Решение № 2-1115/2025 2-1115/2025~М-702/2025 М-702/2025 от 29 июня 2025 г. по делу № 2-1115/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 июня 2025 года город Нижний Тагил

Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Зевайкиной Н.А.,

при секретаре судебного заседания Павленко Д.А.,

с участием: истца (по видеоконференцсвязи) ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности № 67 от 26.10.2022,

представителя ответчика ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО3, действующей на основании доверенности № 27 от 31.07.2024,

помощника прокурора Ленинского района города Нижний Тагил ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1115/2025 по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 12 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, об оспаривании приказа о прекращении привлечения к труду, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

01.04.2025 ФИО1 в лице представителя ФИО2, действующего по доверенности, обратился в суд в электронном виде с иском к ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области, в котором просит признать незаконным приказ ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области от 01.04.2024 № 55-Т об увольнении ФИО1 с места работы; взыскать с ответчика в пользу истца неполученный среднемесячный заработок 66500,00 руб. за незаконное увольнение с 01.04.2024 по 15.07.2024; взыскать компенсацию морального вреда в пользу истца с ответчика за незаконное увольнение 01.04.2024 в размере 50000,00 руб.

В обосновании заявленных требований указано, что приговором от 13.04.2015 Кировградского городского суда Свердловской области истец был осужден к 17 годам лишения свободы. Срок наказания исчисляется момента заключения под стражу с 27.02.2014. После вступления указанного приговора суда в законную силу истец для отбывания наказания 15.11.2015 этапирован из СИЗО-З в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области (далее ИК-12), в котором отбывает в настоящее время. С 01.01.2021 истец по настоящее время периодически работает в ИК-12 на разных видах работ. 12.10.2023 истец был устроен приказом в ИК-12 на работу в качестве швея швейного цеха. 01.04.2024 истец уволен приказом N 55-Т с работы в ИК-12 в качестве швея швейного цеха на основании п. 2 ст. 76 УИК РФ. 15.07.2024 истец устроен и работает в ИК-12 в качестве швея швейного цеха. Истец считает, что незаконно уволен 01.04.2024, в связи с чем незаконно не получил заработную плату за время незаконного увольнения с 01.04.2024 по 15.07.2024, что причинило истцу имущественный и моральный вред. Истец полагает, что увольнение истца 01.04.2024 было незаконным, так как законных оснований и обстоятельств для увольнения истца у работодателя не было, следовательно, увольнение 01.04.2024 истца было незаконным по основанию указанного в приказе увольнения п. 2 ст. 76 УИК РФ, поэтому заявленные требования истца в части взыскании среднемесячной заработной платы подлежат удовлетворению. Истец оценивает сумму ущерба неполученного среднемесячного заработка в период незаконного увольнения с 01.04.2024 по 15.07.2024 в размере 66 500,00 руб. из расчета 19 000,00 руб. среднемесячный заработок х 3 месяца = 57 000 + 9 500 (полмесяца с 1 по 15 июля 2024). Полагает, подлежат удовлетворению доводы истца о том, что неправомерными действиями ответчика незаконным увольнением с работы ему причинен моральный вред. При решении вопроса о размере подлежащего возмещению морального вреда суд исходит из конкретных обстоятельств дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, а также требований разумности и справедливости и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда в размере 50000,00 руб. В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 N 15 обращено внимание судов, что статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлены и специальные сроки обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров, а именно по спорам о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, в течение одного года (в данном деле истец полагает срок исковой давности не истек и исчисляется с 01.04.2024) со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2 ст. 392 ТКРФ).

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена Областная больница № 2 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России по Свердловской области при ФКУ ИК-2 г. Екатеринбург (л.д.143).

В судебном заседании истец ФИО1 (по видеоконференцсвязи) основание и предмет исковых требований поддержал, просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель истца ФИО1- ФИО2, действующий на основании доверенности № 67 от 26.10.2022, в судебном заседании поддержал основание и предмет заявленных требований по доводам, изложенным в иске, просил удовлетворить. Дополнительно указал, что срок обращения в суд истцом не пропущен, однако, если суд сочтет его пропущенным просил восстановить, указав, что до обращения в суд истец был вынужден обращаться в различные органы за защитой своих трудовых прав.

Представитель ответчика ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области ФИО3, действующая на основании доверенности № 27 от 31.07.2024, в удовлетворении заявленных требований просила отказать по доводам изложенным в письменном отзыве. Так же заявила о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д 132-135).

Представитель третьего лица «Областная больница № 2» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России по Свердловской области при ФКУ ИК-2 г. Екатеринбург, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом по месту работы, направил в суд справку о нахождении в отпуске, об отложении слушания дела не ходатайствовал (л.д.150).

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, гражданское дело рассмотрено при установленной явке.

Заслушав стороны, заключение прокурора, полагавшей исковые требования необоснованными и удовлетворению не подлежащими, исследовав письменные материалы дела, и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно справке по личному делу осужденного ФИО1 отбывает уголовное наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-12 с 18.11.2015, периодически убыл в филиал «Областная больница № 2» ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России по Свердловской области, расположенный при ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по Свердловской области (л.д.18).

ФИО1 привлекался к оплачиваемому труду в центре трудовой занятости осужденных (ЦТАО) на основании приказов начальника ФКУ ИК-12, в том числе приказа №88-т от 12.10.2023 - назначен швеей швейного участка ЦТАО (л.д.22,61-64).

Оспариваемым приказом начальника ФКУ ИК-12 № 55-т от 01.04.2024 привлечение истца к оплачиваемому труду окончено в связи с перемещением осужденного ФИО1 в иное место отбывания наказания (п. 2 ст. 76 УИК РФ) (л.д.19,20, 65-68).

ФИО1 вновь привлекался к оплачиваемому труду в центре трудовой занятости осужденных (ЦТАО) на основании приказа начальника ФКУ ИК-12, № 119-т от 15.07.2024 - назначен швеей швейного участка ЦТАО (л.д.69).

Порядок и условия исполнения и отбывания наказаний регулируются уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации, состоящим из Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и других федеральных законов (часть вторая статьи 1, часть первая статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В частности, уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть вторая статьи 2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), к которым относится и общественно полезный труд (часть вторая статьи 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации), определяются основные обязанности осужденных, неисполнение которых влечет установленную законом ответственность (статья 11 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (часть вторая статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Согласно части 3 статьи 129 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

На основании части 1 статьи 104 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, осужденные к лишению свободы привлекаются к труду в рамках уголовно-исполнительных, а не трудовых отношений, не по своему волеизъявлению и самостоятельно, а администрацией исправительного учреждения в порядке, установленном уголовно-исполнительным законодательством (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25.04.2023 N 1024-О, от 27.12.2023 N 3353-О).

Правовая позиция о том, что труд осужденных к лишению свободы осуществляется не в рамках трудового договора и трудовые отношения между осужденным, привлекаемым к труду, и администрацией исправительного учреждения в том понимании, которое закреплено в статье 20 Трудового кодекса Российской Федерации, не возникают, приведена в абзаце третьем раздела I Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.02.2014.

На основании изложенного, вопреки доводам стороны истца, суд установил, что труд осужденных как средство их исправления является одной из составляющих процесса отбывания наказания, осужденные к лишению свободы привлекаются к общественно полезному труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, то есть в рамках уголовно-исполнительных, а не трудовых отношений.

Отношения по привлечению к труду между администрацией исправительного учреждения и лицами, отбывающими наказание в местах лишения свободы, носят специфический характер и не подлежат регулированию в полном объеме трудовым законодательством, поскольку каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Общественно полезный труд не является источником дохода, поскольку труд осужденных уголовно исполнительным законодательством относится к средству исправления, обязанность осужденного трудиться является одной из составляющих процесса отбывания наказания. Размер оплаты труда осужденных не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда только при совокупности условии - полной отработки определенной на месяц нормы рабочего времени и при выполнении установленной нормы выработки.

Таким образом, нормы трудового законодательства к отношениям, связанным с привлечением осужденных к лишению свободы к общественно полезному труду, применяются субсидиарно, а именно в случаях, указанных в Уголовно-исполнительном кодексе Российской Федерации, который является специальным законом, регулирующим в том числе труд осужденных.

При этом правоотношения, возникшие между истцом ФИО1 и ФКУ ИК-12, не основаны на трудовом договоре. Данный вывод означает, что на истца не распространяются гарантии, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации в части возмещения работнику не полученного им заработка во всех случаях незаконного лишения возможности трудиться.

Кроме того, суд отмечает, что производственная деятельность осужденных не должна препятствовать, а способствовать выполнению целей уголовно-исполнительного законодательства - исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений, как осужденными так и иными лицами. В данном случае, производственная деятельность истца препятствовала его исправлению, что повлекло прекращение привлечения истца к труду.

Доводы стороны истца о том, что ФИО1 не был ознакомлен с приказом № 55-т от 01.04.2024 «О привлечении к оплачиваемому труду, об окончании привлечения к оплачиваемому труду», судом не приняты во внимание, поскольку прекращение привлечения истца к труду не является увольнением по основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом РФ, соответственно, в действиях ответчика отсутствует незаконное лишение истца возможности трудиться.

Исходя из вышеизложенного, приказ начальника учреждения № 55-т от 01.04.2024 «О привлечении к оплачиваемому труду, об окончании привлечения к оплачиваемому труду» в том числе в части окончания привлечения к оплачиваемому труду осужденного ФИО1 в связи с переводом в ООБ при ФКУ ИК-2 г. Екатеринбург ГУФСИН России по Свердловской области является законным.

Поскольку, привлечение осужденных к общественно полезному труду не может расцениваться как принудительный или обязательный труд, поскольку он осуществляется вследствие приговора, вынесенного судом, который, назначая наказание в виде лишения свободы, предопределяет привлечение трудоспособных осужденных к общественно полезному труду, как одному из средств воспитания и исправления. Осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства. Поскольку общественно полезный труд как средство исправления и обязанность осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

С учетом приведенного правового регулирования труда осужденных судом сделан вывод о том, что прекращение привлечения истца к труду было осуществлено в рамках норм Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, было обусловлено состоянием его здоровья, в связи с чем, заявленные истцом требования о признании его увольнения незаконным не подлежат удовлетворению.

Следовательно, доводы истца в указанной части признаются несостоятельными как основанными на неверном толковании норм материального права, в связи с чем требования истца о признании приказа № 55-т от 01.04.2024 незаконным, а также производные требования о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 66500,00 руб. за период с 01.04.2024 по 15.07.2024, удовлетворению не подлежат.

Доказательств физических страданий, вызванных неправомерными действиями либо бездействием ответчиков и причинно-следственной связи между ними и физическими страданиями истца судом не установлено и истцом обратного не доказано.

Таким образом, исследовав доказательства по делу и установив юридически значимые обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований истца о компенсации морального вреда в размере 50000,00 руб.

Представителем ответчика заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока на обращение в суд.

Поскольку в части оплаты труда осужденных, привлекаемых к труду, с учетом нормы ч. 1 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, на таких лиц распространено действие трудового законодательства, соответственно, и установленный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срок обращения в суд подлежит применению к спорным правоотношениям.

Специального срока обращения в суд по требованиям о взыскании задолженности по оплате труда нормы Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации не содержат, при этом являются аналогичными требованиям работников о взыскании оплаты труда.

Ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении (ч. 2, 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных ч. 1, 2 и 3 ст. 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, сокращенный срок для обращения в суд и правила его исчисления направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности этот срок является достаточным для обращения в суд (Определения от 12.07.2005 N 312-О, 15.11.2007 N 728-О-О, 21.02.2008 N 73-О-О, 05.03.2009 N 295-О-О).

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи) (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

При этом, в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

В судебном заседании истец, его представитель указали, что срок обращения в суд не пропущен, вместе с тем в случае его пропуска просили восстановить.

Как следует из материалов дела, приказом № 55-т от 01.04.2024 привлечение к оплачиваемому труду ФИО1 окончено по п. 2 ст. 76 УИК РФ.

Из представленных ответчиком документов следует, что осужденным, привлекаемым к оплачиваемому труду, ежемесячно выдаются расчетные листки, в которых содержатся сведения о зачислениях и удержаниях денежных средств осужденного.

В расчетном листе за апрель 2024 указаны начисления и удержания денежных средств, доход по заработной плате в расчетном листке отсутствует. Расчетный лист за июль 2024 также не содержит сведения об иных доходах, кроме отработанных 10 дней в месяце. Отсутствие начислений заработной платы в расчетных листках за указанный в иске период свидетельствует о том, что истцу было известно о прекращении привлечения его к оплачиваемому труду в учреждении.

Истец считает, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, работник имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм.

Сторона ответчика указывает, что взыскание среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 01.04.2024 по 15.07.2024, это производные требования от трудового спора в связи с нарушением прав работника и его незаконным увольнением, следовательно, первичным при определении срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, является 1 месяц. Учитывая законность прекращения к оплачиваемому труду осужденного ФИО5, ответчик считает применение годичного срока исковой давности незаконным.

Учитывая обращение ФИО1 в суд через его представителя ФИО2 с исковым заявлением лишь 31.03.2025 (л.д.8), следует, что истцом пропущен установленный срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд, истец указывает на многочисленные обращения его матери ФИО6 по факту нарушения его трудовых прав в Нижнетагильскую прокуратуру по надзору за соблюдением законодательства в исправительных учреждениях (л.д.162-167), а также обращение в Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Свердловской области (л.д.168)

Ответ Нижнетагильской прокуратуры по надзору за соблюдением законодательства в исправительных учреждениях от 25.09.2024 на обращение ФИО6 в защиту прав и законных интересов осужденного ФИО1 (рег. № № от ДД.ММ.ГГГГ), приобщенного к материалам дела, содержит сведения о том, что прокуратурой проведена законность привлечения ФИО1 к труду в ФКУ ИК-12 ГУФСИН России по Свердловской области. В ходе проверки не выявлено нарушений требований ст.103-106 УИК РФ, в том числе при прекращении трудоиспользования осужденного ФИО1(л.д.162).

Таким образом, обстоятельства об окончании привлечения к оплачиваемому труду, истцу были известны еще в сентябре 2024.

Иных обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора и позволяющих восстановить пропущенный срок, истцом не приведено.

Суд полагает, что истец имел возможность обращения в суд в установленный законом срок, в том числе путем подачи искового заявления в отсутствие объективных препятствий, своевременно право на судебную защиту надлежащим образом не реализовал, доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для прерывания срока, предусмотренного ч. 1 ст. 392 ТК РФ не представил.

Пропуск срока для обращения в суд при отсутствии уважительных причин является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

С учетом изложенного в удовлетворении исковых требований истца надлежит отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению Исправительная колония № 12 Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Свердловской области, о признании незаконным приказа № 55-т от 01.04.2024 «О привлечении к оплачиваемому труду, об окончании привлечения к оплачиваемому труду», взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 66500,00 руб. за период с 01.04.2024 по 15.07.2024, компенсации морального вреда в размере 50000,00 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы, представления в Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение изготовлено 30.06.2025.

Председательствующий