Решение № 2-1002/2021 2-1002/2021~М-117/2021 М-117/2021 от 9 июня 2021 г. по делу № 2-1002/2021

производство № 2-1002/2021

УИД 18RS0005-01-2021-000373-91


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июня 2021 года г. Ижевск

Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики в составе судьи Хайминой А.С., при секретаре Смолиной М.С.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, сроком на <данные изъяты>, представителя ответчика ФИО3 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ, сроком на <данные изъяты>),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО4 (далее – ответчик), которым просила признать договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: <адрес>, применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права собственности на указанную квартиру у ответчика и возникновения права собственности на квартиру у истца.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком заключен договор дарения квартиры. Однако при заключении договора истец заблуждался относительно природы сделки. Обеспечив явку в МФУ и находясь на приеме у специалиста МФЦ, истец полагал, что ее консультируют и рассказывают касательно отчуждения квартиры, составления завещания в случае смерти. Истец не обладал доброй волей на дарение квартиры ответчику. На приеме истец не понимал, на каких документах поставил подпись, не располагал объективной возможностью ознакомиться с природой подписываемых документов, поскольку ни ответчик, ни специалист не сообщили ей о сути (природе) сделки. Подписывая документы, истец полагал, что подписывает завещание. На момент заключения договора дарения истец находился в возрасте <данные изъяты> лет, с наличием множества заболеваний: плохое зрение, проблемы с давлением, головная боль, неудовлетворительное самочувствие. Истец в силу преклонного возраста и недостаточности образования не мог прочитать текст договора. Текст истцу прочитан не был, что следует из содержания договора. Ответчик является племянницей истца, до заключения договора ответчик короткое время навещал истца, оказывал моральную поддержу. У истца нет детей, перенесено множество заболеваний, фактически нуждаясь в посторонней помощи. Ответчик получил расположение истца. Истец не намеревался дарить квартиру, квартира являлась единственным жильем истца, в договоре дарения также не предусмотрено условие о пожизненном праве проживания истца, что приведет или может привести к последующему выселению. После совершения сделки ответчик прекратил общение с истцом.

В ходе рассмотрения дела представителем истца в порядке ст. 39 ГПК РФ изменен предмет исковых требований, окончательно истец просил признать договор дарения квартиры недействительным, применить последствия недействительности договора в виде прекращения права собственности на квартиру у ответчика и возникновении права собственности у истца, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда.

Ответчик, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, не явился, о причинах неявки не сообщил.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившегося ответчика.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал. Дополнительно пояснил, что ответчик не говорил, что истец дарит, ни разу не позвал истца, даже не разговаривал. Когда ответчик позвал истца подписывать, истец спрашивал, вписываются ли пункты, что ответчик будет помогать, ответчик ничего не сказал, только помотал головой.

Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (с перерывами до ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ) истец пояснил, что когда шли в МФЦ, думала, что идут на консультацию, не знает, что подписывала в МФЦ, не читала, ей также никто не прочитал. Отношения с ответчиком были хорошие, истец позвал ответчика к нотариусу, узнать, какие законы новые. После договора дарения ответчик и ФИО5 пришли, им холодильник не понравился, истец дала денег, они купили новый холодильник. Ответчик сказал, что они ей помогают, а квартира принадлежит ответчику. До этого она тоже говорила, что квартира ее. Истец хотел квартиру делать тому, кто ухаживать будет, а дарить не хотел, пока может ходить. Истец на ответчика составлял завещание, но о нем забыл. В МФЦ ездила самостоятельно, вызывала такси, взяла номерок, ей объяснили, что в договоре нет двух пунктов, чтобы за ней ухаживали. В суд добирается на такси, сама вызывает.

Ранее в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ истец пояснил, что в документах, имеющихся в Росреестре подпись и расшифровка подписи принадлежит истцу, заявление от ДД.ММ.ГГГГ не писала, подпись проставлена ею, за что проставлена подпись, не знает.

В судебном заседании представитель ответчика иск не признал.

Ранее в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель ответчика пояснил, что, со слов ответчика, А.П. просила приехать. Ответчик позвонила супругу и отцу, они сказали приехать. Ответчик приехала, истец ее ждала уже с документами. Они пошли к нотариусу. Нотариус сказала: «Вас обманут, квартиру продадут». Фактически истец и ответчик ходили к нотариусу узнать про договор дарения, что подтвердила свидетель ФИО22. Ответчик посчитала этих нотариусов мошенниками, поэтому они поехали в МФЦ. В МФЦ <данные изъяты> ответчик получила номерок на <данные изъяты>. <данные изъяты> договора дарения у истца на руках не было. После этого ответчик пришла к родителям, поскольку ей пояснили, что у них есть для примера договор дарения, и <данные изъяты> Е. создается договор, это было после того, как истец ДД.ММ.ГГГГ волеизъявил о дарении квартиры. После этого подписывается этот договор. Далее сторона ответчика полностью отрицает, что Е. приходила к ней, что ответчик приходила к истцу с заявлением, что квартира теперь ее. Ответчик понимала сущность договора дарения, но ничего не изменила. После заключения договора истец занервничала, почему-то настроение у нее переменилось, и она посчитала, что раз есть такой договор, то ее выселят. Это подтверждается показаниями свидетелей. Сперва истец хотела внести эти пункты в договор, но потом что-то произошло, и она передумала вносить изменения и обратилась в суд. Ответчик с отцом пришли к истцу, чтобы пойти к ее адвокатам, но истец отказалась. Обстановка в семье открытая, все это обсуждалось в семье. ФИО23 пояснила, что истец хотела узнать тонкости составления договора дарения.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО10 суду показала, что истец является ее сестрой, ответчик – внучка, дочерью сына. Истец проживает по адресу: <адрес>, она в собственности у истца была. Сестра сказала, что был разговор с ФИО4, в котором ФИО4 сказала, что квартира теперь ее. Истец ей это сказала, чтоб поделиться информацией. А. до этой ситуации о квартире ничего не говорила, не рассказывала, свидетель ее не спрашивала. ФИО4 сказала, что ходить к ней не будет, ухаживать за ней не будет. Истец никому не хотела квартиру дарить, у нее было завещание на ФИО4, об этом свидетелю сестра сказала, показывала завещание. Истец ничего не говорила, что кому-то хочет подарить квартиру. Между родственниками относительно квартиры нет конфликтов. Сестра ничего не посещала, только последний раз, когда ходила к нотариусу узнать про дарственную. Истец рассказала, что пришли узнать, как делается дарственная, Л. разговаривала. К нотариусу истец позвала ответчика узнать, как делается это все. Л. говорила с нотариусом. А истец говорит, что сама ничего не слышала. Истец сказала, что она вышла от нотариуса, уставшая. Они поехали в здание, где дарственные делают. Сестра села в сторонке, а Л. говорила в это время с работницей, сестра спросила Л.: «Что сказали?», а Л. ответила: «Да ничего не сказали, нужно еще потом прийти, я взяла номерок». Потом они на другой день пришли, Л. о чем-то разговаривала, Л. сказала, что нужно деньги заплатить. Сестра снова спросила Л., что там говорит, Л. молчит, ничего не говорит. На другой раз ей снова никто ничего не говорит, сестра думала, что пришла получить консультацию, поэтому сказала, что подписывает. Истец говорила, что Л. не объясняла, что там делают. Сестра говорит, что Л. полностью доверилась, поэтому не подходила слушать, что там делает Л. в окошке. До дарения Л. с ФИО30 ничем не помогали. Один раз у сестры холодильник сломался, ФИО30 купил холодильник, все сделал, сестра ему денег отдал. Еще ФИО30 машину стиральную подсоединил, платила за машину сестра. Л. ни разу не приносила ни каких продуктов. До этого спора Л. спрашивала, нужно ли какие-то продукты, говорили, что ничего не надо. Внучку не спрашивала, почему она перестала приходить к истцу после того случая, когда она убежала. До этого конфликта Л. с ФИО30 помогали.

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО11 суду показал, что является супругом ответчика, истец приходится тетей супруге. Отношения между истцом и ответчиком до суда боли нормальные, к ней ходили в гости примерно раз в неделю или в две, проверяли как здоровье, спрашивали, что купить, что отремонтировать, дверную ручку отремонтировал, фильтр для воды менял, с Л. помогли с покупкой холодильника (деньги дала истец), стиральную машину купили, установили. У истца занимали <данные изъяты> рублей на покупку участка, все вернули, но последние <данные изъяты> рублей она вернула, сказала, что это помощь. Про дарение узнал, когда Л. позвонила, сказала, что бабушка хочет переписать на нее квартиру, это было в ДД.ММ.ГГГГ. Со слов жены узнал о составлении договора дарения, подробностей не спрашивал. После мая и до настоящего времени отношения между супругой и истцом нормально складывались. В ДД.ММ.ГГГГ пришли попросить денег на строительство, Л. занервничала и ушла, после этого истец обиделась на Л.. В этой квартире истец живет. У Л. намерений выселить истца нет. После того, как произошел конфликт, истец сказала: «Я дарственную оформила, а ты так себя ведешь, ничего сказать нельзя». В январе был день рождения у сестры истца, пришли, сидели, все было нормально. После дня рождения, вроде, свидетель приходил снова фильтр менять. Все нормально было. А потом истец обратился в суд. Истец хотела внести что-то в договор, но свидетель к этому не относился серьезно. Л. никогда не говорила истцу, что это ее квартира, Л. в семье позиционирует квартиру как квартиру истца. Л. не пыталась предпринимать никаких действий с квартирой.

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО12 суду показал, что истец является его тетей, ответчик – дочерью. В семейном кругу хорошие родственные отношения, с супругом Е. даже дружеские. Всегда в гости ходят друг к другу, помогают в чем-то. У истца и ответчика были хорошие отношения, но на фоне этого дела напряглись и та, и другая. А до этого все было нормально, в гости ходили, звонили друг другу. Истец оформила договор дарения на Л.. Со слов Л. известно что в ДД.ММ.ГГГГ года А. позвонила Л. и попросила приехать, она приехала, на следующий день Л. сказала, что истец хочет оформить дарственную. Видимо истец сказала, заявление какое-то делается, а в свое время теща тоже дарственную делала, у нее остался бланк, Л. пришла, сфотографировала этот бланк. Л. позвонила, сказала, что истец хочет сделать дарственную, она разговаривала с женой свидетеля, она сказала, что есть бланк. Свидетелю известно, что у истца есть завещание в пользу ответчика. Истец понимала, что ее могут обмануть, может из-за этого подарила, она не рассказывала свои причины дарения. Дочь не обманывала истца с целью заключения договора. После заключения договора ничего не изменилось, в гости ходили, созванивались. В квартире проживает истец, дочь Л. никаких действий с квартирой не предпринимает, не было никаких намерений выселять истца. Истец говорила, что ответчик ее обманула, это она говорила, уже когда обратилась в суд. В конце декабря с Л. пришли к ней, свидетель предложил сходить к адвокату, истец отказалась, сказала не скажет, кто у нее адвокат, что ей ничего не надо. Истец сказала, что в МФЦ при подписании договора в стороне сидела. Л. же сказала, что в МФЦ у стола два стула, бабушка сидела на стуле, Л. стояла рядом. Истец предлагала внести изменения в договор, предлагала вписать, что раз она старенькая, больная, чтобы она проживала там. На предложения истца о внесении изменений в договор о проживании истца в квартире Л., конечно, согласна. Свидетелю не известно, почему изменения не внесли. Л. не отказывалась внести изменения, а ответчик отказалась идти.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, изучив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.1995 № 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия", при рассмотрении гражданских дел следует исходить из представленных истцом и ответчиком доказательств.

Разрешая настоящее гражданское дело суд руководствуется положениями ст.ст. 12, 56, 57 ГПК РФ, согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом; доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (даритель) и ФИО4 (одаряемый) заключен договор дарения квартиры, в соответствии с условиями которого даритель передает в качестве дара, а одаряемый принимает квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый № (п. 1).

Согласно п.п. 4, 6 договора дарения одаряемый указанный дар принял; передача недвижимого имущества дарителем и принятие его одаряемым осуществлена при подписании настоящего договора, настоящий договор имеет силу акта приема-передачи, с этого момента обязательства сторон считаются исполненными.

Кроме того, в соответствии с п. 7 договора дарения содержание статей 17, 30 ЖК РФ, 167, 209, 223, 288, 292 и 572 ГК РФ, а также правовые последствия заключаемого договора сторонам известны. Стороны договора заверяют, что они не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями, препятствующими понимать существо подписываемого ими договора, а также об отсутствии обязательств, вынуждающих из совершать данную сделку не крайне не выгодных для себя условиях.

Указанный договор подписан истцом и ответчиком. Факт наличия личной подписи истца в договоре подтвержден последним в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

В составе реестрового дела по спорной квартире представлены заявления ФИО1 на государственную регистрацию прав, датированные ДД.ММ.ГГГГ.

Указанное заявление подписано истцом. Факт наличия личной подписи истца в заявлении подтвержден последним в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ № право собственности на спорную квартиру с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано за ФИО4

Согласно поквартирной карточке ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирована по месту жительства в спорной квартире.

Как следует из ответа на судебный запрос БУЗ УР "РКДЦ МЗ УР" от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 находилась на лечении и получала консультативно-диагностическую помощь в учреждении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; установлен диагноз: <данные изъяты>.

Также стороной ответчика представлена выписка звонков за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, скриншоты экрана компьютера с датами создания файлов с проектами договора.

Полагая, что на момент заключения оспариваемого договора ФИО1 заблуждалась относительно правовой природы сделки, полагала, что ее консультируют и рассказывают касательно отчуждения квартиры, составления завещания в случае смерти, не обладала доброй волей на дарение квартиры ответчику, не понимала, на каких документах проставила подпись, не обладала объективной возможностью ознакомиться с природой подписываемых документов, полагала, что подписывает завещание, на момент заключения договора находилась в преклонном возрасте с наличием множества заболеваний, истец обратился в суд с рассмотренным исковым заявлением.

Согласно п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии с п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Пунктом 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (п. 2 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Как установлено в норме п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 ГК РФ).

При этом заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ).

Согласно п. 5 ст. 178 ГК РФ суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.

Оценив условия представленного договора дарения, суд приходит к выводу о том, что все существенные условия заключенного между сторонами договора изложены четко, ясно и понятно, возражений по вопросу заключения данного договора истец не высказывал на момент его подписания, стороны добровольно подписали договор, понимая его содержание, условия и суть сделки, согласились во всеми его условиями.

Доказательств того, что договор заключен под влиянием заблуждения, обмана со стороны ответчика либо, что дарение квартиры было обусловлено иными обстоятельствами, истец в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представил. Наличие признаков злоупотребления со стороны ответчика судом не установлено. Само по себе принятие ответчиком квартиры в дар не является противоправным поведением и не свидетельствует о намерении ответчика причинить вред истцу.

При заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора дарения конкретной квартиры. Сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, содержит все существенные условия договора дарения, подписана сторонами, зарегистрирована в установленном законом порядке. При этом договор дарения подписан лично истцом, стороны совместно обратились в регистрирующий орган, лично подписав заявления о государственной регистрации перехода права собственности на спорную квартиру. В случае неясности условий подписываемого документа истец был вправе уточнить его содержание у ответчика или представителя государственного органа – МФЦ, либо самостоятельно прочитать договор до его подписания. Доказательства, объективно препятствующие истцу к ознакомлению с условиям договора, в том числе в силу возраста, состояния здоровья, неграмотности, материалы дела не содержат, стороной истца не представлены.

Доказательств того, что истец заключил договор под влиянием заблуждения, либо что дарение квартиры было обусловлено обещанием ответчика оказывать помощь, и что ответчик брал обязательство оказывать истцу помощь при условии передачи квартиры в собственность, в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено.

Оспариваемый договор дарения является безвозмездной сделкой, и при ее заключении исходя из природы сделки даритель ни на какое взаимное или иное обязательство со стороны одаряемого рассчитывать не может. Истец добровольно распорядился принадлежащим имуществом, подарив спорную квартиру ответчику, договор дарения сторонами исполнен полностью, право собственности одаряемого было зарегистрировано в установленном законом порядке. При этом в договоре дарения отсутствует условие о сохранении за дарителем права пользования спорным жилым помещением, истец действовал в пределах собственного усмотрения. В тексте договора дарения его условия отражены совершенно определенно и конкретно. Замечаний либо разногласий относительно его условий не имелось.

Истцом в подтверждение своих доводов не представлено объективных, достаточных и допустимых доказательств того, что в юридически значимый период времени, то есть в момент совершения сделки дарения, он не мог осознавать значение своих действий и руководить ими, того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения, а также доказательств заключения сделки под влиянием заблуждения.

Стороне истца судом разъяснено право на проведение экспертизы в целях проверки его доводов. Между тем, представленное в суд соответствующее ходатайство было отозвано стороной истца в судебном заседании.

Свидетели, допрошенные в судебном заседании, дали свои показания, исходя из тех сведений, которые были предоставлены им истцом и ответчиком. Между тем, согласуются с позицией сторон, однако не подтверждают наличие у истца такого заблуждения, которое может являться основанием для признания договора недействительным.

Тот факт, что истец продолжат проживать в спорной квартире не является правовым основанием для признания договора недействительным, проживание истца в квартире не запрещено действующим законодательством, законодатель не обязывает собственника вселяться, регистрироваться и проживать в квартире, которая ему принадлежит на праве собственности.

То обстоятельство, что подаренная квартира является единственным жильем истца, исходя из принципа свободного беспрепятственного осуществления гражданских прав (ст. 1 ГК РФ), также не влечет возможность применения норм параграфа 2 главы 9 ГК РФ, в данном случае истец не был ограничен в возможности не заключать договор дарения с ответчиком или был вправе заключить другой договор на иных условиях.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, поскольку последним не представлены и в материалах дела отсутствуют доказательства порочности воли истца при заключении оспариваемого договора.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения основного требования истца, не подлежат применению и последствия недействительности совершенных сделок.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к выводу о том, что такое требование удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 1099 ГК РФ).

Исходя из существа предъявленных требований, действия ответчика могли быть направлены на нарушение имущественных прав истца, не посягали на нематериальные блага, не связаны с нарушением таких прав, за посягательство на которые закон предоставляет возможность взыскания компенсации морального вреда.

В этой связи, а также учитывая, что основное требование истца удовлетворению не подлежит, судом не усматриваются основания для удовлетворения требования о компенсации морального вреда.

Поскольку исковые требования удовлетворению не подлежат, постольку государственная пошлина, уплаченная истцом при подаче искового заявления, также не может быть взыскана с ответчика и относится на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный суд Удмуртской Республики в течение одного месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Устиновский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Судья А.С. Хаймина

Решение принято в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.С. Хаймина