Апелляционное постановление № 22-702/2026 от 22 апреля 2026 г.

Дело № 22-702/2026 Судья Овсянникова А.Р.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Тверь 23 апреля 2026 года

Тверской областной суд

в составе председательствующего судьи Кашириной С.А.

при ведении протокола судебного заседания

секретарем Ворониной К.Р.

с участием прокурора Тюфтиной Е.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на постановление Бологовского городского суда Тверской области от 03.02.2026, которым

удовлетворено заявление ФИО1 о возмещении реабилитированному имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, в части расходов за оказание юридической помощи.

С Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскано 2 630 000 (два миллиона шестьсот тридцать тысяч) рублей 00 копеек в счет возмещения реабилитированному имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием, в части расходов за оказание юридической помощи,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в Бологовский городской суд Тверской области с заявлением о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а именно расходов, связанных с услугами адвоката ФИО9, осуществляющего его защиту на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, в размере 2630 000 рублей, мотивируя свое требование тем, что в отношении него вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с его непричастностью к совершению преступления.

По результатам рассмотрения заявления ФИО1 суд принял приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов РФ, ссылаясь на нормы закона, регламентирующие порядок возмещения имущественного вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием, а также на правоприменительную практику по данному вопросу, считает, что суд не руководствовался разумными пределами ставок оплаты правовых услуг с учетом конкретных обстоятельств и принципом справедливости такого возмещения.

Автор жалобы, соглашаясь с безусловным сохранением и защитой права любого лица на возмещение понесенных им расходов, тем не менее отмечает, что при этом суду необходимо учитывать, что подобное возмещение не должно являться явно несоразмерным тем усилиям, которые были предприняты в рамках оказания правовой помощи и должно отвечать разумности, достаточности и справедливости, исходя из сложности выполненной адвокатом работы, характера оказанных услуг, сложившейся в регионе стоимости на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги и других обстоятельств.

Полагает, что судом не было учтено, что уголовное дело не относилось к сложной категории дел, участие в нем адвоката, не требовало значительных временных затрат, по делу имеется сложившаяся судебная практика. Какой-либо оценки соразмерности и справедливости, заявленных к взысканию денежных сумм, судом не дано.

С учетом длительности производства по уголовному делу, его сложности, количества произведенных следственных и процессуальных действий, в которых адвокат принимал участие, обстоятельств привлечения заявителя к уголовной ответственности, категории преступления, в совершении которого он обвинялся, автор жалобы полагает, что сумма, которую суд взыскал в возмещение расходов на оплату услуг адвоката, не является объективно необходимой в данных условиях для оплаты юридической помощи, не соразмерна оказанным услугам, значительно выше средней сложившейся суммы за оказание подобных юридических услуг по региону, не отвечает требованиям разумности, справедливости и достаточности.

Просит постановление Бологовского городского суда Тверской области от 03.02.2026 отменить с вынесением иного судебного решения с учетом изложенных доводов.

В возражениях заявитель ФИО1 считает постановление Бологовского городского суда Тверской области от 03.02.2026 законным, обоснованным и справедливым, а апелляционную жалобу Министерства финансов РФ подлежащей оставлению без удовлетворения, ввиду несостоятельности ее доводов. Считает, что судом первой инстанции были тщательно проанализированы и учтены все обстоятельства дела, в том числе проверены документально подтверждение суммы денежных средств, уплаченных защитнику на протяжении всех стадий уголовного дела, а также их соотношение исключительно с оплатой полученной защиты от уголовного преследования.

В суде апелляционной инстанции прокурор Тюфтина Е.В. поддержала доводы апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, выслушав позицию прокурора, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступившие на нее возражения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции РФ к числу гарантированных Конституцией прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. На основании п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, к которому относится и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в том числе, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ.

Исходя из положений ст. 135 УПК РФ, возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение, в том числе: заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования; сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи, а также расходы, понесенные им в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации; при этом размер возмещения расходов на оказание юридической помощи определяется подтвержденными документально либо иными доказательствами, отраженными в деле, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

По смыслу закона размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

Так, основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в его отношении оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В соответствии с положениями ст. 135 и 138 УПК РФ требования реабилитированного о возмещении имущественного и морального вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), о восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, судом, постановившим приговор, вынесшим постановление, определение о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, либо судом по месту жительства реабилитированного, либо судом по месту нахождения органа, вынесшего постановление о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, об отмене либо изменении незаконных или необоснованных решений.

В постановлении суд ссылается как на основание возникновения у ФИО1 права на реабилитацию на постановление старшего следователя Бологовского МСО СУ СК России по Тверской области ФИО6 от 07.04.2025, которым уголовное дело № в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 119 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ (с применением положений, предусмотренных ч. 2.2 ст. 27 УПК РФ). 22.04.2025 заместителем Бологовского межрайонного прокурора Тверской области ФИО7 в адрес ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 136 УПК РФ направлены официальные извинения в письменной форме в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности по уголовном делу №, а также разъяснением прав обратиться в соответствии с главой 18 УПК РФ с требованием о возмещении причиненного имущественного вреда.

Рассмотрев требования ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а именно расходов, связанных с услугами адвоката ФИО10 осуществляющего его защиту на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства на основании заключенных между ними соглашений в сумме 2630000 рублей, что подтверждено исследованными судом соглашениями, актами выполненных работ и платежными документами, удовлетворил их.

Доводы жалобы о том, что сумма денежных средств взыскана с Министерства финансов РФ без учета требований разумности и справедливости, являются необоснованными. Апеллянтом не приведены конкретные доводы относительно несогласия с представленными реабилитированным доказательствами, не представлен свой расчет.

Заявленная ФИО1 к взысканию денежная сумма - 2630000 рублей выплачена за реально оказанную юридическую помощь на предварительном следствии в рамках возбужденного 19.08.2021 уголовного дела № Бологовским МСО СУ СК РФ по Тверской области в отношении ФИО1, а также в суде первой инстанции - Бологовского городского суда Тверской области по делу №, размер которой определен условиями соглашений об оказании юридической помощи, с учетом дополнительного соглашения. Доказательств обратного представителем Министерства финансов Российской Федерации суду апелляционной инстанции не представлено. При этом учтено, что возбужденное в отношении ФИО1 уголовное дело на всем его протяжении не приостанавливалось.

Постановлением от 23 сентября 2021 года № 41-П Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 4 части первой статьи 135 УПК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку эта норма, предусматривая возмещение реабилитированному имущественного вреда с отнесением к его составу сумм, выплаченных за оказание реабилитированному юридической помощи, не предполагает отказа лицу, пострадавшему от незаконного или необоснованного уголовного преследования, в полном возмещении расходов на оплату полученной им юридической помощи адвоката, если не доказано, что часть его расходов, предъявленных к возмещению, обусловлена явно иными обстоятельствами, нежели получение такой помощи непосредственно в связи с защитой реабилитированного от уголовного преследования, и при этом добросовестность его требований о таком возмещении не опровергнута. При этом указано, что высокая стоимость помощи, полученной от адвоката, не может как таковая быть поводом к сокращению объема прав реабилитированного на возмещение причиненного ему вреда, конституционно гарантированное каждому потерпевшему от незаконного привлечения к уголовной ответственности. Незаконное или необоснованное уголовное преследование само по себе может мешать потерпевшему быть осмотрительным и умеренным в расходах на оплату юридической помощи, а потому значительные затраты на услуги адвоката при защите конституционных прав и ценностей от такого преследования нельзя считать беспочвенными. К тому же обвиняемый (подозреваемый) имеет основания притязать на юридическую помощь хорошего качества и получать ее в достаточном объеме сообразно интенсивности и длительности осуществляемой против него обвинительной деятельности. Не исключено и получение адвокатских услуг без видимой процессуальной активности стороны защиты, когда она готовится квалифицированно ответить на действия стороны обвинения, предполагая их в разных вариантах, поскольку уголовное преследование протекает с долгими перерывами при неясной позиции обвинения, оставляя обвиняемого (подозреваемого) в неизвестности под угрозой лишения либо ограничения принадлежащих ему прав и благ в перспективе применения уголовно-правового принуждения. При таких обстоятельствах отказ в признании расходов реабилитированного на оплату юридической помощи нельзя считать справедливым.

Также их снижение не может быть оправданным, когда длительная защита по уголовному делу обусловлена затяжным уголовным преследованием с неоднократным прекращением и возобновлением производства по делу, что вынуждает обвиняемого (подозреваемого) доказывать невиновность с избыточными затратами на отстаивание своих прав.

Нельзя считать правильным и снижение размера возмещения, присуждаемого реабилитированному, на том основании, что он вместо отдельных услуг помесячно или поквартально оплачивал серией платежей длительно получаемую юридическую помощь. Несправедливо также снижение суммы возмещаемых ему затрат до размеров, которые представляются достаточными представителям причинителя вреда, особенно после реабилитации лица, пострадавшего от неправомерного уголовного преследования. Расходы, на которые лицо решается в обстановке такого преследования, нельзя считать безосновательными даже при некотором их превышении над средними, например, величинами адвокатского вознаграждения по месту ведения уголовного дела. Эти величины условны и не настолько очевидны, чтобы обвиняемый (подозреваемый) мог по ним предсказать стоимость адвокатских услуг, которую суд впоследствии посчитает разумной и справедливой в решении о возмещении реабилитированному вреда. Приблизительность подобных оценок не должна приводить к ущемлению права на возмещение вреда, который причинен реабилитированному в виде расходов на юридическую помощь, и отказ в полном его возмещении означал бы умаление конституционных прав и судебной их защиты вопреки статьям 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52, 53, 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не ставят под сомнение законность и обоснованность принятого судом решения, поскольку они основаны на субъективном толковании положений ст. 133 УПК РФ.

Доводы представителя Минфина России о том, что сумма ущерба является чрезмерно завышенной и не соответствующей принципу законности, справедливости и разумности, суд считает несостоятельными, поскольку эти утверждения опровергаются представленными в суд копиями соглашений, актами выполненных по ним работ, подписанных странами и чеками банковских операций, свидетельствующими о внесении ФИО1 денежных средств за оказание ему юридической помощи адвокатом ФИО11 именно в рамках возбужденного в его отношении уголовного дела, по которому он в дальнейшем был освобожден от уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

Кроме того, вопреки доводам жалобы, принимая решение, судом учитывались обстоятельства привлечения к уголовной ответственности, категория преступления, в совершении которого он обвинялся, длительность уголовного преследования и период участия защитника по соглашению в уголовном судопроизводстве, другие обстоятельства и последствия. Данные обстоятельства сторонами по делу не опровергнуты, сомнений в их достоверности не имеется, не были предоставлены какие-либо доказательства, опровергающие факт как оказания самой юридической помощи на всех стадиях уголовного дела, исследованного судом и в установленном судом объеме, так и оплаты услуг юридической помощи.

С учетом положений ч. 1 ст. 135 УПК РФ суд включил в объем возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу в результате его незаконного уголовного преследования, сумму, фактически выплаченную им за оказание юридической помощи. При этом возмещены фактические расходы реабилитированного лица, которые непосредственно находятся в причинно-следственной связи с оказанием ему юридической помощи. Судом не установлено, что какая-то часть расходов обусловлена явно иными обстоятельствами, нежели получение юридической помощи непосредственно в связи с защитой реабилитированного от уголовного преследования.

Совокупность исследованных судом доказательств, относительно предъявленных заявителем требований, дает суду основания сделать вывод, что понесенные заявителем расходы являются реальными, а соответственно, выплата в возмещение вреда в размере 2630 000 рублей суд считает обоснованной, объективно необходимой и достаточной в данных конкретных условиях для оплаты собственно юридической помощи, а также соответствующей принципам законности и справедливости, то есть предполагает соответствие между действиями и их социальными последствиями, между трудом и его оплатой, нанесением вреда и его возмещением. Оценка необходимости и достаточности возмещения расходов на оплату юридической помощи, полученной реабилитированным, определена с учетом конституционных гарантий защиты прав и свобод человека и гражданина от вреда, причиняемого государством, а также обстоятельств уголовного дела.

Доводы апелляционной жалобы относительно разумности взысканного ущерба направлены на иную оценку собранных по делу доказательств, иное толкование норм права, с которой не может согласиться суд апелляционной инстанции, а поэтому они не могут явиться основаниями к отмене постановленного решения суда первой инстанции по настоящему делу. В связи с чем, суд апелляционной инстанции не может признать доводы представителя Минфина РФ убедительными.

Процесс реабилитации является одной из стадий уголовного судопроизводства, связанной с устранением последствий незаконного уголовного преследования, а п.п. 4 ч.1 ст.135 УПК РФ прямо предусмотрено возмещение реабилитированному сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи. ФИО1 имел право воспользоваться юридической помощью адвоката в ходе расследования дела и его рассмотрения в суде, а поэтому судебные издержки взысканы в его пользу правомерно, с учетом фактически понесенных им расходов, согласно представленных квитанций об оплате, в размере, соответствующем оказанной помощи.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок принятия судебного решения по заявлению ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а также ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого судебного решения, в ходе рассмотрения его судом не допущено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции соответствующим требованиям закона, положениям ст. 7 УПК РФ, поскольку в постановлении суда в полном объеме приведены основания принятого решения, подтвержденные представленными материалами дела, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит возможным согласиться с изложенными в апелляционной жалобе представителя Министерства финансов РФ доводами об отмене судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

постановление Бологовского городского суда Тверской области от 03.02.2026 об удовлетворении заявления ФИО1 о возмещении реабилитированному имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке во Второй кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Судья С.А. Каширина