Апелляционное определение № 33-1480/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья: Пестова А.А. Дело № 33-1480/2026 (№ 2-2135/2025)

Докладчик: Казачков В.В. УИД 42RS0013-01-2025-002753-42


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

17 февраля 2026 г. г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Казачкова В.В.,

судей: Котляр Е.Ю., Вязниковой Л.В.,

с участием прокурора Лиман Е.И.,

при секретаре Свининой М.А.,

заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Казачкова В.В. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ПАО «Южный Кузбасс» на решение Междуреченского городского суда Кемеровской области 27 ноября 2025 г.,

по делу по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к ПАО «Южный Кузбасс» о взыскании единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика у истца развилось профессиональное заболевание: «1», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке серии № истцу впервые ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%.

В соответствии с Заключением врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ПАО «Южный Кузбасс» в развитии у истца профессионального заболевания составляет 83,8 %:

- ОАО «Разрез Сибиргинский» - 20,4%;

- ОАО «Томусинская автобаза» - 02,7%;

- ПАО «Южный Кузбасс»-«Томусинское автотранспортное управление»- 60,7%.

В связи с возникшей впервые утратой профессиональной трудоспособности, он обратился к ответчику за единовременной выплатой в счет компенсации морального вреда с приложением необходимых документов.

Согласно отчету об отслеживании отправления, его заявление было получено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с отсутствием ответа он направил повторное заявление, которое получено ПАО «Южный Кузбасс» ДД.ММ.ГГГГ, с просьбой сообщить о результате рассмотрения его заявления и предоставлении расчета единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда.

Ответчик расчет предоставил, однако, отказал в единовременной выплате, сославшись на ее приостановление.

Полагает, что ответчик должен выплатить ему единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в размере 283352,03 руб.

Кроме того, с ответчика подлежат взысканию проценты за задержку выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии со ст. 236 ТК РФ.

В связи с длительным неисполнением ответчиком своих обязательств по Соглашению он претерпевает нравственные страдания: чувствует себя обманутым, считает, что выплата по Соглашению носит социальный компенсационный характер за вред его здоровью вследствие длительной работы у ответчика. Из-за уклонения от своих обязательств по Соглашению он вынужден был тратить время на поиски юриста, искать средства на оплату его услуг.

Также истцом были понесены расходы на оплату услуг представителя за составление искового заявления, представление интересов в суде в размере 20000 рублей.

Истец просил суд взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в свою пользу единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в размере 283352,03 рублей; компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей; проценты за задержку выплаты в счет компенсации морального вреда в соответствии со ст. 236 ТК РФ в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму выплаты в счет компенсации морального вреда на дату вынесения решения суда по делу, а далее начислять проценты в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму выплаты, судебные расходы в размере 20000 рублей.

Решением Междуреченского городского суда Кемеровской области от 27 ноября 2025 г. постановлено:

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 единовременную выплату в счет компенсации морального вреда в размере 283352,03 рубля; компенсацию морального вреда в связи с несвоевременной выплатой единовременной выплаты в счет компенсации морального вреда в размере 3000 рублей; проценты, предусмотренные ст. 236 ТК РФ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 26861,77 рубль, а с ДД.ММ.ГГГГ начислять проценты в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации на фактически не выплаченную в срок сумму 283352,03 рубля по день фактической выплаты денежных средств; судебные расходы в размере 9000 рублей.

Взыскать с ПАО «Южный Кузбасс» государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 13255 рублей.

В апелляционной жалобе представитель ПАО «Южный Кузбасс» просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме.

Ссылается на то, согласно п. 1.1 Соглашения к коллективному договору ПАО «Южный Кузбасс» на 2023-2025 годы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ приостановлено действие пунктов коллективного договора, регулирующие выплату, в том числе компенсации морального вреда. Также дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности РФ на 2025-2027 в ПАО «Южный Кузбасс» приостановлено действие п. 5.4. ФОС на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Считает, что право на получение единовременного вознаграждения у истца не утрачено, так как ПАО «Южный Кузбасс» не отказывало истцу в выплате, которая будет произведена после ДД.ММ.ГГГГ.

Поскольку истец обратился за компенсацией морального вреда ДД.ММ.ГГГГ, то есть после приостановления действия Коллективного договора, то право истца на компенсацию морального вреда не нарушены, в связи с чем у него отсутствовали правовые основания для обращения в суд.

Также ссылается на то, что данный спор является имущественным и возможность компенсации морального вреда, связанного с нарушением прав физического лица на выплату единовременной компенсации в счет возмещения компенсации морального вреда законом не предусмотрена. Предоставление компенсации морального вреда отнесено к мерам социальной поддержки, т.е. носит социальный характер и не связана с трудовыми отношениями.

Поскольку в исковом заявлении не указаны, какие именно нравственные и физические были причинены истцу действиями ответчика, доказательств тому не представлено, в связи с чем определенный судом первой инстанции размер морального вреда в размере 20000 рублей является завышенным, не соответствует требованиям разумности и справедливости.

Поскольку ПАО «Южный Кузбасс» не отказывало истцу в выплате единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, истец не понес моральных страданий, так как ответчиком выполнены все необходимые действия во исполнение Федерального отраслевого соглашения.

Полагает, что проценты, предусмотренные ст. 236 ТК РФ после вступления судебного акта в законную силу и до даты его фактического исполнения начислению не подлежат, поскольку материальная ответственность работодателя за несвоевременное исполнение решения суда данной нормой закона не предусмотрена.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводам о наличии оснований для начисления вышеуказанных процентов, однако не принял во внимание, что начисление данных процентов возможно только в период с 05.09.2025 по 30.09.2025, т.к. с 01.10.2025 действие п.5.4 ФОС, являющегося основанием для единовременной выплаты, приостановлено.

Также выражает несогласие с определенным судом первой инстанции расходов по оплате услуг представителя, подлежащего возмещению истцу, поскольку указанное дело не является сложным, трудоемким, требования основаны на ФОС по угольной промышленности, Коллективном договоре Компании, в обоснование своей позиции при составлении искового заявления, представителю истца не пришлось изучать большой объем документов, исковое заявление не содержит сложных расчетов.

Относительно апелляционной жалобы возражения не приносились.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора, возражавшую против доводов жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы, как постановленного в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права и фактическими обстоятельствами дела.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей на момент выявления у истца профессиональных заболеваний).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент выявления у истца профессиональных заболеваний).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от 20 июня 1996 г. № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2025 -2027 годы.

Настоящее Федеральное отраслевое соглашение (далее по тексту - Соглашение) является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению (далее по тексту - организации), независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации (пункт 1.1 Соглашения).

В соответствии с пунктом 1.4 данного Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности действие Соглашения распространяется на: работодателей, заключивших Соглашение; работодателей, присоединившихся к Соглашению после его заключения; всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями.

Пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности определено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

По смыслу изложенных положений нормативных правовых актов Российской Федерации и Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации, подлежащих применению к спорным отношениям сторон, в отраслевых соглашениях и коллективных договорах могут устанавливаться условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам конкретной отрасли, в данном случае угольной промышленности, подлежащие применению работодателями при возникновении обстоятельств, оговоренных в отраслевом соглашении и коллективном договоре, в том числе условия выплаты компенсации морального вреда при наступлении неблагоприятных для работника обстоятельств.

Согласно положениям Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2023-2025 гг., утвержденного ДД.ММ.ГГГГ, порядок и размер выплат устанавливается в соответствии с Положением о порядке единовременной выплаты и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс».

Выплаты, связанные с утратой работником Общества профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания закреплены в Разделе 3 Положения о порядке единовременной выплаты и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс», который дублирует положения 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, а порядок такой выплаты определен в Разделе 5 данного Положения, согласно которого выплаты производятся на основании приказа руководителя Общества/филиала в течение 30 календарных дней с даты подписания соглашения.

Отсутствие необходимых документов для выплаты, предусмотренных Разделом 7, освобождает работодателя от ответственности за нарушение сроков выплаты.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 длительное время работал в условиях воздействия вредных факторов на предприятиях угольной промышленности, в том числе и предприятии ответчика.

В период работы у истца развилось профессиональное заболевание – 1», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением БМСЭ № истцу впервые в 2023 году установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>% на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссией № от ДД.ММ.ГГГГ степень вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания составила 83,8%:

- ОАО «Разрез «Сибиргинский» - 2-,4 %;

- ОАО «Томусинская автобаза» - 2,7%;

- ПАО «Южный Кузбасс» «Томусинское автотранспортное управление» - 60,7%.

Приказом ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в сумме 34250,32 рубля.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился к ПАО «Южный Кузбасс» с заявлением о выплате компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием.

Заявление получено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с отсутствием ответа истец ДД.ММ.ГГГГ повторно обратился к ответчику с заявлением с просьбой сообщить результаты рассмотрения его предыдущего обращения.

Заявление получено ответчиком ДД.ММ.ГГГГ.

В ответ на заявление истца ПАО «Южный Кузбасс» предоставило расчет единовременной компенсации, который составил 283352,03 рубля, а также сообщило о том, что с учетом финансового и экономического положения общества соглашением к Коллективному договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2023 – 2025 подписанным ДД.ММ.ГГГГ предусмотрено то, что на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ приостановлено действие пунктов Коллективного договора, регулирующее выплату единовременной компенсации морального вреда, при утрате работником общества профессиональной трудоспособности следствие производственной травмы или профессионального заболевания (пункт 10.2.2 Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс»).

Суд первой инстанции, разрешая заявленные требования о взыскании с ответчика единовременной компенсации морального вреда в соответствии с пунктом 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, исходя из установленных по делу обстоятельств, руководствуясь приведенными выше положениями закона, пришел к выводу о том, что в данном случае на работодателе лежит обязанность по выплате денежной компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей, в связи с чем определил ко взысканию с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 283352,03 рубля.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции, придя к выводу о длительном нарушении трудовых прав истца в связи с отказом ответчика в своевременной выплате истцу единовременной компенсации морального вреда, взыскал с ПАО «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей.

Кроме того, судом первой инстанции были удовлетворены требования истца о взыскании компенсации в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактической выплаты денежных средств.

Вопрос о распределении судебных расходов судом разрешен в соответствии с требованиями главы 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также представленными в дело платежными документами.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, так как они мотивированы, основаны на правильном применении норм материального права, соответствуют установленным обстоятельствам дела, подтверждаются представленными доказательствами, которым в их совокупности дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика об отсутствии у истца оснований для обращения в суд с требованиями о взыскании единовременной компенсации морального вреда и процентов за задержку выплаты в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, так как действие пунктов коллективного договора, регулирующие выплату компенсации приостановлено, поэтому право истца на такую выплату не нарушено, являлись предметом проверки суда первой инстанции и обоснованно были им отклонены.

Действительно, 01.04.2025 утверждено Соглашение к Коллективному договору в ПАО «Южный Кузбасс» на 2023-2025 гг., которым на период с 01.04.2025 по 31.12.2025 приостановлено действие пунктов Коллективного договора, регулирующих, в частности, выплату единовременной компенсации при утрате работником профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

Между тем, предусмотренное Коллективным договором ПАО «Южный Кузбасс» право пострадавшего на единовременную компенсацию морального вреда является производным и изначально такое право предусмотрено вышестоящими правовыми актами.

Так, право пострадавшего на указанную единовременную компенсацию предусмотрено Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, действие которого на момент обращения истца с заявлением к ответчику приостановлено не было, в то время как пунктом 5.4. Федерального отраслевого соглашения предусмотрена возможность лишь оговорить в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза лишь порядок выплаты (т.е. срок, порядок подачи заявления, перечень необходимых документов, форму выплаты, порядок расчета среднего заработка и т.п..), следовательно, приостановление действия Коллективного договора не может являться основанием для отказа в выплате единовременной компенсации.

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ к Федеральному отраслевому соглашению по угольной промышленности РФ на 2025-2027 в ПАО «Южный Кузбасс» приостановлено действие п. 5.4. Соглашения на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, указанное обстоятельство также не является основанием для отказа в удовлетворении требований истца в указанной части.

Согласно ст. 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 ТК РФ).

В силу ст. 9 ТК РФ, в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров, которые не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии с ч. 2 ст. 5 ТК РФ, в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работниками случаев их предоставления.

Согласно ст. 45 ТК РФ, соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое)соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Согласно ст. 46 ТК РФ в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В соответствии с частями 1, 2 ст. 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение вступает в силу со дня его подписания сторонами либо со дня, установленного соглашением. Срок действия соглашения определяется сторонами, но не может превышать трех лет. Стороны имеют право один раз продлить действие соглашения на срок не более трех лет.

Соглашение действует в отношении: всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением; работодателей, не являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить соглашение либо присоединились к соглашению после его заключения; органов государственной власти и органов местного самоуправления в пределах взятых ими на себя обязательств (ч. 3 ст. 48 Трудового кодекса Российской Федерации).

Ст. 49 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что изменение и дополнение соглашения производится в порядке, установленном данным кодексом для заключения соглашения, либо в порядке, установленном соглашением.

Согласно ч. 7 ст. 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашением может быть предусмотрено, что в случае невозможности реализации по причинам экономического, технологического, организационного характера отдельных положений соглашения работодатель и выборный орган первичной профсоюзной организации или иной представитель (представительный орган), избранный работниками в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обратиться в письменной форме к сторонам соглашения с мотивированным предложением о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя. Стороны рассматривают это предложение и могут принять соответствующее решение о временном приостановлении действия отдельных положений соглашения в отношении данного работодателя.

На основании ч. 8 ст. 220 и ст. 237 ТК РФ работодатель обязан компенсировать моральный вред, причиненный повреждением здоровья работника, в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами.

В соответствии с положением ст. ст. 227-231 ТК РФ связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Частью 1 ст. 21 Федерального закона от 20 июня 1996 №81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» определено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

Положения отраслевого Соглашения обязательны при заключении коллективных договоров (соглашений), а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров. Условия трудовых договоров, заключаемых с Работниками Организаций, не должны противоречить положениям настоящего Соглашения (п. 1.5. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на 2025 -2027 годы).

В силу ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию;

несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть;

профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть;

Таким образом, из содержания положений п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на 2025-2027 годы, п. 10.2.2. Коллективного договора ПАО «Южный Кузбасс» на 2023-2025 гг., п. 3.1 Положения о порядке единовременной выплаты и компенсации морального вреда в ПАО «Южный Кузбасс» следует, что необходимым и достаточным основанием для возникновения субъективного права работника на единовременную выплату в счет компенсации морального вреда, предусмотренную Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ и коллективным договором является факт установления работнику степени утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

Поскольку вследствие профессионального заболевания учреждением МСЭ ФИО1 было установлено <данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности, у него возникло безусловное право на получение единовременной выплаты.

Свое право истец реализует путем обращения к работодателю с заявлением на выплату с предоставлением подтверждающих документов. После подачи пострадавшим заявления и документов, у работодателя возникает обязанность произвести соответствующую выплату.

Поскольку право истца на получение компенсации в счет возмещения морального вреда и обязательство работодателя по ее выплате наступили и соответствующее заявление истцом было подано до приостановления действия Федерального отраслевого соглашения, в силу общепризнанных правовых принципов, предполагающих обязанность сторон правоотношений надлежаще исполнять свои обязательства и недопустимость одностороннего отказа от их исполнения, ссылку ответчика на заключение дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ, нельзя признать основанием для отказа в соответствующей выплате.

Доводы жалобы о необоснованном взыскании судом первой инстанции процентов за задержку выплаты, судебная коллегия также находит несостоятельными.

Так, Постановлением от 11 апреля 2023 г. N 16-П Конституционный Суд Российской Федерации дал оценку конституционности части 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с указанным законоположением при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно; при неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Оспоренное законоположение признано не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой по смыслу, придаваемому ему судебным толкованием, в том числе в деле заявителя, не обеспечивает взыскания с работодателя процентов (денежной компенсации) в случае, когда полагающиеся работнику выплаты - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта и трудового договора - не были начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение, с исчислением размера таких процентов (денежной компенсации) из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении.

Впредь до внесения надлежащих законодательных изменений предусмотренные оспоренным законоположением проценты (денежная компенсация) подлежат взысканию с работодателя и в том случае, когда причитающиеся работнику выплаты не были ему начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение. При этом размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении, по день фактического расчета включительно.

Как следует из приведенного Постановления Конституционного суда Российской Федерации, учитывая, что право работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы может быть нарушено не только вследствие просрочки выплаты работодателем причитающихся работнику сумм заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат и (или) выплаты их не в полном размере, но и посредством того, что работодатель - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора - вовсе не начисляет и, соответственно, не выплачивает те или иные полагающиеся работнику выплаты, подлежат взысканию с работодателя проценты (денежная компенсация) в соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда полагающиеся работнику выплаты - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашения, локального нормативного акта и трудового договора - не были начислены своевременно, а решением суда было признано право работника на их получение, с исчислением размера таких процентов (денежной компенсации) из фактически не выплаченных денежных сумм со дня, следующего за днем, когда в соответствии с действующим правовым регулированием эти выплаты должны были быть выплачены при своевременном их начислении.

Во исполнение названного Постановления был принят Федеральный закон от 30 января 2024 г. N 3-ФЗ (вступил в силу также с 30 января 2024 г.), которым часть 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации была изложена в новой редакции.

Так, согласно ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от начисленных, но не выплаченных в срок сумм и (или) не начисленных своевременно сумм в случае, если вступившим в законную силу решением суда было признано право работника на получение неначисленных сумм, за каждый день задержки начиная со дня, следующего за днем, в который эти суммы должны были быть выплачены при своевременном их начислении в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм (часть первая изложена в редакции Федерального закона от 30 января 2024 г. N 3-ФЗ).

Тем самым как временное правовое регулирование, установленное Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2023 г. N 16-П и действовавшее до вступления в силу Федерального закона от 30 января 2024 г. N 3-ФЗ, так и действующее законодательное регулирование предполагают, что предусмотренные частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации проценты (денежная компенсация) начисляются в том числе на все полагающиеся работнику выплаты, которые - в нарушение трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, коллективного договора, соглашений, локальных нормативных актов и трудового договора - не были ему своевременно начислены работодателем.

Установив факт задержки спорной выплаты, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за задержку выплаты единовременного вознаграждения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 26861,77 рублей, а с ДД.ММ.ГГГГ – по день фактической выплаты денежных средств.

Ссылка апеллянта на то обстоятельство, что что начисление данных процентов возможно только в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, т.к. с ДД.ММ.ГГГГ действие п.5.4 Соглашения, являющегося основанием для единовременной выплаты, приостановлено, о незаконности решения суда также не свидетельствует.

Как было указано выше, право истца на получение компенсации в счет возмещения морального вреда и корреспондирующая ему обязанность работодателя по ее выплате возникла до приостановления действия п. 5.4 Федерального отраслевого соглашения.

Судебная коллегия отмечает, что Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности РФ на 2025-2027 годы, являясь правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции, не регулирует вопросы, связанные с материальной ответственностью сторон по трудовому договору.

Основания для привлечения работодателя к материальной ответственности перед работником и формы возмещения причиненного вреда императивно установлены положениями Главы 38 Трудового Кодекса РФ.

Одной из таких форм возмещения вреда является обязанность работодателя в случае задержки выплат, причитающихся работнику, выплатить их с уплатой процентов в установленном законом размере.

При этом, ст. 236 ТК Р не содержит положений о возможности не начисления указанных процентов в случае приостановления действия Соглашения, либо по каким-либо иным основаниям. Напротив, в силу прямого указания закона, работодатель несет материальную ответственность перед работником за задержку выплаты в виде уплаты процентов (денежной компенсации) в соответствующем размере независимо от наличия вины работодателя, т.е. независимо от причин, не позволивших работодателю произвести положенные работнику выплаты своевременно.

При таких обстоятельствах, поскольку судом первой инстанции установлено, что ПАО «Южный Кузбасс» нарушило сроки выплаты соответствующей компенсации, начисление процентов за весь период задержки выплаты следует признать обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии правовых оснований для взыскания в пользу компенсации морального вреда в порядке, установленном ст. 237 ТК РФ, основаны на неправильном толковании норм материального права.

Так, согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Данная правовая норма направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику судебную защиту его права на компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.

В силу абзаца 4 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как отмечено в абзаце 2 пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случае нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац 14 части 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав

Таким образом, нарушение сроков выплаты единовременной выплаты на основании положений Федерального отраслевого соглашении по угольной промышленности, вопреки доводам ответчика, является основанием дня взыскания компенсации морального вреда на основании статьи 237 ТК РФ, поскольку судом установлен факт нарушения трудовых прав истца.

Доводы апелляционной жалобы ПАО «Южный Кузбасс» относительно размера расходов на представителя также не могут быть приняты во внимание, так как определенный судом первой инстанции размер судебных расходов, соответствует критерию разумности, определен с учетом сложности дела, объемом оказанных представителем услуг, включая и время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, расходы на оплату услуг представителей, связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу указанной нормы суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя критерий разумности понесенных расходов. При этом неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

В соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (п. 11).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13).

Представитель ответчика в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств чрезмерности данных расходов не представил, апелляционная жалоба не содержит мотивов, по каким основаниям расходы истца являются чрезмерными.

Указание на то, что гражданское дело является несложным, не требует сбора дополнительной доказательной базы, а также то, что исковое заявление не содержит сложных расчетов не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку сумма судебных расходов в любом случае подлежит определению исходя из обстоятельств каждого конкретного дела, а также объема оказанной юридической помощи.

Возмещение расходов по оплате услуг представителя в определенной судом сумме соотносится с фактическим объемом оказанных услуг, в полной мере отвечает требованиям разумности, поэтому оснований для изменения размера взыскания данных расходов по доводам жалобы ответчика у суда апелляционной инстанции не имеется.

Проанализировав установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, пояснения участвующих в деле лиц, исследованные письменные доказательства и дав всему этому оценку в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, и пришел к обоснованному выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Мотивы, по которым суд первой инстанции пришел к такому выводу, приведены в обжалуемом решении и их правильность не вызывает у судебной коллегии сомнений.

Утверждение заявителя жалобы о неправильном применении судом первой инстанции материального закона несостоятельно.

Оценка, суждения и выводы суда первой инстанции относительно имеющихся доказательств и установленных по делу обстоятельств соответствуют требованиям действующего законодательства при его правильном применении.

Иные же, чем у суда первой инстанции, оценка доказательств, обстоятельств и толкования закона заявителем жалобы не свидетельствуют о том, что судом первой инстанции вынесено неправомерное решение.

При таких обстоятельствах, решение суда с учетом доводов жалобы является законным и обоснованным, оснований для его отмены судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ч.1 ст. 327.1, ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Междуреченского городского суда Кемеровской области от 27 ноября 2025 г. в обжалованной части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий: В.В. Казачков

Судьи: Е.Ю. Котляр

Л.В. Вязникова

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 03.03.2026.