Решение № 2-3257/2017 2-8/2018 2-8/2018(2-3257/2017;)~М-2779/2017 М-2779/2017 от 8 августа 2017 г. по делу № 2-3257/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06 февраля 2018 года город Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Е.М.,

при секретаре Заболотских К.А.,

с участием истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску ФИО1,

представителя истца по первоначальному иску, ответчика по встречному иску адвоката Чекмарёвой М.Н., действующей по ордеру № 05 от 06.02.2018 (основание выдачи ордера - соглашение),

представителя ответчика, истца по встречному иску ФИО2, действующего на основании доверенности от 09.08.2017, сроком на три года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-8/2018

по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, процентов, пени, судебных расходов,

по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании договоров цессии и займа ничтожными сделками, применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде двусторонней реституции,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ФИО3, в котором просит взыскать задолженность по договору займа № АЗ-563 от 14.12.2015 в сумме 5 000 руб., проценты за пользование займом в сумме 1 550+950+22 100 руб., пени за просрочку в сумме 29 835 руб., всего 59 435 руб. Кроме того, просит взыскать расходы за составление искового заявления и оплату услуг представителя в сумме 10 000 руб., расходы по оплате госпошлины в сумме 1 983, 05 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что на основании договора займа № АЗ-563 от 14.12.2015, заключенного между ИП ФИО4 и ответчиком ФИО3, ИП ФИО4 передала, а ответчик ФИО3 приняла на себя обязательство возвратить сумму займа не позднее указанного срока и выплатить проценты в сумме 1 % в день за пользованием займом. Согласно условиям договора (п.6.1) в случае просрочки возврата суммы займа, должник обязуется выплатить пени в размере 3% от суммы просроченного платежа за каждый календарный день просрочки. На основании договора уступки прав требования, между кредитором по договору займа ИП ФИО4, и истцом ФИО1, заключенным 24.11.2016, права кредитора по договору займа от 14.12.2015 перешли к ФИО1

Ответчик ФИО3 обратилась со встречным исковым заявлением к ответчику ИП ФИО4, в котором просила признать условия договора займа от 14.12.2015 между ИП ФИО4 и ФИО3 в части установления размера процентов за пользование займом и установления договорной неустойки недействительными.

14.12.2017 определением суда произведена замена ответчика ФИО4 её правопреемником (наследником по закону) ФИО5

20.12.2017 ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО3 представила заявление, в соответствии со ст. 39 ГПК РФ об изменении исковых требований, указав ответчиком - ФИО1, просила признать договор цессии от 24.11.2016, договор займа от 14.12.2015 № АЗ-563, заключенный между ИП ФИО4 и ФИО1 ничтожной сделкой.

25.12.2017 ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО3 представила заявление об уточнении исковых требований к ответчикам ФИО1, ФИО5, просила признать договор цессии от 24.11.2016 займа от 14.12.2015 № АЗ-563, заключенный между ИП ФИО4 и ФИО1 ничтожной сделкой, признать договор займа от 14.12.2015 № АЗ-563 между ИП ФИО4 и ФИО3, ничтожной сделкой и применить к нему последствия недействительности ничтожной сделки в виде двусторонней реституции, обязав ФИО3 возвратить наследнице ФИО4 - ФИО5 задолженность в размере 3 000 руб.

Встречные требования мотивированы тем, что ни ФИО1, ни ИП ФИО4 не имеют право заниматься микрофинансовой деятельностью. Однако указанные лица незаконно осуществляют деятельность по выдаче потребительских кредитов (займов) в точке выдаче займов «Доброкасса» расположенной в ТЦ «Арена», предлагая «быстрые займы» в размере до 10 000 руб. на срок до 30 дней. Тем самым ИП ФИО4 незаконно осуществляла микрофинансовую деятельность по выдаче потребительских кредитов (займов), не имея статуса микрофинансовой организации, в нарушение требований Федерального закона № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях». В виду того, что ст.14.56 КоАП РФ установлена ответственность за незаконное осуществление профессиональной деятельности по предоставлению потребительских займов (за исключением банковской деятельности) юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, не имеющими права на её осуществление, то договор займа от 14.12.2015 № АЗ-563 является ничтожной сделкой, а согласно ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий и недействительна с момента ее совершения. В данном случае законом установлены последствия недействительности ничтожной сделки в виде двусторонней реституции.

В связи с тем, что ФИО3 не отрицает полученный ею заем в размере 5 000 руб., а ФИО1 признает, что ФИО3 было произведено частичное гашение долга в размере 2 000 руб., то остаток долга ФИО3 составляет 3 000 руб., который и подлежит взысканию с ФИО3 в пользу ФИО5

Требования истца основаны на договоре цессии, однако имеется ряд моментов указывающих на ничтожность такого договора.

ФИО3 никто не уведомлял о наличии договора цессии.

При этом, важным аспектом договора цессии является то, что определенные правовые последствия после заключения договора цессии фактически наступают для кредитора и должника только после уведомления последнего о состоявшейся уступке.

В гражданском обороте уведомление должника о переуступке права требования относится к обязательным документам, т.к требование сообщить должнику о том, что у него новый кредитор, прямо закреплено в главе 24 Гражданского кодекса.

При этом от того, кто уведомил должника, зависит порядок исполнения обязательства. Если должник получил уведомление от предыдущего кредитора, то он не может отказать новому кредитору в исполнении обязанностей. Однако, если уведомление получено от нового кредитора, то должник может не исполнять обязательства пока не получит доказательства перехода к нему права (п.2 ст.385 ГК РФ).

Важное значение имеет установление факта безусловной замены лица в обязательстве. В противном же случае при наличии «длящихся отношений», то есть если правоотношения сторон и основное обязательство не прекратилось на момент заключения договора уступки требования, следует считать, что замена кредитора в обязательстве не произведена и договор уступки признается недействительным на основании закона (ст.168 ГК РФ).

В данном случае в договоре уступки права требования по длящемуся обязательству необходимо указать основание возникновения права, а также период, за который уступается право.

Важным моментом в договоре цессии является его возмездность, т.к по смыслу п.4 ст.575 ГК РФ, при осуществлении даже одной из сторон предпринимательской деятельности дарение долга будет противоречить цели и смыслу заключаемой сделки.

Таким образом, несоблюдение формы сделки влечет ее ничтожность (ст.ст.162, 165 ГК РФ).

Форма договора цессии должна соответствовать форме сделки, на которой основано право требования.

В противном случае законом установлены последствия недействительности ничтожной сделки в виде двусторонней реституции.

В судебном заседании истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску ФИО1 и его представитель по ордеру адвокат Чекмарёва М.Н. исковые требования поддержали по доводам и основаниям, изложенным в иске, встречные требования не признали.

Истец по первоначальному иску, ответчик по встречному иску ФИО1 просил признать заключение эксперта по результатам проведенной почерковедческой экспертизы недопустимым доказательством, поскольку в исследовательской части заключения эксперт описывает иной договор займа, в котором содержится подпись от имени «ФИО6.» в графе «Покупатель», кроме того, для исследования были представлены образцы подписи ФИО4, в том числе и заявления о назначении пенсии, представленных УПФР, из которых эксперт сделала вывод, что подписи выполнены одним лицом, однако данный вывод противоречит действительности, поскольку заявления в УПФР выполнены ФИО5, при этом эксперт ФИО7 имеет небольшой опыт в проведении данного рода экспертиз, в связи с чем, заключение эксперта не может быть признано законным и обоснованным. Договор займа от 14.12.2015, как и договор цессии соответствуют требованиям закона, в связи с чем, заявленные им требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО3 в судебное заседание не явилась, будучи извещена надлежащим образом о времени, дате и месте рассмотрения дела, действует через представителя. Как следует из встречного искового заявления, она не оспаривала, что в конце декабря 2015 она, нуждаясь материально, обратилась к ФИО4 с просьбой одолжить 5 000 руб., т.к. уже 4 месяца не получала заработной платы в ОАО «Иркутскпечать», где работала киоскером. Её займ подтверждается расходным кассовым ордером от 14.12.2015. После Нового года ко всем неприятностям ограбили киоск, в котором она работала, в связи с чем, у нее не было никакой возможности рассчитаться с долгом. Тем не менее, 24.02.2016 она отнесла 2 000 руб. в погашение своего долга. Ей объяснили, что она задержала возврат долга, долг полностью не погашен, поэтому эти 2 000 руб. пойдут на проценты, в связи с чем, ей «задним» числом предложили подписать договор займа, по условиям которого она должна за 5 000 руб. уплатить 365% годовых. Так как для нее такие условия займа были неподъемны, она отказалась от подписания такого договора. При выдаче квитанции о получении с нее 2 000 руб., прикрепили ее к неподписанному договору займа № АЗ-563 от 14.12.2015. После такого отношения к себе она перестала даже пытаться выплачивать свой долг дальше. Договор займа № АЗ-563 от 14.12.2015 без подписи сторон, на который ссылается ответчик, приобщен ею к встречному иску.

Представитель ответчика по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, на встречных требованиях настаивал по доводам и основаниям, изложенным в иске. В обоснование заявленных требований пояснил, что в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты ФИО1 приобретенных по указанному выше договору цессии прав требования, расчет задолженности, приведенный в иске не совпадает с суммой задолженности переданной ИП ФИО4 ФИО1, ИП ФИО4 незаконно осуществляла микрофинансовую деятельность по выдаче потребительских кредитов (займов), не имея статуса микрофинансовой организации, ИП ФИО4 при выдаче займа ФИО3 распорядилась средствами Фонда финансовой взаимопомощи, а не своими личными, ФИО3 надлежащим образом не была уведомлена о заключении договора уступки права требования.

Ответчик по встречному иску ФИО5 в судебное заседание не явилась, будучи извещена надлежащим образом о времени, дате и месте рассмотрения дела, представила ранее заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие, с участием представителя по доверенности ФИО8 Исковые требования ФИО1 поддерживает в полном объеме, встречные исковые требования ФИО3 не признает.

Выслушав стороны, их представителей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна.

Согласно ст. 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа).

Согласно ст. 808 ГК РФ, договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

В материалы дела представлен договор займа № АЗ-563 от 14.12.2015 между индивидуальным предпринимателем ФИО4 (займодатель) и ФИО3 (заемщик), по которому займодатель передает в собственность заемщику денежные средства Фонда финансовой взаимопомощи в размере 5 000 руб. на цель -потребительские нужды, на срок с 14.12.2015 по 14.01.2016, а заемщик обязуется возвратить займодателю сумму займа в указанный срок и уплатить начисленные на сумму займа проценты (п.1.1). Процентная ставка за пользование суммой займа установлена в размере 1% в день за пользование займом. Сумма процентов за один полный месяц - 1 500 руб., сумма платежа на 14.01.2016 - 6 500 руб. (п.1.2).

Расходным кассовым ордером от 14.12.2015 подтверждается выдача от ИП ФИО4 ФИО3 по договору займа № АЗ-563 от 14.12.2015 пять тысяч руб., что сторонами не оспаривалось.

Как следует из договора уступки прав (цессии) по договору займа от 24.11.2016, ФИО4 (цедент) передает, а ФИО1 (цессионарий) принимает в полном объеме права (требования) принадлежащие цеденту по договору займа № АЗ-563 от 14.12.2015, заключенного между цедентом и ФИО3 (п.1.1). Права (требования), принадлежащие цеденту, возникли в силу предоставления цедентом должнику денежных средств по договору займа № АЗ-563 от 14.12.2015 на момент подписания настоящего договора составляют право требовать сумму в размере 67 600 руб. (п.1.2).

Ответчик ФИО3, не оспаривая получение от ИП ФИО4 займа в сумме 5000 руб, оспаривает договор займа от 14.12.2015, ссылаясь на то, что она не подписывала его, кроме того указала на то, что при изучении договора займа от 14.12.2015 № АЗ-563 и договора цессии от 24.11.2016 она усматривает различное графическое исполнение подписи от имени ФИО4, из чего следует, что договор цессии от 24.11.2016 от имени ФИО4 подписан не ею.

По ходатайству стороны ответчика по первоначальному иску, истца по встречному иску, судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Из заключения эксперта ООО «Братская независимая экспертиза» N 11 от 30.01.2018 следует, что подпись в договоре займа АЗ-563 от 14.12.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО3, выполнены не ФИО4, а другим лицом с подражанием ее подписи.

Подпись в договоре уступки права (цессии) по договору займа от 24.11.2016 выполнена не ФИО4, а другим лицом с подражанием её подписи.

Суд признает данное заключение допустимым доказательством по делу, поскольку экспертиза проведена компетентным лицом. Выводы эксперта мотивированны, сделаны на основе объективного исследования всех необходимых данных. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за заведомо ложное заключение. Оснований сомневаться в достоверности выводов эксперта и допустимости заключения не имеется.

Суд не находит оснований для признания заключения эксперта недопустимым доказательством, полагает, что доводы ФИО1 о том, что в исследовательской части заключения эксперт описывает иной договор займа, в котором содержится подпись от имени «ФИО6.» в графе «Покупатель» (лист заключения эксперта № 2), на выводы эксперта не влияют, кроме того опровергаются фототаблицей к заключению эксперта, на которой изображен электронный образ договора займа № АЗ-563 от 14.12.2015, который являлся предметом исследования.

Довод истца ФИО1 о том, что для исследования были представлены образцы подписи ФИО4, в том числе и заявления о назначении пенсии, представленных УПФР, из которых эксперт сделала вывод, что подписи выполнены одним лицом, однако данный вывод противоречит действительности, поскольку заявления в УПФР выполнены ФИО5, также не может быть принят судом во внимание, поскольку помимо указанных заявлений из пенсионного органа экспертом анализировались и изучались также и другие документы, содержащие образцы подписи ФИО4

При этом ходатайств о проведении повторной экспертизы от сторон не поступало.

Согласно п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего его содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку или должным образом уполномоченными ими лицами.

Для заключения договора займа, как двусторонней сделки, в соответствии со ст. 154 ГК РФ необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

Подписание договора другим лицом с подделкой подписи лица, указанного в качестве стороны сделки, свидетельствует об отсутствии воли последнего на совершение сделки и несоблюдении письменной формы сделки.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что поскольку оспариваемый договор займа от 14.12.2015, подписан не ФИО4, а другим лицом, данный договор является недействительным в силу своей ничтожности, как и последующий договор уступки права требования от 24.11.2016 между ФИО4 и ФИО1

Иные доводы представителя ответчика по первоначальному иску в обоснование заявленных требований, в том числе, о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства оплаты ФИО1 приобретенных по указанному выше договору цессии прав требования, неправильном расчете задолженности, незаконном осуществлении ИП ФИО4 микрофинансовой деятельности по выдаче потребительских кредитов (займов), не имея статуса микрофинансовой организации, ИП ФИО4 при выдаче займа ФИО3 распорядилась средствами Фонда финансовой взаимопомощи, а не своими личными, о не уведомлении ФИО3 о заключении договора уступки права не могут быть положены в основу решения суда о признании оспариваемых сделок недействительными (ничтожными).

Рассматривая требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок в виде двусторонней реституции, с возложением обязанности на ФИО3 вернуть наследнице ФИО4 - ФИО5 задолженность в размере 3 000 руб., суд находит необходимым в его удовлетворении отказать.

ФИО3 не оспаривала получение денежных средств от ИП ФИО4 в сумме 5000 руб. Учитывая, что договор займа от 14.12.2015 признан недействительной сделкой в силу ничтожности, соответственно, недействительны, в том числе, условия по сроку возврату займа.

В случае, если срок возврата заемных средств сторонами не оговорен, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором (абзац 2 пункта 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание отсутствие обращения наследника ФИО4 к ответчику ФИО3 с требованием о возврате заемных средств, при соблюдении условий ч. 1 ст. 810 ГК РФ, ФИО5 не лишена права требования с ФИО3 оставшейся суммы займа.

Заявленные требования ФИО1 о взыскании с ФИО3 задолженности по договору займа от 14.12.2015 при установленных обстоятельствах удовлетворению не подлежат в полном объеме.

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований, оснований для взыскания с ФИО3 в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 10000 руб., расходов на оплату госпошлины в сумме 1983,05 руб. не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа в размере 59 435 руб., расходов на оплату услуг представителя в сумме 10 000 руб., расходов на уплату госпошлины в сумме 1 983, 05 руб. отказать.

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать договор цессии от 24.11.2015 между ИП ФИО4 и ФИО1, договор займа от 14.12.2015 №АЗ-563 между ИП ФИО4 и ФИО3 недействительными сделками в силу ничтожности.

В удовлетворении требований ФИО3 о применении последствий недействительности ничтожной сделки договора займа от 14.12.2015 № АЗ-563 между ИП ФИО4 и ФИО3 в виде двусторонней реституции, обязав ФИО3 возвратить наследнице ФИО4 ФИО5 задолженность в сумме 3 000 руб. отказать.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: Е.М. Мельникова