Постановление № 44Г-108/2019 4Г-1072/2019 от 23 апреля 2019 г. по делу № 2-129/2018

№ 44г-108/2019
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Волгоградского областного суда

г. Волгоград 24 апреля 2019 г.

Президиум Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего Туленкова Д.П.,

членов президиума Клочкова А.В., Юткиной С.М., Андреева А.А., Свиридовой Ю.В., Соловьевой Н.А.,

при секретаре Заболотней Н.Ю.,

на основании определения судьи Волгоградского областного суда Беляк С.И. от 08 апреля 2019 г. о передаче кассационной жалобы с гражданским делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции и по докладу судьи Волгоградского областного суда Беляк С.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по кассационной жалобе представителя Балабуевой Лидии Петровны по доверенности - Рыковой Марины Анатольевны на решение Центрального районного суда г. Волгограда от 13 апреля 2018 г., дополнительное решение того же суда от 27 июля 2018 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 сентября 2018 г.

дело по иску Балабуевой Лидии Петровны к Волгиной Ирине Сергеевне о выкупе незначительной доли в квартире, встречному иску Волгиной Ирины Сергеевны к Балабуевой Лидии Петровне о признании недействительными договора дарения и завещания, взыскании стоимости имущества, находящегося в чужом незаконном владении,

у с т а н о в и л:

Балабуева Л.П. обратилась в суд с иском к Волгиной И.С. о выкупе незначительной доли в квартире, утрате праве собственности, указав в обоснование требований на то, что является собственником 3/4 долей в праве собственности на <.......>, остальная 1/4 доля принадлежит Волгиной И.С., которая хотя и зарегистрирована в спорном жилом помещении, однако фактически в нем не проживает. Ссылаясь на незначительный размер принадлежащей Волгиной И.С. доли и отсутствие существенного интереса в ее использовании, неучастие ответчика в расходах по оплате коммунальных услуг и на содержание жилого помещения, наличие между ними конфликтных отношений, исключающих возможность совместного проживания в одной квартире, Балабуева Л.П. просила суд прекратить право собственности ответчика на 1/4 долю в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, признать право собственности на указанную долю за ней с взысканием с нее в пользу ответчика денежной компенсации в размере 356 750 рублей, прекратить право пользования ответчика квартирой и снять ее с регистрационного учета по указанному адресу.

Волгина И.С. обратилась в суд со встречным иском к Балабуевой Л.П. о признании недействительными договора дарения и завещания, взыскании стоимости имущества, находящегося в чужом незаконном владении. В обоснование указанных требований Волгина И.С. сослалась на то, что принадлежащие в настоящее время Балабуевой Л.П. 3/4 доли спорной квартиры ранее являлись собственностью ее бабушки Волгиной Л.А. Право собственности на указанную часть квартиры перешло к Балабуевой Л.П. на основании договора дарения и завещания от 23 марта 2016 г., подписанных Волгиной Л.А., которая на момент совершения указанных сделок находилась в тяжелом психологическом состоянии, обусловленном ее преклонным возрастом, рядом тяжелых заболеваний, смертью сына и мужа, длительным периодом проживания в одиночестве, чем, а также заблуждением Волгиной Л.А. относительно природы заключаемых сделок воспользовалась Балабуева Л.П.

Ссылаясь на то, что она является единственным наследником Волгиной Л.А. по закону первой очереди по праву представления, Волгина И.С. просила суд признать указанные завещание и договор дарения недействительными, признать за ней право собственности на спорную квартиру в порядке наследования, истребовать из чужого незаконного владения Балабуевой Л.П. награды ее деда и прадеда Волгина А.В. и Дуракова В.Н.

Решением Центрального районного суда г. Волгограда от 13 апреля 2018 г. и дополнительным решением того же суда от 27 июля 2018 г. с учетом определения от 27 июля 2018 г. об устранении описки в удовлетворении исковых требований Балабуевой Л.П. отказано, встречные исковые требования Волгиной И.С. удовлетворены частично, признан недействительным заключенный между Волгиной Л.А. и Балабуевой Л.П. договор дарения от 23 марта 2016 г., удостоверенный нотариусом г. Волгограда и зарегистрированный в реестре за <.......>. За Волгиной И.С. и Балабуевой Л.П. признано право собственности на 3/4 доли и 1/4 долю соответственно в праве общей долевой собственности на <.......> с указанием в резолютивной части решения на то, что оно является основанием для внесения соответствующих записей в ЕГРН. С Балабуевой Л.П. в пользу Волгиной И.С. взысканы судебные расходы на проведение по делу судебной экспертизы в размере 10400 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований Волгиной И.С. отказано. С Волгиной И.С. в доход муниципального бюджета города-героя Волгоград взыскана государственная пошлина в размере 3574,20 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 сентября 2018 г. решение суда первой

инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе представителя ФИО1 по доверенности - ФИО2 поставлен вопрос об отмене состоявшихся по данному делу судебных постановлений как вынесенных с существенными нарушениями норм материального и процессуального права.

Определением судьи Волгоградского областного суда от 08 апреля 2019 г. указанная кассационная жалоба передана с делом для рассмотрения в судебном заседании президиума Волгоградского областного суда.

Проверив материалы дела, заслушав поддержавших кассационную жалобу ФИО1, ее представителей ФИО2 и ФИО3, возражавших против удовлетворения кассационной жалобы ФИО4 и ее представителя ФИО5, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Волгоградского областного суда находит ее подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса

Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или норм процессуального права, повлиявшие на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такого характера нарушения при рассмотрении настоящего дела судами были допущены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО4 с 15 января 2017 г. является собственником 1/4 доли <.......>.

Собственником других 3/4 долей указанной квартиры являлась бабушка ФИО4 - ФИО6.

23 марта 2016 г. ФИО6 распорядилась принадлежащими ей долями в праве общей долевой собственности на спорную квартиру в пользу ФИО1, подарив ей по заключенному между ними договору дарения 1/2 долю и составив в ее пользу завещание на 1/4 долю спорной квартиры.

Указанные выше договор дарения и завещание от 23 марта 2016 г. удостоверены нотариусом г. Волгограда ФИО7 и зарегистрированы в реестре за <.......> и <.......> соответственно.

26 марта 2016 г. право собственности ФИО1 на 1/2 доли в праве собственности на спорную квартиру зарегистрировано в ЕГРН.

30 апреля 2016 г. ФИО6 умерла.

19 мая 2016 г. ФИО1 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии открывшегося после смерти ФИО6 наследства.

15 июня 2016 г. ФИО4 выдала на имя ФИО8 доверенность, которой уполномочила ее правом совершения в ее интересах действий по принятию наследства, открывшегося после смерти ФИО6

06 июля 2016 г. ФИО8, действуя на основании указанной выше доверенности, обратилась к нотариусу с заявлением о принятии ФИО4 наследства по всем основаниям после смерти ФИО6

26 декабря 2016 г. ФИО1 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на 1/4 доли в праве собственности на спорную квартиру, которое в последующем было зарегистрировано в установленном законом порядке в ЕГРН.

Встречное исковое заявление к ФИО1 о признании названных выше договора дарения и завещания недействительными ФИО4 подано в суд 11 декабря 2017 г.

Согласно заключению проведенной по делу судебной посмертной комплексной комиссионной психолого-психиатрической экспертизе ГКУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница №2» от 07 февраля 2018 г. №1-408 ФИО6 при жизни по состоянию на дату подписания оспариваемых договора дарения и завещания обнаруживала признаки психического расстройства, в силу выраженности которого не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В судебном заседании ФИО1 было заявлено о применении исковой давности.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что совершенные ФИО1 23 марта 2016 г. сделки являются оспоримыми, а срок исковой давности по требованию о признании их недействительными и о применении последствий их недействительности составляет один год.

При этом суд первой инстанции признал срок исковой давности для предъявления ФИО4 указанных требований в отношении завещания пропущенным и в их удовлетворении по указанному основанию отказал.

В отношении договора дарения суд пришел к противоположному выводу о том, что срок исковой давности для предъявления требований о его оспаривании ФИО4 не пропущен, и, сославшись на заключение судебной посмертной комплексной комиссионной психолого-психиатрической экспертизы, признал его недействительным как совершенный дарителем ФИО6 в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Указанные выше выводы суд обосновал тем, что о составленном ФИО6 завещании ФИО4 стало известно 06 июля 2017 г. - в день обращения ее представителя с заявлением о принятии наследства к нотариусу г. Волгограда ФИО7, сообщившей заявителю о его наличии и принятии 19 мая 2016 г. заявления о принятии наследства по завещанию от ФИО1

Что касается договора дарения, то суд исходил из того, что о его наличии ФИО4 стало известно только после 15 сентября 2017 г., то есть после подачи ФИО1 в суд искового заявления о выкупе доли спорной квартиры.

С выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда при рассмотрении дела в апелляционном порядке согласилась.

Вместе с тем президиум Волгоградского областного суда находит вывод судов об исковой давности применительно к оспариваемому договору дарения основанным на неправильном применении и толковании норм материального права и сделанным с нарушением норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации

исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности (пункт 1).

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (пункт 2).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности следует, что для разрешения вопроса об исчислении срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, суду необходимо установить начальный момент течения данного срока, то есть день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (в данном случае речь идет об истце по встречному иску ФИО4)

С учетом оснований встречного иска требования ФИО4 в отношении оспариваемого ею договора дарения вытекают из права на имущество, принадлежавшее при жизни ФИО6, наследником по закону которой первой очереди по праву представления она является, то есть из наследственных отношений.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу пункта 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации

принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Исходя из изложенного, оснований оспаривания сделки и применительно к установленным по данному делу обстоятельствам срок исковой давности по требованиям, вытекающим из наследственных отношений, согласно положениям пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации о начале течения срока исковой давности с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, следует исчислять с момента принятия наследства.

Согласно части 1 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется, в том числе, подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Однако изложенное судами учтено не было.

Кроме того в силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 55 Гражданского кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Таким образом, в силу приведенных выше положений статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения истца являются доказательствами по делу.

В имеющемся в материалах дела встречном исковом заявлении, подписанном ФИО9 собственноручно, указывается на то, что о наличии как завещания ФИО6, так и заключенного последней с ФИО1 договора дарения от 23 марта 2016 г. ей стало известно при обращении в нотариальную контору по вопросу о вступлении в наследство (том 1, л.д. 150).

Согласно протоколам судебных заседаний от 17 января 2018 г. и от 11 апреля 2018 г. в своих объяснениях суду ФИО4 указала, что о распоряжении ФИО9 своей долей в праве собственности на квартиру в пользу ФИО1 ей первоначально стало известно от зятя последней - ФИО10 06 июня 2016 г.

После обращения летом к нотариусу ФИО7, секретарь которой сообщила ей о наличии завещания, она стала консультироваться с юристами по вопросу оспаривания завещания и договора дарения (том 2 л.д. 23,151).

Замечания ФИО4 и ее представителя на указанные выше протоколы судебных заседаний в материалах дела отсутствуют. Требования о восстановлении пропущенного срока истец не заявляла.

Несмотря на изложенное, в нарушение положений пункта 1 статьи 55, статьи 67 Гражданского кодекса Российской Федерации какая-либо оценка указанным являющимся доказательствами по делу объяснениям ФИО4 судом не дана и в вынесенных по делу судебных постановлениях не приведена.

Допущенные нарушения норм права являются существенными и непреодолимыми, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены судебных постановлений.

Учитывая, что повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции"), а также принимая во внимание необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), президиум Волгоградского областного суда считает необходимым отменить апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 сентября 2018 г. и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и требованиями закона.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

п о с т а н о в и л:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 19 сентября 2018 г. отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий: подпись ФИО11

Копия верна:

Судья Волгоградского областного суда С.И. Беляк