Решение № 2-214/2018 2-214/2018(2-3505/2017;)~М-3313/2017 2-3505/2017 М-3313/2017 от 13 июня 2018 г. по делу № 2-214/2018

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2018г. Ленинский районный суд г. Иркутска в составе судьи Якушенко И.С., при секретаре Борголовой А.В., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующего на основании доверенности от ****год, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, действующего на основании доверенности от ****год, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-214/18 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли –продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, признании права собственности

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, признании права собственности, мотивируя свои требования тем, что ****год между нею и ФИО9 был заключен брак, до официальной регистрации брака они состояли в фактически брачных отношениях с ****год. В собственности ФИО9 была квартира по адресу: <адрес>, в которой они совместно проживали до ****год. Указанная квартира приобреталась совместно с матерью супруга ФИО8, после смерти которой, ее доля по наследству перешла к ФИО9 ****год ФИО9 умер от хронических болезней, после его смерти она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. ****год ей стало известно, что наследство ФИО9 состоит только из ? доли вышеуказанной квартиры. Впоследствии выяснилось, что по договору купли-продажи квартиры от ****год ФИО9 продал ФИО3 ? доли спорной квартиры, при этом покупатель до весны ****год в квартире не появлялся, и о его существовании истец не знала. При жизни ФИО9 ничего ей не говорил о продаже доли квартиры, ни о деньгах. Он постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения, страдал хроническими заболеваниями, вызванными длительным употреблением спиртного, в связи с чем, не отдавал отчета своим действиям, не помнил произошедшие события. Именно по данной причине с ****год она проживала отдельно от него, но продолжала поддерживать с ним контакт. Согласно медицинской документации, причиной смерти ФИО9 является <...>. Учитывая указанный диагноз, который мог отразиться на умственных способностях ее умершего супруга, просит суд признать недействительным договор купли-продажи жилого помещения от ****год, заключенный между ФИО9 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки; включить ? доли жилого помещения по адресу: г. Иркутск, <адрес> состав наследства к имуществу умершего ФИО9; признать за ней право собственности на ? доли спорного жилого помещения в порядке наследования.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, указанным в исковом заявлении, пояснив суду, что ей стало известно о наличии договора купли-продажи доли квартиры только после того, как она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. На момент совершения оспариваемой сделки ее супруг ФИО9 не мог отдавать отчета своим действиям. С ****год они совместно с ФИО9 не проживали, брак с ним она зарегистрировала из-за опасения, что у него отберут имущество. При этом на момент регистрации брака ФИО9 мог понимать значение своих действий. О существовании оспариваемой сделки ФИО9 не знал, он не помнил, что продал долю в квартире, денег от продажи он не получал.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме, пояснив суду, что на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи умерший ФИО9 не мог отдавать отчет своим действиям, поскольку постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения. При жизни им была выдана нотариальная доверенность на имя Холецкого с множеством совершаемых от его имени полномочий, которую впоследствии он отозвал, поскольку не помнил, чтобы выдавал такую доверенность. Со слов истца ФИО9 не помнил, чтобы он кому-то продал долю в квартире, никаких денег он не получал. После смерти ФИО9 истец узнала о том, что ? доли квартиры была продана. Просил суд принять во внимание заключение экспертизы, которой подтверждается, что ФИО9 не мог отдавать отчет своим действиям при заключении оспариваемого договора, а также свидетельские показания.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив суду, что после совершения сделки он почти сразу заехал в спорную квартиру, стал заниматься ремонтом. За время проживания в квартире он не видел ни самого ФИО9, ни его супругу. В момент заключения сделки ФИО9 произвел на него впечатление адекватного человека, он лично приезжал в МФЦ, самостоятельно передвигался, собственноручно расписывался в документах.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив суду, что изначально ФИО3 планировал приобрести квартиру целиком, но выяснилось, что ФИО9 принадлежала только ? доли квартиры, остальная ? доли должна была достаться ему по наследству после смерти матери. Именно поэтому ФИО3 заключил договор купли-продажи только на ? доли квартиры, впоследствии они с ФИО9 должны были заключить договор купли-продажи еще на ? доли квартиры. В момент совершения сделки ФИО9 в браке не состоял, на регистрации присутствовал лично. Кроме того, после заключения оспариваемого договора купли-продажи ФИО9 зарегистрировал брак, и производил впечатление адекватного человека.

Заслушав стороны, показания свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Пунктом 2 ст. 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Судом установлено, что ФИО9 на основании договора купли-продажи квартиры от ****год являлся собственником ? доли квартиры по адресу: г. Иркутск, <адрес>, что подтверждается договором купли-продажи квартиры от ****год, сообщением МУП «БТИ г. Иркутска» от ****год.

****год между ФИО9/продавец/ и ФИО3 /покупатель/ был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продает, а покупатель покупает ? долю квартиры по адресу: г. Иркутск, <адрес>. Денежные средства по договору в размере <...> руб. были переданы продавцу до подписания договора.

****год ? доли квартиры по адресу: г. Иркутск, <адрес> была передана ФИО9 ФИО3 по акту передачи недвижимости.

****год осуществлена государственная регистрация договора купли-продажи и перехода права собственности к ФИО3

Согласно свидетельству о заключении брака №, брак между ФИО9 и ФИО1 заключен ****год, после заключения брака жене присвоена фамилия ФИО1.

Из представленного суда свидетельства о смерти № следует, что ФИО9, ****год г.р., умер ****год.

По данным нотариата наследником к имуществу ФИО8, умершей ****год является ее сын ФИО9, и ****год на имя ФИО9 выдано свидетельство о праве на наследство по закону. Наследство состоит, в том числе из ? доли в праве общей долевой собственности квартиры по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

****год на имя ФИО1 выдано свидетельство о праве на наследство по закону, в соответствии с которым наследницей имущества ФИО9, умершего ****год является ФИО1, наследство состоит из ? доли в праве общей собственности на квартиру по адресу: г. Иркутск, <адрес>.

В настоящее время собственниками спорного жилого помещения по ? доли в праве общей долевой собственности каждый являются ФИО3 и ФИО1, что подтверждается сведениями Управления Росреестра по Иркутской области.

В обоснование предъявленных требований истец ФИО1 ссылается, что на момент подписания оспариваемого договора купли-продажи квартиры ФИО9 постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения и не мог контролировать свои действия и отвечать за них.

Как установлено правилами ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Следовательно, п. 1 ст. 177 ГК РФ, предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной гражданином, чья дееспособность не была поставлена под сомнение. Необходимым условием оспаривания сделки является доказанность того, что в момент совершения сделки, а именно ****год ФИО9 находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Доказательствами наличия такого состояния являются: медицинские документы, показания свидетелей, заключение судебно-психиатрической экспертизы.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В ходе судебного разбирательства по делу судом по ходатайству истца были допрошены свидетели по обстоятельствам дела

Свидетель ФИО10 пояснила суду, что с ФИО9 ее познакомила ФИО1, с которой она общается длительное время, раньше они вместе работали на базе. В период совместного проживания ФИО1 и ФИО9 она раз в год приезжала к ним в гости по праздникам. После выхода на пенсию в ****год она стала чаще приезжать к ФИО1 В первый раз, когда она увидела Сергея примерно в ****год, то по внешнему виду было сразу видно, что он пьющий. ФИО1 надеялась, что он перестанет пить, однако ситуация усугублялась с каждым годом. Несмотря на то, что она ему неоднократно в разговоре предлагала лечиться от алкогольной зависимости, его друзья были ему дороже, к советам он не прислушивался, и в конце разговора обязательно предлагал купить ему бутылку водки. В последний раз она разговаривала с ним летом ****год, на тот момент он уже не был похож на человека, стал «ходить под себя», в квартире был жуткий смрад. Со слов ФИО1 ей известно, что совместно с Сергеем было жить уже невозможно из-за его пристрастия к алкоголю. Когда они зарегистрировали брак ей неизвестно, но известно, что брак был заключен по инициативе Сергея. При жизни ФИО9 практически постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения, был невменяемым, обслуживать себя самостоятельно в быту уже не мог, даже ногами не передвигал. Физическую помощь ему оказывали его собутыльники, бегали в магазин за выпивкой. У него не только физическое состояние было плохим, при разговоре он просто кивал головой в ответ, и просил купить ему бутылку. Ей неизвестно, узнавал ли он ее, или нет, но у него был пустой взгляд, и с головой у него точно было не все в порядке. Видела она ФИО9 за весь период их знакомства примерно раз пять, возможно больше.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что ФИО1 – ее подруга, знает ее с ****год. С ФИО9 она была знакома с ****год, их познакомила ФИО1, она пригласила ее на праздник ****год, и они поехали на квартиру, расположенную по <адрес>, где проживал ФИО9 После знакомства с ФИО9 она его часто видела, поскольку они постоянно приглашали ее к себе на праздники, которые проходили по адресу проживания ФИО9, на тот момент ФИО1 и ФИО9 проживали совместно. Первое время ФИО9 нормально общался, шутил, а потом он стал частенько выпивать, было это примерно в ****год. Пил почти каждый день, ФИО1 уже на тот момент перестала с ним проживать. ФИО1 проживала совместно с Сергеем с ****год по ****год, у него была однокомнатная меблированная квартира. В последнее время ФИО9 чувствовал себя очень плохо, был неадекватным, мог спутать ее с ФИО1, обращаясь к ней, называл «Леной». Ходить самостоятельно Сергей уже не мог, ему нужно было обязательно сопровождение. Первое время она к нему ходила примерно через день, приносила ему еду, убиралась в квартире, стирала его одежду. Впоследствии в квартире был бардак, поскольку к Сергею постоянно приходили в гости «бичи», всю свою пенсию он пропивал. Она видела его осенью ****год и в декабре ****год, так как они вместе с ФИО1 часто ездили его проведывать. Уже на тот момент с ним невозможно было разговаривать, он стал неадекватным, спился. Иногда она приходила к Сергею по просьбе ФИО1, иногда по собственной инициативе. Последний раз она видела Сергея живым в конце июня ****год, они с ФИО1 приехали к нему, привезли еду, также хотели прибраться. С ним уже невозможно было разговаривать, в квартире завелись тараканы, кроме того он стал «ходить под себя». Ей известно, что ФИО1 и ФИО9 зарегистрировали брак, он ей неоднократно предлагал выйти за него замуж, но Лена отказывалась, а когда начались постоянные приходы непонятных гостей, которые стали интересоваться квартирой, тогда она согласилась зарегистрировать брак, чему Сергей обрадовался. Ей неизвестно, хотел ли ФИО9 продать квартиру, но люди приходили, интересовались, об этом ФИО1 сообщили соседи.

Согласно сообщениям ОГБУЗ ИОПНД от ****год ФИО9 на диспансерном наблюдении у врача-психиатра не находится, за консультацией не обращался. По данным реестра электронного учета больных наркологического профиля не значится.

Из выписки из протокола вскрытия № от ****год умершего ФИО9, выданной ОГАУЗ «ИГКБ № 1» следует, что причиной смерти больного ФИО9, <...> лет, страдавшего <...>, <...>, <...>, следует считать <...><...>.

Определением суда от ****год назначено проведение посмертной судебно-психиатрической экспертизы, проведение которой поручено государственному экспертному учреждению ИОПНД.

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ****год, у ФИО9 при жизни к моменту подписания договора купли-продажи квартиры от ****год выявлялось <...>. <...>. Об этом свидетельствуют: перенесенная подэкспертным в ****год <...> с наблюдением в последующем у узких специалистов по поводу последствий перенесенной травмы: <...>, что послужило причиной установления ему 2 группы инвалидности. На осмотре невролога уже в декабре <...>, подэкспертный предъявлял жалобы на «значительное снижение памяти», врачом был установлен диагноз «<...>», что свидетельствует о нарастании когнитивных, эмоциональных, волевых и личностных расстройств, что определяло значительное нарушение критических и прогностических функций. В ****год после приема алкоголя у подэкспертного отмечались видения, в связи с чем, возникла необходимость в консультации психиатра. Из записей врача за ****год явствует, что подэкспертный большую часть времени находится в состоянии алкогольного опьянения, и в ****год ему рекомендуется отказ от алкоголя. В связи с отсутствием сведений из мед. (отсутствие записей в амб. карте после ****год), а также и противоречивость свидетельских показаний, категорически ответить на экспертный вопрос, поставленный судом о способности подэкспертного понимать значение своих действий, руководить ими в момент подписания договора купли-продажи не представляется возможным. Так из показаний ответчика явствует, что подэкспертный «в МФЦ приехал сам лично, передвигался самостоятельно, вполне адекватный человек». Но в тоже время, из записей в амбулаторной карте следует, что состояние подэкспертного изменилось практически сразу после травмы головы в ****год, он лечился по этому поводу у невролога, отмечал «значительное снижение памяти». Беря во внимание, что подэкспертный в течение многих лет злоупотреблял алкоголем «пил почти каждый день», и по результатам вскрытия в августе ****год у него выявлялись признаки <...>, а также <...>, <...>, <...>, можно заключить, что психическое состояние подэкспертного ФИО9 (со 2-3 стадией синдрома зависимости от алкоголя) определялось проявлениями <...>, состояние это характеризовалось мнестическими расстройствами, отсутствием способности критически оценивать и прогнозировать свои действия, деградацией личности, сужением круга интересов (подэкспертный не работал, проживал один, в его доме собирались алкогольные компании, «постоянно приходили «бичи», всю свою пенсию пропивал, в квартире завелись тараканы»). Кроме этого, учитывая характер подписанного подэкспертным договора купли-продажи совершенно незнакомому человеку «подошел к нам и сказал, что хочет продать квартиру», можно предположить, что подэкспертный, понимая характер совершаемой им сделки, не понимал важности этой сделки, не прогнозируя возможных отрицательных последствий данной сделки. Таким образом, комиссия пришла к заключению, что ФИО9 в момент подписания договора купли-продажи от ****год по своему психическому состоянию, с большей степенью вероятности не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Оценивая заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ****год, суд полагает, что данное заключение может быть оценено судом в качестве доказательства по делу, так как оно содержит подробное описание проведенного исследования и выводы, содержит ответ, на поставленные судом вопросы, заключение подписано лицами, проводившими исследование, имеющими соответствующую квалификацию и стаж работы, соответствует требованиям Федерального Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» № 73-ФЗ от 31 мая 2001 года.

Оценив представленное заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов, суд полагает, что оно не является достоверным и достаточным доказательством, что в момент совершения сделки купли-продажи спорного жилого помещения ФИО9 не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Ответ экспертов на поставленный судом вопрос носит вероятностный характер и не содержит однозначного вывода о нахождении ФИО9 в момент заключения оспариваемого договора купли-продажи от ****год в таком состоянии, когда он не способен был понимать значение своих действий или руководить ими.

Руководствуясь положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ, оценив собранные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ и установив, что заключение экспертизы носит вероятностный характер, суд не может принять его во внимание в качестве достаточного и достоверного доказательства, подтверждающего обстоятельства, положенные в основу заявленных требований, в связи с чем, приходит к выводу о недоказанности факта того, что ФИО9 в период заключения оспариваемой сделки купли-продажи спорного жилого помещения ****год по состоянию здоровья не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Согласно ч. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса.

В соответствии с указанной нормой, вынося решение, суд должен руководствоваться собранными по делу доказательствами в их в совокупности и ссылаясь на те обстоятельства, которые с достоверностью свидетельствуют об обоснованности требований, либо их опровергают.

В соответствии со статьей 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении").

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (пункт 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении").

Заключение комиссии судебно-психиатрических экспертов № от ****год достоверным и достаточным доказательством обоснованности требований истца не является, в то время, как судебное решение не может быть основано на вероятностных суждениях, поскольку выводы комиссии экспертов носят вероятностный, предположительный характер и достоверно не свидетельствуют о том, что ФИО9 не мог понимать значение своих действий и руководить ими ****год в момент совершения сделки купли-продажи спорной квартиры.

Истец ФИО1 в подтверждение обстоятельств, обосновывающих ее требования, сослалась на показания свидетелей ФИО10, ФИО12, подтверждающих, по ее мнению, что в момент совершения сделки купли-продажи спорной квартиры ФИО9 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, а также на медицинские документы, которые свидетельствуют о наличии у него хронических заболеваний, вызванных употреблением алкоголя.

Между тем, суд не может принять во внимание указанные обстоятельства, поскольку мнение допрошенных по ходатайству стороны истца свидетелей носят субъективный характер относительно состояния здоровья ФИО9, указывая только на одну отличительную его особенность – алкоголизм, длительность его запоев. К тому же, свидетели специальными медицинскими познаниями не обладают, и при этом, не указали на обстоятельства, которые бы свидетельствовали о том, что по своему психическому состоянию ФИО9 на момент совершения сделки купли-продажи спорной квартиры ****год не мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

Также суд учитывает обстоятельства, что ФИО9 перед совершением оспариваемой сделки, так и в последующий период совершил ряд последовательных, юридически значимых действий, включая выдачу нотариальной доверенности ****год на имя ФИО13 для реализации своих наследственных прав после смерти матери ФИО8, заключение самого договора купли-продажи жилого помещения, вступление в брак с ФИО1, что также не может свидетельствовать о неспособности ФИО9 понимать значение своих действий и руководить ими при подписании оспариваемого договора ****год.

В материалах наследственного дела имеются нотариально оформленные доверенности от ****год, ****год, выданные ФИО9 на имя ФИО13, ФИО14, в момент выдачи доверенностей дееспособность ФИО9 проверена.

Доводы представителя истца о том, что в оспариваемом договоре купли-продажи от ****год подпись ФИО15 нечитаема, движения неконтролируемые, суд находит несостоятельными, поскольку не свидетельствуют в полной мере о том, что ФИО9 не мог понимать значение своих действий и руководить ими в юридически значимый период времени.

Суд также критически относится к доводам истца и ее представителя о том, что ФИО9 денежные средства от продажи доли квартиры не получал, и не помнил о том, что продал квартиру, поскольку из их пояснений следует, что о наличии договора купли-продажи квартиры от ****год истцу стало известно только после того, как истец обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО9

Кроме того, суд принимает во внимание то обстоятельство, что ФИО9 при жизни на диспансерном наблюдении у врача-психиатра не находился, за консультацией не обращался.

Согласно положениям статей 55, 56, 67 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых, суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Недоказанность обстоятельств, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Проанализировав представленные доказательства, показания свидетелей, заключение комиссии экспертов, исследовав медицинскую документацию, суд приходит к выводу о том, что ФИО9 при жизни страдал синдромом зависимости, вызванным употреблением алкоголя, однако достоверных, достаточных доказательств, подтверждающих, что в момент подписания оспариваемого договора купли-продажи ****год ФИО9 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, истцом не представлено, в связи с чем исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Анализ фактических обстоятельств по делу позволяет суду сделать вывод об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, признании права собственности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, признании права собственности отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме 21.06.2018

Судья: И.С. Якушенко