Решение № 2А-2265/2024 2А-46/2025 2А-46/2025(2А-2265/2024;)~М-1958/2024 М-1958/2024 от 29 января 2025 г. по делу № 2А-2265/2024

Дело № 2а-46/2025

***

***


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 января 2025 г. город Кола Мурманской области

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

при секретаре Ведерниковой А.И.,

председательствующего судьи Романюк Л.О.,

с участием административного истца ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи административное дело по административному иску ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, ненадлежащее оказание медицинской помощи,

установил:

ФИО2 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области о взыскании компенсации за нарушение условий содержания, ненадлежащее оказание медицинской помощи.

В обоснование заявленных требований, с учетом дополнений, указал, что в период с *** г. по *** отбывал наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области.

В указанный период нарушались условия его содержания, что выразилось: в отсутствии подводки горячего водоснабжения; ненадлежащем освещении; антисанитарии (крысы); перенаселении общежитий; отсутствии комнаты для приема пищи (приходилось принимать пищу на кровати); окна с деревянными рамами, из которых дуло, в результате чего было холодно; не соблюдалась норма питания (вместо мяса давали сою, в летнее время сухой картофель); ненадлежащем материальном обеспечении (положенные для носки вещи выданы лишь в *** г.); один туалет на 100 человек, а вместо унитазов дыры в полу. Кроме того, ввиду ненадлежащего состояния спортивной площадки он сломал кости на правой ступне ноги, в результате чего врачами была наложена лангета.

Помимо прочего указал, что в спорный период в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области был заражен гепатитом С, тогда как по прибытии в указанное исправительное учреждение данное заболевание у него отсутствовало. Полагал, что медицинские работники не выявили своевременно указанное заболевание, какого-либо лечения не оказывалось, лекарственных препаратов и диетического питания не получал. Также в спорный период не было оказано надлежащей медицинской помощи по заболеванию желудка, какой-либо диагностики не проводилось. Просил взыскать в его пользу компенсацию в общей сумме 10 000 000 рублей, восстановить пропущенный процессуальный срок для подачи настоящего административного иска в суд.

Определением от *** требования о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, выразившихся в неоказании медицинской помощи в период отбывания наказания в указанном исправительном учреждении с *** по *** гг. (в части заболевания желудка и заражения гепатитом С) выделены в отдельное судопроизводство.

В судебном заседании административный истец ФИО2 заявленные требования поддержал в полном объеме по доводам и основаниям, приведенным в административном иске. Указал, что после освобождения из ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области в *** г. обратился онкологический центр в г. Петрозаводске, где ему проведено обследование и установлено заболевание желудка, с данным документом он обратился в городскую поликлинику, где было выдано направление к врачу-гастроэнтерологу, назначены лекарственные препараты. Однако пояснить, какое именно заболевание было ему диагностировано не смог, указав на их отражение в медицинской карте, имеющейся в городской поликлинике г. Петрозаводска. Указал, что имеющиеся в медицинской карте сведения о разрешении ему продуктовых (диетических) посылок, не означает, что такие посылки ему выдавались. Отметил, что лечение заболевания желудка проводилось лишь 1-2 лекарственными препаратами. Относительно заражения гепатитом С указал, что на момент прибытия в исправительное учреждение, данного заболевания у него не имелось. Полагал, что заражение могло произойти от использования всеми осужденными одних ножниц и щипчиков. Обратил внимание на отсутствие у него татуировок, не проведение длительных свиданий в спорный период времени, не употребление наркотических веществ.

Представители ответчиков ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, УФСИН России по Мурманской области, ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-51 ФСИН России, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены в установленном законом порядке.

Заслушав административного истца, обозрев медицинскую карту, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Правовое положение осужденных регламентировано специальным законом – Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации, а также принятыми на основании и во исполнение его положений Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений.

В соответствии с частью 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации одной из задач уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации является охрана прав, свобод и законных интересов осужденных.

В силу части 1 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации и практика его применения основывается на Конституции Российской Федерации, общепризнанных принципах и нормах международного права и международных договорах Российской Федерации, являющихся составной частью правовой системы Российской Федерации, в том числе на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (статья 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя, с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

В соответствии с частями 1,3,4 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, введенной в действие Федеральным законом от 27 декабря 2019 г. № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении рассматривается судом одновременно с требованием об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих по правилам, установленным настоящей главой, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Требования об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего рассматриваются в порядке главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и подлежат удовлетворению при наличии в совокупности двух необходимых условий: несоответствия оспариваемого решения или действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение этим решением или действием (бездействием) прав либо свобод заявителя.

Как установлено судом и подтверждается материалами административного дела, ФИО2 отбывал наказание в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области с *** по ***

В настоящее время ФИО2 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Согласно части 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если настоящим Кодексом не установлены иные сроки обращения с административным исковым заявлением в суд, административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

В то же время, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» разъяснено, что проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Принимая во внимание факт нахождения ФИО2 в условиях изоляции от общества и отсутствия возможности своевременно получать информацию, в том числе знакомиться с нормативно-правовыми актами, учитывая длительность пребывания в местах лишения свободы, незначительные временные промежутки нахождения на свободе, суд полагает уважительными причины пропуска административным истцом срока на обращение в суд с настоящими требованиями, что влечет возможность его восстановления.

Кроме того, пропуск срока на обращение в суд сам по себе не может быть признан достаточным и веским основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении административных требований без проверки законности оспариваемых административным истцом действий, что следует из статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что право на обращение в суд с административным иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия содержания в порядке, установленном статьей 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, административным истцом, отбывающим наказание в местах лишения свободы, не утрачено, срок на обращение в суд в данном конкретном случае подлежит восстановлению, а причины пропуска срока признанию уважительными.

При разрешении заявленных требований, суд учитывает положения статей 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации, согласно которым право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 названного закона).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно статье 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

В силу части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

В соответствии с частями 1, 3, 7 статьи 26 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации. При невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных. Порядок организации оказания медицинской помощи, в том числе в медицинских организациях государственной и муниципальной систем здравоохранения, лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, устанавливается законодательством Российской Федерации, в том числе нормативными правовыми актами уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 г. № «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны, в том числе обеспечивать охрану здоровья осужденных.

Как установлено судом и подтверждается материалами административного дела, ФИО2 прибыл в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области *** из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, освобожден по отбытии срока наказания ***

В период с *** по *** ФИО2 был этапирован в ФКУ СИЗО-10 УФСИН России по Республике Карелия.

В настоящее время ФИО2 содержится в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области с *** При поступлении проходил медицинский осмотр и обследование. Жалоб не предъявлял, состояние здоровья удовлетворительное, свежие телесные повреждения не выявлены. Диагноз при поступлении: ХВГ С, в анамнезе со слов: хронические заболевания – отрицает.

Организация и оказание медицинской помощи осужденным, в том числе ФИО2, содержащимся в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, с *** г. по *** г. была возложена на ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области.

Проверяя доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи, повлекшем заболевание, судом установлено следующее.

По сведениям ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области личные дела осужденных, освобожденных из исправительного учреждения в период с ***. по *** г., уничтожены по истечении срока хранения. Поскольку осужденный ФИО2 освобожден из ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области *** предоставить его личное дело не представляется возможным.

Согласно пояснениям врача-инфекциониста лечебно-консультативного отделения Центра по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями ГОАУЗ «Мурманский областной Центр специализированных видов медицинской помощи» ФИО1, из представленной медицинской документации за период *** гг. следует:

- лист уточненных диагнозов содержит запись от *** «ХВГ С»;

- запись специалиста: «Ан. Крови № от *** Антитела к ВИЧ в ИФА не обнаружены»;

- запись специалиста от *** «Микоз стоп вне обострения»;

- запись специалиста от *** «Диагноз Бронхит»;

- результат исследования от *** «Серологический анализ крови № от ***», указан результат: HBsAg отриц. (-) HCV положит. КП = 16,3». Интерпретация: гепатит В – исключен, обнаружены в крови антитела против вирусного гепатита С;

- результат биохимического исследования крови от ***, интерпретация: уровень ферментов печени в крови без существенных отклонений, отмечается повышение уровня общего билирубина (за счет прямого билирубина) менее двух норм, что свидетельствует об отсутствии воспалительных изменений в ткани печени на фоне минимальных холестатических изменений;

- запись профосмотра от *** «Психиатр. Героиновая наркомания, вне рем.»;

Все имеющиеся сведения в медицинской документации на имя ФИО2 об острых респираторных заболеваниях, не относятся к группе инфекционных болезней, имеющих хронический характер течения; о хронических заболеваниях пищеварительной системы, относятся к группе соматических болезней в ряде случаев, имеющих хронически характер течения.

Согласно проанализированной медицинской документации у пациента в настоящее время не завершено подтверждение/исключение наличия инфекционного заболевания, протекающего в хронической форме - «Хронический вирусный гепатит С». В медицинской документации отсутствуют сведения о проведении диагностики заболевания, вызываемого вирусом гепатита «С» в соответствии с требованием п. 3.7 и приложением 1 к СП 3.1.3112-13 «Контингенты, подлежащие обязательному обследованию на наличие anti-HCV JgG в сыворотке (плазме) крови».

Таким образом, оценка объема и качества оказанной медицинской помощи в соответствии с приказом от 23 ноября 2004 г. №260 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным хроническим гепатитом В, хроническим гепатитом С» в период с ***. по *** не представляется возможной, так как отсутствует подтверждение наличия заболевания «Гепатит С», согласно п. 3.9 СП 3.1.3112-13 и в последующем согласно п. 721. СП 3.3686-21.

В связи с чем диагноз от *** «Хронический вирусный гепатит «С» носит «подозрительный» характер и указан в медицинской документации впервые за весь период наблюдения ФИО2

Кроме того, специалистом отмечено, что допущенные в указанный период медицинскими работниками ошибки (дефекты) в ходе диагностики заболевания «Гепатит С» не имели значимого влияния на развитие неблагоприятных для ФИО2 исхода, так отсутствуют сведения в результатах лабораторных и инструментальных исследований о наличии выраженных отклонений, характерных при заболевании «Хронический вирусный гепатит С».

По данным, имеющимся в представленной на исследование медицинской карте, жизнеугрожающих синдромов и клинико-лабораторных признаков, отражающих ухудшение (прогрессирование) инфекционного заболевания «Гепатит С» в виде развития цирроза печени или гепатоцеллюлярного рака не зафиксировано.

Помимо прочего, обращено внимание на то обстоятельство что в медицинской документации ФИО2 имеется запись профосмотра от ***, в которой указано, что ФИО2 страдает героиновой наркоманией, вне ремиссии, что в свою очередь указывает на наиболее вероятностный путь инфицирования вирусом «гепатита С» (но не наличие заболевания в настоящее время), и как следствие обнаружение в крови ФИО2 антител против «гепатита С», согласно результату исследования от ***: «Серологический анализ крови от ***».

Разрешая заявленные административным истцом требования в указанной части, оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела указанные ФИО2 обстоятельства не нашли своего подтверждения, факт заражения административного истца ХВГС в результате ненадлежащих действий (бездействия) должностных лиц, судом не установлен.

В соответствии с пунктами 41 - 45 приказа Минздравсоцразвития России № 640, Минюста России № 190 от 17 октября 2005 г. «О порядке организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание в местах лишения свободы и заключенным под стражу», действовавшего в период отбытия административным истцом наказания, у осужденных при поступлении в исправительное учреждение анализ на наличие вируса гепатита С не брался, в связи с чем достоверно установить дату заражения гепатитом С не представляется возможным, поскольку давность заболевания устанавливается на основании комплексной оценки данных эпидемиологического анамнеза (выявление путей заражения) в сроки, соответствующие инкубационному периоду.

Несмотря на наличие у ФИО2 заболевания ХВГС, достаточных и бесспорных доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие причинно-следственной связи между его заболеванием и действиями (бездействиями) должностных лиц исправительного учреждения либо медицинской части, доказательств отсутствия у него данного заболевания на момент помещения в исправительное учреждение, возникновения имеющегося заболевания по вине сотрудников исправительного учреждения либо медицинской части, административным истцом в нарушение положений статьи 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суду не представлено.

Факт того, что заболевание было выявлено у административного истца после отбытия наказания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между причинением вреда его здоровью и действиями (бездействием) административных ответчиков.

Судом также учитывается, что механизм передачи возбудителя – гемоконтактный, который реализуется естественными и искусственными путями. Основным фактором передачи возбудителя является кровь и её компоненты. Ведущее эпидемиологическое значение имеют искусственные пути передачи возбудителя, которые реализуются при проведении, в том числе медицинских манипуляций, сопровождающихся повреждением кожи и слизистых оболочек, а также манипуляций, связанных с риском их повреждения. При медицинских манипуляциях инфицирование вирусным гепатитом С возможно при переливании крови или её компонентов, пересадке органов или тканей и процедуре гемодиализа (высокий риск), через медицинский инструментарий для парентеральных вмешательств, лабораторный инструментарий и другие изделия медицинского назначения, контаминированные вирусным гепатитом С. К немедицинским манипуляциям, при которых возможно инфицирование отнесено, в том числе нанесение татуировок.

В связи с тем, что не предоставлены объективные и достоверные данные из анамнеза жизни ФИО2, а именно до помещения в исправительное учреждение – имелись ли различные парентеральные вмешательства и манипуляции, включая внутривенное введение психоактивных препаратов, переливание крови или её компонентов, операции, нанесение татуировок, пирсинг и т.д.; случайные половые контакты или частая смена половых партнеров, а также о контактах с больными вирусным гепатитом С в течение последних 6 месяцев до первичного обнаружения по анализу крови вирусный гепатит С, установить источник и факторы передачи вируса не представляется возможным.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд первой инстанции исходит из отсутствия доказательств виновных действий администрации ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области и недоказанности административным истцом причинения вреда в результате действий (бездействия) сотрудников указанного учреждения, в связи с чем приходит к выводу, что требования административного истца в указанной части не подлежат удовлетворению.

Оценивая доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи по заболеванию желудка, которое им приобретено в период отбытия наказания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, судом установлено следующее.

Обращаясь в суд с настоящим административным иском, ФИО2 указал, что после освобождения из ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области в *** г. он обратился онкологический центр в г. Петрозаводске, где ему проведено обследование и установлено заболевание желудка, после чего он обратился в городскую поликлинику.

В ходе судебного разбирательства административный истец не смог пояснить, какие именно заболевания желудка им были приобретены в период отбытия и установлены после отбытия наказания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, указав на их отражение в медицинской карте, имеющейся в городской поликлинике г. Петрозаводска.

В целях проверки доводов административного истца судом истребованы сведения об обращениях ФИО2 в медицинские учреждения г. Петрозаводска в спорный период.

Так, согласно сведениям ГБУЗ «Городская поликлиника №» амбулаторная карта на бумажном носителе в регистратуре и в архиве поликлиники отсутствует, из записи в электронной амбулаторной карте сформирована выписка о фактах обращений ФИО2 за медицинской помощью в ГБУЗ «Городская поликлиника №», согласно которой в анамнезе ФИО2 редкие простудные заболевания. Имеет место быть однократное обращение *** к терапевту городской поликлиники № с диагнозом ОРВИ, на контрольную явку не явился. С *** по *** з медицинской помощью в городскую поликлинику не обращался. *** осматривался врачом терапевтом участковым с результатами самостоятельно выполненного ФГДС от *** – эрозивный пептический рефлюкс эзофагит, нр+, рекомендовано лечение. На контрольную явку *** в *** не явился, анализы, назначенные на *** не сдал. С *** и по настоящее время за медицинской помощью в городскую поликлинику не обращался. Аллергию, гепатит, тбц, сд, отрицает, в анамнезе простудные заболевания.

По сообщению ГБУЗ «Республиканский онкологический диспансер» по данным Популяционного ракового регистра Республики Карелия ФИО2 на учете по поводу онкологического заболевания не состоит. Медицинской амбулаторной карты в Поликлинике и архиве онкодиспансера нет. По сведениям медицинской информационной системы «ПроМед» Республика Карелия с *** г. обращений ФИО2 в ГБУЗ «Республиканский онкологический диспансер» не зафиксировано. Имеются записи обращений в иные учреждения здравоохранения с *** г. по ***, а именно в ГБУЗ «Сортавальская ЦРБ» (3 обращения – *** и ***), ГБУЗ «РБ СЭМП» (1 обращение ***), ГБУЗ «Республиканский наркологический диспансер» (22 обращения за период с *** по ***).

Из представленной в материалы административного дела медицинской карты следует, что в период отбытия наказания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области с *** по *** ФИО2 обращался с жалобами на изжогу, боли в области желудка, имеется указание на заболевание в анамнезе – хронический гастрит, а также язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, эрозивный эзофагит.

Исходя из представленных доказательств при каждом обращении административному истцу устанавливался диагноз, назначалось медикаментозное лечение в период обострения, после получения которого с повторными жалобами к медицинским работникам на прием не обращался. Также имеются сведения о проведении рентгеноскопии желудка, консультаций терапевта, профосмотров. Даны рекомендации на прохождение курса лечения 2 раза в год и при обострении соблюдать диету.

Также из медицинской карты следует, что ФИО2 выдавались разрешения на получение дополнительных посылок с продуктами питания, назначалось диетическое питание. Иных жалоб ФИО2 гастроэнтерологического характера в медицинской документации не зафиксировано.

Административным истцом в подтверждение доводов о ненадлежащем оказании медицинской помощи по заболеванию желудка каких-либо доказательств не представлено.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о бездействии административных ответчиков в связи с неоказанием административному истцу медицинской помощи в период его содержания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области.

Как следует из пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. « 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 УИК РФ).

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, в том числе в случаях, когда в отношении лишенного свободы лица в установленном порядке применялись меры физического воздействия, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (статья 24 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статья 84 КАС РФ).

Согласно части 1 статьи 218, части 2 статьи 227 КАС РФ для признания незаконными решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие такого решения, действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту; наличие нарушения прав и законных интересов заявителя, поскольку административное исковое заявление об оспаривании незаконных решений, действий (бездействия) может быть удовлетворено лишь с целью восстановления нарушенных прав, свобод и законных интересов административного истца с указанием на способ устранения допущенных нарушений.

При недоказанности хотя бы одного из названных условий административное исковое заявление не может быть удовлетворено.

Суд приходит к выводу, что со стороны административных ответчиков не было допущено незаконного бездействия, повлекшего нарушения прав и законных интересов административного истца.

Вопреки утверждению ФИО2 по административному делу не установлено фактов, свидетельствующих о нарушении прав и законных интересов административного истца.

Приведенные административным истцом доводы не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения иного судебного решения по существу, в связи с чем признаются судом несостоятельными, основанными на неправильном применении норм материального права и не могут служить основанием для удовлетворения административных исковых требований.

При указанных обстоятельствах суд полагает требования административного истца не подлежащими удовлетворению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО3 о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в ФКУ ИК-16 УФСИН России по Мурманской области, ненадлежащее оказание медицинской помощи – отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Кольский районный суд Мурманской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья Л.О. Романюк