Решение № 2-1590/2024 2-1590/2024~М-1425/2024 М-1425/2024 от 23 октября 2024 г. по делу № 2-1590/2024

№


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2024 года г. Губкин

Губкинский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи С.В. Спесивцевой,

при секретаре Д.А. Проскуриной,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО3, помощника Губкинского городского прокурора Малаховой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу «Лебединский горно – обогатительный комбинат» о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем и профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО2 с 1995 года работает в АО «Лебединский ГОК» в должности машиниста буровой установки (в карьере), имеет 5 разряд.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве.

ФИО2, передвигаясь по площадке горизонта +30 м, поскользнулся на льду, упал на левый бок, почувствовал боль, позвал на помощь, ему была оказана первая медицинская помощь, ФИО2 был доставлен в травматологическое отделение МУЗ городская больница № <адрес>.

У ФИО2 был диагностирован: закрытый вывих левого плеча, ушиб левого голеностопного сустава, закрытый перелом диафиза м/берцовой кости левой голени.

ФИО2 проходил лечение в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

АО «Лебединский ГОК» проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО2, составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ формы Н1.

В качестве причины несчастного случая работодателем зафиксировано: личная неосторожность машиниста буровой установки ФИО2, требования п.3.11 (при ходьбе необходимо смотреть под ноги, чтобы не оступиться и не поскользнуться), БТИ 0.01.06 «Общая инструкция по охране труда для работников комбината».

Согласно п. 10 Акта о несчастном случае нарушений требований охраны труда и иных нормативных правовых и локальных актов со стороны должностных лиц рудоуправления не установлено.

ДД.ММ.ГГГГ ФГБНУ «НИИ МТ» ФИО2 установлено профессиональное заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 (второй) степени (полинейропатия верхних и нижних конечностей, с сенсорными нарушениями, в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня L5, S1 слева).

Актом № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 работодателем установлено профессиональное заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 (второй) степени (полинейропатия верхних и нижних конечностей, с сенсорными нарушениями, в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня L5, S1 слева).

В акте зафиксировано, что на протяжении более 29 лет ФИО2 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат», 29 лет 1 месяц в должности машиниста буровой установки (в карьере) 5-го разряда.

Справкой Серии МСЭ-2022 № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, в связи с профессиональным заболеванием согласно акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В настоящее время ФИО2 испытывает нравственные страдания в связи с профессиональным заболеванием и произошедшим с ним несчастным случаем, лишен возможности трудиться по имеющейся у него профессии.

ФИО2 обратился в суд с иском, в котором просил взыскать с акционерного общества «Лебединский горно-обогатительный комбинат» (далее – ответчик) компенсацию морального вреда, в связи с несчастным случаем на производстве в размере 300000 рублей, компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием в размере 200000 рублей, судебные расходы 40 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 не присутствовал, извещен своевременно и надлежащим образом, доверил представление своих интересов представителю - адвокату ФИО6, которая заявленные требования поддержала.

Представитель ответчика ФИО5 с заявленными требованиями не согласилась, просила в иске отказать, представила письменные возражения на иск, приобщенные к материалам дела.

В своих возражениях представитель ответчика не оспаривал факт причинения вреда здоровью истца профессиональным заболеванием, при этом пояснила, что работодателем в соответствии с локальным актом в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием фактически выплачено 314934,74 рубля. По мнению представителя ответчика данная сумма является разумной и справедливой, оснований для доплаты компенсации морального вреда по данному основанию не имеется.

По вопросу компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве представитель ФИО5 отметила, что причиной несчастного случая являлось поведение самого истца, вины работодателя в произошедшем несчастном случае не имеется.

Считала, что расходы на представителя являются чрезмерными, завышенными, данное дело особой сложности не представляет, дело рассматривается в рамках одного судебного заседания.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, выслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, заключение помощника Губкинского городского прокурора ФИО4, полагавшей, что заявленные требования должны быть удовлетворены в части с соблюдением требования разумности и справедливости, суд приходит к следующему выводу.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами. Данному праву работника корреспондирует обязанность работодателя, предусмотренная ст. 22 ТК РФ.

В силу абз. 4 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Обязанности работодателя по обеспечению безопасных условий и охраны труда определены ст. 212 ТК РФ. Так, в соответствии со ст. 212 ТК РФ работодатель обязан обеспечить: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В соответствии со ст. 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно статье 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», размер компенсации морального вреда определяется исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в Постановлении от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п.30)

В соответствии с разъяснениями в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Так как моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Как следует из материалов дела, ФИО2 с 1995 года работает в АО «Лебединский ГОК» в должности машиниста буровой установки (в карьере), имеет 5 разряд.

ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 произошел несчастный случай на производстве.

ФИО2, передвигаясь по площадке горизонта +30 м, поскользнулся на льду, упал на левый бок, почувствовал боль, позвал на помощь, ему была оказана первая медицинская помощь, ФИО2 был доставлен в травматологическое отделение МУЗ городская больница № <адрес>.

У ФИО2 был диагностирован: закрытый вывих левого плеча, ушиб левого голеностопного сустава, закрытый перелом диафиза м/берцовой кости левой голени.

ФИО2 проходил лечение в срок до ДД.ММ.ГГГГ.

АО «Лебединский ГОК» проведено расследование несчастного случая, произошедшего с ФИО2, составлен акт № от ДД.ММ.ГГГГ формы Н1.

В качестве причины несчастного случая работодателем зафиксировано: личная неосторожность машиниста буровой установки ФИО2, требования п.3.11 (при ходьбе необходимо смотреть под ноги, чтобы не оступиться и не поскользнуться), БТИ 0.01.06 «Общая инструкция по охране труда для работников комбината».

Согласно п. 10 Акта о несчастном случае нарушений требований охраны труда и иных нормативных правовых и локальных актов со стороны должностных лиц рудоуправления не установлено.

В судебном заседании представитель истца ссылался, что работодателем не в полной мере произведено расследование несчастного случая, не взяты объяснения, неверно указан диагноз, не дана оценка обстоятельствам несчастного случая.

Представитель ФИО6, пояснила, что работодателем без внимания было оставлено наличие у ее доверителя закрытого перелома диафиза м/берцовой кости левой голени, в акте факт наличия перелома не зафиксировано.

Также представитель отметила, что АО «Лебединский ГОК» является опасным производственным объектом, работодатель обязан обеспечивать безопасные условия труда для своих работников, наличие льда в месте выполнения ФИО2 работ свидетельствует о том, что работодателем не в полной меры выполняется обязанность по созданию безопасных условий труда.

Вместе с тем сторона истца не оспаривала, что к работодателю ФИО2 не обращался, акт о несчастном случае не оспаривал, требований о компенсации морального вреда до настоящего времени не заявлял.

При этом в иске истец ссылался, что в результате несчастного случая на производстве понес нравственные страдания, в связи с необходимостью прохождения лечения, испытывал физическую боль.

Судом установлено, что после произошедшего несчастного случая ФИО2 полностью восстановил свое здоровье, продолжил работать, был допущен работодателем к осуществлению своей трудовой функции.

ДД.ММ.ГГГГ ФГБНУ «НИИ МТ» ФИО2 установлено профессиональное заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 (второй) степени (полинейропатия верхних и нижних конечностей, с сенсорными нарушениями, в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня L5, S1 слева).

Актом работодателя № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 установлено профессиональное заболевание вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 (второй) степени (полинейропатия верхних и нижних конечностей, с сенсорными нарушениями, в сочетании с радикулопатией пояснично-крестцового уровня L5, S1 слева).

В акте зафиксировано, что на протяжении более 29 лет ФИО2 работал в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в АО «Лебединский горно-обогатительный комбинат», 29 лет 1 месяц в должности машиниста буровой установки (в карьере) 5-го разряда.

Справкой Серии МСЭ-2022 № от ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%, в связи с профессиональным заболеванием согласно акту о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ на срок с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно акту о случае профессионального заболевания профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия комплекса вредных производственных факторов на организм ФИО2

Пунктом 18 акта определено, что общая оценка условий труда машиниста буровой установки (в карьере) 5- го разряда характеризуется наличием вредных производственных факторов, уровень которых превышает гигиенические нормативы: по содержанию пыли в воздухе рабочей зоны; по уровню локальной вибрации, по уровню шума, по параметрам микроклимата, по тяжести трудового процесса.

Вина работника в профзаболевании отсутствует.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что истцом суду представлены достаточные и убедительные доказательства, подтверждающие факт причинения вреда здоровью ответчиком.

Суд принимает во внимание, что в результате полученного профессионального заболевания истец испытывает не только физические страдания, но и нравственные переживания, связанные с невозможностью вести прежний образ жизни, выполнять работу по имеющиеся специальности, выполнять физические работы в быту, иным способом проявлять должную активность для своего возраста. Нравственные страдания истца из-за повреждения здоровья в том числе и в результате несчастного случая на производстве, очевидны и в доказывании не нуждаются.

При этом как установлено в судебном заседании истец не может осуществлять деятельность по специальности.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ответчиком по делу в соответствии с п. 3.1 Положения о возмещении вреда, причиненного здоровью работника ОАО «Лебединский ГОК» в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, произведена выплата компенсации морального вреда за профессиональное заболевание в размере 314934,74 рубля, что соответствует размеру трем среднемесячным заработкам истца.

Данный факт стороной истца не оспаривался. Вместе с тем представитель истца ссылался, что произведенная выплата является усредненной, не зависит от степени утраты истцом трудоспособности и возможности в дальнейшем выполнять трудовую функцию, а установлена в размере трех среднемесячных заработков истца.

Вместе с тем у ФИО2 утрата профессиональной трудоспособности в общем составила 30 %, что повлекло невозможность выполнения работы по специальности.

Определяя размер подлежащего компенсации морального вреда, суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых истцу был причинен вред здоровью, соотнося их с тяжестью причиненных ему физических и нравственных страданий, а также степень вины работодателя в причинении вреда здоровью истца.

Наряду с этим суд учитывает, что истец на протяжении длительного времени (29лет) работал в условиях воздействия вредных производственных факторов, что для него было также очевидно.

В соответствии со ст. 37 Конституции РФ труд свободен, каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Доказательства понуждения к труду суду не представлены. Кроме того, в силу ст. 41 Конституции РФ охрана здоровья это прежде всего право гражданина. Работодатель в силу возложенных на него законодательством обязанностей осуществлял организацию медицинских осмотров истца.

Вместе с тем сам истец не принял достаточных мер для сохранения собственного здоровья, поскольку продолжал осуществлять трудовую деятельность столь продолжительное время при условии выработки необходимого специального стажа.

Также суд принимает во внимание то обстоятельство, что ответчиком в счет компенсации морального вреда фактически выплачено 314934,74 рубля.

С учетом изложенного, требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда основаны на законе. В пользу истца ответчиком подлежит выплата компенсация морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 40000 рублей, которую суд признает соответствующей требованиям разумности и справедливости.

Относительно размера компенсации морального вреда, в результате несчастного случая на производстве следует отметить следующее.

Вред здоровью ФИО2 возник при исполнении им своих трудовых обязанностей, работа выполнялась истцом по заданию работодателя, который обязан был обеспечить безопасные условия труда. При этом АО "Лебединский ГОК" является опасным производственным объектом в силу специфики основных видов его деятельности.

Физические и нравственные страдания, причиненные истцу в результате причинения вреда здоровью, а именно причинение вреда здоровью, стороной ответчика не оспаривался.

То обстоятельство, что в ходе расследования несчастного случая не установлена вина работодателя в несчастном случае с ФИО2, а указано о наличии неосторожности самого истца не исключают обязанность работодателя по созданию безопасных условий труда.

Суд полагает, что правовые основания для взыскания компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в пользу ФИО2 имеются.

При этом, определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание установленные в судебном заседании обстоятельства несчастного случая, тяжесть причиненного истцу вреда, длительность проведенного истцом лечения, наличие неосторожности в поведении самого истца, требования разумности и справедливости, и полагает, что размер денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве должен составлять 130000 рублей.

Стороной истца заявлено о несении судебных расходов в сумме 40000 рублей.

Интересы истца в судебном разбирательстве представляла адвокат ФИО6, действующая на основании ордера 000949 от ДД.ММ.ГГГГ и договора оказания юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

Предметом договора оказания юридических услуг является исполнение поручения, связанного с подготовкой искового заявления в Губкинский городской суд и представление интересов доверителя в ходе судебного разбирательства.

Факт ее участия в ходе разбирательства по делу подтверждается протоколом судебного заседания. В обоснование несения расходов представителем представлены квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 40000 рублей.

Стороной ответчика заявлено о чрезмерности данных расходов, поскольку по мнению представителя ответчика данное дело не относится к категории сложных, ответчиком не оспаривался факт наличия у истца профессионального заболевания и факт произошедшего с ним несчастного случая.

Суд полагает, что с учетом категории спора, позиции сторон, продолжительности судебного разбирательства по делу, с точки зрения разумности и справедливости расходы по оплате услуг представителя в сумме 25000 рублей подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ, п.3 ч.1 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,

решил:

иск ФИО2 (№ №) к акционерному обществу «Лебединский горно –обогатительный комбинат» (№) о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем и профессиональным заболеванием, удовлетворить в части.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно–обогатительный комбинат» (№) в пользу ФИО2 (№) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием 40000 рублей, компенсацию морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве 130000 рублей, расходы на представителя 25000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Лебединский горно–обогатительный комбинат» в доход бюджета Губкинского городского округа госпошлину 300 рублей.

В удовлетворении остальных исковых требований ФИО2 к акционерному обществу «Лебединский горно–обогатительный комбинат», отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путём подачи апелляционной жалобы через Губкинский городской суд.

Судья С.В. Спесивцева