Постановление № 1-15/2017 от 15 сентября 2017 г. по делу № 1-15/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 сентября 2017 года г. Завитинск

Завитинский районный суд Амурской области в составе:

председательствующего судьи Васильченко А.В.,

при секретаре Тягло А.В.,

с участием:

государственного обвинителя

прокурора Завитинского района Амурской области Шальнёва А.П.,

потерпевшей Потерпевший №1,

представителя подсудимого ФИО1 ФИО19,

защитников:

адвоката Матвийчук О.Г.,

представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

адвоката Яриной Е.Н.,

представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

адвоката Байкова Д.В.,

представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении

ФИО1, <***>, сожительствующего с гражданкой ФИО5, имеющего на иждивении двоих малолетних детей (<***> годов рождения), со средним профессиональным образованием, военнообязанного, не работающего, зарегистрированного по адресу: <адрес> судимости не имеющего,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обвиняется в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего при следующих обстоятельствах.

22 ноября 2016 года около 11 часов в комнате <адрес> ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, увидев своего брата ФИО18, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, спящего на полу лицом вниз, на почве личных неприязненных отношений к ФИО18, вызванных его поведением и образом жизни, выраженного в систематическом употреблении алкоголя, безразличным отношением к отцу-инвалиду ФИО17 и не поддержанием порядка в квартире, возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО18 тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни. С этой целью 22 ноября 2016 года около 11 часов в комнате <адрес> по указанному адресу, реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО18, опасного для его жизни, испытывая к нему личные неприязненные отношения, умышленно, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО18, опасного для его жизни, и желая этого, не имея умысла на причинение ему смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, подошел к лежащему на полу лицом вниз ФИО18 и, стоя с левой стороны от него, нанёс ФИО18 один удар правой ногой в область ягодиц, не менее трех ударов правой ногой по туловищу в область левой передней половины грудной клетки и один удар тыльной стороной кисти правой руки в область левого уха, причинив своими умышленными действиями ФИО18 физическую боль, чем причинил такие телесные повреждения как: закрытая тупая травма грудной клетки с одним кровоподтеком на переднебоковой поверхности грудной клетки слева между средней ключичной и средней подмышечной линиями, на уровне четвёртого – десятого рёбер; разгибательными переломами третьего ребра по среднеключичной линии, четвертого ребра по окологрудинной линии, шестого – восьмого рёбер по переднеподмышечной линии, девятого ребра по среднеподмышечной линии и десятого ребра по заднеподмышечной линии, с повреждениями пристеночной плевры концами костных отломков шестого – девятого рёбер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого лёгкого концом отломка десятого ребра, с кровотечением в плевральную полость, объёмом 500 мл., квалифицирующихся, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинной связи со смертью ФИО18 Смерть ФИО18 наступила 22 ноября 2016 года на месте происшествия, непосредственной причиной его смерти явился травматический шок в комбинации с левосторонним гемопневмотораксом (скопление крови и воздуха в плевральной полости), развившиеся, как осложнение закрытой тупой травмы грудной клетки: с одним кровоподтеком на переднебоковой поверхности грудной клетки слева между средней ключичной и средней подмышечной линиями, на уровне четвёртого – десятого рёбер; разгибательными переломами третьего ребра по среднеключичной линии, четвертого ребра по окологрудинной линии, шестого – восьмого рёбер по переднеподмышечной линии, девятого ребра по среднеподмышечной линии и десятого ребра по заднеподмышечной линии, с повреждениями пристеночной плевры концами костных отломков шестого – девятого рёбер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого лёгкого концом отломка десятого ребра, с кровотечением в плевральную полость, объёмом 500 мл.

Подсудимый ФИО1 в результате развития дальнейших событий после совершения инкриминируемого ему преступления скончался.

В силу п. 1 ст. 254 УПК РФ, суд прекращает уголовное дело в судебном заседании, если во время судебного разбирательства будут установлены обстоятельства, указанные в п.п. 3-6 ч. 1 ст. 24, ч. 2 ст. 24, п.п. 3-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Согласно п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению, в случае смерти подозреваемого или обвиняемого, за исключением случаев, когда производство по уголовному делу необходимо для реабилитации умершего.

В соответствии с п. 2.1. Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 № 16-П, правосудие в Российской Федерации, согласно статье 118 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации, осуществляется только судом, в том числе посредством уголовного судопроизводства. При этом государство обязано гарантировать защиту прав как собственно участников уголовного процесса, так и всех тех, чьи права и законные интересы непосредственно затрагиваются при производстве по уголовному делу, в том числе обеспечивать им надлежащие возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов на всех стадиях уголовного судопроизводства любыми не запрещенными законом способами.

Согласно п. 2.2. Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 № 16-П, обращаясь к вопросу о правовой природе прекращения уголовного преследования по нереабилитирующим основаниям, гарантиях прав и законных интересов лиц, в отношении которых принимается такое решение, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам: решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено статьей 49 Конституции Российской Федерации (Постановление от 28 октября 1996 года N 18-П); при выявлении такого рода оснований к прекращению уголовного дела лицо, в отношении которого уголовное дело подлежит прекращению, вправе настаивать на продолжении расследования и рассмотрении дела в судебном заседании, а в случае вынесения решения о прекращении уголовного дела - обжаловать его в установленном процессуальным законом судебном порядке; тем самым лицам, заинтересованным в исходе дела, обеспечивается судебная защита их прав и законных интересов в рамках уголовного судопроизводства (Постановление от 24 апреля 2003 года N 7-П).

Прекращение уголовного дела по нереабилитирующему основанию возможно лишь в том случае, если будут обеспечены гарантируемые Конституцией Российской Федерации права участников уголовного судопроизводства, что предполагает, в частности, необходимость получения согласия подозреваемого (обвиняемого) на прекращение уголовного дела: в силу принципа состязательности, на основе которого осуществляется уголовное судопроизводство (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), предполагается, что стороны самостоятельно и по собственному усмотрению определяют свою позицию по делу, в том числе в связи с вопросом об уголовной ответственности, а следовательно, если подозреваемый (обвиняемый) не возражает против прекращения уголовного преследования, нет оснований считать его права и законные интересы нарушенными решением о прекращении уголовного дела (при условии его достаточной обоснованности).

В соответствии с п. 5. Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 № 16-П, как следует из взаимосвязанных положений статей 1, 2, 18, 45 и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы судебной защиты прав и свобод человека и гражданина, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является предоставляемая заинтересованным лицам, в том числе не привлеченным к участию в деле, возможность обратиться в суд за защитой своих прав и свобод, нарушенных неправосудным судебным решением; разрешение судом вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, не позволяет считать судебное разбирательство справедливым, обеспечивающим каждому в случае спора о его правах и обязанностях закрепленное статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона; лицо, не привлеченное к участию в деле, в отношении которого вынесено судебное решение, нарушающее его права и свободы либо возлагающее на него дополнительные обременения, во всяком случае должно располагать эффективными средствами восстановления своих нарушенных прав, как того требует статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 февраля 2006 года N 1-П).

Исходя из этого федеральный законодатель - с учетом требований Конституции Российской Федерации - устанавливает способы и процедуры судебной защиты применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел, учитывая особенности соответствующих материальных правоотношений, характер рассматриваемых дел и другие обстоятельства (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 1999 года N 9-П, от 21 марта 2007 года N 3-П, от 17 января 2008 года N 1-П и от 31 января 2011 года N 1-П).

Защита чести и доброго имени умершего, уголовное дело в отношении которого было прекращено по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, а также прав и законных интересов его близких родственников в первую очередь связана с его возможной реабилитацией, под которой в соответствии с пунктом 34 статьи 5 данного Кодекса понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда. Вместе с тем, как следует из части второй статьи 6 УПК Российской Федерации, определяющей само назначение уголовного судопроизводства, в более широком и основополагающем смысле реабилитация - это публичное признание отсутствия оснований для уголовной ответственности и уголовного преследования лица, которому оно ранее подверглось. Поскольку закон признает основанием уголовной ответственности совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, включая виновность лица в совершении этого деяния (часть первая статьи 5 и статья 8 УК Российской Федерации, часть вторая статьи 6 и часть четвертая статьи 302 УПК Российской Федерации), реабилитация является следствием установления невиновности лица в совершении деяния, запрещенного уголовным законом.

В силу принципа презумпции невиновности, как он определен в статье 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации, виновность лица в совершении преступления, равно как и его невиновность, должна быть доказана не в произвольном, а лишь в предусмотренном федеральным законом порядке, т.е. подлежит установлению исключительно в рамках уголовно-процессуальных отношений. Соответственно, защита прав и законных интересов близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого), имеющая целью его реабилитацию, также должна осуществляться в уголовно-процессуальных формах путем предоставления им необходимого правового статуса и вытекающих из него прав.

Права и законные интересы умершего подозреваемого (обвиняемого) и его близких родственников, затронутые решением о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 4 части первой статьи 24 УПК Российской Федерации, не могут быть в полной мере защищены и с помощью обжалования данного решения в суд в порядке его статьи 125. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 23 марта 1999 года N 5-П, суд при проверке в период предварительного расследования тех или иных процессуальных актов не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по уголовному делу, в первую очередь - вопрос о виновности или невиновности подозреваемого (обвиняемого), что противоречило бы конституционному принципу независимости суда. Поскольку жалоба в этом случае подается, по сути, на отказ органа уголовного преследования реабилитировать умершего подозреваемого (обвиняемого), а суд в период предварительного расследования связан запретом на исследование и предрешение вопроса о его виновности или невиновности, проверка обжалуемого решения имела бы формальный характер и не могла бы гарантировать в должной мере защиту прав и законных интересов близких родственников умершего.

Следовательно, применительно к прекращению уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) защита конституционных прав личности не может быть обеспечена без предоставления близким родственникам умершего права настаивать на продолжении производства по уголовному делу с целью его возможной реабилитации и соответствующей обязанности публичного органа, ведущего уголовный процесс, обеспечить реализацию этого права.

Согласно п. 6. Постановления Конституционного Суда РФ от 14 июля 2011 № 16-П, таким образом, исходя из конституционных положений, закрепляющих принцип охраны государством достоинства личности, право каждого на защиту своей чести и доброго имени, состязательность и равноправие сторон судопроизводства, гарантии государственной, в том числе судебной, защиты прав и свобод человека и гражданина, принцип презумпции невиновности, при заявлении возражения со стороны близких родственников подозреваемого (обвиняемого) против прекращения уголовного дела в связи с его смертью орган предварительного расследования или суд обязаны продолжить предварительное расследование либо судебное разбирательство. При этом указанным лицам должны быть обеспечены права, которыми должен был бы обладать подозреваемый, обвиняемый (подсудимый), аналогично тому, как это установлено частью восьмой статьи 42 УПК Российской Федерации применительно к умершим потерпевшим, ибо непредоставление возможности отстаивать в уголовном процессе свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами означало бы умаление чести и достоинства личности самим государством (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24 апреля 2003 года N 7-П).

Если при продолжении производства предварительного расследования будут установлены основания для принятия решения о реабилитации умершего, уголовное дело подлежит прекращению по реабилитирующим основаниям, если же нет - оно передается в суд для рассмотрения в общем порядке. В этом случае близкие родственники, настаивающие на продолжении производства по уголовному делу с целью возможной реабилитации умершего, либо их представитель подлежат в обязательном порядке вызову в судебное заседание, с тем чтобы они могли реализовать право на судебную защиту чести и доброго имени умершего, а также своих прав и законных интересов. При этом в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника судебного разбирательства, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании пункта 4 части первой статьи 24 и пункта 1 статьи 254 УПК Российской Федерации.

Согласно свидетельству о смерти от ДД.ММ.ГГГГ I-ОТ №, запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ.

В связи со смертью подсудимого ФИО1, с согласия сторон, ему был назначен представитель ФИО19, являющийся двоюродным братом подсудимого ФИО1, который суду пояснил, что поддерживал с ФИО1 родственные отношения. В целях недопущения нарушения права на защиту, умаления чести и достоинства умершего подсудимого ФИО1, суд полагает необходимым обеспечить представителю подсудимого ФИО1 – ФИО19 возможность реализации им всех прав предоставляемых подсудимому (обвиняемому).

В судебном заседании представитель умершего ФИО1 – ФИО19 с предъявленным ФИО1 обвинением в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УПК РФ, не согласился.

Стороны не возражали против прекращения уголовного дела, в связи со смертью подсудимого ФИО1, а также не возражали против окончания судебного следствия и прений сторон, поскольку судом исследованы все представленные сторонами доказательства, в связи с чем не возражали против принятия решения судом, с приведением мотивов принятого решения.

В ходе судебного следствия, судом были исследованы следующие доказательства, представленные сторонами.

Как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал.

В ходе судебного разбирательства ФИО1 суду пояснил, что 21 ноября 2016 года в 15 часов он приехал с вахты, на которой пробыл больше месяца, к себе по месту жительства. На следующий день, 22 ноября 2016 года, он решил пойти в магазин, с целью приобрести продукты питания для отца и брата ФИО18, поскольку из-за злоупотребления ФИО18 спиртных напитков, его сожительница ФИО5 стала забирать пенсию отца на хранение себе. К отцу он пришел около 08 часов 30 минут. В квартире было холодно, вода, стоявшая на полу, и цветы замерзли, везде был бардак, бутылки и сигаретные окурки валялись на полу. Отец находился в своей комнате, был укрыт одеялом, он с ним поздоровался и зашел в комнату к ФИО18, который спал на полу между диваном и кроватью, одна рука была вытянута, в пальцах которой находилась не прикуренная сигарета марки «Максим» красный, вторая рука находилась под ним, он лежал на левой щеке. Подойдя к ФИО18, он толкнул его в затылочную часть мягким местом ладони, чтобы обратить на себя внимание, при этом ругаясь. ФИО18 оставался лежать в этом же положении. Увидев мокрую постель, он посчитал, что ФИО18 во сне обмочился и сполз с кровати или пьяный упал на пол. После этого он вышел во двор, нарубил дров, уголь в ведре стоял на крыльце, растопил печь, затем наносил в дом воды. Через полчаса он опять зашел к ФИО18 в комнату и толкнул его ногой, обутой в легкую, зимнюю кроссовку, по левой ягодице, ругаясь. ФИО18 на его действия никак не отреагировал, тогда он дважды толкнул ФИО18 в левый бок, ближе к подмышке, правой ногой, чтобы тот встал, но последний так ни на что не реагировал. Он наклонился к ФИО18 и взял за ворот рубашки, перевернул на спину, лицом вверх, один глаз у него был открыт. На полу, под животом у ФИО18 лежал сотовый телефон красного цвета марки «Самсунг» со следами запекшейся крови, который он положил на подоконник. Лицо у ФИО18 было небритое и грязное, он мог несколько дней не умываться, пока не проспится. У окна на полу около батареи, в полутора метрах от ФИО18 стояла недопитая бутылка водки «Русская валюта» со следами засохшей крови, рядом валялась стопка. Он посчитал, что ФИО18 мог где-то упасть и пораниться, так как такие случаи уже были ранее, когда он падал с крыльца дома. После этого он взял бутылку с оставшейся водкой и пошел к матери своей сожительницы – ФИО6 погреться, все ей рассказал, и пробыл у неё до 10 часов. Затем он вернулся в квартиру к отцу, где стал мыть посуду и готовить пищу. За все это время он в комнату к ФИО18 больше не заходил. Отец стал ходить по квартире, но в комнату к ФИО18 также не заходил. Через некоторое время, примерно в 12 часов 30 минут он по просьбе отца пошел в магазин «Агат», который находится в 250 метрах от дома, куда постоянно ходил ФИО18, так как там большой ассортимент товара, где он приобрел недостающие продукты питания и «чекушку» для отца. После этого он доделал практически все домашние дела и в 14 часов 15 минут позвонил своей сожительнице, и около 15 часов пришел к себе по месту жительства, чтобы отдохнуть от работы, а через 1 час 30 минут вновь стал собираться к отцу. Подойдя к дому отца он увидел ФИО6 которой предложил войти в квартиру. Свет в квартире был выключен. Они прошли в комнату ФИО18, включили свет. ФИО18 находился в том же положении, в котором он его оставил. О том, что ФИО18 мертв, ему сообщила ФИО6, после чего у него началась истерика, так как он всегда защищал брата, когда тот обращался к нему за помощью. Он выбежал на улицу, и через некоторое время вновь зашел в квартиру. Он сказал, чтобы ФИО6 вызвала сотрудников полиции, но так как ей дозвониться до них не получилось, она позвонила его сожительнице ФИО5, которая вызвала полицию и в общих чертах рассказала о случившемся. По приезду полиции в доме находились он, ФИО6 и ФИО5 Сотрудники полиции прошли в квартиру, осмотрели тело ФИО18, стали его шевелить, и изо рта у того пошла сукровица. По просьбе сотрудников полиции были приглашены понятые ФИО20 и ФИО10, которые прошли в зал, сели на диван и до окончания составления протокола осмотра места происшествия никуда больше не проходили. Он вместе с сожительницей и её матерью находился рядом с сотрудниками полиции. При осмотре тела был найден чей-то зуб, который впоследствии неизвестно куда делся, также сотрудники полиции подняли куртку ФИО18 с пятнами крови, которую они осмотрели и положили обратно. ФИО18 был без нижнего белья, на нем были одеты байковая клетчатая рубаха и ватная подстега, которую невозможно носить отдельно от штанов, так как она не застегивается. В состоянии алкогольного опьянения ФИО18 был всегда разговорчивым, мог наговорить лишнего, за что и получал физически. При жизни матери ФИО18 находился под контролем, после её смерти положение изменилось, он стал злоупотреблять спиртными напитками, пил в основном самогон или спирт. ФИО18 говорил ему, что его зовут на заработки, соседи говорили, что он заработал <***> рублей, на которые он, возможно, и приобретал водку, но никто этих денег не видел, и в квартире этих денег не было. В ходе предварительного следствия физического и психического воздействия со стороны правоохранительных органов на него не оказывалось.

По ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым ФИО1 в ходе предварительного расследования и в суде, были оглашены показания ФИО1 данные им в качестве подозреваемого о том, что в <адрес> проживает его отец ФИО17, который является инвалидом в связи с тем, что у него случился инсульт и его парализовало. В настоящее время отец не разговаривает, писать и читать не может, находится постоянно дома и за ним требуется постоянный уход. Кроме того, с отцом проживал его родной брат – ФИО18, который злоупотреблял спиртным, нигде не работал, вёл паразитический образ жизни. ФИО18 ухаживал за отцом, но когда он находился в запое, то не всегда должным образом ухаживал за отцом, и ему постоянно приходилось с братом ругаться по этому поводу. Он периодически приходил по месту жительства отца, наводил порядок в доме, протапливал печь, готовил отцу еду, так как ФИО18 почти всегда находился в состоянии алкогольного опьянения и по дому ничего не делал. 22 ноября 2016 года около 8 часов, он пришел по месту жительства отца, чтобы его проведать. Зайдя в квартиру, он почувствовал, что дом нетопленный, было очень холодно, температура в квартире составляла 0 градусов. В квартире было множество мусора, в кухне было много грязной посуды. Отец находился в своей комнате и лежал на кровати. Он поздоровался с ним, закрыл дверь комнаты и прошел в комнату брата, расположенную напротив комнаты отца. Зайдя в комнату, он увидел, что ФИО18 сидел на коленках на полу возле кровати и спал. Кровать его была мокрой. Как он понял, ФИО18 помочился на кровать и сполз на пол, и в сидячем положении уснул. Комната была сильно замусорена. В этот момент, он сильно разозлился на брата, за то, что тот ведёт такой образ жизни, а именно не ухаживает за отцом, замусорил всю квартиру, пропивает отцовскую пенсию, и в связи с этим он подошел к сидящему на коленках ФИО18, и нанес ему один удар кулаком правой руки в область затылка, а затем стал кричать и ругаться на него. В этот момент брат проснулся, посмотрел на него и снова закрыл глаза, продолжая спать, не обращая на него внимание. Он вышел из комнаты брата и стал заниматься домашними делами, нарубил дрова, затопил печь, принес воду, вынес мусор. Затем около 09 часов 30 минут он, взяв с собой немного спиртного, направился к ФИО6., которая живет напротив и является матерью его сожительницы. Находясь у неё дома, они выпили, и он пожаловался ей на брата, а затем снова ушел домой к отцу. Находясь в квартире отца, он зашел в комнату к брату, который продолжал спать в таком же положении. Он стал кричать на него и спрашивать, долго ли он будет так сидеть, на что брат никак не реагировал. После этого он снова разозлился на брата за то, что не помогает по дому, находится в алкогольном опьянении, и в этот момент, около 11 часов, точного времени не помнит, он нанес сидящему на полу ФИО18 1 удар правой ногой в область ягодиц и не менее двух ударов правой ногой по туловищу в область левой передней половины грудной клетки. Затем он взял правой рукой за одежду ФИО18 в область воротника и повалил его на пол, на спину. ФИО18 ему ничего не говорил и просто лежал с открытыми глазами. На лице у брата, в области губ он увидел засохшую кровь. Как он предполагает, у брата ранее была разбита губа. Брат также ему ничего не говорил и просто продолжал лежать на полу. Он сказал ФИО18, что пойдет домой и придет вечером, чтобы проведать его, затем он ушел. Когда он выходил из дома, то отец находился на кухне и кушал. Отец не видел, как он наносил удары ФИО18, так как в первом случае он находился в комнате, а во втором случае находился на кухне. В этот же день, около 17 часов, он снова пришел по месту жительства отца и возле калитки встретил ФИО6, с которой они вместе прошли в дом отца, чтобы посмотреть, что делается в доме и в каком состоянии находится брат. Когда они зашли в дом, то отец лежал на кровати в своей комнате. Он попросил ФИО6 сходить в комнату брата и посмотреть, что тот делает. Она сходила в комнату и, вернувшись, сообщила, что его брат мертв. После этого он сам зашел в комнату и убедился, что его брат действительно не подавал признаков жизни. После чего он сказал ФИО6 позвонить сотрудникам полиции, что она и сделала. В первоначальном объяснении он указал, что не причинял брату телесных повреждений, из-за того что испугался уголовной ответственности. В настоящее время он признается в том, что причинял телесные повреждения и искренне раскаивается. Какого-либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов в отношении него не применялось (т. 2. л.д. 14-17).

Подсудимый ФИО1 настаивал на показаниях, данных им в ходе судебного следствия, пояснив, что аналогичные показания давал в ходе предварительного следствия, и, возможно, следователь их не дословно изъяснил в протоколах допросов. В ходе допроса в качестве подозреваемого он пояснял следователю, что пришел к ФИО6 уже после того, как перевернул ФИО18 на спину, а следователь предложил ему указать время 11 часов, так как он не мог точно указать время. Кроме того, он пояснял адвокату Матвийчук О.Г., что удары ногой он не наносил, а только хотел пошевелить ФИО18, на что адвокат сказала ему, что это такой термин при ведении уголовных дел. В ходе допроса он плохо соображал. О сотовом телефоне, поднятым им с пола, о найденном зубе, о бутылке водки он и ФИО6 говорили сотрудникам полиции, но на это никто не обратил внимания, но сотовый телефон они с подоконника забрали. Бутылка из-под водки находится у ФИО14, для какой цели она хранит её, он пояснить не может. Физические удары он ФИО18 не наносил, он не знал, что у брата поломаны ребра, считал, что он умер от спиртного. Почему свидетель ФИО11 утверждает, что он становится агрессивным после употребления спиртного, пояснить конкретно не может, предполагает, что это из-за того, что он громко разговаривает, мог ругать брата, покричать, а затем успокоиться. Не указывал на замечания в протоколах допросов и в протоколе проверки показаний на месте, так как не читал их, просто подписывал. С заявлениями к следователю о дополнительном допросе в качестве подозреваемого или обвиняемого не обращался.

По ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым ФИО1 в ходе предварительного расследования и в суде, были оглашены показания ФИО1 данные им в качестве обвиняемого, о том, что причинять тяжкий вред здоровью своему брату он не желал, а также не желал причинять ему смерть. Он считает, что от его ударов не могла наступить смерть (т. 2. л.д. 48-51).

Оглашенные показания ФИО1 не подтвердил, пояснив, что следователь их неправильно записал. С заявлением к следователю о дополнительном допросе он не обращался.

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1, данных ею в ходе судебного заседания следует, что ФИО18 и ФИО1 являются её младшими братьями. Взаимоотношения между ними были как у всех братьев и сестер. С 17 лет она не проживает совместно с родителями, в связи с чем она общалась с ними только по телефону и иногда приезжала в гости. ФИО18 злоупотреблял спиртными напитками, постоянного места работы не имел, подрабатывал случайными заработками. Родители всегда считали его маленьким, поэтому постоянно его баловали, давали деньги, которые он тратил на спиртное. ФИО18 мог употреблять спиртные напитки в одиночку, к себе домой никого не водил, выпивал с товарищами в других местах. После смерти матери ФИО18 остался проживать с отцом, который является инвалидом, и ухаживать за ним. В последний раз она общалась с ФИО18 21 ноября 2016 года, и ей показалось, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, так как у него была невнятная речь. Когда узнала о случившемся, то поняла, что брату было больно разговаривать. Видела она его за один-два месяца до случившегося в состоянии алкогольного опьянения, грязного. После пьянок ФИО18 приходил домой с синяками и сразу уходил в свою комнату. У него с детства было заболевание «недержание», и если у него в состоянии алкогольного опьянения это произошло, то ФИО18 мог не сушить постель, а просто застелить чем-нибудь и лечь спать. В трезвом состоянии ФИО18 пытался что-то делать по хозяйству: варить, убираться, ухаживать за отцом. Отношения между ФИО18 и ФИО1 были нормальные, серьезных конфликтов между ними не было, иначе ей бы об этом стало известно, так как ФИО18 любил жаловаться, и если его никто не жалел, то он обижался и психовал. Братья между собой разные по характеру. Её младший брат ФИО1 проживает с сожительницей и детьми, после освобождения из мест лишения свободы стал более серьезным, степенным. ФИО1 мог в грубой форме что-то сказать брату, но физическую силу к нему не применял. О смерти брата ФИО18 она узнала 22 ноября 2016 года от сожительницы ФИО1 – ФИО21 Со слов соседей ей стало известно, что до своей смерти ФИО18 был избит, ходил сгорбившись. У неё были догадки о том, что ФИО18 могли избить за полученные им за работу на уборочной в <адрес> деньги в размере <***> рублей, которых никто не видел, в доме денег также не было. О полученных деньгах ей по телефону сообщил сам ФИО18 Со слов соседки ФИО20 ей стало известно, что в ночь с 21 на 22 ноября 2016 года было слышно, как будто кто-то дважды упал, но не было слышно разговоров и звука драки. Кроме того, комната отца находится напротив комнаты ФИО18 и, если отец ничего не мог видеть, то он мог слышать, что происходило в комнате напротив, и в случае необходимости, вышел бы из комнаты. ФИО1 пояснил ей, что, придя по месту жительства отца, ФИО18 лежал с открытыми глазами, тогда он дал брату подзатыльник и ударил по ягодице за то, что в доме не была натоплена печь, хотя уголь был набран и дрова нарублены. На похоронах ФИО18 присутствовали все родственники, в том числе отец и ФИО1 Отец, хоть и не разговаривает, не выказывал своего негатива в сторону ФИО1, в его отношении к сыну никаких перемен не было, а по ФИО1 было видно, что он переживает, ходит угрюмый. Когда её брата ФИО1 задержали сотрудники полиции, отец расстроился. Она не верит, что ФИО1 мог нанести такие телесные повреждения, так как до этого момента между братьями никогда не было ссор и драк.

Из показаний свидетеля ФИО5 данных ею в судебном заседании следует, что с ФИО1 она проживает с 2005 года, у них двое совместных детей. ФИО1 трудолюбивый, помогает, по характеру иногда взрывной, со своими недостатками и достоинствами. Алкогольные напитки употребляет редко, работает вахтовым методом. Поскольку она живет с ФИО1 длительное время, то она знакома с его родственниками, в частности с ФИО18 Он часто находился в состоянии алкогольного опьянения. Мать и отец ФИО4 были больны. Мать умерла в июне 2016 года, отец – инвалид, за которым требуется постоянный уход. Она приходила, помогала по хозяйству. Взаимоотношения между братьями были нормальные, но ФИО1 часто ругал ФИО18 за пьянство, за то, что в доме холодно, но ФИО18 на это никак не реагировал, он был ко всему безразличен. После смерти матери ФИО18 стал проживать вдвоем с отцом, но по дому он ничего не делал, за что его постоянно ругали. ФИО1, когда приезжал с вахты, сразу шел к отцу, проведывал, помогал по хозяйству: дров наколет, воды принесет. Когда он уезжал, то к отцу приходила она, готовила еду, убиралась в доме. О том, что ФИО18 умер, ей стало известно от ФИО6 которая позвонила ей по телефону 22 ноября 2016 года в 16 часов 45 минут. Она вызвала сотрудников полиции и около 17 часов пошла к ФИО4. Войдя в дом, она увидела, что ФИО1 находился в состоянии истерики. Она открыла дверь в комнату ФИО18 и увидела, что тот лежал на полу на спине, между диваном и кроватью, ноги были согнуты, лицо было грязное, частично были видны синяки, была ли кровь на лице, не помнит. ФИО1 не верил тому, что брат мертв, толкнул его ногой, перевернул, один глаз у него был открыт. Ранее конфликтов между братьями не было, но два года назад ФИО1 дважды ударял его по лицу руками по месту жительства родителей, но ФИО18 только обзывался и проявлял агрессию. ФИО18 по характеру был обидчивым, любил, чтобы его жалели, в противном случае он начинал психовать, любил врать. Накануне произошедшего ФИО1 приехал с вахты и на следующий день, 22 ноября 2016 года около 07 часов 30 минут, он пошел к отцу. В 11 часов он позвонил ей, сказал, что в квартире холодно, температура 0 градусов, иней на окнах, пробудет там весь день, а ФИО18 лежит пьяный на полу с открытыми глазами. Около 15 часов ФИО1 пришел домой, пообедал, и около 16 часов 30 минут обратно пошел к отцу топить печь. Через 15 минут позвонила её мать ФИО6 и сообщила о случившемся. В последний раз она видела ФИО18 живым 16 ноября 2016 года, когда приходила забрать пенсию отца, которую он получал лично. Ей показалось, что в тот день у ФИО18 на лице были синяки, когда он находился в состоянии алкогольного опьянения, то он постоянно падал. ФИО18 в дом никого не водил, друзей у него не было, выпивал один и редко с отцом. Он иногда калымил, перед смертью ездил на заработки, вернулся в конце октября – начале ноября 2016 года и сказал, что у него есть деньги. Со слов её брата ФИО7 ей стало известно о том, что 21 ноября 2016 года он видел ФИО18, набирающего уголь на коленях, и на его обращение к ФИО18, последний ничего не смог ответить. Это было удивительно, поскольку в состоянии алкогольного опьянения ФИО18 разговорчив. Продавец магазина «Агат» ФИО12 ей рассказала, что она видела ФИО18 за три дня до смерти. В первый день он был побитый и покупал бутылку дорогой водки, во второй день лицо у него было сильно избито, в третий день лицо было сильно опухшим, речь невнятная. Соседка ФИО20 сообщила, что в ночь с 21 на 22 ноября 2016 года она слышала грохот в квартире ФИО18, а 21 ноября 2016 года она видела, как ФИО18 шел в сторону магазина скрюченный. В момент нахождения сотрудников полиции в квартире ФИО18, она обратила внимание на куртку темно-синего цвета, не кожаную, принадлежащую ФИО18, которая лежала в зале на кресле и была в крови. Сам ФИО18 был одет в рубаху и штаны. ФИО18 был одет в зимнюю куртку, кроссовки, спортивный костюм и шапку. Эти вещи сотрудники полиции не изымали. Сотрудник полиции ФИО8 осмотрел куртку, но её не взяли, сказав, что она не нужна. В настоящее время эта куртка находится в квартире ФИО4 в пакете. Следователь продавца не допрашивал.

Из показаний свидетеля ФИО6., данных ею в судебном заседании следует, что семью ФИО4 она знает давно, ФИО1 является сожителем её дочери ФИО5 По характеру ФИО1 хозяйственный, работает, спиртными напитками не злоупотребляет, может иногда покричать. ФИО18 раньше работал, но нигде долго не задерживался, так как злоупотреблял спиртными напитками, и работать не любил, по хозяйству родителям не помогал. Между братьями особой любви друг к другу не было. После смерти матери в июне 2016 года ФИО18 остался проживать с отцом. В сентябре 2016 года ФИО18 уехал на заработки и вернулся в конце октября 2016 года, хвастался, что заработал <***> рублей, но их никому не показывал. По приезде ФИО18 продолжил злоупотреблять спиртным, за хозяйством не смотрел, печь не топил. Она приходила к ФИО4 по месту жительства 19 ноября 2016 года, принесла продукты питания, ФИО18 выполз из своей комнаты, лицо у него было опухшее, грязное, на губе царапина, кровь засохшая. В доме было холодно, батареи ледяные. Больше она к ним не ходила. В ночь с 21 на 22 ноября 2016 года она видела, что в квартире ФИО4 с двух до трех часов ночи в кухне, в коридоре и в комнате отца горел свет, а со слов сына ФИО7 ей было известно, что свет в комнате отца горел с часа ночи. 22 ноября 2016 года в 08 часов 50 минут она увидела ФИО1, который носил дрова по месту жительства ФИО18, а в 09 часов 20 минут ФИО1 пришел к ней по месту жительства с начатой бутылкой водки «Русская валюта», на которой был кровавый отпечаток. Он жаловался ей о том, что в доме 0 градусов, на полу в тазу вода замерзла, а этот спит, хрипит, храпит, глаз открытый». О том, что ФИО1 наносил ФИО18 телесные повреждения, он ей не говорил, только сказал, что Димка весь побитый, в сидячем положении возле кровати спит на полу. ФИО18 часто распивал спиртные напитки один, друзей у него не было, но домой никого не водил. Он в состоянии алкогольного опьянения мог упасть на кирпичи, чуть в луже не захлебнулся, сильно напивался. В одиннадцатом часу ФИО1 пошел обратно к отцу топить печь, готовить еду, мыть посуду. Затем она встретила ФИО1 в 16 часов около их дома. Они вместе прошли в квартиру. ФИО1 включил свет, позвал её и сказал о том, что как он его перевернул, так он и лежит. Она подошла к ФИО18, взяла за руку и поняла, что последний был мертв, так как рука оказалась холодной, и сообщила об этом ФИО1 У него случился приступ истерики, он сказал вызвать полицию. У трупа лицо было все синее, глаз был открытый. По приезде сотрудников полиции осмотрели квартиру, в комнате ФИО18 они обнаружили зуб, рюмку и сотовый телефон, возле ФИО18 была небольшая лужа крови, где и был обнаружен зуб, куртка ФИО18 находилась в зале на диване. Она рассказывала следователю о том, что её сын ФИО7 видел ФИО18 незадолго до смерти, нагребающим уголь на коленях, и разговаривал он не как обычно, а невнятно, несмотря на то, что ФИО18 в состоянии алкогольного опьянения любил поговорить.

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля ФИО7, данных им в судебном заседании следует, что ФИО18 он знает, как родственника ФИО1, который является сожителем его сестры - ФИО5 Он проживает через дорогу от дома ФИО4. ФИО18 проживал со своим отцом, который является инвалидом, плохо разговаривает. За ним ухаживали его мать, сестра, ФИО1 Они топили печь, приносили продукты питания, готовили еду, помогали по хозяйству, так как ФИО18 часто находился в состоянии алкогольного опьянения. В состоянии алкогольного опьянения внешний вид у него был грязный, небритый, неумытый, он мог сам себе причинить телесные повреждения. В последний раз он видел ФИО18 21 ноября 2016 года в 16 часов, набирающим уголь на коленях, хотя обычно он набирал уголь на корточках. Он был побитый, с синяком под глазом, с ссадиной на лице, на губе запекшаяся кровь, был неразговорчив, запаха перегара от него не исходило, хотя дней за пять до этого, он встретил ФИО18 на крыльце дома, от него пахло перегаром, никаких телесных повреждений на нем не было. Он помог ФИО18 отнести ведро с углем на крыльцо, так как тот не смог поднять ведро, ноги у него заплетались, он поднимался на крыльцо, держась за перила двумя руками. Он был одет в куртку, а на руках у него были надеты перчатки, поэтому состояние их он не видел. Затем он ушел гулять, а вернувшись домой, сел играть в компьютер и, примерно в час ночи он увидел, как в окне комнаты отца ФИО18 загорелся свет. В комнате стояли ФИО18 и его отец, затем через 15 минут свет погас. Позже он рассказал об этом своей матери ФИО6 О том, что ФИО18 умер, ему стало известно от матери.

Из показаний свидетеля ФИО12, данных ею в судебном заседании следует, что она работает продавцом в магазине «Агат» с 2010 года. Семью ФИО4 она знает, так как ФИО18 вместе со своей матерью часто приходили к ней в магазин, покупали продукты питания. После смерти матери ФИО18 стал приходить редко, покупал продукты на месяц вперед, спиртное не покупал. Только за 3-4 дня до смерти ФИО18 стал каждый день покупать самую дорогую водку. В первый день он пришел примерно около 16 часов 30 минут весь побитый, у него был припухший нос, кровоподтек под носом. Он купил бутылку водки «Столичная», рассчитался крупными купюрами, денег у него было много, купюрами по сто, пятьсот и тысяча рублей. Во второй день у него был сильно распухший нос, под носом запекшаяся кровь и под глазом большая припухлость, приобрел бутылку водки «Русская валюта». На третий день он пришел примерно в 15 часов и приобрел еще бутылку водки, но он практически не разговаривал, двигался тяжело, дышал с одышкой, молча ушел, хотя он всегда был разговорчивым. Было видно, что его избивают. Это было в двадцатых числах ноября 2016 года. Через некоторое время от покупательницы ей стало известно, что ФИО18 умер. Она спрашивала у ФИО1, кто избивает его брата, на что тот ответил, что не знает, он только был возмущен, что отец голодный, дома холодно, продуктов питания нет, а тот валяется пьяный.

Из показаний свидетеля ФИО10, данными при производстве предварительного расследования и оглашенными по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными в ходе предварительного расследования и в суде, следует, что она проживает по адресу: <адрес> По соседству с ней проживал ФИО18 со своими отцом-инвалидом. ФИО18 злоупотреблял спиртными напитками, вел паразитический образ жизни, постоянно был грязным. ФИО18 встречался ей всегда в нетрезвом виде, трезвого она его практически не видела. Близких отношений с ФИО18 она никогда не поддерживала, и ей было неинтересно знать о его жизни. ФИО18 по характеру был спокойным, тихим, из квартиры она шум никогда не слышала, никогда компаний там не собиралось. Ей знаком родной брат ФИО18 – ФИО1 Ранее ФИО1 вел антиобщественный образ жизни, неоднократно привлекался к уголовной ответственности, но после того, как он стал сожительствовать с ФИО5, стал характеризоваться с положительной стороны. 22 ноября 2016 года в утреннее время она ушла на работу и пришла домой с работы вечером. В вечернее время к ней пришли сотрудники полиции и попросили поучаствовать в следственном действии – осмотре места происшествия квартиры ФИО18 Зайдя в квартиру, она увидела труп ФИО18 В последующем, от ФИО5. ей стало известно, что к смерти ФИО18 причастен его брат ФИО1 По данному факту пояснить ничего не может, так как никакие обстоятельства произошедшего ей неизвестны (т. 1 л.д. 56-58).

Оглашенные показания свидетель ФИО10 подтвердила в полном объеме, пояснив суду, что на тот момент помнила лучше события произошедшего, в связи с чем и возникли противоречия в показаниях.

Из показаний свидетеля ФИО13, данными при производстве предварительного расследования и оглашенными по ходатайству государственного обвинителя, в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными в ходе предварительного расследования и в суде, следует, что ФИО18 ей был знаком, они поддерживали приятельские отношения, так как он жил недалеко от её дома по адресу: <адрес>. При встрече иногда общались. По характеру ФИО18 был очень замкнут, скромен, не особо разговорчив, был сам-по-себе, на вид был всегда грязным, неопрятным. С кем он общался, ей неизвестно, и никогда этим не интересовалась, но в компании людей она его никогда не видела. ФИО18 злоупотреблял спиртными напитками, так как она редко видела его трезвым. ФИО18 калымил, помогал людям по хозяйству. Она никогда не видела, чтобы ФИО18 был избитым. Один раз она видела его с синяком на лице, на что ФИО18 сказал ей, что он стукнулся об дверную раму. Ей известно, что ФИО18 жил с отцом, но никогда отца не видела, а также не видела других его родственников, и с ними незнакома. Последний раз ФИО18 она видела в конце октября 2016 года, когда он шел из магазина, был слегка пьян. От сотрудников полиции ей стало известно, что ФИО18 обнаружили мертвым по месту его жительства. Что произошло с ФИО18 ей неизвестно, по данному факту ничего пояснить не может. Брат ФИО18 – ФИО1 ей не знаком (т. 1 л.д. 53-55).

Оглашенные показания свидетель ФИО13 подтвердила в полном объеме, пояснив суду, что на тот момент помнила лучше события произошедшего, в связи с чем и возникли противоречия в показаниях.

Из показаний свидетеля ФИО20, данных ею в судебном заседании следует, что она является соседкой ФИО4 с момента постройки дома. Семью ФИО4 знает давно. Мать умерла в июне 2016 года, а отец – инвалид, после инсульта не разговаривает, но в огороде работает. После смерти матери за отцом стал ухаживать ФИО18, а ФИО1 проживал отдельно. ФИО18 употреблял спиртные напитки, но домой он никого не приводил. Взаимоотношения между братьями были нормальными, она не видела, чтобы они ссорились между собой, дрались. Были ли у ФИО18 враги или дружил он с кем-то, ей неизвестно. О том, что ФИО18 умер, ей стало известно от ФИО1, который пригласил её поприсутствовать в качестве понятой в конце ноября 2016 года, точного числа она не помнит. ФИО1 был сильно расстроен, плакал. Сотрудникам полиции она пояснила, что видела ФИО18 накануне смерти в состоянии алкогольного опьянения, он шел, как «зомби», возможно, был избит, так как лица его она не видела, в сторону калитки со двора, еле передвигая ноги, кроме того, слышала грохот около час ночи, как будто кто-то упал или стукнулся обо что-то, но откуда конкретно был этот звук, определить невозможно, голосов никаких не было. Она видела в 13 часов как ФИО1 вышел из квартиры отца и направился к себе по месту жительства. Она слышала, как ФИО1 рассказывал полиции о том, что он приехал с вахты, пришел к отцу домой, а его брат пьяный, заморозил квартиру. Она сама чувствовала, что соседняя квартира не отапливается, за три дня до случившегося она видела замерзшие окна, а когда вошла в квартиру ФИО4 присутствовать в качестве понятой, видела, что стены и потолок были мокрые. Она обратила внимание на труп ФИО18, изо рта которого была сукровица.

Из показаний свидетеля ФИО11, данных им в судебном заседании следует, что семью ФИО4 он знает давно, проживает с ними по соседству, через забор. ФИО18 проживал совместно с отцом и матерью, а ФИО1 проживал отдельно. Когда мать умерла ФИО18 сильно запил, нигде не работал. По характеру он был спокойным, неконфликтным, общался с детьми разного возраста, в дом никого не приводил, друзей у него не было. Когда находился в состоянии алкогольного опьянения, за своим внешним видом не следил, был сильно разговорчив. В последний раз он видел ФИО18 за три дня до смерти. Телесных повреждений на нем он не видел, и никогда не видел, чтобы тот падал, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Про ФИО1 плохого ничего сказать не может, он не агрессивный, любит пошуметь, покричать, когда выпьет. После смерти матери, с отцом стал проживать ФИО18, печь топил редко. Когда ФИО18 запивал, то печь приходила топить ФИО6 или ФИО1, реже ФИО5. Семья ФИО6 проживает напротив дома, где проживал ФИО18, на расстоянии 10-15 метров, и в окно можно видеть, что происходит в квартире ФИО4. Иногда он видел ФИО18 с ФИО7 на лавочке, около двора. ФИО18 от дома далеко не уходил, только до перекрестка или в магазин «Агат», иногда видел его в огороде. Занимался ли ФИО18 заготовкой дров и угля, не знает, так как просмотру двора ФИО4 мешает стоящий гараж и сарай. О смерти ФИО18 он узнал от сотрудников полиции, когда его пригласили в качестве понятого при проверке показаний на месте. В доме было прохладно, но окна не замерзшие. В доме лежал отец ФИО4, но он никаких эмоций не выражал. Проверка показаний на месте проводилась с помощью манекена, который лежал на коленях, а голова была направлена к кровати. ФИО1 показывал, куда он бил и что говорил, после этого был составлен протокол, в котором все расписались.

Из показаний эксперта ФИО15, данных в судебном заседании следует, что на трупе ФИО18 имелись наружные телесные повреждения одного цвета, что свидетельствует о том, что данные телесные повреждения были нанесены незадолго до наступления смерти, что касается повреждения со смертельным исходом, то оно было нанесено не более 10 часов до смерти, что подтверждают и гистологические исследования. Смерть ФИО18 возникла из-за перелома ребер, который повлек за собой кровоизлияние в легкие, то есть гемопневмоторекс, когда при повреждении плевры возможно повреждение сосудов и легкого, происходит истечение крови в плевральную полость, из легкого выходит воздух и наступает дыхательная недостаточность. Температура помещения, в котором находился труп, на выводы о времени смерти и получении травм значения не имеет, поскольку гнилостных изменений трупа не было выявлено. Он не исключает возможности, что смерть ФИО18 могла наступить в промежутке времени с 11 часов до 17 часов этого же дня, а также не исключает возможности того, что погибшего можно было спасти, при оказании ему своевременной медицинской помощи.

Из показаний свидетеля ФИО16, данных в судебном заседании следует, что от 22.11.2016 г. в составе следственно-оперативной группы, куда входили он, ФИО8 и ФИО9, выезжал на место происшествия, где им был произведен осмотр места происшествия. Труп ФИО18 находился в одной из комнат двухквартирного кирпичного дома. Труп был им осмотрен. Труп ФИО18 лежал на спине, руки согнуты в локтевых суставах, одна нога также была согнута, глаз открыт. При осмотре трупа в квартире находились сотрудники полиции, понятые и проживающие в доме. Кроме этого, была осмотрена обстановка в квартире. Какова была температура в квартире, пояснить не может, но было не холодно. Комната, в которой находился труп, была сильно замусорена, разбросаны «бычки» от сигарет, вещи лежали беспорядочно. На подоконнике лежал сотовый телефон серого цвета, на котором были обнаружены следы бурого цвета, впоследствии оказалось, что это была кровь. Каких-либо других следов возле трупа и в комнате обнаружено не было. Никто из присутствующих при осмотре места происшествия и трупа не просил обратить его внимание на какую-либо вещь, им лично было принято решение об изъятии предметов, представляющих интерес для следствия. Действительно, ФИО1 обращал его внимание на куртку с пятнами крови, но уже после ознакомления с материалами уголовного дела, и ему было дано пояснение, что материал по телесным повреждениям в области головы будет выделен в отдельное производство. Сам лично он эту куртку не видел на месте происшествия. При проверке показаний на месте от ФИО1 никаких заявлений не поступало, проверка проводилась в присутствии защитника и понятых, весь ход следственного действия фиксировался на фотоаппарат, никаких замечаний и дополнений от участников не поступило. ФИО1 показания давал добровольно, без какого-либо психологического или физического давления.

Из показаний свидетеля ФИО3, данных в судебном заседании следует, что с ФИО18 он был знаком на протяжении 6 лет. Он жил с родителями, которые были больны, девушки у него не было, друзей у него также не было, общался он только с ним и с братом ФИО1 ФИО18 часто употреблял спиртные напитки, в основном «самогон», при нем он водку никогда не употреблял. В состоянии алкогольного опьянения он был спокоен, старался всегда идти домой. В последний раз он видел ФИО18 за полторы недели до его смерти, о которой он узнал от соседки ФИО2 Перед смертью, в первых числах октября 2016 года, ФИО18 зашел к нему, рассказал, что «калымил» в деревне в течение 28 дней, где заработал более <***> рублей. Часть из этих денег ФИО18 потратил на покупку лекарств, тюнера. Также рассказал, что они с братом часто дрались, так как оба находились в состоянии алкогольного опьянения, и от этого у него на лице были повреждения. ФИО18 мог дать сдачи, но для этого его нужно сильно вывести из себя, сделать очень больно. ФИО1 он также знает, но лично с ним не общался. Почему родственники ФИО18 его не знают, пояснить не может.

Из протокола осмотра места происшествия от 22 ноября 2016 года <адрес> следует, что в ходе осмотра в центре комнаты № на полу обнаружен лежащий на спине труп ФИО18; изымаются стеклянная рюмка, которая лежит рядом с табуретом и парой сапог, и лежащий на подоконнике сотовый телефон марки «Samsung» серого цвета со следами вещества, похожего на кровь (т.1. л.д. 5-14).

Из заявления о явке с повинной ФИО1 от 24 ноября 2016 года следует, что 22 ноября 2016 года по адресу: <адрес> ФИО1 нанес телесные повреждения своему брату ФИО18 (т.1. л.д. 27).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № 247 от 15 декабря 2016 года следует, что смерть ФИО18 могла наступить 22 ноября 2016 года, непосредственной причиной наступления его смерти явился травматический шок в комбинации с левосторонним гемопневмотораксом (скопление крови и воздуха в плевральной полости), развившиеся, как осложнение закрытой тупой травмы грудной клетки: с одним кровоподтеком на переднебоковой поверхности грудной клетки слева между средней ключичной и средней подмышечной линиями, на уровне четвёртого – десятого рёбер; разгибательными переломами третьего ребра по среднеключичной линии, четвертого ребра по окологрудинной линии, шестого – восьмого рёбер по переднеподмышечной линии, девятого ребра по среднеподмышечной линии и десятого ребра по заднеподмышечной линии, с повреждениями пристеночной плевры концами костных отломков шестого – девятого рёбер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого лёгкого концом отломка десятого ребра, с кровотечением в плевральную полость, объёмом 500 мл. Данное телесное повреждение носит прижизненный характер, что подтверждается обнаружением кровоизлияний в мягких тканях грудной клетки и результатом судебно-гистологического исследования мягких тканей грудной клетки, могло образоваться 22 ноября 2016 года, как от ударов (минимум трех) твердыми тупыми предметами, со значительной силой приложения ударов, каковыми могли быть руки человека, сформированные в кулак, ноги человека, так и от ударов о твердые тупые предметы. Учитывая характера и локализации имеющихся телесных повреждений, исключается возможность их образования при падении потерпевшего с высоты собственного роста, как с приданным телу ускорением, так и без такового. Вышеуказанное телесное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причиной связи со смертью ФИО18

При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО18 обнаружены и другие телесные повреждения: диффузный кровоподтек в области лица, за исключением небольшого участка над левым носогубным треугольником, с ушибом мягких тканей правой половины лица и ушных раковин, распространяющийся на правую боковую поверхность шеи, с двумя ссадинами мягких тканей в лобной области слева, двумя ссадинами мягких тканей на спинке носа слева, одной ссадиной в правой щечной области и двумя ссадинами мягких тканей в подглазничной области слева; один кровоподтек на передне-боковой поверхности шеи слева, в промежутке между углом нижней челюсти и левым краем трапециевидной мышцы, между проекцией сосцевидного отростка и грудино-ключичным сочленением, распространяющийся на область тела нижней челюсти слева; один кровоподтек на наружной поверхности нижней трети левого плеча. Данные телесные повреждения носят прижизненный характер, могли образоваться незадолго до смерти, 22 ноября 2016 года, как от ударов (минимум десяти) твердыми тупыми предметами, со значительной либо средней силы приложения ударов, каковыми могли быть руки человека, сформированные в кулак, ноги человека, так и от ударов о твердые тупые предметы. Учитывая характер и локализацию имеющихся телесных повреждений, исключается возможность их образования при падении потерпевшего с высоты собственного роста, как с приданным телу ускорением, так и без такового. Указанные телесные повреждения, как в отдельности, так и в своей совокупности, у живых лиц не влекут за собой кратковременное расстройство здоровья и поэтому признаку квалифицируются, как не причинившие вред здоровью.

Указанные в пункте «1» выводов настоящего заключения телесные повреждения нанесены в короткий промежуток времени, в связи с чем, указать последовательность их нанесения, не представилось возможным. При их нанесении наиболее вероятное взаимное расположение нападавшего и потерпевшего могло быть лицом к лицу, с учётом локализации телесных повреждений. Смерть ФИО18 могла наступить 22 ноября 2016 года, спустя короткий промежуток времени, исчисляемый десятками минут – часами, от момента начала нанесения указанных в пункте «1» выводов указанного заключения телесных повреждений. В момент наступления смерти ФИО18 находился в состоянии лёгкой степени алкогольного опьянения, что подтверждается результатом судебно-химического исследования. Учитывая характер указанных в пункте «1» выводов заключения телесных повреждений, не исключается возможность, что ФИО18 мог с ними совершать активные физические действия, передвигаться, кричать, разговаривать, оказывать сопротивление, в промежуток времени, исчисляемый минутами - десятками минут. Кровь из трупа ФИО18 относится к А? группе (акт судебно-биологического исследования №520 от 02 декабря 2016 года, согласно которому кровь из трупа ФИО18 относится к А? группе) (т.1. л.д. 81-91, 92);

Из заключения эксперта (экспертиза вещественных доказательств) №1201 от 21.12.2016 г. следует, что кровь из трупа ФИО18 относится к А? группе с сопутствующим антигеном Н. В пятнах на сотовом телефоне, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, при определении групповой принадлежности которой выявлены антигены А и Н, таким образом, полученные данные в пределах проведенных исследований не исключают происхождение крови от лица (лиц), имеющего (щих) выявленные групповые свойства. Следовательно, возможность происхождения крови на телефоне не исключается от ФИО18 На рюмке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, крови не обнаружено (т. 1 л.д. 99-104).

Из заключения эксперта ГБУЗ АО «Амурское бюро СМЭ» №46 от 20 января 2016 года следует, что на момент проведения экспертизы у ФИО1 каких-либо объективных признаков телесных повреждений не обнаружено (т. 1 л.д. 110).

Из протокола осмотра предметов (документов) от 25.12.2017 г. следует, что объектом осмотра является картонная коробка, на которой имеется бумажная бирка с оттиском печати «Судебно-биологическое отделение Амурское бюро СМЭ» с перечнем вещественных доказательств: стеклянной рюмкой, которая имеет размеры 4,4*6,5 см, прозрачная, бывшая в употреблении, грязная. На наружной и внутренней поверхности обнаружены пятна серого цвета с едва заметным желто-оранжевым оттенком; сотовый телефон марки «Samsung» серого цвета с белыми вставками, который имеет размеры 1,4*4,3*10,6 см, бывший в употреблении, грязный (т. 1 л.д. 121-122).

Из постановления о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от 25.12.2016 г. следует, что в качестве вещественного доказательства признан сотовый телефон марки «Samsung», изъятый в ходе осмотра места происшествия, и хранится при материалах уголовного дела (т. 1 л.д. 123).

Из постановления о непризнании вещественными доказательствами предметов от 25.12.2016 г. следует, что стеклянная рюмка, изъятая в ходе осмотра места происшествия в комнате № <адрес>, не признана вещественным доказательством по делу и не приобщена к материалам дела, возвращена ФИО1 (т. 1 л.д. 124).

Из постановления о выделении материалов в отдельное производство от 23.01.2017 г. следует, что из уголовного дела №626350 в отдельное производство выделены материалы по факту причинения телесных повреждений ФИО18 (т. 1 л.д. 126-127).

Из постановления о выделении материалов в отдельное производство от 23.01.2017 г. следует, что из уголовного дела №626350 в отдельное производство выделены материалы по факту причинения телесных повреждений ФИО18 (т. 1 л.д. 129).

Из постановления об уточнении данных от 23.01.2017 г. следует, что уточнены анкетные данные ФИО18 (т. 1 л.д. 131).

Из протокола проверки показаний на месте от 28.11.2016 г. следует, что ФИО1 в присутствии защитника и двух понятых рассказал об обстоятельствах, произошедших 22 ноября 2016 года, показал механизм нанесения ударов ФИО18 (т. 2. л.д. 23-33).

Из заключения экспертов (комиссионная судебная экспертиза по материалам дела) №77 от 01.08.2017 г. следует, что 1.2.5. У гр. ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ, при судебно- медицинской экспертизе его трупа имелись следующие телесные повреждения: а) закрытая тупая травма грудной клетки с кровоподтеком на передне-боковой поверхности грудной клетки слева между средне-ключичной и средне-подмышечной линиями на уровне 4-10 ребер, с разгибательными переломами слева: по средне-ключичной линии 3-го ребра, по окологрудинной линии 4-го ребра, по передне-подмышечной линии 6,7,8 ребер, по средне-подмышечной линии 9-го ребра, по задне-подмышечной линии 10-го ребра, с кровоизлиянием в пристеночную плевру в проекции переломов ребер, с повреждением пристеночной плевры в проекции 6-9 ребер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого легкого, осложнившаяся левосторонним пневмогемотораксом (объем крови 500 мл), травматическим шоком, что и явилось непосредственной причиной смерти гр. ФИО18 Таким образом, между вышеуказанной закрытой тупой травмой грудной клетки и наступлением смерти гр. ФИО18 имеется прямая причинно-следственная связь. Данная закрытая тупая травма грудной клетки является прижизненной и могла возникнуть в срок не противоречащий обстоятельствам дела, от не менее трех травмирующих воздействий твердыми тупыми предметами с ограниченной поверхностью соударения (возможно, рукой, сжатой в кулак, ногами в обуви или без нее и т.п.) в область левой передней и боковой поверхности грудной клетки, или от ударов о таковые, с силой достаточной для ее причинения, и квалифицируется как причинившая тяжкий вред по признаку опасности для жизни; б) кровоподтеки с отеком мягких тканей в лобной области, в области обеих глазниц, в области носа, правой скуловой области, правой щечно-скуловой области, правой и левой нижне-челюстных областей, подбородочной области, правой и левой ушных раковин (с уточнением по фототаблицам № 1,2, т.1., л.д. 90, 91), кровоподтек на передне-боковой поверхности шеи слева, в промежутке между углом нижней челюсти и левым краем трапециевидной мышцы, между проекциями сосцевидного отростка и грудино-ключичного сочленения, кровоподтек на наружной поверхности нижней трети левого плеча; с ссадинами в области верхней губы справа, в лобной области слева (две), в области спинки носа (две), правой щечной области (одна), левой надглазничной области (две). Данные телесные повреждения носят прижизненный характер и могли возникнуть в срок не противоречащий обстоятельствам дела, от ударов (не менее четырнадцати ударов) твердыми тупыми предметами (возможно, рукой сжатой в кулак, ногами в обуви и без таковой и т.п.), с силой достаточной для их образования, или от ударов о таковые, и у живых лиц квалифицируются как не причинившие вред здоровью. Более конкретно сказать о характере травмирующих предметов по имеющимся медицинским данным не представляется возможным. Нами не исключается, что некоторые из указанных телесных повреждений в п. «б» настоящих выводов, могли образоваться в период с 19 по 21 ноября 2016 года. 3. По имеющимся медицинским данным определить последовательность причинения телесных повреждений, не представляется возможным, они могли быть нанесены в короткий промежуток времени, и удары следовали один за другим. 6. Оценка показаний подозреваемых, потерпевших и т.п. не входит в компетенцию судебно-медицинского эксперта, а является прерогативой судебно-следственных органов. 8. Смерть гр. ФИО18 наступила от закрытой тупой травмы грудной клетки, с которой он мог жить короткий промежуток времени (до часу). При данной травме нахождение трупа в помещении как с низкой, так и с высокой температурой воздуха, никак не влияют на исход травмы и время наступления смерти. 7.9. После причинения вышеуказанной закрытой тупой травмы грудной клетки гр. ФИО18 мог жить минуты, десятки минут (не более одного часа), что подтверждается морфологическими изменениями обнаруженными при гистологическом исследовании внутренних органов гр. ФИО18 Согласно протокола осмотра места происшествия от 22.11.2016г. (л.д.5.т.1) трупные явления на месте обнаружения трупа гр. ФИО18 не исследовались. Обнаруженные при проведении судебно-медицинской экспертизы трупа, трупные явления («кожные покровы холодные на ощупь по всем поверхностям тела, вне трупных пятен мертвенно- бледного цвета, без видимых участков подсыхания; трупные пятна резко ограниченные, багрово-синюшного цвета, сливного характера, располагаются на задней поверхности шеи, туловища и конечностей, за исключением выступающих участков в области лопаток, локтевых суставов и ягодиц; при надавливании в трех рядом расположенных участках не бледнеют; трупное окоченение равномерно хорошо развито во всех обычно исследуемых группах мышц (жевательных и мимических мышцах, мышцах шеи, верхних и нижних конечностей); скелетные мышцы плотные на ощупь, рельеф их выражен хорошо; видимых признаков гниения нет), при обычных условиях, как правило, развиваются не менее чем через двое и не более чем через 2,5 суток после наступления смерти. В компетенцию судебно-медицинского эксперта входит определение промежутка времени соответствующего трупным изменениям. Нами не исключается, что время наступления смерти не противоречит обстоятельствам дела (22 ноября 2016 года). 4.10. Как правило, переломы ребер возникают в результате воздействия травматического фактора (удар, сдавление и т.п.), под действием которого ребра ломаются, прогибаясь внутрь грудной клетки. Это приводит к тому, что переломы ребер часто сочетаются с повреждением пристеночной плевры и тканей самого легкого, которые травмируются острыми концами костных отломков. Причиной повреждения ткани легкого и, как следствие, развитие пневмоторакса (гемоторакса) является травма. Повреждение легкого при травме всегда происходит одномоментно с самой травмой. Учитывая характер и локализации вышеуказанных повреждений, нами исключается образование их при падении потерпевшего с высоты собственного роста, как с приданным телу ускорением, так и без такового, в том числе при падении потерпевшего с кровати (т. 3 л.д. 154-171).

Давая оценку представленным сторонами доказательствам в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Выводы, проведенных по делу судебных экспертиз, у суда не вызывают сомнений в своей обоснованности, поскольку даны они компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями и достаточным стажем работы в занимаемой должности, с соблюдением уголовно-процессуальных норм и соответствующих методик исследования.

Судом установлено, что нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении следственных действий, направленных на получение и фиксацию доказательств, приведенных выше, при производстве предварительного расследования допущено не было, в связи с чем эти доказательства являются допустимыми и их совокупность является достаточной для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В судебном заседании установлено, что 22 ноября 2016 года около 11 часов в комнате <адрес>, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, увидевший своего брата ФИО18, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, спящего на полу лицом вниз, на почве личных неприязненных отношений к ФИО18, вызванных поведением и образом жизни последнего, выраженного в систематическом употреблении алкоголя, безразличном отношении к отцу-инвалиду – ФИО17 и не поддержанием порядка в квартире, внезапно возник преступный умысел, направленный на причинение ФИО18 тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, реализуя который, умышленно, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО18, опасного для его жизни, и желая этого, не имея умысла на причинение ему смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, подошел к лежащему на полу лицом вниз ФИО18 и, стоя с левой стороны от него, нанёс ФИО18 один удар правой ногой в область ягодиц, не менее трех ударов правой ногой по туловищу в область левой передней половины грудной клетки и один удар тыльной стороной кисти правой руки в область левого уха, причинив своими умышленными действиями ФИО18 физическую боль и такие телесные повреждения как: закрытая тупая травма грудной клетки с одним кровоподтеком на переднебоковой поверхности грудной клетки слева между средней ключичной и средней подмышечной линиями, на уровне четвёртого – десятого рёбер; разгибательными переломами третьего ребра по среднеключичной линии, четвертого ребра по окологрудинной линии, шестого – восьмого рёбер по переднеподмышечной линии, девятого ребра по среднеподмышечной линии и десятого ребра по заднеподмышечной линии, с повреждениями пристеночной плевры концами костных отломков шестого – девятого рёбер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого лёгкого концом отломка десятого ребра, с кровотечением в плевральную полость, объёмом 500 мл., квалифицирующихся, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинной связью со смертью ФИО18 Смерть ФИО18 наступила 22 ноября 2016 года на месте происшествия, непосредственной причиной его смерти явился травматический шок в комбинации с левосторонним гемопневмотораксом (скопление крови и воздуха в плевральной полости), развившиеся, как осложнение указанной выше закрытой тупой травмы грудной клетки: с одним кровоподтеком на переднебоковой поверхности грудной клетки слева между средней ключичной и средней подмышечной линиями, на уровне четвёртого – десятого рёбер; разгибательными переломами третьего ребра по среднеключичной линии, четвертого ребра по окологрудинной линии, шестого – восьмого рёбер по переднеподмышечной линии, девятого ребра по среднеподмышечной линии и десятого ребра по заднеподмышечной линии, с повреждениями пристеночной плевры концами костных отломков шестого – девятого рёбер, с повреждением боковой поверхности нижней доли левого лёгкого концом отломка десятого ребра, с кровотечением в плевральную полость, объёмом 500 мл.

К такому выводу суд пришел, исходя из анализа показаний подсудимого ФИО1, потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей, из заключений судебно-медицинских экспертиз.

Судом установлено, что местом совершения преступления является комната в <адрес>. Данный вывод суда основан как на показаниях подсудимого ФИО1, так и показаниях потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей. Кроме того, данное обстоятельство подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 22.11.2016 года и протоколом проверки показаний на месте от 28.11.2016 года.

Не вызывает у суда сомнений и время совершения ФИО1 преступления в отношении ФИО18, указанное следствием как 22 ноября 2016 года около 11 часов, поскольку данное обстоятельство подтверждается исследованными в суде материалами уголовного дела и показаниями ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия, показаниями свидетелей в той части, в которой они не противоречат оглашенным показаниям ФИО1, и письменным материалам дела.

У суда нет оснований сомневаться, в том, что тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть ФИО18, был причинен в результате умышленных действий ФИО1 на почве личных неприязненных отношений.

Судом установлено, что мотивом совершения указанного преступления послужили личные неприязненнее отношения к ФИО18, вызванные поведением и образом жизни ФИО18, выраженного в систематическом употреблении алкоголя, безразличном отношении к отцу-инвалиду ФИО17 и не поддержанием порядка в квартире.

Доказательств того, что подсудимый ФИО1 в момент совершения преступления находился в состоянии сильного душевного волнения, а также в состоянии необходимой обороны или при превышении пределов необходимой обороны, судом не установлено.

Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № 1884 от 17 января 2017 года, ФИО1 <***>

Оценивая данное заключение экспертов в совокупности с другими, исследованными в судебном заседании доказательствами, поведение ФИО1 в судебном заседании, суд считает выводы судебно-психиатрических экспертов обоснованными, а подсудимого ФИО1 вменяемым, в связи с чем он подлежит уголовной ответственности за содеянное. Таким образом, суд делает вывод, что действия ФИО1 носили осознанный и целенаправленный характер.

Доводы стороны защиты о том, что ФИО1 не наносил удары ФИО18, повлекшие его смерть, являются несостоятельными, поскольку полностью опровергаются исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, которые согласуются между собой и лишены существенных противоречий.

Оценив все исследованные судом доказательства с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, суд не находит в них противоречий по существу дела и считает их в своей совокупности достаточными для вывода о виновности подсудимого ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего ФИО18

Суд соглашается с доводами стороны обвинения о том, что ФИО1 умышленно, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью ФИО18, опасного для его жизни, и желая этого, не имея умысла на причинение ему смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть ФИО18

Проанализировав собранные и исследованные по данному уголовному делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что они являются достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении инкриминируемого ему деяния.

При этом, суд полагает, что органом предварительного следствия, верно установлена юридическая квалификация действий ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В связи с тем, что после исследования и оценки всех обстоятельств дела, оснований для реабилитации ФИО1 установлено не было, суд считает, что по уголовному делу имеются все основания для его прекращения, на основании п. 4 ч. 1 ст. 24, п. 1 ст. 254 УПК РФ, в связи со смертью подсудимого.

Руководствуясь ст. 254 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить уголовное дело № 1-15/2017 в отношении подсудимого ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, в связи со смертью подсудимого.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда через Завитинский районный суд <адрес> в течение десяти суток со дня его вынесения.

Председательствующий А.В. Васильченко