Решение № 2-1574/2018 2-1574/2018~М-1575/2018 М-1575/2018 от 14 ноября 2018 г. по делу № 2-1574/2018

Дело №2-1574/8-2018г.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года г.Курск

Промышленный районный суд г.Курска в составе:

председательствующего судьи Гладковой Ю.В.,

при секретаре Девкиной О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора приватизации в части недействительным, признании недействительным договора дарения в части, прекращении зарегистрированного права и признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3 с учетом уточнений о признании договора приватизации квартиры № общей площадью 44,9 кв. м расположенной <адрес> недействительным в части, признании недействительным договора дарения в части, прекращении зарегистрированного права и признании права собственности, мотивируя требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, заключила договор о приватизации спорного жилого помещения, при этом на момент заключения оспариваемого договора приватизации в данной комнате проживали: ФИО2 мать истца, ФИО3 ее брат и она. На момент приватизации она являлась несовершеннолетней, имела право на участие в приватизации, однако приватизация спорной квартиры была проведена без нее. О том, что квартира приватизирована, ей стало известно только в 2018 году, когда ФИО2 решила продать данную квартиру, указав ей, что вырученные от продажи денежные средства она поделит на троих поровну: на себя и на них с братом. На ее обращения в 2012 - 2013 годах о принадлежности спорной квартиры в Росреестре, получила ответ об отсутствии сведений. На ее обращение от 03.08.2018 года ей стало известно, что спорная квартира принадлежит на праве собственности ФИО3 на основании договора дарения от 27.07.2018 г., заключенному между бывшим собственником квартиры ФИО2, при этом из выписки ЕГРП усматривается, что право собственности у дарителя ФИО2 зарегистрировано 30.05.2018 года. Таким образом, учитывая, что до 30.05.2018 года право собственности на данную квартиру не было ни за кем зарегистрировано, а договора приватизации у нее не было, она не могла знать о том, что при заключении договора приватизации нарушено мое право на приватизацию, в связи с чем, обратилась в суд.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования с учетом уточнений поддержала по основаниям подробно изложенным в иске, просит признать договор о приватизации квартиры № расположенной по адресу: <адрес> общей площадью 44,9 кв. м, не действительным в части передачи квартиры в единоличную собственность ФИО2, признать договор дарения от 27.07.2018 г., заключенному между бывшим собственником квартиры ФИО2 и ФИО3 недействительным и прекратить право собственности ФИО3 на данную квартиру, признать за ней право собственности на ? долю спорной квартиры № по адресу: <адрес> включив ее в договор приватизации. Так же дополнив, что она с разрешения матери в 2009 году зарегистрировала в спорной квартире свою дочь ФИО13 а в 2014 году своего мужа, но считает, что могла зарегистрировать членов своей семьи и без разрешения ее матери ФИО2 Поскольку узнала о нарушенном праве в 2018 году, считает, что срок на обращение в суд за защитой нарушенного права ею не пропущен.

В судебном заседании ответчики ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о дне, месте и времени слушания дела извещены заблаговременно и надлежащим образом

В суде представитель ответчиков ФИО2 и ФИО3 по доверенности ФИО4 исковые требования не признала, просила в иске отказать по основаниям пропуска истцом срока исковой давности, по обстоятельствам дела пояснила, что у ФИО2 в собственности имелась квартира и доля в частном доме. В 2013 году она решила определить какое имущество останется ее детям. Истице ФИО1 она решила подарить принадлежащую ей долю в частном доме, расположенном по адресу: <адрес> а ответчику ФИО3 оставить спорную квартиру. Истица ФИО1 с этим была согласна, добровольно выехала из квартиры. Никаких претензий за все это время она не высказывала. 06.07.2018 года добровольно снялась с регистрации в спорной квартире. Как следует из договора передачи квартиры в собственность от ДД.ММ.ГГГГ он был зарегистрирован в Курском городском бюро технической инвентаризации ДД.ММ.ГГГГ следовательно истица обратились в суд с пропуском установленного срока исковой давности, кроме того просила суд обратить внимание на то, что истцу было достоверно известно о том, что квартира приватизирована только на ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ поскольку в тот момент ею были совершены юридически значимые действия, в частности она осуществила регистрацию по месту жительства своего ребенка, так же, в квитанциях, которые истец неоднократно видела, поскольку проживала в спорной квартире указано, что собственник ФИО2

Представители третьих лиц Управления Росреестра по Курской области, МАУ «Агентство по приватизации жилья г.Курска» в судебное заседание не явились, о дне, месте и времени слушания дела извещены заблаговременно и надлежащим образом.

Выслушав объяснения истца, представителя ответчиков, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В силу норм Гражданского кодекса РФ, применимых к заявленным спорным правоотношениям силу, а именно в силу п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пленум Верховного Суда РФ в п. 6 постановления от 24 августа 1993 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" разъяснил, что договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В судебном заседании установлено, что жилое помещение – квартира по адресу: <адрес> с 27.07.2018 года принадлежит на праве собственности ФИО3 единолично, при этом основанием возникновения права является договор дарения от 19.07.2018 г., заключенному между ФИО3 и ФИО2, при этом на момент совершения сделки спорная квартира принадлежала ФИО2 на основании договора приватизации жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ

Данные обстоятельства подтверждаются письменными материалами дела, в том числе: копией дубликата договора на приватизацию (л.д. 9-10, 25-26), копией выписки из ЕГРП (л.д. 11-13, 33-35,36), копией реестрового дела Управления Росреестра по Курской области (л.д. 44-61), а так же копией документов по приватизации (л.д. 75-78).

Истец ФИО1 обратилась в суд с требованием о признании договора приватизации квартиры от 23.12.1993г. недействительным, как несоответствующим требованиям закона в части не включения ее в состав собственников приватизируемого жилья.

Поскольку Закон "О приватизации жилищного фонда в РФ" не предусматривает специальных оснований оспоримости сделок по приватизации жилых помещений. Договор приватизации квартиры от 23.12.1993г., в силу ст. 168 ГК РФ, в редакции, применительно к данным правоотношениям, не может быть отнесен к числу оспоримых сделок. Данная сделка по основаниям не соответствия требованиям закона может быть признана ничтожной.

Гражданский кодекс РФ в редакции до 01.09.2013года, применимой при рассмотрении данного спора, не исключал возможности предъявления исков о признании недействительной сделки в силу ничтожности, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

Вместе с тем, стороной ответчиков заявлено о применении срока исковой давности по требованиям ФИО1

Разрешая заявление о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Так, в силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно п. 1 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 21.07.2005 N 109-ФЗ) срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно ст.10 ФЗ от 30.11.1994 г. N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", установленные частью первой Кодекса сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к тем требованиям, сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим законодательством, не истекли до 1 января 1995 года.

Установленный ст.78 ГК РСФСР трехлетний срок исковой давности по требованиям о признании договора от 23.12.1993 года недействиельным, не истек на 01 января 1995 года.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 г. N 15, Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", при рассмотрении дел о применении последствий недействительности ничтожной сделки следует учитывать, что для этих исков установлен десятилетний срок исковой давности, который в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ исчисляется со дня, когда началось исполнение такой сделки.

В соответствии со статьей 7 Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора.

Учитывая, что исполнение сделки по передаче квартиры в собственность в порядке приватизации началось со следующего дня после регистрации договора, следовательно, в настоящем споре подлежат применению положения п. 1 ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей до 26 июля 2005 года, согласно которым срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет 10 лет со дня, когда началось исполнение сделки

Так, на основании заявления ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией г.Курска в лице ФИО14 действующей по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ № и ФИО2 заключен договор о передаче спорной квартиры в собственность в порядке приватизации. Данный договор был учтен в инвентарном деле № о чем ДД.ММ.ГГГГ сделана запись в реестровую книгу по №

Таким образом, договор передачи в собственность ФИО2 спорной квартиры был заключен и зарегистрирован в государственных органах в ДД.ММ.ГГГГ т.е. исполнение указанного договора началось с ДД.ММ.ГГГГ Поскольку течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, при этом не истекший до 01 января 1995 года срок исковой давности следует исчислять по правилам п. 1 ст. 181 ГК РФ в редакции, действовавшей до 26 июля 2005 года, следовательно срок исковой давности в данном случае заканчивается в 2003 году. Тогда как исковое заявление ФИО1 предъявлено в суд 27.06.2018 г., то есть более чем через 14 лет после начала исполнения сделки.

Пропуск срока исковой давности по указанным требованиям согласно ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в их удовлетворении.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что с указанного времени, на протяжении более чем 14 лет, действуя разумно и добросовестно, истец должна была узнать о том, кто является собственником спорной квартиры, а, следовательно, о нарушении своих прав. При этом, руководствуясь ст. 205 ГК РФ, суд считает, что доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности, истцом не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований о признании договора приватизации жилого помещения недействительным.

Доводы ФИО1, что срок исковой давности в силу п. 1 ст. 200 ГК РФ должен исчисляться с момента, когда истцу стало известно о нарушении ее права, т.е. с 2018 года, когда она узнала о приватизации квартиры, суд отклоняет, как основанные на неправильном толковании норм материального права.

Поскольку истец оспаривает сделку по ничтожности, то в данном случае не имеет юридического значения то обстоятельство, когда именно истец узнала о приватизации спорной квартиры, поскольку срок исковой давности для признания сделки недействительной в соответствии со ст. 181 ГК РФ начинает течь с момента совершения такой сделки, при этом суд учитывает, что стороной ответчика в соответствии со ст.56 ГПК РФ предоставленные неопровержимые доказательства того, что ФИО1 начиная с 2014г. было достоверно известно о нахождении спорного жилого помещения в единоличной собственности ФИО2 на основании договора приватизации, при этом ФИО1 каких либо возражений относительно данных обстоятельств не выражала, в частности данные обстоятельства подтверждаются копиями квитанций об оплате коммунальных услуг (л.д. 119-128), копией заявления о регистрации по месту пребывания мужа истца ФИО6 (л.д. 140,141), а так же показаниями свидетеля ФИО15

Доводы истицы о том, что на момент совершения оспариваемой сделки она являлась несовершеннолетней, а потому пропущенный по уважительной причине срок исковой давности подлежит восстановлению является несостоятельным поскольку сам по себе несовершеннолетний возраст ФИО1 не свидетельствует об уважительности причин пропуска срока исковой давности, при этом указанное обстоятельством не препятствовало обращению в суд с такими требованиями ее законных представителей - родителей. Кроме того, суд принимает о внимание, что ФИО1 достигла совершеннолетия в 2001 году, однако с настоящими требованиями обратился лишь в 2018 году.

Оценивая представленные по делу доказательства, исходя из того, что оспариваемая сделка была совершена 23.12.1993 года, суд пришел к выводу о том, что течение срока исковой давности для оспаривания договора передачи в собственность спорной квартиры началось с момента исполнения оспариваемой сделки передачи жилья в собственность в порядке приватизации, то есть с государственной регистрации договора в инвентарном деле БТИ №551-1, 27.12.1993 года за N 5-89, и к моменту подачи искового заявления ФИО1 установленный ст. 181 ГК (в редакции, действующей до 25.07.2005 г.) десятилетний срок исковой давности истек, вместе с тем сам по себе несовершеннолетний возраст истца на момент совершения сделки не свидетельствует об уважительности причин пропуска срока исковой давности, поскольку указанное обстоятельством не препятствовало обращению в суд с такими требованиями законных представителей ФИО1, кроме того, ФИО1 достигла совершеннолетия в 2001 году, однако с настоящими требованиями обратилась лишь в 2018 году, при этом доказательств, свидетельствующих об уважительности причин пропуска срока исковой давности, не представила.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, оценивая представленные по делу доказательства, суд отказывает истцу в удовлетворении иска по причинам пропуска ФИО1 срока исковой давности по указанным требованиям, а доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин для его пропуска истцом не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании договора приватизации в части недействительным, признании недействительным договора дарения в части, прекращении зарегистрированного права и признании права собственности – отказать.

Решение может быть обжаловано в Курский областной суд через Промышленный районный суд г.Курска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с которым стороны могут ознакомиться 21.11.2018 г.

Председательствующий судья