Решение № 2А-147/2018 2А-147/2018 ~ М-1308/2018 М-1308/2018 от 13 мая 2018 г. по делу № 2А-147/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 2а-147/2018 г.

14 мая 2018 г. г. Уссурийск

Уссурийский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего – Стащенко В.Д.,

при секретаре - Стихаревой Ю.А.,

с участием административного истца ФИО7 и его представителя адвоката Кутафина А.Е.,

представителя административных ответчиков командира войсковой части № и председателя аттестационной комиссии той же части – ФИО8,

а также <данные изъяты> ФИО1

в открытом судебном заседании, в расположении военного суда, рассмотрев административное исковое заявление <данные изъяты> ФИО7 об оспаривании действий командира войсковой части №, председателя аттестационной комиссии той же части и руководителя ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны РФ», связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава части,

установил:

Приказом командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> Углов досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, а приказом того же должностного лица от ДД.ММ.ГГГГ № был исключён из списков части.

Также приказами командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ за номерами № и № и от ДД.ММ.ГГГГ за номерами № и №, Углов был привлечен к дисциплинарной ответственности, с применением различных дисциплинарных взысканий.

Будучи несогласным с указанными приказами командира войсковой части № Углов обратился в военный суд с административным исковым заявлением, и в суде уточнил свои требования, просил суд признать вышеуказанные приказы должностного лица в части досрочного увольнения его с военной службы и исключения из списков личного состава части, а также привлечения его к дисциплинарной ответственности незаконными и отменить их, а также обязать председателя аттестационной комиссии части отменить решение аттестационной комиссии о досрочном его увольнении с военной службы.

В обоснование заявленных требований Углов в суде пояснил, что за две недели до проведения аттестационной комиссии части 12 февраля 2018 года он был ознакомлен с аттестационным листом, и в указанную дату прибыл на заседание аттестационной комиссии части, которая в тот день не состоялась, однако о повторной дате её проведения ему никто не сообщал и не доводил. Также, в период с 2016 года по дату увольнения его с военной службы он, по указанию заместителя командира части по тылу исполнял обязанности в службе тыла данной части, где временно исполнял обязанности по <данные изъяты>, а следовательно, в указанный период к дисциплинарной ответственности не привлекался, а об имеющихся у него дисциплинарных взысканиях он узнал в ходе проведения досудебной подготовки по делу. При этом, Углов пояснил, что он действительно убыл в основной отпуск за 2017 года ранее графика отпусков, отпуск который был ему предоставлен на основании приказа командира части в период с 4 сентября по 5 октября 2017 года, однако из него на службу он вышел только 28 октября 2018 года, так согласно расчета проведенного работником кадрового органа части отпуск ему полагался в количестве 40 суток, не считая дороги к месту его проведения и обратно. Рапорт о предоставлении ему основного отпуска за 2017 года он подавал в службе тыла части, который (кем не знает) был в последующем представлен в несекретное делопроизводство, с ходатайствами его непосредственных командиров, тем самым никого в заблуждение не вводил. Кроме того, Углов подтвердил, что в период с 1 января по 31 мая 2015 года он, неоднократно, привлекался к административной ответственности в области безопасности дорожного движения (четырежды по ч.1 ст. 12.8 КоАП РФ, один раз по ч.4 ст. 12.8 КоАП РФ и один раз по ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ), за что на основании решения суда, в каждом случае, подвергался наказанию в виде лишения права управления транспортными средствами, и решения которые им не обжаловались.

Представитель истца адвокат Кутафин в суде пояснил, что основанием для увольнения ФИО7 явилось то, что он якобы не явился на службу из отпуска в срок. Однако он с этим не согласен, поскольку в рапорте ФИО7 на отпуск имеется расчёт предоставленного отпуска, то есть на службу он должен был выйти 28 октября 2017 года, поскольку по рапорту истцу должен был быть предоставлен отпуск в количестве 54 суток. Доказательств подделки рапорта истцом не имеется, тем самым все эти приказы незаконны.

Представитель административных ответчиков ФИО9, в судебном заседании, требования истца не признала и просила в их удовлетворении отказать, пояснив, что ввиду совершения Угловым грубых дисциплинарных проступков и совершения административных правонарушений Углов перестал отвечать требованиям предъявляемым к военнослужащим, в связи с чем был представлен на аттестационную комиссию на предмет досрочного увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. О дате заседания аттестационной комиссии части на 15 февраля 2018 года Углов уведомлялся устно, через <данные изъяты> ФИО2 12 февраля 2018 года, однако на её заседание Углов не прибыл, а по результатам проведения таковой комиссии было принято решение об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Административное дело на основании ч. 6 ст. 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации рассмотрено без участия руководителя ФКУ «Единый расчётный центр Министерства обороны Российской Федерации», будучи своевременно и надлежащим образом извещённого о времени и месте судебного заседания, явка которого не признана судом обязательной. При этом, его представитель ФИО10, действующая на основании надлежаще оформленной доверенности, просившая суд рассмотреть дело без её участия, направив в суд свои возражения, в которых она требования истца не признала и просила в их удовлетворении отказать.

Исследовав представленные доказательства, выслушав объяснения сторон и заключение <данные изъяты> ФИО1, военный суд приходит к следующим выводам.

Согласно выписок из приказов командира войсковой части <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № <данные изъяты> Углов досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, а с 20 февраля 2018 года исключён из списков личного состава части.

Так, невыполнение условий контракта со стороны военнослужащего может повлечь его досрочное увольнение с военной службы по основанию, закрепленному подпунктом "в" пункта 2 статьи 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе".

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21 марта 2013 года № 6-П, обязательным условием досрочного увольнения с военной службы должно являться совершение военнослужащим дисциплинарного проступка, а под невыполнением условий контракта о прохождении военной службы в данном случае должны подразумеваться именно существенные нарушения условий контракта.

Вместе с тем, в интересах военной службы, выражающихся, в частности, в поддержании боевой готовности воинских подразделений, эффективном выполнении стоящих перед ними задач, недобросовестное отношение военнослужащего к своим обязанностям, в том числе подтверждаемое наличием у него неснятых дисциплинарных взысканий, может послужить основанием для постановки вопроса о его соответствии требованиям, предъявляемым к лицам, проходящим военную службу, с точки зрения деловых и личных качеств.

Согласно п.4 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 года № 1237 проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. Анализ указанной нормы свидетельствует о том, что военнослужащий может быть уволен с военной службы по указанному основанию лишь по инициативе командования, при соблюдении его порядка, предусмотренного в соответствии с действующим законодательством.

Согласно ст.26 Положения, предусматривается, что в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования, проводится аттестация.

Порядок организации и проведения аттестации определяется руководителем соответствующего федерального органа исполнительной власти, в котором проводится аттестация.

Порядок организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ, утвержденный приказом Министра обороны РФ от 29 февраля 2012 года №444, предусматривает процедуру представления военнослужащего, переставшего соответствовать предъявляемым требованиям, на заседание аттестационной комиссии, которая включает составление аттестационного листа, доведение его до представляемого, при этом военнослужащий имеет право ознакомиться с аттестационным листом, содержащим отзыв, до представления его прямому начальнику или в аттестационную комиссию, и представить в аттестационную комиссию дополнительные сведения о своей служебной деятельности за предшествующий период, а также заявление о своем несогласии с представленным отзывом.

Аттестационные комиссии обязаны всесторонне изучить аттестационные листы, содержащие отзывы на военнослужащих, установить их соответствие деловым и личным качествам аттестуемых военнослужащих и дать заключения по ним. Заседание аттестационной комиссии воинской части проводится с участием аттестуемого военнослужащего, его непосредственного или прямого начальника при рассмотрении аттестационного листа, содержащего вывод о несоответствии военнослужащего занимаемой воинской должности, или отзыв, в котором отмечается наличие у аттестуемого военнослужащего существенных недостатков в выполнении общих, должностных или специальных обязанностей, а также при наличии заявления аттестуемого военнослужащего о несогласии с представленным аттестационным листом и изложенным в нем отзывом.

Согласно аттестационного листа Углов характеризуется с отрицательной стороны, занимаемой должности не соответствует, совершал грубые дисциплинарные проступка, выразившееся в отсутствии его на службе без уважительных причин, а также совершал административные правонарушения, в области безопасности дорожного движения, в частности, управления транспортным средством в состоянии опьянения.

Факт совершения Угловым административных правонарушений подтверждается списком нарушений, согласно которого последний в 2015 году четырежды привлекался к административной ответственности по ч.1 ст.12.8 Кодекса РФ об административных правонарушениях и один раз по ч.4 ст.12.8 указанного Кодекса, за что он был лишен права управления транспортными средствами, в совокупности, на срок 130 месяцев, до 2025 года.

Согласно служебной карточки Углов, неоднократно, в период с 19 апреля по 16 ноября 2017 года привлекался к дисциплинарной ответственности за совершение грубых дисциплинарных проступков, выразившихся в отсутствии им на службе без уважительных причин, в частности, в период с 6 по 10 октября и с 17 по 20 октября 2017 года.

Из протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что в ходе её проведения было принято заключение, согласно которого Углов занимаемой воинской должности соответствует не в полном объёме и его целесообразно уволить из ВС РФ по несоблюдению условий контракта со стороны военнослужащего, что удостоверено подписями всех участвующих лиц данной комиссии.

При этом свидетель ФИО2, являющийся <данные изъяты> в судебном заседании показал, что 12 февраля 2018 года из – за отсутствия председателя аттестационной комиссии она не проводилась и её проведение было перенесено на 15 февраля 2018 года, о чём им устно было сообщено ФИО7, однако в указанный день последний на её заседание не прибыл, в связи с чем аттестационная комиссия проводилось в его – ФИО7 отсутствие, по результатам которой было принято решение о целесообразности досрочного его увольнения с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Основания для критической оценки показаний свидетеля ФИО2 отсутствуют, поскольку он в личных и неприязненных отношениях с Угловым не находится, и данные об его заинтересованности судом не установлено.

Вместе с тем, Углов, после допроса вышеуказанного свидетеля, доказательств, которые могли поставить их под сомнение, в том числе и других которые свидетельствовали бы об обратном, суду не представил, а следовательно, данные показания суд их кладет в основу решения.

Таким образом, решение по вопросу досрочного увольнения ФИО7 с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта было принято в пределах полномочий воинских должностных лиц и с соблюдением процедуры аттестации, как это установлено ч. 1 ст. 26 Положения о порядке прохождения военной службы.

Оснований для сомнений в правильности действий административного ответчика в процессе проведения аттестации в отношении ФИО7 не имеется.

Поскольку аттестационной комиссией войсковой части № в установленном порядке аттестации военнослужащих было подтверждено, что Угловым допущено существенное отступление от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, вследствие чего он перестал удовлетворять требованиям такого законодательства, предъявляемым к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и учитывая, что каких-либо существенных нарушений порядка увольнения с военной службы со стороны командования по отношению к ФИО7 не допущено, в связи с чем, суд приходит к убеждению, что у командования имелись достаточные основания для представления последнего к увольнению с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта, а следовательно, действия командования связанные с последующем таковым увольнением ФИО7 с военной службы являются законными и обоснованными.

Также, в связи с тем, что приказ командира части о досрочном увольнении ФИО7 с военной службы судом признан законным, а также учитывая то, что последним требований по поводу обеспечения положенными видами довольствия на дату исключения из списков личного состава части не заявлялись, в связи с чем, оснований для отмены приказа командира части об исключении истца из списков личного состава части не имеется.

Рассматривая требования ФИО7 о незаконности привлечения его дисциплинарной ответственности на основании приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и №, то суд исходит из следующего:

Согласно ст. 47 Дисциплинарного Устава Вооруженных Сил РФ военнослужащие привлекаются к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, который в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

Так, согласно выписок из приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и № Углов, в каждом случае, был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде строгих выговоров за совершение грубых дисциплинарных проступков, выразившихся в отсутствии его на службе в период с 6 по 13 октября 2017 года и с 17 по 20 октября 2017 года.

Как пояснил Углов, в указанные дни отсутствия на службе он находился в основном отпуске за 2017 год, по окончании которого в воинскую часть прибыл только 28 октября 2017 года, в связи с чем не мог быть привлечен к дисциплинарной ответственности. При этом, он знал что основной отпуск ему предоставлен в количестве 32 суток, однако самостоятельно его продлил до 28 октября 2017 года, так как исходил не из отпускного билета, а из рассчитанного ему данного отпуска в количестве 40 суток, не считая дороги к месту проведения отпуска и обратно.

Действительно, согласно рапорта ФИО7 от 24 августа 2017 года, основной отпуск ему был рассчитан в количестве 40 суток, а местом его проведения указывался населенный пункт в «<адрес>, однако исходя из резолюции командира части, отпуск должен был быть ему предоставлен по 5 октября 2017 года.

Вместе с тем, как усматривается из приказа командира той же части от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО7 за 2017 год был предоставлен основной отпуск в количестве 32 суток в период с 4 сентября по 5 октября 2017 года.

Согласно отпускному билету от ДД.ММ.ГГГГ №, то ФИО7 полагался основной отпуск в количестве 32 суток в вышеуказанный период, а ДД.ММ.ГГГГ он обязан был явиться к месту службы в войсковую часть №. Данный отпускной билет содержит отметки о постановке ФИО7 11 сентября 2017 года на воинский учет в <адрес> по месту нахождения его в основном отпуске за 2017 год и убытии его 11 октября 2017 года из такового.

В силу ст. 43 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок.

Учитывая изложенное, суд полагает, что действия командира войсковой части № по привлечению ФИО7 к дисциплинарной ответственности за отсутствие его на службе в период с 6 по 10 октября и с 17 по 20 октября 2017 года, являются законными и обоснованными, поскольку данный факт был установлен судом и Угловым не отрицался.

При этом, доводы ФИО7 о том, что он в этот период находился на законных основаниях в основном отпуске, то суд их отвергает, поскольку в приказе командира части и в отпускном билете, указывалось об обратном, а следовательно, в силу действующего законодательства, при таких обстоятельствах, военнослужащий должен был исходить из указаний предписанных в данных документах, а в случае не согласия с предоставленным отпуском, должен был обжаловать действия командира части, что сделано не было.

В части требований ФИО7 о привлечении его дисциплинарной ответственности на основании приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ №, №, № и от ДД.ММ.ГГГГ №, то суд считает их незаконными и подлежащими отмене по следующим основаниям:

Так, согласно служебной карточки Углов, на основании приказов командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ за №, № и № за отсутствие на службе 19, 21 и 24 апреля 2017 года, а также от ДД.ММ.ГГГГ № за нарушение порядка обращения к вышестоящему командованию и уклонения от исполнения обязанностей военной службы, был привлечен к дисциплинарной ответственности и ему были наложены дисциплинарные взыскания: выговор, строгий выговор, и дважды предупрежден о неполном служебном соответствии, соответственно.

Однако, как показал в судебном заседании свидетель ФИО3 (являющийся <данные изъяты> войсковой части №), Углов по устному указанию <данные изъяты> – ФИО4 (согласованного с командиром части ФИО5) в период с 2016 года до июля 2017 года был откомандирован в службу тыла части, где исполнял обязанности по <данные изъяты>, а по вопросам прохождения военной службы находился в его непосредственном подчинении. О проведении разбирательства по поводу отсутствия ФИО7 на службе в апреле 2017 года он сообщал его непосредственному <данные изъяты> ФИО6, а именно, что Углов исполнял вышеуказанные обязанности и грубых дисциплинарных проступков в этот период не совершал. Кроме того, с его разрешения Углов на общие построения личного состава не выходил, в виду большой загруженности возложенных на его обязанностей. При этом, бывали случаи, когда он предоставлял Углову выходные дни среди недели, поскольку последний исполнял обязанности в выходные дни. После июля 2017 года, в виду отсутствия необходимости в служебном предназначения ФИО7, он указал последнему убыть в свое подразделение и больше его в службе тыла части не видел. В августе 2017 года ему сообщали о том, что Углов появлялся в службе тыла, но не известно по каким вопросам.

В судебном заседании Углов вышеуказанные показания свидетеля ФИО3 подтвердил и кроме того пояснил, что с приказами о его наказании, в том числе с разбирательствами, его никто не знакомил и объяснительные от него по данному поводу не отбирались.

Свидетель ФИО6 (являющийся <данные изъяты>, в которой Углов числился по штату) в суде показал, что действительно ему было известно о нахождении ФИО7 в службе тыла, куда последний был откомандирован, однако несмотря на эти обстоятельства, игнорируя их, докладывал вышестоящему командованию об отсутствии последнего на службе.

Представитель ответчика ФИО11 также доводы свидетелей ФИО6 и ФИО3 не опровергла.

Таким образом, учитывая изложенное, судом установлено, что фактически Углов 19, 21 и 24 апреля 2017 года с ведома должностных лиц части находился на службе и исполнял обязанности в службе тыла части, а следовательно, факт отсутствия на службе последнего в указанные дни не нашел своего подтверждения, а следовательно изданные в этой части приказы командира части подлежат отмене, как незаконные.

Рассматривая вопрос о привлечении ФИО7 к дисциплинарной ответственности за нарушение порядка им обращения к вышестоящему командованию и уклонения от исполнения им обязанностей военной службы, то суд исходит из следующего:

Действительно, согласно ст. 21 Устава внутренней службы Вооруженных Сил РФ по служебным вопросам военнослужащий должен обращаться к своему непосредственному начальнику, а при необходимости с разрешения непосредственного начальника - к старшему начальнику.

Так, согласно графика отпусков ФИО7 основной отпуск за 2017 года полагался в ноябре - декабре 2017 года.

Как усматривается из рапорта ФИО7 от 24 августа 2017 года последний ходатайствовал перед вышестоящим командованием о предоставлении ему основного отпуска за 2017 год с 4 сентября того же года и на котором имеются резолюции непосредственных командиров, а также произведенный расчет по отпуску – 40 суток, в том числе и резолюция командира войсковой части № о предоставлении такового отпуска ФИО7 по 5 октября 2017 года.

Как пояснил в суде Углов, данный рапорт он отдал в службу тыла, который в дальнейшем (кем не знает) был перенаправлен в несекретное делопроизводство, на основании которого был издан приказ командира части. При этом, чьи подписи сделаны от имени его непосредственных командиров, ему неизвестно. Также, в период нахождения в отпуске он на службе в воинской части до 28 октября 2017 года не появлялся.

Согласно приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № Углов с указанной даты полагается убывшим в основной отпуск сроком на 32 суток, и приказ который отменен не был.

Из проведенного разбирательства усматривается, что Углов желая временно уклониться от исполнения обязанностей военной службы путем убытия в отпуск за 2017 год, представил в штаб части рапорт о предоставлении ему отпуска, в котором подписи непосредственных командиров исполнены неустановленными лицами.

Вместе с тем, из материалов разбирательства не усматривается, каким образом данный рапорт оказался в несекретном делопроизводстве и кем из должностных лиц он был принят к исполнению, в том числе не установлено о принадлежности имеющихся подписей в рапорте ФИО7.

Также, из акта засвидетельствования отказа от предоставления письменных объяснений от 23 октября 2017 года видно, что Углов в этот день по данным обстоятельствам отказался давать объяснения.

Однако, согласно приказа командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № Углов с 28 октября 2017 года полагается прибывшим из отпуска и приступившим к исполнению служебных обязанностей.

При этом, представленная ответчиком копия отпускного билета от ДД.ММ.ГГГГ № не содержит отметки о прибытии ФИО7 в часть из отпуска.

Представитель ответчика ФИО11 в суде также не смогла представить доказательств указывающих на обман должностных лиц части и фальсификацию подписей в рапорте со стороны ФИО7, в том числе и появление последнего на службе 23 октября 2017 года.

Таким образом, судом установлено, что Углов к своему непосредственному начальнику с рапортом о предоставлении основного отпуска за 2017 год не обращался, в тоже время не установлено и суду не представлено доказательств о том, каким образом рапорт оказался с необходимыми резолюциями командиров в несекретном делопроизводстве и подписан командиром части.

Вместе с тем, согласно ст. 52 данного Устава при совершении военнослужащим дисциплинарного проступка командир (начальник) должен учитывать, что применяемое взыскание как мера укрепления воинской дисциплины и воспитания военнослужащих должно соответствовать тяжести совершенного проступка и степени вины, установленным командиром (начальником) в результате проведенного разбирательства.

Аналогичные нормы требований вышеуказанного Устава предусмотрены ч.1 ст. 28.5 Федерального закона "О статусе военнослужащих" согласно которой при назначении дисциплинарного взыскания учитываются характер дисциплинарного проступка, обстоятельства и последствия его совершения, форма вины, личность военнослужащего или гражданина, призванного на военные сборы, совершившего дисциплинарный проступок, обстоятельства, смягчающие дисциплинарную ответственность, и обстоятельства, отягчающие дисциплинарную ответственность.

Так, уклонение от исполнения обязанностей предполагает устранение от выполнения общих, должностных или специальных обязанностей, возлагаемых на военнослужащего, а также исполнения других обязанностей, указанных в п. 1 ст. 37 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", либо отказ приступать к их выполнению.

Таким образом, учитывая изложенное, суд полагает, что Углов на основании своего рапорта от 24 августа 2017 года и издании соответствующего приказа командиром части законно находился в основном отпуске до 6 октября 2017 года, а следовательно, он не уклонялся от исполнения обязанностей военной службы, а нарушение Угловым порядка обращения с указанным рапортом, то данное нарушение, с учетом характера совершенного проступка и отсутствии последствий, следует считать малозначительным, в связи с чем, наложенное в отношении истца командиром войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № дисциплинарное взыскание в виде «предупреждения о неполном служебном соответствии», является строгим и подлежит отмене.

Также, установленный ст.219 КАС РФ срок на обжалование действий командира войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности, суд полагает не пропущенным, поскольку доказательств доведения до ФИО7 таковых приказов в срок, превышающий три месяца до даты обращения его в суд, не представлено.

Руководствуясь ст.ст.175-180 и 227 КАС РФ, военный суд

решил:

Административное исковое заявление старшего прапорщика запаса ФИО7 об оспаривании действий командира войсковой части №, председателя аттестационной комиссии войсковой части № и руководителя ФКУ «Единый расчетный центр Министерства обороны РФ», связанных с увольнением с военной службы и исключением из списков личного состава части – удовлетворить частично.

Признать незаконными действия командира войсковой части №, связанные с привлечением ФИО7 к дисциплинарной ответственности на основании его приказов №, № и № от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ №.

Обязать командира войсковой части № отменить приказы №, № и № от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ № в части привлечения ФИО7 к дисциплинарной ответственности.

Обязать командира войсковой части № сообщить об исполнении решения по данному административному делу в суд и административному истцу ФИО7 в течение двадцати дней со дня вступления решения суда в законную силу.

В части требований ФИО7 о возложении обязанностей на председателя аттестационной комиссии войсковой части № отменить протокол заседания аттестационной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ № и приказы командира войсковой части № от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № в части досрочного увольнении истца с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта и исключения его из списков личного состава части, соответственно, а также отмены приказов командира той же части от ДД.ММ.ГГГГ № и №, в части привлечения к дисциплинарной ответственности - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тихоокеанский флотский военный суд через Уссурийский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, т.е. с 18 мая 2018 года.

Судья