер и дата регистрации права: №, 23.09.2008 (л.д.17-19).

Согласно выписке из ЕГРН собственниками квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, являются ФИО2 и ФИО3 (л.д.17-19).

Согласно свидетельству о рождении ФИО5 родилась ДД.ММ.ГГГГ, её родителями являются ФИО2 и ФИО3 (л.д.14).

Согласно медицинскому свидетельству о смерти ФИО2 умер 23 июня 2018 года (л.д.41).

Согласно ответу нотариуса Кагальницкого нотариального округа Ростовской области, наследниками, принявшими наследство ФИО2, являются его супруга ФИО3 (по завещанию) и дочь ФИО1 (по закону) (л.д.51).

Решением Зерноградского районного суда Ростовской области от 17.08.2018 ФИО1 признана утратившей право пользования жилым помещением (квартирой) расположенной по адресу: <адрес>, данное решение вступило в законную силу 08.11.2018 (л.д.80-83).

Как следует из искового заявления и пояснения представителя ФИО1, поскольку при оформлении договора приватизации жилья, ФИО1, будучи зарегистрированной по месту жительства и фактически проживая в квартире, не принимала участия в приватизации квартиры, участником общей собственности на жилое помещение не является, её имущественные права на получение имущества в собственность нарушены.

Исходя из существа требований истца и их обоснования, приведенных в иске, следует, что истцом оспаривается договор приватизации жилого помещения от 14.10.1993 по мотиву его ничтожности, как не соответствующий закону, со ссылкой на ст. ст. 166 - 168 ГК РФ.

Действовавшая на момент приватизации квартиры, о которой возник спор, редакция статьи 2 Закона РСФСР от 4 июля 1991 года № 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в РСФСР" предусматривала, что граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами РСФСР и республик в составе РСФСР.

На момент заключения договора передачи квартиры в собственность от 14.10.1993 года действовала редакция ст.2 Закон РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ», которая не предусматривала обязательного включения несовершеннолетних, имеющих право пользования данным жилым помещением и проживающих совместно с лицами, которым это жилье передается в собственность, в состав собственников, требовалось лишь согласие всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, согласия органа опеки не требовалось.

В настоящее время действует следующая редакция данного Закона. В соответствии со ст. 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ», граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет (часть первая в ред. Федерального закона от 16.10.2012 № 170-ФЗ). Жилые помещения, в которых проживают исключительно несовершеннолетние в возрасте до 14 лет, передаются им в собственность по заявлению родителей (усыновителей), опекунов с предварительного разрешения органов опеки и попечительства либо по инициативе указанных органов. Жилые помещения, в которых проживают исключительно несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет, передаются им в собственность по их заявлению с согласия родителей (усыновителей), попечителей и органов опеки и попечительства (часть вторая введена Федеральным законом от 11.08.1994 № 26-ФЗ; в ред. Федерального закона от 28.03.1998 № 50-ФЗ).

Начало действия части 2 статьи 2 данного закона установлено с 14.08.1994 года (с момента опубликования Федерального закона от 11.08.1994 № 26-ФЗ).

Указанные изменения в Закон "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" внесены после заключения оспариваемого договора приватизации квартиры.

При таких обстоятельствах, данная норма Закона (в новой редакции) не может применяться к уже возникшим правоотношениям по приватизации, в частности, к заключённому 14.10.1993 года между организацией - Энергонадзор «Ростовэнерго», с одной стороны, и ФИО2, ФИО3, с другой стороны, договору на передачу в собственность спорного жилого помещения.

В соответствии со ст.53 Кодекса о браке и семье РСФСР (принятому Законом РСФСР от 30.07.1969), действовавшей на момент заключения договора, защита прав и интересов несовершеннолетних детей лежит на родителях, родители являются законными представителями своих несовершеннолетних детей и выступают в защиту их прав и интересов во всех учреждениях.

ФИО2 и ФИО3, воспользовавшись своими правами законных представителей, по своему усмотрению распорядились правами своих дочерей при заключении договора приватизации жилого помещения. Оспариваемый договор передачи квартиры в собственность был заключен в соответствии с требованиями законодательства, действовавшего на момент заключения договора.

Судом установлено, что действующее в момент заключения сделки законодательство не требовало обязательного включения несовершеннолетних в договор передачи жилого помещения в собственность в порядке приватизации, а также не требовало согласия органов опеки и попечительства на отказ от прав несовершеннолетних детей на приватизацию жилого помещения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что не имеется оснований для признания частично недействительным договора от 14.10.1993 напередачу квартиры в собственность граждан, заключенного между организацией - Энергонадзор «Ростовэнерго» и ФИО2, ФИО3, расположенной по адресу: <адрес>, поскольку указанная сделка в момент ее заключения прав истца ФИО1 не нарушала.

Защита прав ФИО1, в том числе и жилищных, лежала на родителях истца в соответствии со ст.53 Кодекса о браке и семье РСФСР, действовавшей на момент заключения договора, которые распорядились ими по своему усмотрению.

В соответствии с ч.ч.1-3 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Истцом заявлено о применении положений ст.168 ГК РФ при разрешении данного спора.

В соответствии со ст.168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Ответчиком ФИО3 заявлено о применении срока исковой давности при рассмотрении данного дела (л.д.77-79). Истцом ФИО1 заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, мотивируя это тем, что в момент приватизации спорного жилого помещения ей было 11 лет, о нарушенном праве она узнала 28 апреля 2018 года (л.д.71-76).

В соответствии со ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По данному делу исполнение сделки началось после регистрации договора в БТИ Кагальницкого района – с 15.10.1993 года. Трёхлетний срок исковой давности, предусмотренный п. 1 ст. 181 ГК РФ, истек 15.10.1996 года.

Из пояснений третьего лица – ФИО4 в судебном заседании следует, что она и её сестра ФИО1 с детства знали о том, что данная квартира принадлежит их родителям - ФИО2 и ФИО3, их родители никогда не скрывали это и открыто говорили об этом.

Согласно данным паспорта ФИО1 родилась ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13), она достигла совершеннолетия ДД.ММ.ГГГГ. С момента совершеннолетия, в том числе и когда ФИО1 должна была узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, прошло также более 3 лет.

Доводы ФИО1 о том, что она не знала об отсутствии у неё права собственности на спорное жилое помещение, и о том, что она узнала об этом 28 апреля 2018 года, ничем не подтверждены.

Суду не представлено никаких доказательств о совершении ФИО1 в период с 02.01.2000 года до настоящего времени каких-либо действий по управлению, распоряжению и пользованию спорной квартирой, поддержанию её в надлежащем состоянии, в которых проявлялось бы отношение ФИО1 к квартире как к собственному имуществу.

При принятии решения, суд учитывает, что объект на момент приватизации (1/2 доля домовладения, л.д.15) и существующий в настоящее время спорный объект (квартира, л.д.17) отличаются между собой. Кроме того, данные объекты отличаются друг от друга по своим характеристикам. На момент приватизации 1/2 доля домовладения имела площадь 102,4 кв.м, (л.д.15), а в настоящее время имеется другой объект - квартира с площадью 131 кв.м. (л.д.17). Суд также учитывает, что в результате приватизации право собственности, согласно регистрационной записи БТИ от 15.10.1993) возникло только у ФИО2 (л.д.15). В дальнейшем, у ФИО2 и ФИО3 23.09.2008 возникло право на новый объект (квартиру) с иными характеристиками (л.д.17-19).

Суд также учитывает, что оспариваемый договор был заключен в 1993 году, совершеннолетие ФИО1 наступило в 2000 году, в суд с настоящим иском ФИО1 обратилась в 2018 году, то есть, через 18 лет после достижения совершеннолетия.

Истцом, не являющимся стороной оспариваемого договора приватизации и заявившим требование в защиту права на квартиру, пропущен срок исковой давности.

По правилам ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Доказательств, свидетельствующих об уважительных причинах пропуска истцом срока исковой давности, не представлено. Указанные истцом причины пропуска срока исковой давности суд считает неуважительными.

В связи с выводом суда об отсутствии оснований для признания договора приватизации недействительным (как основания возникновения права), также не подлежат удовлетворению и производные требования – о признании частично недействительной запись о государственной регистрации права № от 23.09.2008, о снижении доли в общей совместной собственности ответчиков, о признании за истцом права долевой собственности

При таких обстоятельствах, исковые требования не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Зерноградский районный суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 16 января 2019 года.

Судья Н.В.Поляков