Решение № 2А-203/2018 2А-203/2018~М-215/2018 М-215/2018 от 2 ноября 2018 г. по делу № 2А-203/2018

Дело № 2а-203/2018


Решение

Именем Российской Федерации

02 ноября 2018 года город Барнаул

Барнаульский гарнизонный военный суд

в составе: председательствующего – судьи Кочина А.Б., при секретаре судебного заседания Грибановой Ю.В., с участием представителя административного истца ФИО1, а также представителя административного ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда административное дело по административному иску военнослужащего войсковой части 00001 прапорщика ФИО3 об оспаривании решения начальника отделения (территориальное г. Барнаул) ФГКУ «Центральное региональное Управление жилищного обеспечения» Министерства Обороны Российской Федерации об отказе во включении в список на предоставление служебного жилого помещения,

установил:

ФИО3, проходящий военную службу по контракту в войсковой части 00001, дислоцированной в <адрес>, проживающий по адресу г. Барнаул Алтайского края, <адрес>, снялся с регистрационного учета по данному адресу 02 февраля 2016 года, в эту же дату зарегистрировался по месту прохождения службы при воинской части (<адрес>) после чего обратился в отделение (территориальное г. Барнаул) ФГКУ «Центральное региональное управление жилищного обеспечения» Минобороны России (далее – Отделение) с заявлением о предоставлении ему и членам его семьи служебного жилого помещения.

Решением начальника отделения от 12 сентября 2018 года в удовлетворении названной просьбы административному истцу было отказано.

Полагая свои права нарушенными, 05 октября 2018 года ФИО3 обратился в военный суд с административным исковым заявлением, в котором просил названное выше решение жилищного органа признать незаконным и обязать его устранить нарушения.

В судебное заседание ФИО3, а также административные ответчики - будучи надлежаще уведомленными о месте и времени рассмотрения дела, не явились, об отложении рассмотрения дела не ходатайствовали, что не является препятствием к рассмотрению дела.

Ранее в судебном заседании ФИО3 пояснял, что, проходя военную службу в <адрес> он с 2009 года фактически проживал в городе Барнаул, снялся с регистрационного учета по месту фактического жительства из дома, принадлежащего на праве собственности его родителям, и зарегистрировался при воинской части, так как хотел быть обеспечен служебным жильем. С 2014 года он проходит службу в должности <данные изъяты>, исполнение обязанностей по которой предполагает прибытие в часть по тревоге не позднее 40 минут после ее объявления, чего, проживая в городе Барнауле, он выполнить не в состоянии. Также пояснил, что, являясь участником Накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих (далее - НИС), он во время службы приобрел жилье в городе Новосибирске. Помимо этого пояснил, что расстояние между Барнаулом и <адрес> составляет около 50 километров, повседневно он добирается на службу, используя личный или общественный транспорт (например, автобусный маршрут №: интервал движения около 20 минут, время в пути около 1 часа). На удовлетворении иска настаивал.

В судебном заседании представитель административного истца ФИО1 настаивал на удовлетворении исковых требований, пояснив в их обоснование, дополнительно к изложенному в административном исковом заявлении, что ФИО3 имеет право быть обеспеченным служебным жильем от военного ведомства по месту прохождения службы, т.к. имеющиеся у членов его семьи (супруги и дочери) права долевой собственности на жилое помещение (квартира № 1, расположенная по адресу: город Барнаул, <адрес>, по 1/10 доли) расположено в другом, отличном от места прохождения ФИО3 военной службы, населенном пункте.

Представитель административного ответчика ФИО2, в целом, подтвердив фактические обстоятельства, изложенные стороной административного истца, пояснил, что ФИО3 правомерно не принят на учет нуждающихся, как не имеющий права на обеспечение служебным жильем, поскольку он, являясь членом семьи своей супруги, обеспечен жильем, находящимся в собственности у последней, в близлежащем к месту прохождения военной службы (<адрес>) населенном пункте – городе Барнауле. Также пояснил, что в <адрес> Отделение служебного жилья для предоставления военнослужащим войсковой части 00001, не имеет, военнослужащие данной части обеспечиваются служебным жильем в городе Барнауле. Также указал, что выбирая место обеспечения жильем для постоянного проживания по НИС ФИО3 не избрал место дислокации воинской части, а приобрел жилье в городе Новосибирске, что содержит признаки недобросовестности и сверхнормативного обеспечения жильем. Помимо этого указал, что ранее, начиная с 2009 года, то обстоятельство, что он проживал в Барнауле не препятствовало ФИО3 своевременно являться на службу. Просил в удовлетворении иска отказать.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с выпиской из послужного списка и контрактов о прохождении военной службы, первый контракт о прохождении военной службы ФИО3 заключил в июле 2009 года, которую проходил до 01 декабря 2011 года в войсковой части 00002, а после обозначенной даты - в войсковой части 00001, с дислокацией названных воинских частей в <адрес>. С 29 марта 2014 года ФИО3 проходит воинскую службу в должности техника<данные изъяты>.

Как видно из свидетельства о заключении брака ФИО3 вступил в брак с М. 20 апреля 2004 года, после заключения брака жене присвоена фамилия - ФИО3.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права, М. на праве общей долевой собственности принадлежит 1/10 в жилом доме по адресу: Алтайский край, город Барнаул, <адрес>.

Как следует из заявления административного истца от 03 сентября 2018 года, последний обратился в Отделение с просьбой обеспечить его служебным жильем по месту службы.

В соответствии с выпиской из боевого расчета и графиками приведения воинской части в высшие степени боевой готовности, ФИО3 должен прибыть в воинскую часть для проведения соответствующих мероприятий в Ч+0,46.

Из сообщения командира войсковой части 00001 от 31 октября 2018 года № 35/33 следует, что доставка военнослужащих на служебном транспорте из города Барнаул в <адрес> в период повседневного несения службы и при привидении войсковой части в высшую степень боевой готовности не организована.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждены исследованными в суде доказательствами и сторонами не оспаривались.

В соответствии с решением начальника Отделения № ЦРУЖО-8/19-2018 от 12 сентября 2018 года ФИО3, отказано во включении в список на предоставление служебных жилых помещений. Причиной такого решения послужило то обстоятельство, что супруга и дочь ФИО3 имеют по 1/10 доли в общей долевой собственности в жилом помещении по адресу: город Барнаул, <адрес>, и ФИО3, как член семьи собственника жилого помещения имеет право пользования им. Помимо этого, ФИО3, добровольно снявшись с регистрационного учета по месту жительства по адресу: Алтайский край, город Барнаул <адрес>, где он проживал с 2006 по 2016 год, и зарегистрировавшись по адресу воинской части, искусственно создал условия для его обеспечения служебным жильем, что является злоупотребление правом.

Из приказов начальника ФГКУ «Центральное региональное управление жилищного обеспечения МО РФ» № 144к от 26 января 2015 года и № 5 от 26 января 2015 года, следует, что начальник отделения ФИО4 уполномочена принимать решения, в том числе, об отказе в приеме на учет нуждающихся в служебных жилых помещениях.

В суде установлено и не оспаривается сторонами, что <адрес>, в котором фактически дислоцируется войсковая часть 00001, и город Барнаул удалены друг от друга на расстояние около 50 километров, имеют общую транспортную инфраструктуру. Так, через оба населенных пункта проходит федеральная трасса Р-256, организовано движение общественного транспорта.

Согласно абз. 2 п. 1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим - гражданам, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения по нормам и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Служебные жилые помещения предоставляются в населенных пунктах, в которых располагаются воинские части, а при отсутствии возможности предоставить служебные жилые помещения в указанных населенных пунктах - в других близлежащих населенных пунктах.

Как видно из разъяснений, содержащихся в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», при рассмотрении исков (заявлений) военнослужащих, связанных с осуществлением ими права на жилище, необходимо иметь в виду, что основания и порядок обеспечения военнослужащих жильем регулируются как нормами Федерального закона «О статусе военнослужащих», так и нормами Жилищного кодекса РФ, принятыми в соответствии с последним другими федеральными законами, а также изданными в соответствии с ними указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, принятыми законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

В соответствии с ч. 2 ст. 99 ЖК РФ специализированные жилые помещения предоставляются по установленным этим Кодексом основаниям гражданам, не обеспеченным жилыми помещениями в соответствующем населенном пункте.

Исходя из системного толкования вышеприведенных положений законодательства, обеспеченность военнослужащего жильем в соответствующем близлежащем к месту прохождения военной службы населенном пункте не порождает у него права на получение служебного жилого помещения, а поэтому обстоятельства, на которые ссылается административный истец, юридически значимыми для данного дела не являются.

То обстоятельство, что в жилом помещении, право пользования которым у ФИО3 имеется, как у члена семьи собственника (город Барнаул, <адрес>), проживают лица, не являющиеся членами семьи ФИО3, а размер общей площади данного жилого помещения, приходящийся на каждого члена семьи заявителя, с учетом проживания в нем иных лиц, составляет менее установленной учетной нормы, не может являться основанием для нахождения заявителя на учете нуждающихся в служебных жилых помещениях, поскольку необходимым условием для предоставления служебного жилья является отсутствие у военнослужащего какого-либо жилого помещения, в том числе и такого, площадь которого составляет менее учетной нормы.

Довод административного истца о необходимости признать его нуждающимся в служебном жилье по основанию невозможности обеспечить своевременную явку на службу по тревоге, судом отвергается, поскольку никаких доказательств этому обстоятельству не приведено, напротив, ФИО3 пояснил, что за все время службы как в воинских частях, дислоцированных в <адрес> вообще (с 2009 года), так и в занимаемой в настоящее время должности в частности (с 2014 года), он не имел случаев опозданий на службу и к дисциплинарной ответственности за несвоевременное прибытие на службу не привлекался, в том числе и в случаях приведения воинской части в высшие степени боевой готовности.

Таким образом, вывод административного ответчика о том, что ФИО3 обеспечен жилым помещением в близлежащем к месту службы населенном пункте, и в этой связи не имеет права состоять на учете нуждающихся в служебном жилье, следует признать верным, поскольку из приведенных норм следует, что военнослужащий может быть обеспечен служебным жилым помещением лишь при условии отсутствия в месте прохождения им военной службы жилого помещения в собственности, пользовании или владении. При этом законодатель не ставит в зависимость предоставление служебного жилья от нормативов обеспеченности жилыми помещениями.

Помимо изложенного, суд учитывает и то, что согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 31 Жилищного кодекса РФ (далее – ЖК РФ) к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Члены семьи собственника жилого помещения имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

В соответствии с п.п. 1 и 5 ст. 10 Гражданского кодекса РФ, не допускается заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), поскольку гражданские правоотношения предполагают добросовестность реализации своих прав и разумность действий участников этих отношений.

Согласно п. 2 этой же статьи в случае установления того факта, что лицо злоупотребило своим правом, суд может отказать в защите принадлежащего ему права.

Принимая во внимание, что жилое помещение может выступать объектом как гражданских, так и жилищных правоотношений, суд приходит к выводу о том, что, исходя из анализа норм жилищного и гражданского законодательства в их совокупности и взаимосвязи, положение о добросовестности участников жилищных правоотношений также является основой этих отношений и предполагается изначально.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что ФИО3, имея постоянное место жительства по адресу: город Барнаул <адрес>, в жилом помещении, принадлежащем его родителям, и в котором он проживал как до поступления на военную службу, так и ее период, приняв решение там более не проживать, а также снявшись 02 февраля 2016 года с регистрационного учета, добровольно отказался тем самым от права пользования жилым помещением в качестве члена семьи собственника, то есть создал условия для постановки вопроса о предоставлении ему специализированного жилого помещения.

Такие намеренные действия административного истца указывают на злоупотребление им своим правом, направленное на получение служебного жилого помещения от государства в связи с утратой права бессрочного пользования жилым помещением в населенном пункте, близлежащем по отношению к месту прохождения военной службы.

При этом административным истцом не представлено доказательств, указывающих на то, что прекращение ФИО3 права пользования жилым помещением, принадлежащим его родителям, носило вынужденный характер, напротив, как установлено в суде, снятие административного истца с регистрационного учета и регистрация при войсковой части 00001 были обусловлены его желанием получить служебное жилье по линии военного ведомства.

Кроме того, судом также учитывается и то обстоятельство, что ФИО3, являясь участником НИС, реализовал свое право на приобретение жилого помещения в ином, отличном от места несения службы населенном пункте (а именно в городе Новосибирске).

Так, согласно п. 15 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим - гражданам, проходящим военную службу по контракту (далее - военнослужащие) и в соответствии с Законом о накопительно-ипотечной системе являющимся участниками накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих, выделяются денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений в порядке и на условиях, которые установлены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии ч. 1 ст. 4 Закона о накопительно-ипотечной системе реализация права на жилище участниками накопительно-ипотечной системы осуществляется посредством: формирования накоплений для жилищного обеспечения на именных накопительных счетах участников и последующего использования этих накоплений; предоставления целевого жилищного займа; выплаты по решению федерального органа исполнительной власти и федерального государственного органа, в которых федеральным законом предусмотрена военная служба, за счет средств федерального бюджета, выделяемых соответствующим федеральному органу исполнительной власти и федеральному государственному органу, в размере и в порядке, которые устанавливаются Правительством Российской Федерации, денежных средств, дополняющих накопления для жилищного обеспечения, учтенные на именном накопительном счете участника, до расчетного размера денежных средств, которые мог бы накопить участник накопительно-ипотечной системы в период от даты предоставления таких средств до даты, когда общая продолжительность его военной службы в календарном исчислении могла бы составить двадцать лет (без учета дохода от инвестирования).

Кроме того, в силу п. 2 ч. 1 ст. 14 Закона о накопительно-ипотечной системе каждый участник накопительно-ипотечной системы не менее чем через три года его участия в накопительно-ипотечной системе имеет право на заключение с уполномоченным федеральным органом договора целевого жилищного займа в целях уплаты первоначального взноса при приобретении с использованием ипотечного кредита (займа) жилого помещения или жилых помещений, приобретении земельного участка, занятого приобретаемыми жилым домом либо частью жилого дома и необходимого для их использования, уплаты части цены договора участия в долевом строительстве с использованием ипотечного кредита (займа) и (или) погашения обязательств по ипотечному кредиту (займу).

Содержание названных норм закона указывает на то, что выделение военнослужащему денежных средств в соответствии с Законом о накопительно-ипотечной системе, является одной из форм реализации его права на жилище.

Согласно ч. 3 ст. 11 Закона о накопительно-ипотечной системе получение участником денежных средств, указанных в ч. 1 ст. 4 настоящего Закона, или направление уполномоченным федеральным органом кредитору участника средств целевого жилищного займа на цели, предусмотренные п. 2 ч. 1 ст. 14 настоящего Закона, является исполнением государством своих обязательств по жилищному обеспечению военнослужащего.

Факт приобретения ФИО3 в рамках НИС в избранном им месте жительства жилого помещения, по мнению суда, свидетельствует о том, что последний полностью реализовал свое жилищное право, а в последующем пожелал реализовать свои жилищные права по месту прохождения военной службы, что является недопустимым.

Из изложенного следует, что оснований для признания ФИО3 нуждающимся в жилищном обеспечении в форме предоставления специализированного жилья в <адрес> Алтайского края, не имеется, поскольку ранее, в соответствии со сделанным последним выбором, государство исполнило свое обязательство по обеспечению его жильем, а какого-либо перемещения после этого к новому месту службы у него не произошло.

То, что ФИО3 избрал при обеспечении его жильем для постоянного проживания иной, отличный от места службы населенный пункт, не порождает у него права быть повторно обеспеченным жильем за счет государства в иной форме.

Согласно вышеизложенному, следует прийти к выводу, что решение начальника отделения (территориальное г. Барнаул) ФГКУ «Центральное региональное Управление жилищного обеспечения» Министерства Обороны Российской Федерации от 12 сентября 2018 года № ЦРУЖО-8/19-2018 об отказе ФИО3 и членам его семьи в принятии на учет нуждающихся в служебном жилом помещении, основано на законе, и, соответственно, прав административного истца не нарушило.

Таким образом, требования административного искового заявления суд признает необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 и 227 КАС РФ, суд

решил:

В удовлетворении требований административного иска ФИО3 отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд через Барнаульский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий по делу: А.Б. Кочин