Решение № 2-3703/2024 2-433/2025 2-433/2025(2-3703/2024;)~М-3075/2024 М-3075/2024 от 18 августа 2025 г. по делу № 2-3703/2024

Дело № 2-433/2025

УИД 22RS0066-01-2024-006219-26


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 августа 2025 года г. Барнаул

Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Москалевой Е.С.,

при секретаре Поповой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ООО «БСК-Комплект» о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ООО «БСК-Комплект» о взыскании в солидарном порядке стоимости ущерба, причиненного в результате ДТП, в размере № руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, исходя из ключевой ставки Банка России, со дня вступления в законную силу решения суда по день фактического исполнения обязательства, а также расходов по уплате государственной пошлины в размере № руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ в № мин. на участке дороги по направлению <адрес><адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (собственник ООО «БСК-Комплект»), под управлением ФИО3, и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2. Автомобиль <данные изъяты> управлением ФИО3, осуществлял буксировку на гибкой сцепке <данные изъяты>, под управлением ФИО2, в результате осуществления водителем <данные изъяты> дорожного маневра в виде перестроения с крайней правой стороны на среднюю полосу, транспортное средство <данные изъяты> не успев перестроиться, врезалось в заднюю часть автомобиля <данные изъяты> под управлением ФИО1, которая двигалась по крайней правой полосе. Полагает, что ДТП произошло ввиду того, что водитель <данные изъяты> осуществляя транспортировку неисправного <данные изъяты>, в том числе рулевого управления, выбрал скорость движения, которая не позволила <данные изъяты> осуществить перестроение на избранную <данные изъяты> полосу движения, а водитель <данные изъяты> допустил осуществление буксировки с неисправным рулевым управлением. В результате ДТП транспортному средству истца причинены механические повреждения. Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет № руб. С целью мирного урегулирования ответчикам направлены претензии, которые ими получены, но остались без ответа. <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ выполнило работы по ремонту транспортного средства, стоимость которых составила № руб. и была оплачена истцом. Гражданская ответственность ФИО1 застрахована в АО «АльфаСтрахование», которое произвело возмещение ущерба в размере № руб. со страховых компаний ответчиков (ФИО2 и ООО «БСК-Комплект») в равных частях, то есть по № руб. с каждого на основании соглашений о выплате страхового возмещения от ДД.ММ.ГГГГ. Ссылаясь на положения ст.ст. 15, 1064, 1068, 1080 ГК РФ, полагает, что причиненный ущерб подлежит взысканию с ответчиков в солидарном порядке.

В судебном заседании представитель истца ФИО5 настаивал на удовлетворении требований, ссылаясь на то, ФИО1 двигалась на своем автомобиле по крайней правой полосе с разрешенной скоростью, перед ДТП маневров не совершала. Эксперт также подтвердил, что автомобиль истицы <данные изъяты> находился в движении. Ответчики ФИО3 и ФИО2 ехали за ней, не учли ее скорость движения, дистанцию перед ее автомобилем, несвоевременно осуществили маневр, что привело к ДТП. Указанные ответчики постоянно меняют свои показания по обстоятельствам ДТП, злоупотребляют своими правами. Отсутствие факта привлечения ответчиков к административной ответственности не влияет на гражданский деликт.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО6 просил в исковых требованиях к ФИО4 отказать, полагая, что вины ФИО2 в произошедшем ДТП не имеется. Эксперт пояснил, что для того, чтобы среагировать при возникновении опасности необходимо время как первому водителю, осуществляющему буксировку, то есть ФИО3, так и затем уже второму водителю, то есть ФИО2 Учитывая расстояние между транспортными средствами, такого времени у ФИО2 не было. ФИО2 не имел технической возможности предотвратить ДТП. Дорожно-транспортная ситуация возникла и развивалась в результате действий ФИО3 При этом, считает, что надлежащим ответчиком должен выступать ООО «БСК-Комплект» как работодатель ФИО3

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО7 поддержал письменные пояснения по делу, возражал против удовлетворения исковых требований к ФИО3, указывая на то, что водитель автомобиля, буксируемого на гибкой сцепке, является полноправным участников дорожного движения. Водитель ФИО2 имел возможность маневрировать, должен был принять меры к остановке автомобиля. Нарушений ПДД со стороны ФИО3 не установлено, доказательств обратного не представлено. В отношении ФИО3 отказано в возбуждении дела об административном правонарушении. Полагал, что автомобиль <данные изъяты> в момент ДТП стоял, поэтому не установлен тормозной путь автомобиля. Если автомобиль <данные изъяты> остановился на полосе движения без экстренной необходимости (например, из-за пробки/светофора), значит, истцом нарушен п. 7.1 ПДД. Следовательно, размер причиненного ущерба должен быть уменьшен ввиду виновных действий самого потерпевшего. Считает, что ответственность лежит на водителе буксируемого транспортного средства. Просил отнестись критически к экспертному заключению, поскольку оно является неполным.

Ответчик ФИО3 поддержал позицию своего представителя. Дополнительно пояснил, что он и ФИО2 работают в ООО «БСК-Комплект», в № году они находились в командировке, фактически работали в <адрес> на территории предприятия <данные изъяты> Он так проработал около № лет. ООО «БСК-Комплект» для них снимает жилое помещение в <адрес>. Как правило, в понедельник они уезжают из <адрес> на работу в <адрес>, а в пятницу возвращаются домой в г. Барнаул. В тот день они с разрешения мастера участка <данные изъяты> вечером поехали в <адрес>, чтобы отбуксировать автомобиль ФИО2 <данные изъяты> на ремонт, так как у автомобиля ФИО2 сломался двигатель. Буксировку осуществлял он (ФИО3) на автомобиле <данные изъяты>, который принадлежит ООО «БСК-Комплект». Данным транспортным средством он управлял на основании доверенности, выданной ООО «БСК-Комплект».

Представитель ответчика ООО «БСК-Комплект» <данные изъяты> поддержал доводы отзыва. Дополнительно пояснил, что ФИО3 и ФИО2 работают в ООО «БСК-Комплект» <данные изъяты>. Летом № года находились в командировке, фактически работали в <адрес>. ФИО3 был предоставлен служебный автомобиль – <данные изъяты> на основании доверенности. Каких-либо документов, подтверждающих направление ФИО3 и ФИО2 в командировку, не имеется. Но ООО «БСК-Комплект» этот факт не оспаривает. Путевые листы не оформлялись. Локальный нормативный акт, регламентирующий порядок использования служебных автомобилей, в ООО «БСК-Комплект» отсутствует. Транспортное средство, принадлежащее ООО «БСК-Комплект», под управлением ФИО3, не имело физического контакта с пострадавшим автомобилем. ФИО3 предпринял все действия для того, чтобы избежать ДТП, своевременно совершил маневр. ФИО2 имел возможность предотвратить столкновение.

Истец ФИО1, ответчик ФИО2 в суд не явились, извещены надлежащим образом.

Третье лицо АО «АльфаСтрахование» также извещено надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в суд своего представителя не направило, ходатайств не заявляло.

Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав представителей истца, ответчиков, а также ответчика ФИО3, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

По смыслу вышеприведенных норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ около № в районе здания <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1 (собственник ФИО1), автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № (собственник ООО «БСК-Комплект»), под управлением ФИО3, и автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2 (собственник ФИО2).

В результате происшествия автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №. получило механические повреждения.

На момент ДТП автогражданская ответственность собственника автомобиля <данные изъяты> ФИО1 и автогражданская ответственность собственника автомобиля <данные изъяты> ООО «БСК-Комплект» была застрахована в АО «АльфаСтрахование», страховые полисы серии № № от ДД.ММ.ГГГГ и серии № № соответственно, страховые договоры заключены в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством. Автогражданская ответственность собственника автомобиля <данные изъяты> ФИО2 была застрахована на момент ДТП в <данные изъяты> страховой полис серии № №.

Определениями инспектора группы ИАЗ ОБДПС УМВД России по <адрес> ФИО10 № <адрес> и № <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ отказано в возбуждении дел об административном правонарушении в отношении ФИО2 и ФИО3

Согласно письменным пояснениям ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, имеющимся в административном материале, ДД.ММ.ГГГГ она управляла автомобилем <данные изъяты>, двигалась по <адрес> по крайней правой стороне со скоростью не более № км/ч. При движении в районе здания № по <адрес> почувствовала удар в заднюю часть автомобиля, после чего остановилась и вышла из машины. Увидела автомобиль <данные изъяты> который имел повреждения на передне-боковой правой части. <данные изъяты> была на гибкой сцепке, которую буксировал автомобиль <данные изъяты>. Автомобиль <данные изъяты> находился впереди <данные изъяты>, примерно в метре от нее. По отношению к автомобилю <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты> располагался левее на расстоянии около № м и ниже автомобиля <данные изъяты>.

ФИО3 в своих письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ указал, что ДД.ММ.ГГГГ он ехал на автомобиле <данные изъяты>, он буксировал автомобиль <данные изъяты>. С весовой выехала фура во вторую полосу. Он ехал по первой полосе. На первой полосе остановился автомобиль, он успел отъехать в сторону, а буксируемый автомобиль <данные изъяты> не успел и зацепил автомобиль <данные изъяты>.

ФИО2 в своих письменных объяснениях от ДД.ММ.ГГГГ указал, что ДД.ММ.ГГГГ он управлял автомобилем <данные изъяты>, двигался на буксировке – тросу по <адрес> в крайнем правом ряду со скоростью № км/ч по направлению из <адрес> в сторону <адрес><адрес>. ДТП произошло по <адрес>. Проехав пункт весового контроля, увидел маневр тянующего его автомобиля <данные изъяты>, с левым поворотом. Он (ФИО2) начал поворачивать влево. Но на полосе стоял автомобиль <данные изъяты>, он не успел и допустил столкновение. У его (ФИО2) автомобиля двигатель был заглушен, гидроусилитель руля не работал, что усложняло совершение маневра.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ответчик ФИО2 пояснил, что вечером ДД.ММ.ГГГГ он ехал на автомобиле <данные изъяты>, буксировка которого осуществлялась на гибкой сцепке автомобилем <данные изъяты> под управлением ФИО3 У автомобиля <данные изъяты> не работал двигатель; рулевое управление и тормозная система были исправны. Буксировка осуществлялась с помощью стандартного троса 4-5 м. Они ехали со стороны <адрес>, проехали около № км., въехали в <адрес> со скоростью № км/ч, передвигались по крайней правой стороне. Автомобиль <данные изъяты> он (ФИО2) увидел уже непосредственно перед столкновением. С прилегающей территории, с пункта весового контроля на <адрес>, выехала фура, они (ФИО3 и ФИО2) снизили скорость примерно до № км/ч. Когда фура отъехала в среднюю полосу, ФИО3 включил левый указатель поворота и стал перестраиваться, он (ФИО2) сделал тоже самое, но не смог уйти от столкновения с автомобилем <данные изъяты>, который стоял. С момента проезда фуры до столкновения с автомобилем <данные изъяты> прошло, как он полагает, около № секунд. Расстояние между точкой выезда (поворота) с пункта весового контроля до места, где стоял <данные изъяты>, составляло примерно № м. После столкновения от удара автомобиль <данные изъяты> переместился вперед примерно на № м.

Ответчик ФИО3 подтвердил пояснения ответчика ФИО2. Дополнительно пояснил, что когда они двигались по <адрес>, перед его автомобилем ехал автомобиль <данные изъяты>. Так они ехали примерно № минут. Автомобиль <данные изъяты> проехал мимо поворота на пункт весового контроля, с данного пункта выехала фура, перегородила дорогу, в связи с чем он не видел автомобиль <данные изъяты>. Когда фура проехала, он увидел, что автомобиль <данные изъяты> стоит на дороге, в связи с чем он перестроился влево, однако автомобиль <данные изъяты> не успел, произошло столкновение с автомобилем <данные изъяты>

Согласно письменному отзыву ООО «БСК-Комплект», не доказан тот факт, что ФИО2 не имел возможности избежать столкновения путем своевременного совершения маневра. ФИО2 в момент совершения ДТП управлял личным автомобилем и не находился при исполнении трудовых обязанностей.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика ФИО3 – ФИО7 также ссылался на то, что водитель ФИО2 имел возможность маневрировать, поэтому ответственность должна быть возложена на него как водителя буксируемого транспортного средства.

В целях установления юридически значимых обстоятельств по делу по ходатайству представителя ответчика ФИО3 – ФИО7 проведена судебная автотехническая и автотовароведческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта ООО «<данные изъяты>» ФИО11 № от ДД.ММ.ГГГГ, так как автомобиль <данные изъяты>, перед ДТП был буксируемый на гибкой сцепке автомобилем <данные изъяты> и водитель автомобиля <данные изъяты> мог осуществлять управление транспортным средством (маневрирование, торможение) только после принятия соответствующих действий по управлению водителем автомобиля <данные изъяты> ФИО3, то решение вопроса о технической возможности водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 предотвратить столкновение с автомобилем <данные изъяты>, не имеет экспертного смысла.

В данной дорожной ситуации принимать решение о предотвращении столкновения с автомобилем <данные изъяты>, должен был водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3, исключив столкновение с автомобилем <данные изъяты> как управляемого им автомобиля <данные изъяты>, так и буксируемого им автомобиля <данные изъяты>, выбрав безопасные скорость движения и дистанцию до автомобиля <данные изъяты>, исключающие с ним контактирование, и осуществив маневр объезда автомобиля <данные изъяты> на дистанции, которая бы не создавала опасности для движения для водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2 и исключала бы контактирование автомобиля <данные изъяты> с автомобилем <данные изъяты>

Определить, какова была скорость автомобилей перед дорожно- транспортным происшествием, не представляется возможным по следующим причинам:

След от заднего левого колеса автомобиля <данные изъяты> не является следом торможения, а является следом контакта диска колеса автомобиля с опорной поверхностью проезжей части при движении автомобиля после столкновения с автомобилем <данные изъяты> и разгерметизации колеса.

Отсутствует научно-обоснованная апробированная методика и экспериментальные данные по учёту затрат кинетической энергии на разрушение и деформацию частей и деталей транспортных средств при столкновении.

Решение вопроса о том, какими требованиями ПДД должна была руководствоваться водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1 в сложившейся ситуации не имеет экспертного смысла, так как перед дорожно- транспортным происшествием автомобиль <данные изъяты> находился впереди автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> на одной с ними полосе. Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО3 в сложившейся ситуации должен был руководствоваться требованиями пункта 8.1 в абзаце 1, пункта 9.10 и пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ. Водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2 в сложившейся ситуации должен был руководствоваться требованиями пункта 10.1 в абзаце 2 Правил дорожного движения РФ.

Действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 привели к аварийной ситуации на дороге, при которой столкновение автомобиля <данные изъяты>, и автомобиля <данные изъяты> стало неизбежным.

Стоимость восстановительного ремонта повреждений автомобиля <данные изъяты>, согласно методическим рекомендациям для судебных экспертов, на дату происшествия (ДД.ММ.ГГГГ), составляла: без учета износа на заменяемые детали: №, с учетом износа на заменяемые детали №

В судебном заседании эксперт ООО «<данные изъяты>» ФИО11 пояснил, что действия водителя <данные изъяты> по обеспечению безопасности первичны, от них зависели действия водителя <данные изъяты>. Водитель <данные изъяты> должен был обеспечить безопасность сзади идущего автомобиля. У водителя <данные изъяты> не было технической возможности предотвратить ДТП, даже если предположить, что между автомобилем <данные изъяты> и автомобилем <данные изъяты> до начала перестроения было № метров. Так, при скорости № км/ч автомобиль проезжает № метров в секунду, при скорости № км/ч – № метра в секунду. Таким образом, у водителя <данные изъяты> не было времени на реакцию. У второго автомобиля (<данные изъяты>) происходит занос, значит, он будет двигаться по дальнему радиусу, а на это тоже необходимо время и около № метров. Учитывая, что перекрытие между автомобилями <данные изъяты> было небольшое, согласно схеме места ДТП автомобиль <данные изъяты> остановился дальше автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты>, приходит к выводу, что автомобиль <данные изъяты> находился в движении, с небольшой скоростью.

Оценивая экспертное заключение, с учетом пояснений эксперта в судебном заседании, суд находит заключение обоснованным, отвечающим требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит мотивированные выводы, с указанием использованного оборудования и литературы, эксперт обладает соответствующей квалификацией и имеет большой опыт в экспертной деятельности, предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения.

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее также – ПДД) перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (п. 9.10 ПДД).

Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. (п. 10.1 ПДД).

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ДТП ДД.ММ.ГГГГ произошло в результате виновных действий водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3, который, буксируя на гибкой сцепке автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО2, в нарушение приведенных положений ПДД, не убедился в безопасности своего маневра для всех участников дорожно-транспортной ситуации, не обеспечил скорость движения, позволившую ему осуществлять постоянный контроль за буксируемым транспортным средством, не выбрал безопасные скорость движения и дистанцию до автомобиля <данные изъяты>, исключающие с ним контактирование как автомобиля <данные изъяты>, так и автомобиля <данные изъяты>

Ссылки ответчиков на то, что водителем <данные изъяты> допущено нарушение ПДД, поскольку автомобиль <данные изъяты> стоял, подлежат отклонению, поскольку данные доводы не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Как ранее было отмечено, эксперт в судебном заседании пояснил, что перед столкновением автомобиль <данные изъяты> находился в движении.

При этом ответчик ФИО3 в суде также пояснял, что он, управляя автомобилем <данные изъяты> и буксируя автомобиль <данные изъяты>, двигался по крайней правой полосе за автомобилем <данные изъяты> до совершения перестроения не менее № минут. Следовательно, водитель ФИО3 видел данный автомобиль на протяжении определенного времени, следовал за ним, его появление не было для него неожиданным, автомобиль <данные изъяты> каких-либо маневров не совершал, в связи с чем водитель ФИО3 должен был и мог избрать безопасную скорость и дистанцию перед ним.

Более того, в случае, если автомобиль <данные изъяты> даже и стоял на проезжей части, это не исключает необходимость выполнения водителем <данные изъяты> требований п. 10.1 ПДД, в том числе принятие всех возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Доводы представителей ФИО3 и ООО «БСК-Комплект» о том, что виновником ДТП является водитель буксируемого автомобиля <данные изъяты> ФИО2, подлежат отклонению, поскольку согласно заключению и пояснениям эксперта у водителя ФИО2 не было технической возможности предотвратить ДТП, действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 привели к аварийной ситуации на дороге, при которой столкновение автомобиля <данные изъяты> и автомобиля <данные изъяты> стало неизбежным. Данный вывод эксперт поддержал и подробно обосновал в судебном заседании, оснований не согласиться с таким выводом у суда не имеется. Более того, п. 20.1 ПДД изложен представителем ответчика ФИО3 неверно.

При этом эксперт пояснил, что у ФИО2 не было возможности предотвратить ДТП как при скорости № км/ч, так и при скорости № км/ч, учитывая расположение автомобилей на дороге, время, необходимое для принятия решения, ограниченную видимость водителя автомобиля <данные изъяты>, следующего за микроавтобусом <данные изъяты>.

С учетом изложенного, сам факт изменения показаний ответчиков ФИО3 и ФИО2 относительно скорости и других обстоятельств ДТП правового значения для разрешения настоящего спора не имеют, в связи с чем ссылки представителя истца на злоупотребление правом ответчиками подлежат отклонению.

Таким образом, произошедшее ДТП и причинение ущерба истцу находится в прямой причинно-следственной связи с действиями водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3

Установлено, что ФИО3 работает в должности <данные изъяты> в ООО «БСК-Комплект», что подтверждается копией трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительным соглашением к нему от ДД.ММ.ГГГГ, должностной инструкцией <данные изъяты>, ответом Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГГГ об уплаченных страховых взносах на работника – ФИО3

Собственником автомобиля <данные изъяты><данные изъяты> является ООО «БСК-Комплект» (свидетельство о регистрации транспортного средства №, карточка учета транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ).

ДД.ММ.ГГГГ ООО «БСК-Комплект» выдало ФИО3 доверенность на право управления транспортным средством – автомобилем <данные изъяты>

Как следует из пояснений представителя ООО «БСК-Комплект» <данные изъяты> и ответчика ФИО3, указанный автомобиль был предоставлен ФИО3 для следования к месту работу (и обратно) в <адрес>, где ФИО3 находился в длительной командировке.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» дано общее разъяснение положений статьи 1079 ГК РФ, согласно которому под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 ГК РФ).

Юридическое лицо или гражданин, возместившие вред, причиненный их работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора, вправе предъявить требования в порядке регресса к такому работнику - фактическому причинителю вреда в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом (пункт 1 статьи 1081 ГК РФ).

Учитывая, что служебный автомобиль был передан ООО «БСК-Комплект» по доверенности своему работнику – ФИО3 в силу исполнения им трудовых обязанностей, последний был направлен в командировку по заданию работодателя, возвращался в день ДТП в г. Барнаул домой по своему месту жительства с согласия и разрешения представителя работодателя (мастера участка), принимая во внимания положения ст. 1068 ГК РФ и вышеприведенные разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, надлежащим ответчиком по делу является ООО «БСК-Комплект».

Оснований для удовлетворения исковых требований к ФИО2 и ФИО3 не имеется.

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Согласно ст. 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Как усматривается из материалов дела и не оспаривалось сторонами, фактические затраты истца по ремонту транспортного средства <данные изъяты>, составили № руб., что подтверждается заказ-нарядом <данные изъяты>, счетом на оплату, актом выполненных работ от ДД.ММ.ГГГГ, чеками.

При этом АО «АльфаСтрахование» признало ДТП страховым случаем и произвело страховую выплату в размере № руб., то есть с учетом ограничения ответственности, предусмотренного п. «б» ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ.

Следовательно, исходя из заявленных истцом требований и принимая во внимание вышеприведенные положения закона, с ответчика ООО «БСК-Комплект» подлежит взысканию сумма ущерба, составляющая разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, - №

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В п. 57 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 ГК РФ, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником. При заключении потерпевшим и причинителем вреда соглашения о возмещении причиненных убытков проценты, установленные статьей 395 ГК РФ, начисляются с первого дня просрочки исполнения условий этого соглашения, если иное не предусмотрено таким соглашением.

Поскольку между сторонами соглашение о возмещении причиненных убытков не заключалось, требования о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ после вступления в законную силу решения суда и до дня фактической оплаты подлежат удовлетворению.

На основании ч. 1 ст. 98 ГПК РФ на ответчика ООО «БСК-Комплект» возлагается и возмещение понесенных истцом расходов по уплате госпошлины за подачу иска и ходатайства о принятии обеспечительных мер, а также возмещение экспертной организации расходов по проведению экспертизы в неоплаченной части.

С учетом изложенного, исковые требования подлежат удовлетворению частично. Суд отказывает в удовлетворении иска к ответчикам ФИО2, ФИО3

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «БСК-Комплект» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере № руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере № руб.

Взыскать с ООО «БСК-Комплект» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт №) проценты, подлежащие начислению по правилам ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму № руб. (с последующем уменьшением суммы при оплате) со дня вступления в законную силу решения суда по день фактического исполнения обязательства.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 отказать.

Взыскать с ООО «БСК-Комплект» (ИНН <***>) в пользу ООО «<данные изъяты>» (ИНН <данные изъяты>) расходы по проведению судебной экспертизы в размере № руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула в течение одного месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Судья Е.С. Москалева

Мотивированное решение изготовлено 19.08.2025.