Апелляционное определение № 33-891/2026 от 8 апреля 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 9 апреля 2026 г.

судья Быкова Н.Б.

№ 33-891/2026

УИД 51RS0007-01-2025-002783-45

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Мурманск

8 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

ФИО2

ФИО3

с участием прокурора

Мунтян Р.В.

при секретаре

ФИО4

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи гражданское дело № 2-113/2026 по иску ФИО5 к акционерному обществу «Апатит» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профзаболеванием,

по апелляционной жалобе ФИО5 и апелляционному представлению прокурора города Апатиты Мурманской области на решение Апатитского городского суда Мурманской области от 14 января 2026 г.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения ФИО5 и его представителя ФИО6, поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также прокурора отдела прокуратуры Мурманской области Мунтян Р.В., поддержавшей апелляционное представление, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО5 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Апатит» (далее также – АО «Апатит», Общество) о взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование указано, что в период с 1 апреля 1992 г. по 6 мая 2025 г. работал в АО «Апатит» во вредных условиях в различных должностях.

В результате длительного воздействия вредных и неблагоприятных производственных факторов у него развилось профессиональное заболевание.

По результатам освидетельствования в «ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области» ему установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере * с последующим переосвидетельствованием 2 апреля 2026 г.

Просил взыскать с АО «Апатит» в свою пользу денежную компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1 500 000 рублей.

Судом постановлено решение, которым указанные требования удовлетворены частично, с АО «Апатит» в пользу ФИО5 взыскана денежная компенсация морального вреда в размере 350 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Также с АО «Апатит» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размер 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО5 просит решение суда отменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, принять в этой части новое решение, взыскав с АО «Апатит» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей.

В обоснование жалобы указывает, что определенный судом размер компенсации морального вреда необоснованно занижен и не отвечает степени перенесенных истцом нравственных и физических страданий.

Полагает, что при определении денежной компенсации морального вреда судом не принято во внимание, что имеющиеся у него заболевания сопровождаются постоянными болями в пояснице, нижней части тела, а также в шее и суставах, а это не позволяет ему трудоустроится и должным образом обеспечивать финансовые потребности семьи. Назначенное лечение, лишь на некоторое время снимает болевой синдром, что отражается на выполнение привычных для здорового человека бытовых потребностей, которые он не может выполнять самостоятельно.

Отмечает, что из-за имеющегося профессионального заболевания и невозможности трудоустроиться, испытывает чувство стыда перед окружающими родственниками и близкими людьми.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанций истец пояснил, что по результатам повторного освидетельствования в «ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области» 7 апреля 2026 г. ему снова установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере * с последующим переосвидетельствованием через год. Соответствующий подтверждающий документ должен быть выдан сегодня. До настоящего времени у него ограничено действие у правой руки, он не может держать вещи, поскольку пальцы до конца не сжимаются. Он не может длительное время идти, стоять. Если идет в магазин, то делает это с остановками и не может нести тяжелые пакеты с покупками. Помощь в быту ему оказывает совместно проживающая с ним супруга, поскольку ему трудно выполнять многие работы по дому.

При этом, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции в связи с состоянием своего здоровья истец испытывал явные трудности при участии в судебном заседании.

В апелляционном представлении прокурор города Апатиты Мурманской области Жилинков П.В., со ссылками на нормы законодательства Российской Федерации, просит изменить решение суда в части определённого судом ко взысканию в пользу истца размера компенсации морального вреда, поскольку суд не установил степень вины работодателя в причинении вреда здоровью истца, повлекшего возникновение профессионального заболевания, а также влияние вредных производственных факторов с учетом длительности периода работы истца у ответчика, не исследовал вопрос о материальном положении ответчика.

Кроме того, указывает, что суд не обосновал, почему определённая ко взысканию судом первой инстанции в пользу истца сумма компенсации морального вреда, которая значительно ниже заявленной истцом суммы, является достаточной компенсацией причиненных истцу физических и нравственных страданий, понесенных им в связи с возникновением профессионального заболевания.

Отмечает, что обжалуемое решение не содержит и мотивов относительно того, какие из установленных при рассмотрении в ходе судебного разбирательства обстоятельства послужили основанием для такого значительного снижения размера присужденной компенсации морального вреда по сравнению с заявленным истцом.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель АО «Апатит» ФИО7 просит оставить апелляционную жалобу и апелляционное представление – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился представитель АО «Апатит», извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося в судебное заседание лица, поскольку его неявка в силу части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, апелляционного представления и возражений относительно них, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Трудовым кодексом Российской Федерации (далее также – ТК РФ) установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 ТК РФ).

В силу статьи 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

На основании статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, и профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Из разъяснений в пунктах 25, 26, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО5 в период с 1 апреля 1992 г. по 6 мая 2025 г. осуществлял трудовую деятельность в АО «Апатит» в различных должностях: с 1 апреля 1992 г. по 31 мая 1992 г. в должности «ученик горнорабочего на подземных работах», с 1 июня 1992 г. по 28 июня 1992 г. и с 16 марта 1994 г. по 31 июля 1996 г. в должности «горнорабочий на подземных работах», с 1 августа 1996 г. по 6 мая 2025 г. в должности «взрывник», что подтверждается трудовыми договорами, приказами о приеме на работу, переводах, о прекращении трудовых отношений, копией трудовой книжки (л.д. 36-40, 85-87, 89-90).

Приказом работодателя от 29 апреля 2025 г. трудовой договор с ФИО5 расторгнут с 6 мая 2025 г. в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, по пункту 8 части первой статьи 77 ТК РФ, что подтверждается имеющейся в материалах дела копией трудовой книжки (л.д. 88).

Стаж работы истца в АО «Апатит» в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание составил 30 лет 5 месяцев на дату составления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника 31 мая 2024 г. № * (из них по профессии горнорабочего - 2 года 7 месяцев, взрывника 27 лет 10 месяцев) (л.д. 14-23).

Из указанной санитарно-гигиенической характеристики условий труда следует, что ФИО5 подвергался воздействию вредных производственных факторов. Условия труда ФИО5 в профессии взрывника АО «Апатит» не соответствуют: п. 1.5 СП 2.2.3670-20, раздел II табл. 2.1, раздел V п. 35, п. 29, табл. 5.2, табл. 5.24, табл. 5.75 СанПиН 1.2.3685-21 (по вредным веществам химической этиологии, запыленности, производственному шуму, микроклимату, световой среде, тяжести и напряженности трудового процесса) (л.д. 74-80).

По результатам обследования в клинике профзаболеваний НИЛ ФБУН СЗНЦ гигиены и общественного здоровья» в ноябре-декабре 2024 года у ФИО5 впервые выявлено профзаболевание, которое обусловлено длительным воздействием вредных производственных факторов (физические перегрузки и функциональное перенапряжение отдельных органов и систем соответствующей локализации), установлен основной диагноз: радикулопатия пояснично-крестцового уровня, профэтиологии (л.д. 32-34, 57-58).

По профзаболеванию противопоказана работа в контакте с вибрацией, физическими перегрузками, в неудобной рабочей позе, с наклонами и поворотами корпуса, при пониженной температуре воздуха. Рекомендуется ***. Ежегодное обследование в клинике профзаболеваний.

В соответствии с медицинским заключением № * от 16 января 2025 г. установлена причинно-следственная связь между выявленными у ФИО5 профессиональными заболеваниями и профессиональной деятельностью по профессии взрывник (л.д. 30-31, 59-60).

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 20 февраля 2025 г. (л.д. 24-29, 71-73, 126-128) следует, что профессиональное заболевание истца возникло в результате длительной работы во вредных производственных условиях в профессии взрывника на различных участках Кировского рудника, когда ФИО5 из-за несовершенства с гигиенической точки зрения, технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария, подвергался воздействию вредного производственного фактора - физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем соответствующей локализации, которые не соответствовали допустимым условиям труда по критериям тяжести трудового процесса в части рабочей позы (пункты 17, 20).

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов - физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем соответствующей локализации в профессии: взрывник Кировского рудника АО «Апатит»: общая оценка тяжести трудового процесса - вредные степени 2, рабочая поза стоя 75% смены при норме до 60% (карты СОУТ № 130, 130А) (пункт 18).

Прямая вина кого-либо не установлена, однако выявлено нарушение выполнения требований СанПиН 1.2.3685-21 и СанПиН 2.2.3670-20. Вины работника не усматривается (пункты 19, 21).

В материалы дела также представлены карты аттестации рабочего места, карты СОУТ и протоколы исследований (испытаний) и измерений (л.д. 100-114).

По сведениям Бюро № 4 - филиала «ФКУ ГБ МСЭ по Мурманской области», ФИО5 впервые освидетельствован в период со 2 апреля 2025 г. по 25 апреля 2025 г., в результате чего группа инвалидности не установлена, определено * степени утраты профессиональной трудоспособности сроком до 1 мая 2026 г., что подтверждается актами медико-социальной экспертизы гражданина №№ * от 25 апреля 2025 г. (л.д. 35, 61-69).

Полагая действия ответчика АО «Апатит», не обеспечившего истцу безопасность условий труда, что привело к частичной утрате им профессиональной трудоспособности, потере работы, неправомерными, ФИО5 обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая заявленный спор, проанализировав представленные доказательства и установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что полученное истцом профессиональное заболевание находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда (длительного воздействия на его организм вредных неблагоприятных производственных факторов), в которых истец работал у ответчика.

Исходя из установленной вины ответчика в причинении истцу профессионального заболевания (несовершенство технологического процесса, включая конструктивные недостатки механизмов, оборудования и рабочего инструментария) в период его работы в АО «Апатит», суд первой инстанции указал на обязанность работодателя произвести работнику выплату в счет денежной компенсации морального вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает нравственные и физические страдания, и факт причинения ему морального вреда предполагается.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания в пользу ФИО5 денежной компенсации морального вреда, поскольку наличие профессионального заболевания влечет нравственные и физические страдания, следовательно, факт причинения работнику морального вреда презюмируется.

Определяя размер денежной компенсации вреда, подлежащего взысканию с АО «Апатит», суд первой инстанции, не усмотрев оснований для применения положений Отраслевого тарифного соглашения, поскольку сторонами соглашения - Российским Союзом химиков и Росхимпрофсоюзом принято решение о приостановлении в отношении АО «Апатит» действия, в том числе, подпункта 2 пункта 6.1.4 Отраслевого тарифного соглашения, устанавливающего порядок и размеры возмещения вреда, связанного с несчастным случаем на производстве и профзаболеваниями, на срок с 1 января 2025 г. по 31 декабря 2027 г., в связи с чем принял во внимание период работы истца в АО «Апатит» в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов, характер полученного истцом профзаболевания, степень утраты профессиональной трудоспособности, объем физических и нравственных страданий, причиненных истцу в связи с полученным профзаболеванием, и связанных с ограничением обычной жизнедеятельности, степень вины работодателя, и пришел к выводу о взыскании в пользу истца компенсацию морального вреда с данного ответчика в размере 350 000 рублей.

Поскольку решение суда в части выводов о вине ответчика в причинении истцу профессионального заболевания, возникновении у работодателей обязанности произвести работнику денежную выплату в счет компенсации морального вреда, а также в части удовлетворения требований к АО «Апатит» не обжаловано, в силу положений статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения в этой части предметом проверки судом апелляционной инстанции не является.

Проверяя решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы и апелляционного представления в части несогласия с размером взысканной компенсации морального вреда в размере 350 000 рублей, судебная коллегия находит, что правовое регулирование об определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции применил неправильно, ограничившись формальным приведением нормативных положений, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и ссылкой на общие принципы определения размера компенсации, в связи с чем находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы истца о наличии оснований для увеличения присужденной в его пользу компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья.

В абзацах втором и четвертом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно пункту 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из анализа статьей 151, 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Разрешая вопрос об определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд первой инстанции правомерно исходил из продолжительности трудовой деятельности истца в АО «Апатит» и длительности воздействия на него вредных производственных факторов, вины работодателя, который не обеспечил истцу безопасные условия труда (несовершенство оборудования), степени физических и нравственных страданий истца, причиненных ему наличием профессионального заболевания, учел размер процента утраты истцом профессиональной трудоспособности (30%), тяжесть имеющегося профессионального заболевания, ограниченности в жизнедеятельности.

Однако, по мнению судебной коллегии, судом первой инстанции, при разрешении вопроса о размере компенсации морального вреда, должным образом не учтено, что помимо основного диагноза ***, у истца имеются сопутствующие заболевания: ***.

Более того, не в полном объеме учтены судом первой инстанции и обстоятельства, свидетельствующие о степени влияния профессионального заболевания и его последствий на жизнь и здоровье ФИО5, согласно которым истец не может вести привычный образ жизни, поднимать тяжести, испытывает постоянные боли в суставах, он вынужден принимать на постоянной основе обезболивающие препараты, оказывающие влияние на органы пищеварения, что привод к постоянному дискомфорту.

При этом, из представленной медицинской документации в отношении ФИО5, в том числе выписки из истории болезни № *, следует, что истец находился в стационарном отделении клиники профзаболеваний города Кировска в период с 14 ноября 2024 г. по 4 декабря 2024 г., пациент предъявлял жалобы: на боли и ограничение движений в шее, боли в правой руке от плечевого сустава до кости, отечность правой кисти, онемение в кисти и парастезии время сна, мерзнут кисти на холоде, опоясывающие боли в пояснице, прострелы болей в правую ногу по передне-наружной поверхности бедра, судороги в бедрах и икроножных мышцах, субъективное снижение слуха, боли в плечевых, локтевых, лучезапястных суставах постоянные, при нагрузках и изменении метеоусловий, боли в коленных суставах, «скованность» в суставах по утрам, ноги и кисти мерзнут и немеют.

При этом судебная коллегия учитывает, что ФИО5 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности *, учитывая невозможность ФИО5 трудоустроиться по имеющейся у него профессии, безусловно свидетельствует о значительном влиянии приобретенного профессионального заболевания на возможность осуществления истцом трудовой деятельности, как в части выбора им конкретного ее вида, так и в части требований к условиям труда, а также о лишении его заработка, который он получал до повреждения здоровья.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание, что в силу положений статей 210, 212 ТК РФ, жизнь и здоровье работников провозглашены в качестве высшей ценности, обеспечение приоритета их сохранения является одним из направлений государственной политики в области охраны труда, обязанность по такому обеспечению возлагается на работодателя.

В указанной связи, учитывая всю совокупность установленных по делу обстоятельств, а именно: продолжительность трудовой деятельности истца в АО «Апатит» во вредных условиях (более 30 лет), размер процента утраты истцом профессиональной трудоспособности (30%), тяжесть имеющегося профессионального заболевания (радикулопатия пояснично-крестцового уровня, профэтиологии, последствия профессионального заболевания (жалобы на боли и ограничение движений в шее, боли в правой руке от плечевого сустава до кости, отечность правой кисти, онемение в кисти и парастезии время сна, мерзнут кисти на холоде, опоясывающие боли в пояснице, прострелы болей в правую ногу по передне-наружной поверхности бедра, судороги в бедрах и икроножных мышцах, субъективное снижение слуха, боли в плечевых, локтевых, лучезапястных суставах постоянные, при нагрузках и изменении метеоусловий, боли в коленных суставах, «скованность» в суставах по утрам), а также пояснения истца, данные суду апелляционной инстанции, степень вины работодателя, на протяжении длительного времени не обеспечившего истцу безопасные условия труда, принимая во внимание возраст истца, который на момент установления ему профессионального заболевания достиг 54-х полных лет, судебная коллегия полагает, что имеются основания для увеличения размера компенсации морального вреда в пользу ФИО5, который подлежит взысканию с АО «Апатит» в размере 800 000 рублей.

Указанный размер возмещения компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, является реальным, а не символическим, в полной мере отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит решение суда первой инстанции подлежащим изменению в части определенного судом в пользу истца размера компенсации морального вреда.

На основании изложенного и, руководствуясь статьями 327- 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Апатитского городского суда Мурманской области от 14 января 2026 г. изменить в части размера взысканной в пользу ФИО5 компенсации морального вреда.

Взыскать с акционерного общества «Апатит» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО5 (СНИЛС *) денежную компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В остальной части решение оставить без изменения.

Председательствующий

Судьи