Апелляционное определение № 33-4068/2025 33-53/2026 от 12 января 2026 г.

Судья: Балабанова О.В. Дело № 33-53/2026

№ 2-1-8/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

13 января 2026 г. г. Орёл

Судебная коллегия по гражданским делам Орловского областного суда в составе:

председательствующего Корневой М.А.,

судей Золотухина А.П., Сандуляк С.В.,

при секретаре Чернышовой М.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, администрации Стрелецкого сельского поселения Кромского района Орловской области о признании недействительными результатов межевания земельного участка, исключении сведений из Единого государственного реестра недвижимости о его границах, обязании перенести ограждение земельного участка,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Кромского районного суда Орловской области от 14 мая 2025 г., которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, администрации Стрелецкого сельского поселения Кромского района Орловской области о признании недействительными результатов межевания земельного участка, исключении сведений из ЕГРН о его границах, обязании перенести ограждение земельного участка, - отказать.

По вступлению решения суда в законную силу отменить меру по обеспечению иска, наложенную определением Кромского районного суда Орловской области от 23 августа 2024 г. в виде запрета осуществления регистрационных действий в отношении земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>».

Заслушав доклад судьи Корневой М.А., объяснения ФИО1 и ее представителя ФИО4, поддержавших апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам, позицию третьих лиц ФИО5 и ФИО6, считавших жалобу ФИО1 подлежащей удовлетворению, возражения ФИО3, ФИО2 и ее представителя ФИО7, полагавших, что решение суда является законным и обоснованным, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО3, администрации Стрелецкого сельского поселения Кромского района Орловской области о признании недействительными результатов межевания земельного участка, исключении сведений из Единого государственного реестра недвижимости (далее по тексту – ЕГРН) о его границах, обязании перенести ограждение земельного участка.

В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что является собственником земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>

При межевании земельного участка ответчиков с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый инженер руководствовался расположением существующих ограждений, установленных по усмотрению ФИО2, а не сведениями, содержащимися в документах.

В результате допущенных нарушений произошло смещение земельного участка ответчиков в сторону ранее существовавшего проезда к части ее (истца) земельного участка с кадастровым номером №, что привело к сужению места общего пользования и создает ей препятствия в возможности свободного проезда на свой земельный участок.

Изложенное, по мнению истца, свидетельствует о недействительности результатов межевания земельного участка ответчиков и влечет необходимость исключения из ЕГРН сведений о местоположении границ принадлежащего им земельного участка.

Уточнив при рассмотрении дела исковые требования, ФИО1 просила суд: признать недействительными результаты межевания земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес> и исключить из ЕГРН сведения о его границах; обязать ФИО2 и ФИО3 перенести ограждение земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, в точках 22-23-24 плана земельного участка согласно кадастровой выписке о земельном участке от 27 января 2014 г. на границу, установленную экспертом ФИО8, со следующими координатами поворотных точек: <...>

Разрешив спор, суд постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 ставит вопрос о его отмене как незаконного и необоснованного.

Приводит доводы о несогласии с выводом суда об отсутствии нарушений ее прав, поскольку таковые заключаются в том, что ответчиками установлены ограждения своего земельного участка со смещением в сторону земли общего пользования, которую ранее она использовала для проезда к огородной части своего участка.

Обращает внимание на то, что проведенное в 2013 г. кадастровым инженером ФИО9 межевание земельного участка ответчиков осуществлено с нарушениями, поскольку последней не использовались какие-либо материалы, содержащие информацию о местоположении спорной границы на протяжении более 15 лет.

Указывает на увеличение площади земельного участка ответчиков по сравнению с той, которую они приняли в 2013 г. по наследству после смерти ФИО10

Указывает, что судом первой инстанции не применены положения ст. 262 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ), а также п. 26 ст. 26 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», согласно которому при выполнении работ по установлению границ земельных участков должен быть обеспечен доступ к участку именно от земельных участков общего пользования.

Выражает несогласие с выводом суда о пропуске срока исковой давности по заявленным ею требованиям.

Оспаривает выводы заключения проведенной по делу судебной землеустроительной экспертизы, поскольку при ее проведении экспертом не соблюдены требования ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также не дан обоснованный ответ на второй вопрос, поставленный перед ним судом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда исходя из этих доводов (ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда.

В силу ст. 12 ГК РФ защита нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляется, в том числе путем восстановления положения существующего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом (статья 129), осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (ч. 3 ст. 209 ГК РФ).

В соответствии с ч. 3 ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу ч. 3 ст. 6 Земельного кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ЗК РФ) земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи. В случаях и в порядке, которые установлены федеральным законом, могут создаваться искусственные земельные участки.

Согласно ч. 1 ст. 60 ЗК РФ нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: 1) признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; 2) самовольного занятия земельного участка; 3) в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

Государственный кадастровый учет земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости» (ст. 70 ЗК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее по тексту – Федеральный закон № 218-ФЗ), к основным сведениям об объекте недвижимости относятся характеристики объекта недвижимости, позволяющие определить такой объект недвижимости в качестве индивидуально определенной вещи, а также характеристики, которые определяются и изменяются в результате образования земельных участков, уточнения местоположения границ земельных участков, строительства и реконструкции зданий, сооружений, помещений и машино-мест, перепланировки помещений.

Согласно ч. 8 ст. 22 Федерального закона № 218-ФЗ местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части.

В соответствии с ч. 1 ст. 43 Федерального закона № 218-ФЗ государственный кадастровый учет в связи с изменением описания местоположения границ земельного участка и (или) его площади, за исключением случаев образования земельного участка при выделе из земельного участка или разделе земельного участка, при которых преобразуемый земельный участок сохраняется в измененных границах, осуществляется при условии, если такие изменения связаны с уточнением описания местоположения границ земельного участка, сведения о котором, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, не соответствуют установленным на основании настоящего Федерального закона требованиям к описанию местоположения границ земельных участков или в содержащемся в Едином государственном реестре недвижимости описании местоположения границ которого выявлена ошибка, указанная в части 3 статьи 61 настоящего Федерального закона (далее - уточнение границ земельного участка).

При уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в указанных документах сведений о местоположении границ земельного участка его границами считаются границы, существующие на местности пятнадцать лет и более. При уточнении границ земельных участков допускается изменение площади такого земельного участка в соответствии с условиями, указанными в пунктах 32 и 32.1 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона. В межевом плане приводится обоснование местоположения уточненных границ земельного участка. При проведении правовой экспертизы документов, представленных для осуществления государственного кадастрового учета, проверка обоснованности местоположения уточненных границ земельного участка, в том числе изменения площади уточненного земельного участка, если такое уточнение местоположения границ земельного участка не приводит к нарушению условий, указанных в пунктах 32, 32.1 и 45 части 1 статьи 26 настоящего Федерального закона, государственным регистратором прав не осуществляется (ч. 1.1 ст. 43 Федерального закона № 218-ФЗ).

Из ч. 1 ст. 39 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» (далее по тексту - Федеральный закон № 221-ФЗ) следует, что местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию (далее - согласование местоположения границ) с лицами, указанными в части 3 настоящей статьи (далее - заинтересованные лица), в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

Предметом указанного в части 1 настоящей статьи согласования с заинтересованным лицом при выполнении кадастровых работ является определение местоположения границы такого земельного участка, одновременно являющейся границей другого принадлежащего этому заинтересованному лицу земельного участка. Заинтересованное лицо не вправе представлять возражения относительно местоположения частей границ, не являющихся одновременно частями границ принадлежащего ему земельного участка, или согласовывать местоположение границ на возмездной основе (ч. 2 ст. 39 Федеральный закон № 221-ФЗ).

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 39 Федерального закона № 221-ФЗ согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве: собственности (за исключением случаев, если такие смежные земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, предоставлены гражданам в пожизненное наследуемое владение, постоянное (бессрочное) пользование либо юридическим лицам, не являющимся государственными или муниципальными учреждениями либо казенными предприятиями, в постоянное (бессрочное) пользование).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 45 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в силу ст. ст. 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1 879+/-12,25 кв. м, расположенный по адресу: <адрес>.

Данный земельный участок является многоконтурным, состоит из двух частей: на одной части с кадастровым номером № расположен жилой дом, на второй части с кадастровым номером № расположен огород.

На основании свидетельств о праве на наследство по закону от 13 сентября 2013 г. ФИО2 и ФИО3 на праве общей долевой собственности в равных долях (по ? доли) принадлежит земельный участок с кадастровым номером №, площадью 3 297+/-20,1 кв. м., расположенный по адресу: <адрес>

В Едином государственном реестре недвижимости содержатся сведения о местоположении границ указанного земельного участка на основании Описания земельных участков, изготовленного кадастровым инженером ФИО11 от 20 января 2014 г.

Данный земельный участок является многоконтурным, состоит из трех частей: с кадастровым номером №, на котором расположен жилой дом; с кадастровым номером №, занятым под огородом; с кадастровым номером № – данная часть земельного участка ограждена сплошным забором.

Суд установил, что земельные участки сторон в контурах, занятых под жилую застройку, не имеют смежных границ, имеют одну смежную границу в части контуров (2), занятых под огород, спор по границе в данной части отсутствует.

Границы земельного участка ответчиков ФИО2 и ФИО3 по контуру (1), занятого под жилым домом, граничат с земельным участком, право собственности на который не разграничено.

Между домовладениями ответчиков ФИО2 и ФИО3 и третьего лица – ФИО5 (кадастровый номер №), имеется проход к огородной части земельных участков истца и ответчиков (т. 2 л. <...>, 43).

Обращаясь в суд с настоящими исковыми требованиями, истец ссылалась на то, что указанный проход сузился при установке ответчиками нового забора, по границе которого кадастровым инженером ФИО11 произведено спорное межевание. Ранее по указанному участку осуществлялся проезд сельскохозяйственной техники к ее огороду, что в настоящее время не представляется возможным. Истец указывала, что она беспрепятственно проезжает к своему огороду с тыльной его стороны через участок ответчиков. Однако последние могут в любой момент запретить проезд сельскохозяйственной техники.

В целях разрешения спора по существу судом первой инстанции была назначена судебная землеустроительная экспертиза, которая проведена экспертом ФИО8

Согласно заключению судебной экспертизы доступ к земельному участку истца с кадастровым номером № (огород) может осуществляться как с тыльной стороны огородов, так и с центральной улицы. Со стороны центральной улицы возможна пешеходная доступность с малыми средствами механизации (мини-тракторы, сельскохозяйственные мотоблочные агрегаты). С тыльной стороны огородов может быть обеспечен доступ более крупногабаритной сельскохояйственной техники, обычно используемой при обработке земель в личном подсобном хозяйстве.

Эксперт установил, что имеющаяся конфигурация территории земель неразграниченной собственности между земельными участками № (ответчики) и № (третье лицо ФИО5) – (спорный проход (проезд)) исключает техническую возможность организации проезда сельскохозяйственной техники к участку с кадастровым номером № (огород истца). Имеется возможность организации проезда сельскохозяйственной техники к участку с кадастровым номером № (огород истца) с тыльной стороны участков, по земле, государственная собственная на которую не разграничена (с проведением планировочных работ и работ по расчистке от древесно-кустарниковой растительности) или по земельному участку с кадастровым номером № (огород ответчиков). Доступ сельскохозяйственной техники с центральной улицы к участку ФИО1 невозможен.

Эксперт также указал, что разработать варианты установления границ земельного участка № (огороженная спорным забором часть земельного участка ответчиков, граничащая с проходом) в соответствии с требованиями земельного законодательства с учетом организации доступа сельскохозяйственной техники на земельный участок с кадастровым номером № (огород истца) не представляется возможным, так как ни по фактическим, ни по кадастровым границам не обеспечивается требуемая ширина проезда - 3,5 метра (т. 2 л. д. 15-72).

Допрошенный судом первой инстанции эксперт ФИО8 выводы подготовленного им заключения поддержал, указав, что земельный участок, отвечающий требованиям проезда, должен составлять не менее 3,5 метров. Однако такого расстояния между земельными участками ответчиков и третьего лица ФИО5 никогда не было. Подтвердил, что проезд к огороду ФИО12 возможен с тыльной стороны. Указал, что разница в площади земельного участка ответчиков предположительно произошла за счет увеличения пашни (огорода), такая разница находится в пределах допустимого несоответствия между фактическими границами и правоустанавливающими документами. При этом ни одна из сторон при выезде на место не смогла показать границы контуров земельных участков, занятых под огороды.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности результаты проведенной по делу судебной экспертизы и пояснения эксперта, вопреки доводам апелляционной жалобы, обоснованно принял его в качестве допустимого доказательства по делу.

Судебная коллегия, проанализировав содержание судебного экспертного заключения, приходит к выводу о том, что оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ.

Экспертное заключение подготовлено экспертом, имеющим соответствующую квалификацию и предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, им использованы все натурные и исходные данные, имеющиеся в материалах гражданского дела, а также соответствующие источники информации, заключение содержит подробное описание проведенного исследования. Экспертом даны ответы на все поставленные судом вопросы. Выводы, изложенные в заключении эксперта согласуются с иными имеющимися в деле доказательствами.

Так, допрошенные судом первой инстанции свидетели ФИО13, ФИО14 и ФИО15 подтвердили, что на протяжении более 10 лет между земельными участками ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО5 проезда сельскохозяйственной техники не существовало. При этом пояснили, что проезд сельскохозяйственной техники к огороду ФИО1 возможен с тыльной стороны.

Кадастровый инженер ФИО11 в суде первой инстанции пояснила, что при проведении межевания в 2013 г. земельного участка ответчиков имелись межевые знаки в виде части от старого забора. Проезда между земельными участками ответчиков и ФИО5 не имелось, был проход. Смежная граница земельного участка ответчиков (его огородная часть) была согласована со смежным землепользователем ФИО1, которая расписалась в акте согласования границ земельного участка. Поскольку иные границы земельного участка ответчиков граничат с землями неразграниченной собственности согласование осуществлялось через объявление в газете, Поскольку возражений не поступило, границы были согласованы. ФИО11 также пояснила, что при натурном измерении земельного участка и сопоставлении его площадей с правоустанавливающими документами, его площадь на 489 кв. м была больше, но в пределах допустимого расхождения, которое определено в решении Кромского районного Совета народных депутатов № 9-12 рс от 30 марта 2007 г. (не более 10 соток от площади участка, установленного в государственном кадастре недвижимости).

В ходе проведенного судом первой инстанции выездного судебного заседания было установлено, что между земельными участками ответчиков и ФИО5 имеется проход к огородной части земельных участков ФИО1 и ФИО2, ФИО3, ширина которого составляет от 1 метра до 2,5 метров. Проезд на данном участке отсутствует. Истец подъезжает к своему огороду с тыльной стороны через участок ФИО2 и ФИО3, которые ей не препятствуют в этом. Огороды сторон не огорожены, стороны не смогли показать точные границы земельных участков, занятых ими под огород. Суд также установил, что сбоку от земельных участков имеется поросль из кустарников, при удалении которой, возможно организовать проезд к огородам, не используя участок ФИО2, ФИО3

Суд первой инстанции также установил, что в соответствии с Правилами землепользования и застройки Стрелецкого сельского поселения Кромского района Орловской области, утвержденными Решением Кромского районного Совета народных депутатов от 06 сентября 2024 г. №19-12 рс, не предусмотрены в жилой зоне, в которой расположены земельные участки ФИО1, ФИО2, ФИО5 виды разрешенного использования «для проходов», «для проездов».

Установив изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе истцу в удовлетворении заявленных требований, поскольку ФИО1 не доказано нарушение ее права со стороны ответчиков на доступ к земельному участку, используемому под огород. Суд указал, что истец обеспечена таким доступом посредством имеющегося прохода по спорному участку, а возможность для проезда сельскохозяйственной техники имеется с тыльной стороны земельного участка. Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным исковым требованиям, о применении которого было заявлено стороной ответчика, установив, что о проведенном межевании, площади и местоположении границ земельного участка ответчиков истец знала с 2013 г., когда была ознакомлена с результатами межевания и поставила свою подпись. Кроме того, как указал суд, что ответчиками на месте старого забора был возведен новый в 2017 г., который существует в настоящее время, что свидетельствует об очевидности для истца установленных ответчиками границ земельного участка. Однако с настоящим исковыми требованиями истец обратилась в суд 29 июля 2024 г., то есть по истечению трехлетнего срока с того момента, как ей стало известно о возможном нарушении ее прав.

Судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы, с выводом суда об отказе истцу в удовлетворении заявленных требований согласна.

Довод апелляционной жалобы истца о невозможности проезда сельскохозяйственной техники на огород является несостоятельным и не влечет отмену судебного решения.

При рассмотрении дела установлено и не оспаривалось в суде апелляционной инстанции самим истцом, что через спорный проход сельскохозяйственная техника на её огород не проезжала. Доступ техники на огород осуществлялся с тыльной стороны.

Более того, согласно заключению эксперта по спорному проходу имеется доступность с малыми средствами механизации (мини-тракторы, сельскохозяйственные мотоблочные агрегаты).

Ссылка истца на то, что с тыльной стороны не представляется возможным (т. 2 л. <...>) проезд сельскохозяйственной техники ввиду наличия перепада высот, также опровергается заключением эксперта, согласно которому данный вариант проезда сельскохозяйственной техники возможен при проведении планировочных работ и расчистки проезда от древесно-кустарниковой растительности.

Кроме того, истец в суде апелляционной инстанции подтвердила, что на её огород техника заезжала через тыльную сторону по краю земельного участка ответчиков. До настоящего времени последние не чинили препятствия проезду техники на ее часть огорода.

Нарушений при проведении межевания земельного участка ответчиков положений ст. 262 ГК РФ и п. 26 ст. 26 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», согласно которому при выполнении работ по установлению границ земельных участков должен быть обеспечен доступ к участку именно от земельных участков общего пользования, на что также ссылается истец в жалобе, не имеется, поскольку доступ к участку истца (его огородной части) от земель общего пользования имеется – спорный проход. При этом действующее законодательство не содержит положений о том, что доступ должен быть обеспечен посредством проезда. Тем более, что таковой, как указано ранее, возможен с тыльной стороны через места общего пользования после расчистки проезда от древесно-кустарниковой растительности.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы суда о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, которые являются производными от требований о признании результатов межевания недействительными, также являются верными.

Ссылка в жалобе на то, что увеличение площади земельного участка ответчиков произошло в результате захвата места общего пользования (спорного прохода) являются голословными и никакими доказательствами не подтверждены. При этом эксперт в суде первой инстанции пояснил, что увеличение площади произошло за счет огородной части, которая не имеет закреплений на местности.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу повторяют позицию истца, изложенную в ходе разбирательства в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с его выводами и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном применении норм права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

В связи с чем, решение суда, как отвечающее требованиям законности и обоснованности подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь ст. ст. 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Кромского районного суда Орловской области от 14 мая 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 27 января 2026 г.

Председательствующий

Судьи