Решение № 2-2447/2017 2-2447/2017~М-2453/2017 М-2453/2017 от 3 октября 2017 г. по делу № 2-2447/2017

Дело № 2-2447/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Норильск Красноярский край 4 октября 2017 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе

председательствующего судьи Боднарчука О.М.,

при секретаре судебного заседания Абылкасымовой А.М.,

с участием прокурора Терских Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в 7 час. 32 мин. на перекрестке <адрес>, водитель ФИО2, управляя автомобилем Mercedes-Benz 250D, г/н № совершил столкновение с автомобилем Toyota Duet, г/н №, под управлением ФИО1 В результате ДТП был нанесен вред здоровью ФИО1, а именно телесные повреждения в виде закрытого полного косого перелома правой ключицы в средней её трети и кровоподтеки правой скуловой области, квалифицирующиеся как средней тяжести вред здоровью. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на больничном и проходил лечение в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №1» по поводу травм полученных в следствии ДТП от ДД.ММ.ГГГГ. В связи с этим просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного вследствие причинения телесных повреждений, в сумме 120000руб., расходы на оплату юридических услуг в сумме 15000руб., расходы по выдаче нотариальной доверенности в сумме 1900 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца - Г.А. исковые требования поддержали в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Представитель истца - Г.А. полагала, что Д.Ш.ББ. как лицо, управлявшее источником повышенной опасности, обязан нести гражданско-правовую ответственность независимо от отсутствия вины в ДТП.

Истец ФИО1 пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время он управлял принадлежащим ему автомобилем TOYOTA DUET, регистрационный знак № Занимаясь частным извозом, вез двух пассажиров. Двигаясь по <адрес> в <адрес>, на регулируемом перекрестке <адрес> и <адрес> планировал совершить поворот налево и продолжить движение в сторону <адрес>. На регулируемый перекресток <адрес> и <адрес> он въехал со скоростью 20-30 км/ч. на зеленый сигнал светофора, после чего сигнал светофора сменился на зеленый моргающий. Когда он приступил к маневру поворота налево, увидел, что для автомобилей, двигающихся по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, загорелся желтый сигнал светофора, Повернув налево он, подъезжая к пересечению проезжей части <адрес> остановился и посмотрел направо, в пределах его видимости в 10-15 метрах, автомобилей не было. После этого он возобновил движение, намереваясь закончить маневр и выехать с перекрестка. Проехав 2-3 метра, он повернул голову и заметил автомобиль ответчика, приближающийся справа по <адрес>, после чего произошел удар в правую переднюю часть его автомобиля. В связи с получением телесных повреждений. Когда ему помогли выйти из автомобиля, у автомобиля ответчика находился мужчина кавказской национальности, который мог быть пассажиром ответчика. Сотрудники ГИБДД в ходе административного расследования длительное время не могли опросить его пассажира - женщину, которая находилась в его автомобиле в момент ДТП, он самостоятельно связался с ней и привез ее в ГИБДД, попросив рассказать фактические обстоятельства ДТП о том, что ответчик въехал на перекресток на красный сигнал светофора. Пассажир не помнила обстоятельства ДТП, поэтому сотрудник ГИБДД, отбиравший объяснение, задавал женщине наводящие вопросы и печатал объяснение.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что с согласия собственника ФИО3, будучи вписанным в страховой полис, управлял автомобилем MERCEDES 250D, регистрационный знак № Около 7 часов ДД.ММ.ГГГГ он двигался по <адрес> по направлению от <адрес> к <адрес> со скоростью 50-60км/ч, вез за плату пассажира, который сел к нему автомобиль ранее. На регулируемый перекресток по <адрес> и <адрес> он въехал на зеленый сигнал светофора и намеревался проехать прямо по <адрес> для него, слева на перекресте перед его автомобилем выехал автомобиль истца. Он попытался уйти от столкновения, повернув направо, но ввиду небольшого расстояния между автомобилями, произошло ДТП. Он помог истцу выйти из автомобиля, а его пассажир ушел, оставив номер своего телефона.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещен своевременно и надлежащим образом.

Дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц по правилам ст.167ГПК РФ.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела и представленные сторонами доказательства, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования необоснованными, суд считает иск не подлежащим удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

В силу ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу данной правовой нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 ГК РФ).

Пунктом 3 ст. 1079 ГК РФ определены правила, применяемые в случае причинения вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности третьим лицам.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 ГК РФ установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. В силу разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, данных им в постановлении от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ), т.е. по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга (пункт 25).

Следовательно, в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения Правил дорожного движения одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, не виновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам.

В данном случае положения ст. 1100 ГК РФ о компенсации морального вреда без наличия вины применению не подлежат.

Как установлено судом, около 7 час. 30 мин. ДД.ММ.ГГГГ на перекрестке <адрес> в <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля TOYOTA DUET, регистрационный знак №, под управлением собственника ФИО1, который двигался по <адрес> со стороны <адрес> с левым поворотом в сторону <адрес>, и автомобиля MERCEDES 250D, регистрационный знак № принадлежащего ФИО3, под управлением ФИО2, который двигался во встречном направлении по <адрес> от <адрес> в сторону <адрес>.

В результате столкновения указанных транспортных средств истец ФИО1.О. получил телесные повреждения и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном и амбулаторном лечении в КГБУЗ «Норильская межрайонная больница №».

Согласно заключению судебно-медицинского экспертизы медицинских документов № от ДД.ММ.ГГГГ при осмотре ФИО1 бригадой скорой медицинской помощи в 7 час. 35 мин. ДД.ММ.ГГГГ отмечены телесные повреждения в виде закрытого полного косого перелома правой ключицы в средней её трети и кровоподтеки правой скуловой области, образование которых не исключается в результате ударного травматического воздействия частями автомобиля в момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ. Телесные повреждения в виде перелома ключицы влекут за собой длительное расстройство здоровью на срок более 21 дня и расцениваются как причинившее средней тяжести вред здоровью человеку.

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, ФИО2 возбуждены дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Постановлениями инспектора по ИАЗ ОР ДПС ГИБДД ОМВД России по г.Норильску от ДД.ММ.ГГГГ производства по делам об административном правонарушении в отношении ФИО1, ФИО2 прекращены на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием состава административного правонарушения. Причиной прекращения производств явились: невозможность установления сигналов светофорных объектов, на которые (сигналы) двигались участники ДТП, разнящиеся показания участников и очевидцев ДТП.

Согласно протоколу осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ и схемы ДТП в месте ДТП в направлении <адрес> к <адрес> к проезжей части слева примыкает разделительный газон. Участок освещен электроосвещением, видимость с рабочего места водителя с выключенным светом фар – 150 м., с включенным (ближним, дальним) светом – 300 м.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4 о пояснил, что в январе 2017 года около 7 час на проезжей части по <адрес> остановил автомобиль MERCEDES ответчика, чтобы за плату доехать на автостоянку, чтобы забрать свой автомобиль и ехать на нем на работу. В автомобиле сидел на заднем сидении. Подъезжая к регулируемому перекрестку <адрес> и <адрес> со скоростью около 40 км/ч в их направлении горел зеленый сигнал светофора. Въезжая на перекресток он увидел, что по <адрес> от <адрес> в сторону <адрес> на их пересечение выехал небольшой легковой автомобиль. Так как расстояние между данными автомобилями было небольшим, произошло столкновение. Из автомобиля вышли два пассажира: мужчина и женщина, которые вели себя неадекватно и ругались. Поскольку он торопился на работу, то оставил ответчику номер своего телефона и уехал. Позднее ответчик позвонил ему и попросил подойти в ГИБДД для дачи пояснений. С ответчиком он знаком, в родственных отношениях не состоит.

Опрошенный ДД.ММ.ГГГГ в ходе административного расследования Г.И.ЕА. пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в 7часов 32 минуты он ехал по <адрес> в такси TOYOTA DUET, регистрационный знак №, со своей девушкой Л.Ю.СА. на задних сидениях. При подъезде к регулируемому перекрестку <адрес> и <адрес> горел зеленый сигнал светофора. На перекресток водитель на кольце собирался повернуть налево и продолжить движение по <адрес> в сторону <адрес>, как вдруг он увидел, что справа по <адрес> приближается автомобиль марки MERCEDES 250D, регистрационный знак №, который двигался по направлению от <адрес> к указанному перекрестку. Автомобиль двигался по проезжей части, занимая полосы движения между средней и крайней правой. Столкновение произошло, когда они почти завершали маневр.

Опрошенная ДД.ММ.ГГГГ в ходе административного расследования Л.Ю.СА. пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 32 минуты она находилась в качестве пассажира на заднем левом пассажирском сиденье в автомобиле TOYOTA DUET, регистрационный знак №, под управлением Б.А.ОБ., который двигался по <адрес> и планировал на регулируемом перекрестке <адрес> и <адрес> совершить поворот налево и продолжить движение в сторону <адрес>. Подъезжая к регулируемому перекресту <адрес> и <адрес> со скоростью примерно 20-30 км/ч для их автомобиля горел зеленый сигнал светофора. Подъехав к пересечению с проезжей частью встречного направления, водитель остановился у края разделительного газона, посмотрел направо. Она смотрела вперед, увидела, что на светофоре загорелся красный сигнал для автомобилей, двигающихся по <адрес> со стороны <адрес> сигнал светофора в их направлении не обратила внимания. ФИО1 начал движение, проехал примерно 1 метр, после чего она в правое заднее боковое окно увидела автомобиль темного цвета, приближающийся к ним справа со скоростью примерно 40-50 км/ч, двигающийся примерно посередине проезжей части, ближе к разделительному газону. Расстояние до него составляло примерно 6 метров. Водитель приближающегося автомобиля не снижал скорости и не менял траектории движения. Произошло столкновение с автомобилем MERCEDES 250D.

Проанализировав представленные доказательства по делу по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 10.1 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Согласно п. 13.4 Правил дорожного движения, при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

Пунктом 8.1 ПДД установлено общее правило, в соответствии с которым при выполнении маневра (перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой) не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно объяснениям ФИО2, ФИО4 о в ходе административного расследования и подтвержденным в судебном заседании, ФИО2, въезжал на перекресток на разрешающий (зеленый) сигнал светофора и имел преимущество в прямолинейном движении по данному перекрестку. На указанные обстоятельства указывают и пояснения ФИО5, о том, что на регулируемом перекресте работал разрешающий (зеленый) сигнал светофора.

Данные пояснения ФИО2, ФИО4 о, ФИО5, ничем не опровергнуты.

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО4 о у суда не имеется, поскольку его показания не противоречат имеющимся в материалах дела документам, а сам свидетель в исходе дела не заинтересован и был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Доводы истца о выезде ответчика на перекресток на запрещающий сигнал светофора, исходя из того, что при завершении истцом маневра и поворота на перекресте налево на <адрес> для ответчика по <адрес> включился желтый (запрещающий) сигнал светофора суд находит несостоятельными по следующим причинам.

Приводя указанные доводы, истец также категорично указал, что после его выезда на перекресток <адрес> со стороны <адрес> для автомобилей, двигавшихся по <адрес> со стороны <адрес>, был включен разрешающий (зеленый мигающий) сигнал светофора.

Согласно справке о работе светофорного объекта <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, перед окончанием горения зеленого сигнала контроллер КДУ 3.2 Н обеспечивает мигание зеленого сигнала за 4 секунды до окончания его действия.

Таким образом, исходя их схемы ДТП и пояснений ФИО1, Д.Ш.БВ., расстояние от начала перекрестка <адрес> – <адрес> (со стороны <адрес>) до поворота на <адрес> составляет не более 15метров, в то время как при указанной истцом скорости движения его транспортного средства 20-30 км/ч, за время работы мигающего зеленого сигнала светофорного объекта его автомобиль проехал бы от 22 до 33 метров (20/360*4, 30/360*4), что, в том числе, позволило бы ему полностью проехать перекресток до въезда на него Д.Ш.БВ.

Кроме того, в качестве допустимого и достоверного доказательства судом не могут быть приняты объяснения ФИО6, указавшей что при проезде перекреста для автомобилей, двигающихся по <адрес> со стороны <адрес>, включился запрещающий красный сигнал светофора, поскольку соответствующие объяснения ФИО6, которая не в полной мере помнила обстоятельства ДТП, даны в форме ответов на наводящие вопросы спустя более чем 3 месяца после ДТП (ДД.ММ.ГГГГ), после просьбы истца в ходе личной встречи сообщить, что ответчик въехал на перекресток на красный сигнал светофора, о чем истец сообщил суду.

В судебном заседании ФИО6, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, допрошена не была. Председательствующим в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ стороне истца предлагалось обеспечить явку указанного лица.

При установленных по делу обстоятельствах, следуя требованиям п. 13.7 ПДД, ФИО1.О., въехавший на перекресток <адрес>, при работе разрешающего (зеленого) сигнала светофора, должен был выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка; однако данный маневр он не завершил и остановился в таком положении, в котором ему предстояло начать движение заново и фактически завершить маневр путем поворота налево, препятствием к чему служили автомобили, двигающиеся справа по <адрес>.

С учетом указанных положений ПДД и конкретной дорожной ситуации, при начале движения после остановки и завершении маневра, у истца сохранялась обязанность убедиться в том, что его маневр является очевидным для транспортных средств, движущихся по <адрес>, и завершение маневра будет безопасным.

Из объяснений ФИО1 в ходе административного расследования и в суде следует, что завершать маневр он начал, когда автомобиль ответчика, двигавшийся по средней полосе, он не видел, что свидетельствует о том, что ФИО1 не убедился в безопасности своего маневра, несмотря на наличие такой возможности с учетом пределов видимости в месте ДТП. Следовательно такой маневр не являлся безопасным.

В возникшей дорожно-транспортной ситуации у водителя ФИО1 сохранялась обязанность в возникшей дорожно-транспортной ситуации оценить безопасность проезда перекрестка при пересечении полосы движения, по которой двигался автомобиль под управлением ФИО2

Соответственно к осуществлению маневра ФИО1 в соответствии с п.8.1 и п. 13.4 ПДД обязан был приступить лишь убедившись, что для участников дорожного движения его маневр является очевидным, а его завершение - безопасным, в том числе для двигавшегося автомобиля под управлением ФИО2 При отсутствии таких условий маневр не мог быть осуществлен.

При таких обстоятельствах суд полагает, что в целях безопасности истцу необходимо было возобновлять движение на перекрестке лишь после того, как он будет уверен в том, что автомобиль ответчика останавливается или остановился до пересечения проезжих частей, в противном случае необходимо уступить ему дорогу.

В связи с этим противоправное поведение ФИО1 состоит в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, поскольку им не выполнены требования п. 8.1, 13.4 ПДД.

Акты административного органа о прекращении производств по делам об административных правонарушениях в отношении истца и ответчика для разрешения настоящего спора преюдициального значения не имеют.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине ФИО1, совершившего поворот налево, не убедившись в безопасности своего маневра, создав тем самым помеху транспортному средству под управлением ФИО2, имевшему преимущественное право движения.

В связи с этим, действия водителя ФИО2 не находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, поскольку непосредственной причиной столкновения автомобилей явились противоправные действия самого истца.

При указанных обстоятельствах отсутствуют правовые основания для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности за причинение вреда истцу в форме компенсации морального вреда, а также взыскании судебных расходов.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда через Норильский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий О.М. Боднарчук

Мотивированное решение суда изготовлено 13.10.2017.