Приговор № 1-39/2017 от 17 октября 2017 г. по делу № 1-39/2017

Дело № 1-39/2017


Приговор

Именем Российской Федерации

18 октября 2017 года г. Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе:

председательствующего – судьи Щепеткова В.В., при секретаре судебного заседания Шарабариной А.В., с участием государственных обвинителей – заместителя военного прокурора Бийского гарнизона майора юстиции ФИО1 и помощника военного прокурора Бийского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО2, подсудимого ФИО3, его защитника – адвоката Пронина О.А., потерпевшего Г.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда уголовное дело по обвинению военнослужащего войсковой части 0001 <звание>

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в селе <адрес>, со средним общим образованием, женатого, имеющего на иждивении детей ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 2007, 2009, 2013, 2015 годов рождения, несудимого, проходящего военную службу по контракту с марта 2003 года, в том числе в качестве <звание> с июня 2009 года, проживающего по адресу: <адрес>,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 350 УК РФ,

установил:

1 ноября 2016 года пограничный наряд в составе: старшего наряда – капитана Г., разведчика – сержанта А.. и водителя – прапорщика ФИО3 осуществлял проверку режима государственной границы на участке местности между пограничными столбами № и №, относящемся к <адрес> Республики Алтай, следуя на штатной технически исправной транспортной машине «Урал-43206-0111-41», военный регистрационный знак №.

Около 14 часов указанных суток, управляя названным выше автомобилем, ФИО3, следуя от пограничного знака № в направлении пограничного знака № и поднимаясь по наезженной колее на холм, съехал с колеи влево на склон холма, на котором росла трава, покрытая снегом, чем нарушил требования пунктов 1.2., 1.5., 10.1. Правил дорожного движения РФ, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23 октября 1993 года № 1090, создал опасность для движения - ситуацию, возникшую в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия, дорожные и метеорологические условия не учел, при возникновении опасности для движения, которую он был в состоянии обнаружить, меры к остановке транспортного средства не принял, в нарушение требований пунктов 377, 415 и 419 Наставления по танкотехническому и автотехническому обеспечению органов пограничной службы РФ, утвержденного приказом Федеральной пограничной службы РФ от 26 марта 1996 года № 210 (далее - Наставление) осуществлял вождение машины не в соответствии с Правилами дорожного движения РФ, допустил движение машины с креном, выбрал путь движения, на котором поверхность дороги по уровню и сцеплению для правых и левых колес была не одинаковой, в опасном месте личный состав из машины не высадил.

Г., заметив, что машина съехала с колеи, отдал ФИО3 приказание прекратить дальнейшее движение вперед, в связи с чем последний стал совершать маневр по развороту транспортной машины, во время которого при нахождении кабины по направлению к основанию холма остановил ее и допустил прекращение работы двигателя. В результате указанных выше нарушений ФИО3 правил вождения транспортной машины она с заблокированными колесами стала скользить юзом вниз по склону холма, внизу которого многократно опрокинулась и перевернулась в месте, расположенном в <данные изъяты> км. в северном направлении от российско-монгольской границы и в <данные изъяты> км. в юго-восточном направлении от <данные изъяты> федеральной автомобильной дороги <данные изъяты> (место с координатами <данные изъяты> северной широты <данные изъяты> восточной долготы). При этом водителя и пассажиров выбросило из машины.

В результате опрокидывания автомобиля А. были причинены телесные повреждения в виде множественных внутрикожных кровоизлияний, кровоподтека и ссадин на передней поверхности грудной клетки, ссадин на передней поверхности живота и таза, кровоизлияний в мягких тканях в проекции тела грудины, разрывов мышц передней брюшной стенки, переломов ребра, костей таза, копчиковой кости и других телесных повреждений, повлекшие в своей совокупности тяжкий вред здоровью, вызвавшие угрожающее для жизни состояние – механическую асфиксию, от которой наступила смерть А..

Кроме этого, в результате такого происшествия Г. были причинены следующие телесные повреждения: сочетанная травма позвоночника, крестца, левой нижней конечности, включающая в себя закрытые компрессионные переломы двух грудных и двух поясничных позвонков, разрыв соединения между 4-5-м крестцовыми позвонками и другие телесные повреждения, причинившие потерпевшему тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3.

В судебном заседании ФИО3 виновным себя в совершении вышеуказанного деяния не признал и показал, что 1 ноября 2016 года он в составе пограничного наряда: старшего наряда – капитана Г. и сержанта А. осуществлял проверку режима государственной границы. При этом он являлся водителем транспортной машины «Урал», военный регистрационный знак №, на которой следовал наряд. Утром перед выездом он проверил техническое состояние транспортной машины и убедился в ее исправности. В процессе следования вдоль границы технические неисправности автомобиля также не проявлялись. Следуя от пограничного знака № в направлении пограничного знака №, около 14 часов они стали по наезженной колее преодолевать подъем на холм. Поднявшись до середины холма, машина стала буксовать, Г. дал команду прекратить дальнейшее движение вперед и, как он понял, необходимо было возвращаться. Исполняя приказание, он свернул с колеи влево на склон холма, на котором росла трава, покрытая снегом и, подобрав площадку для разворота, стал разворачиваться. Об опасности разворота на склоне холма Г. он не сообщил, пассажиров из машины не высадил, поскольку полагал, что такую команду в случае необходимости должен был дать старший наряда. В процессе разворота при нахождении кабины по направлению к основанию холма он остановил машину. В это время двигатель заглох и автомобиль с заблокированными колесами стал скользить вниз по склону холма сначала прямолинейно, а затем, попав в яму, машина стала катиться полубоком и несколько раз перевернулась. В процессе спуска со склона переключить рычаг коробки передач с заднего хода ему не удалось. В результате опрокидывания машины его и пассажиров выбросило из нее. Он и Г. оказались в нескольких метрах от автомобиля ниже по склону холма. В дальнейшем он увидел А., который был прижат топливным баком машины к земле и не подавал признаков жизни.

Несмотря на отрицание, вина ФИО3 в совершении указанного выше деяния подтверждается доказательствами, представленными стороной обвинения.

Согласно справке заместителя начальника отдела – начальника 1 отделения войсковой части 0001 (т. 2 л.д. 191), приказом командира войсковой части 0001 от 30 июня 2009 года № 129 ФИО3 назначен на должность водителя отделения в <данные изъяты>.

В соответствии со справкой врио начальника отделения (погз) в <данные изъяты> от 18 ноября 2016 года (т. 2 л.д. 74), с 31 октября на 1 ноября 2016 года в названном отделении был запланирован пограничный наряд в составе: начальника заставы – капитана Г., разведчика – сержанта А. и водителя – прапорщика ФИО3.

Потерпевший Г. показал, что 1 ноября 2016 года он являлся старшим пограничного наряда, в состав которого также входили разведчик – сержант А. и водитель – прапорщик ФИО3. Наряд осуществлял проверку режима государственной границы на участке местности между пограничными столбами № и № на транспортной машине «Урал», военный регистрационный знак №. Перед выездом ФИО3 и старший техник группы МТО старший прапорщик Л. доложили ему о готовности этого транспортного средства к выезду. В процессе движения он сидел в кабине у правой двери, А. – между ним и ФИО3, работа двигателя не нарушалась. Около 14 часов они стали преодолевать подъем на холм по наезженной колее, следуя от пограничного знака № в направлении пограничного знака №. В это время он наблюдал за государственной границей, которая находилась справа от машины, и заметил, что автомобиль съехал с наезженной колеи влево на склон холма. Заметив впереди обрыв, он дал команду ФИО3 прекратить движение вперед. Тогда последний остановил транспортное средство и, вывернув рулевое колесо вправо, стал разворачивать машину. В процессе разворота, когда автомобиль стал передней частью вниз по линии склона, ФИО3 остановил машину. В это время двигатель заглох и автомобиль с заблокированными колесами стал скользить вниз по склону холма сначала прямолинейно, а затем, внизу, на участке склона с меньшим углом наклона, машина стала катиться полубоком (кабина левее, задняя часть правее) и перевернулась. Весь состав наряда выбросило из машины. А., оказавшийся под машиной, погиб.

В результате происшествия у него образовались следующие телесные повреждения: переломы поясничного и грудного отделов позвоночника, крестца, разрыв связок левого коленного сустава и другие телесные повреждения, в связи с чем он проходил лечение в медицинских учреждениях.

Г. также показал, что решение съехать с наезженной колеи влево на склон холма ФИО3 принял самостоятельно. Необходимости такого съезда не было, поскольку машина, преодолевая подъем, двигалась равномерно и не буксовала.

Свидетель Ш. показал, что он является водителем отделения пограничной заставы в <данные изъяты>. За ним закреплена транспортная машина «Урал-43206», военный регистрационный знак №. За полторы недели до указанного выше происшествия он заправил автомобиль зимним дизельным топливом, а за неделю – провел его техническое обслуживание. При этом автомобиль был технически исправным. 1 ноября 2016 года, прибыв на место происшествия, он увидел, что А. был прижат перевернутой машиной «Урал» к земле. Пытаясь освободить последнего, он демонтировал ступеньку и тормозной цилиндр автомобиля. До таких его действий тормозная система видимых повреждений не имела.

Как показал свидетель Ю., 31 октября 2016 года он нес службу в наряде по проверке режима государственной границы и управлял автомобилем «Урал-43206», военный регистрационный знак №. Со слов Л., транспортная машина была заправлена зимним дизельным топливом. Все системы автомобиля были в исправном состоянии. Около 14 часов 15 минут 1 ноября 2016 года от дежурного по отделению он узнал, что экипаж этой машины попал в аварию, в связи с чем вместе с другими военнослужащими прибыл на место происшествия, которое он осмотрел. В частности, он заметил, что перед съездом машины с наезженной колеи влево на склон холма следов буксования не имелось. На месте аварии он увидел А., лежавшего под кабиной автомобиля.

Свидетель Л. показал, что утром 1 ноября 2016 года он произвел осмотр автомобиля «Урал-43206», военный регистрационный знак №. Транспортная машина была исправной. За несколько дней до этого данный автомобиль был заправлен зимним дизельным топливом.

Согласно протоколам осмотра места происшествия от 1 и 2 ноября 2016 года (т.1 л.д. 194-202, 35-87), объектом осмотра являлся горный склон в урочище «<данные изъяты>», расположенный на территории <адрес> Кош-Агачского района Республики Алтай в <данные изъяты> км. в северном направлении от российско-монгольской границы и в <данные изъяты> км. в юго-восточном направлении от <данные изъяты> федеральной автомобильной дороги <данные изъяты> Участок имеет травянистую растительность, покрытую снежным покровом от 5 см. до 40 см. в ложбинах. В верхней части склона по хребту горы пролегает проселочная дорога, от которой в северо-восточном направлении ведут следы транспортного средства. От дороги на расстоянии 40,8 м. происходит остановка автомобиля, после чего следы ведут назад, поворачивая в юго-восточном направлении 9,8 м. От места предположительного разворота автомобиля вниз по склону ведут следы транспортного средства. На 50 м. при спуске на данном участке имеется небольшая ложбина. На расстоянии 221,8 м. от точки предполагаемого разворота на земле имеются следы опрокидывания автомобиля и от указанного места на расстоянии 58 м. обнаружен лежащий на левом боку автомобиль «Урал-43206», регистрационный знак №, оборудованный кабиной с одним рядом сидений и грузовой частью. Кузов автомобиля смят, имеет множественные повреждения, деревянные борта сломаны. На земле в области бензобака автомобиля обнаружено пятно вещества бурого цвета.

Как следует из протокола осмотра предметов от 9 ноября 2016 года (т. 1 л.д. 233-246) указанный выше автомобиль был осмотрен и приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства.

Из заключения эксперта Н., проводившего дополнительную судебную автотехническую экспертизу от 24 июня 2017 года (т. 5 л.д. 2-13) усматривается, что перед происшествием тормозная система и рулевое управление автомобиля «Урал-43206», военный регистрационный знак № находились в работоспособном состоянии. Водитель этого автомобиля в данной дорожно-транспортной ситуации должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.2., 1.5., 10.1. Правил дорожного движения РФ, а также пунктов 415 и 419 указанного выше Наставления. В данных условиях происшествия на данном участке местности при торможении автомобиля «Урал-43206» его остановка происходить не будет, то есть автомобиль будет перемещаться (скользить) с заблокированными колесами по поверхности склона. Остановка двигателя транспортного средства при движении в труднопроходимых условиях, в том числе при развороте на склоне, может быть обусловлена как отдельными причинами, так и их совокупностью: действиями водителя, заключающимися в резком торможении с включенной передачей коробки передач с включенным сцеплением; быстром включении сцепления при начале движения; движении вперед (спуск со склона) с включенной передачей заднего хода коробки передач; включении не соответствующей передачи при начале движения; критическом снижении оборотов двигателя. Техническим причинами остановки двигателя являются: не должная работа системы питания двигателя, в том числе не должная работа привода управления подачи топлива; не должная работа системы питания двигателя воздухом (загрязнение фильтрующих элементов); технические неисправности двигателя и трансмиссии.

Эксперт Н. показал, что давая указанное выше заключение он видел возникновение опасности для движения автомобиля «Урал-43206» с момента, когда тот свернул с наезженной колеи на покрытый травой и снегом склон холма, в связи с чем водитель автомобиля должен учесть такие дорожные и метеорологические условия и незамедлительно прекратить движение по склону холма. Этим моментом и обусловлено начало развития данной дорожно-транспортной ситуации.

Принимая во внимание приведенные выше показания свидетелей Ш., Ю. и Л., потерпевшего Г. и подсудимого ФИО3 о своевременном проведении технического обслуживания автомобиля «Урал-43206», военный регистрационный знак № и бесперебойной работе узлов и агрегатов этого транспортного средства в период его эксплуатации как до выезда пограничного наряда 1 ноября 2016 года, так и в процессе движения пограничного наряда в этот день, суд критически относится к возможности наличия технических причин остановки двигателя при развороте машины ФИО3.

При этом учитывая показания этих свидетелей о заправке данного автомобиля зимним дизельным топливом до 1 ноября 2016 года, довод стороны защиты о том, что автомобиль «Урал-43206» при следовании в этот день пограничного наряда мог быть заправлен летним дизельным топливом суд отвергает.

Отвергает суд и довод стороны защиты о том, что при наличии опасности для движения команду о высадке пассажиров из машины должен был дать старший наряда, поскольку, как следует из п. 415 названного выше Наставления такие распорядительные действия связаны с особенностями вождения транспортных средств в сложных условиях. Принимая во внимание, что водителем транспортной машины являлся ФИО3, суд считает, что именно он обязан был дать команду о высадке пассажиров из машины.

Кроме этого, суд критически относится к доводу подсудимого о том, что перед съездом с наезженной колеи транспортная машина стала буксовать, поскольку такой довод опровергается показаниями потерпевшего Г. о равномерном движении автомобиля и отсутствии буксования, а также показаниями свидетеля Ю., который, осмотрев данный участок местности, следов буксования машины не обнаружил.

Согласно медицинскому свидетельству о смерти (т. 1 л.д. 159-160) А. погиб 1 ноября 2016 года от повреждений, полученных при опрокидывании грузового автомобиля.

В соответствии с заключением эксперта, проводившего дополнительную судебно-медицинскую экспертизу трупа от 25 мая 2017 года (т. 5 л.д. 27-32), у А. были обнаружены следующие повреждения: множественные внутрикожные кровоизлияния, кровоподтек и ссадины на передней поверхности грудной клетки слева и справа, ссадины на передней поверхности живота слева и справа с внутрикожными кровоизлияниями, на передней поверхности нижней трети живота и таза слева, кровоизлияния в мягких тканях в проекции тела грудины, разрыв мышц передней брюшной стенки слева с переходом на лобковую область таза и кровоизлиянием в пристеночную брюшину, перелом 1-го ребра слева, множественные двусторонние переломы костей таза, переломы копчиковой кости, кровоизлияния в мягких тканях задней поверхности грудной клетки и в крестцовой области, разрыв задней стенки мочевого пузыря, кровоизлияния в плевральные полости и в брюшную полость, в области корней легких и другие телесные повреждения, повлекшие в своей совокупности тяжкий вред здоровью, а также развитие угрожающего для жизни состояния в виде механической асфиксии. Такие телесные повреждения возникли в результате дорожно-транспортного происшествия при опрокидывании автомобиля с ударно-компрессионным воздействием, как от выступающих частей кузова, так и плоскости кузова автомобиля на тело трупа, а также расположенных на поверхности грунта при сдавлении тела трупа между кузовом автомобиля и грунтом. Данные телесные повреждения могли возникнуть 1 ноября 2016 года и находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Смерть А. наступила от механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов грудной клетки, живота и таза между твердыми предметами (кузов автомобиля и поверхность грунта).

Согласно заключению эксперта, проводившего судебно-медицинскую экспертизу от 06 марта 2017 года (т. 3 л.д. 143-145), у потерпевшего Г. обнаружены следующие телесные повреждения: сочетанная травма позвоночника, крестца, левой нижней конечности, включающая в себя закрытые компрессионные переломы тел 4-го, 12-го грудных, 4-5-го поясничных позвонков, разрыв соединения между 4-5-м крестцовыми позвонками и другие телесные повреждения, которые могли быть причинены воздействием твердых тупых объектов, возможно при падении с приданным телу ускорением от удара или толчка и могли образоваться 1 ноября 2016 года в условиях дорожно-транспортного происшествия. Данные телесные повреждения причинили потерпевшему тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3.

Оценивая данные Г. 13 апреля 2017 года показания в ходе очной ставки с подозреваемым ФИО3 (т. 2 л.д. 164-169), суд приходит к следующему.

Так, в ходе очной ставки Г. не исключал того, что дал ФИО3 команду прекратить движение и разворачиваться в указанном последним месте, то есть непосредственно перед поворотом транспортной машины с наезженной колеи влево на склон холма.

Однако, как следует из протоколов допросов потерпевшего Г. от 30 декабря 2016 года (т. 2 л.д. 102-106), от 04 февраля 2017 года (т. 2 л.д. 107-109), от 04 апреля 2017 года (т. 2 л.д. 110-113), от 24 мая 2017 года (т. 2 л.д. 118-123) Г. последовательно утверждал, что в ходе движения вдоль государственной границы он не сразу заметил, как водитель ФИО3 самостоятельно отклонился от наезженной колеи влево на склон холма и команду прекратить дальнейшее движение вперед он дал уже после съезда автомобиля на склон холма, когда заметил на пути следования обрыв.

В судебном заседании Г. подтвердил приведенные в протоколах его допросов показания, а их противоречия с его же показаниями в ходе очной ставки объяснил тем, что увидев представленные ему фотографии участка местности (т. 2 л.д. 168-169) сразу не смог сориентироваться в их содержании.

Принимая во внимание, что данные Г. в ходе очной ставки показания относительно места подачи команды о прекращении движения транспортного средства носят вероятностный, предположительный характер, а также учитывая его последовательные и приведенные выше показания в ходе допросов как на предварительном следствии, так и в суде, суд считает установленным, что ФИО3 самостоятельно принял решение отклониться от наезженной колеи влево на склон холма, что являлось началом дорожно-транспортной ситуации, в результате развития которой произошло неконтролируемое перемещение автомобиля вниз по склону холма с последующим опрокидыванием транспортного средства.

При этом довод ФИО3 о том, что он свернул с наезженной колеи влево по команде Г. суд находит носящим защитный характер и его отвергает, а показания свидетелей Ш., Ю., Л., потерпевшего Г., которые являются полными и последовательными, согласующимися между собой, дополняющими и не противоречащими друг другу, объективно подтверждающимися протоколами осмотров места происшествия и заключениями экспертов, считает правдивыми и кладет их в основу приговора.

Возможность оговора подсудимого потерпевшим и свидетелями исследовалась в судебном заседании и своего подтверждения не нашла.

Оценив изложенные доказательства в совокупности, суд находит их достоверными, а виновность подсудимого в содеянном признает доказанной.

В судебном заседании были допрошены свидетели О. и П., а также исследованы показания потерпевшей А2. (т. 2 л.д. 137-139, 141-147), которые очевидцами условий эксплуатации автомобиля «Урал-43206-0111-41», военный регистрационный знак № и указанного выше происшествия не являлись, их показания по своему содержанию являются не конкретизированными, в связи с чем такие показания суд находит не имеющими отношения к делу.

Таким образом, суд считает доказанным, что ФИО3 1 ноября 2016 года совершил нарушение правил вождения транспортной машины, повлекшее по неосторожности смерть человека, а также причинение тяжкого вреда здоровью человека, и содеянное им квалифицирует по ч. 2 ст. 350 УК РФ.

При назначении ФИО3 наказания в качестве обстоятельства его смягчающего суд признает наличие на его иждивении 4 малолетних детей и одного несовершеннолетнего ребенка, учитывает характер и степень общественной опасности им содеянного, личность виновного, который по военной службе характеризуется положительно, влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, судом не установлено.

Принимая во внимание, что совершенное ФИО3 преступление обусловлено нарушением им правил вождения транспортной машины, суд считает необходимым назначить ему, помимо основного, дополнительный вид наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для применения при назначении ФИО3 наказания положений, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания, не имеется.

При определении вида исправительного учреждения суд руководствуется требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

В соответствии с п.п. 5 и 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по делу: автомобиль Урал 43206 военный номер №, находящийся на ответственном хранении в Пограничном управлении ФСБ России по Республике Алтай (т. 5 л.д. 92-93) следует считать переданным по принадлежности, документы, перечисленные на л.д. 68 т. 2, л.д. 194-195 т. 4 необходимо хранить при уголовном деле.

Обстоятельств, указывающих на необходимость изменения или отмены избранной подсудимому меры пресечения до вступления приговора в законную силу не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 304, 307, 308, 309 УПК РФ, военный суд,

приговорил:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 350 УК РФ, на основании которой назначить ему наказание в виде лишения свободы в колонии-поселении сроком на один год и шесть месяцев, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок два года.

Срок отбывания наказания ФИО3 исчислять со дня его прибытия в колонию-поселение.

Зачесть в срок наказания время следования осужденного ФИО3 к месту отбывания наказания из расчета один день за один день лишения свободы.

Обязать осужденного ФИО3 по вступлении приговора в законную силу явиться в Управление Федеральной службы РФ исполнения наказаний по Республике Алтай (Республика Алтай, <...>) для получения предписания о направлении к месту отбывания наказания и обеспечения его направления в колонию-поселение в порядке, предусмотренном ч.ч. 1 и 2 ст. 75.1 УИК РФ за счет государства самостоятельно.

Возложить обязанность по исполнению приговора на УФСИН России по Республике Алтай.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО3 – подписку о невыезде и надлежащем поведении, по вступлении приговора в законную силу отменить.

Вещественные доказательства по делу: автомобиль Урал 43206 военный номер <адрес>, находящийся на ответственном хранении в Пограничном управлении ФСБ России по Республике Алтай – считать переданным по принадлежности, документы, перечисленные на л.д. 68 т. 2, л.д. 194-195 т. 4 хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение десяти суток со дня его постановления, в соответствии с требованиями главы 45.1 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в тот же срок при подаче апелляционной жалобы, либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу апелляционные жалобы (представления) другими участниками процесса, в течение десяти суток со дня вручения их копий. При заявлении ходатайства об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции осужденный вправе поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику, либо ходатайствовать перед судом о назначении такого защитника.

Председательствующий по делу: В.В. Щепетков

Справочно:

Апелляционным постановлением Западно-Сибирского окружного военного суда от 29 января 2018 года приговор Барнаульского гарнизонного военного суда от 18 октября 2017 года в отношении ФИО3 изменен.

В соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации назначенное ФИО3 наказание в виде лишения свободы надлежит считать условным с испытательным сроком 2 (два) года, в течение которого осужденный своим поведением должен доказать свое исправление.

На ФИО3 возложена обязанность не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного.

В остальной части приговор в отношении ФИО3 оставлен без изменения, а апелляционная жалоба защитника Пронина О.А. - без удовлетворения.